Глава 31

Я, в свою очередь, улыбнулась лорду Редгрейву и почувствовала, что покраснела в его присутствии. Если от взаимодействия с Коннингтоном кровь стыла в жилах и хотелось поскорее спрятаться, то здесь она начинала бурлить в два раза быстрее. Спрятаться тоже хотелось, но от того, что взгляд лорда был слишком дерзким. Смотрел он так, будто я стояла перед ним без платья.

— Наслышан про ваш талант, леди Беверли, — проговорил мой новый знакомый. При этом уверенная улыбка не сходила с его губ, — не сомневался, что вы справитесь с болезнью наследника. Что думаете по поводу новой заразы? Может быть, ее опасность сильно преувеличена? Или уже пора праздновать смерть? – на этих словах в глазах лорда промелькнула хитрая искра, будто он предлагал мне немедленно пуститься во все тяжкие.

— Я думаю, что болезнь опасная, — сказала я, справляясь со смущением, — но приложу все усилия, чтобы ее победить.

— Не сомневаюсь, что таким изящным ручкам и незаурядному уму, это под силу. Уже приступили к исследованиям?

Я кивнула и спрятала руки за спину. Лорд не стеснялся в выражениях, и присутствие рядом лекаря его нисколько не смущало.

Краем глаза увидела Коннингтона, разговаривающего со стариком и внуком. Наверняка советник тоже заметил меня в компании кузена короля и уже сделал из этого свои выводы. Уж точно не в мою пользу.

Проследив за направлением моего взгляда, Редгрейв перестал улыбаться, в его глазах появилась жесткость, которая, казалось, была лорду совершенно несвойственна.

— Если вам понадобиться поддержка королевской семьи, — произнес Редгрейв, — знайте, что вы всегда можете на нее рассчитывать.

— Благодарю, это большая честь для меня, — отозвалась я, краснея пуще прежнего.

С чего вдруг кузен короля решил оказать такое внимание заезжей аптекарше? Что-то здесь не сходилось. Или я чего-то не знала про прошлое леди Беверли? Хотя, о чем это я? Я ничего о нем не знала.

Лорда отвлек подошедший к нему слуга, а я воспользовалась тем, что королевский лекарь был еще здесь, и задала ему все вопросы, которые передал Чандлер.

— Вы пошли в интересном направлении, — в задумчивости проговорил старичок, поправив пенсне, — очищение главной жидкости в организме…

Насколько я понимала местную терминологию, речь шла о лимфе.

На обед я решила не оставаться. К моему счастью, лорд откланялся и куда-то поспешил за слугой. Все, что мне было нужно, я уже выяснила. Мне не терпелось вернуться домой и обсудить новости с Чандлером. Попрощалась со старичком-лекарем и, обходя Коннингтона за километр, выскользнула из зала, радуясь, что хотя бы сегодня удалось избежать неприятного разговора с советником.

Внутри было смятение. Я была рада, наконец, оказаться на свежем воздухе и подставить лицо холодному ветру. Встреча с Редгрейвом не давала мне покоя. Меня не покидало ощущение, что заинтересованность лорда в последнюю очередь была связана с наукой.

Ольга, о чем ты беспокоишься? Ты, можно сказать, живешь в трущобах и вряд ли представляешь для него интерес. Он забудет про тебя уже завтра на очередной веселой пирушке. Скорее всего, это была минутная прихоть знатного отпрыска, привыкшего получать свое.

***

Чандлер ждал меня в аптеке. Вопреки обыкновению, он не сидел в лаборатории, а расхаживал по торговому залу, время от времени останавливался перед стеллажами и переставлял на них пузырьки с лекарствами.

Завидев меня, старик не смог скрыться за привычной маской безразличия и тут же накинулся с вопросами. Услышав от меня названия растений и порошков, о которых говорил лекарь, выхватил из кармана пиджака старенький блокнот и кинулся что-то записывать.

— Так я и думал, — пробормотал он, — так я и думал…

Эту ночь Чандлер провел в лаборатории, отказавшись от ужина и даже от чая.

***

В последующие дни у меня, наконец, появилось время для учебы. Дни я проводила за прилавком, а в вечерние часы занималась аптекарским делом под чутким руководством Чандлера.

Однажды старик на что-то отвлекся, оставив меня растирать черную кору дерева. На первом этапе Чандлер был против использования артефактов. Считал, что настоящий профессионал должен был уметь изготовить лекарство самостоятельно и в любых условиях.

Я закончила толочь и почувствовала, как рука сама потянулась к полке эликсиров, что-то подтолкнуло меня взять эликсир тераниума. Добавила в ступку три капли, перелила жидкость в колбу и дождалась, пока емкость окутал едкий пар. Сначала было испугалась. Вдруг я сделала что-то не то?

Но это были мысли. Руки же продолжали уверенно действовать, так, словно я занималась этим всю свою сознательную жизнь (надо заметить, не такую уж и длинную).

Когда дым развеялся, я капнула в колбу золотой воды. Жидкость сменила цвет. Я убавила горелку и достала из коробочки таблетку спрессованного угля (у нее было другое название, но я называла для себя местные ингредиенты на свой манер – так я лучше запоминала).

— Все верно, леди Беверли, — раздался за спиной голос Чандлера, — я начинаю думать, что вы зачем-то слукавили, добавив в наш договор пункт об обязательном обучении. Вы прекрасно справляетесь без моей помощи.

Я не знала, как объяснить Чандлеру, что это было минутное прозрение, над которым я не имела никакого контроля. Видимо, во мне ненадолго проявились способности прежней владелицы тела, так же, как иногда я испытывала несвойственные мне эмоции.

— Эмм..кхм… — промычала я, — мне показалось, что так будет правильно.

— Вам верно показалось, — улыбнулся Чандлер.

Наверху звякнул колокольчик. Я быстро встала, радуясь возможности закончить разговор, вышла в торговый зал и открыла дверь. На пороге стоял гвардеец в королевской форме с огромной корзиной крупных красных роз.