58

58

— Только ради тебя, – вздохнул он, и покорно убрал руку выше.

Впрочем, из объятий меня не выпустил. Я думала, нам будет трудно после всего произошедшего, но на помощь пришла накатившая после тяжёлого дня усталость, и нас сморил сон.

С утра мне даже немного стыдно стало, что я так издеваюсь над мужчиной, который мне явно симпатичен. И что использую близость словно поводок. Но, словно невзначай поймав меня перед выходом, Темир шепнул мне на ухо:

— В следующий раз я просто приласкаю тебя так, чтобы довести до блаженства.

Я вспыхнула как девственница-выпускница от такой пошлости, и в общий зал зашла со сложным выражением лица. Зато совесть меня уже не мучила.

Из укрытия выходили мы с опаской, но, к счастью, нигде даже шагов саблезубых тигров не было слышно. Местность вызывала у Цима уже чуть меньше опасений, и в целом за день мы не столкнулись ни с какими трудностями, если не считать постоянные буреломы вокруг. Спасибо наши кирпичики многое сглаживали.

Я думала нам придётся ещё пилить и пилить, но внезапно ещё издалека мы заметили огромный сияющий дуб, обмотанный золотой цепью. Выглядел он величественно, поэтому подходили мы к нему с некоторым благоговением. Антон Палыч даже нетерпеливо высунулся вперёд, оставив нас на приличном расстоянии. За что и поплатился.

Откуда ни возьмись ему на спину грохнулся худющий дикий кот, который вцепился в собаку когтями и зашипел, вздыбив шерсть. Антон Палыч взвыл, Цим шарахнулся в сторону, Лаврик замер растерянно, Темир схватил меч…

— Паску-у-у-да шерстяная!!! – заорал пёс, и ситуация вмиг переменилась.

— Ох, простите, коллега! – заявил кот, тут же превращаясь в приличное животное. Спрыгнув с чужой спины на землю, он чуть склонил голову и повинился: – Прошу прощения, виноват. Не признал в вас разумного зверя. Здесь в глуши, знаете ли, такие редко попадаются. Да и сам я… одичал слегка.

— Добрый день! – нерешительно поздоровалась я. – А вы…

— Симон, – важно представился кот. – Чистокровный Кот Баюн, в прошлом правая рука ректора академии Артефактума. Выписан лично предыдущим королём Изумрудной страны.

— Очень… приятно, – протянула я, страсть как желая узнать, почему столь важная птица докатилась до жизни такой. Однако тактичного варианта я сходу не придумала, но что котик постоять за себя сумеет помнила, поэтому решила для начала просто представиться. – Я Эсми. А это мои спутники. Вы знаете, мы хотели с вами встретиться. Нам нужна ваша помощь!

И без того ставший приличным кот как будто расцвёл. Выпрямил спину, приподнял подбородок. Вспомнил, казалось, свои годы на посту помощника ректора. С непередаваемой гордостью он сообщил:

— Я вас внимательно слушаю! Давно никто не искал моего общества – тем более, разумные существа. Мне будет очень приятно оказать вам помощь. Но в ногах правды нет. Позвольте предложить вам присесть!

Я думала, он предложит устроиться прямо на травке, однако возле огромного дуба чуть в отдалении нашёлся кружок из небольших пеньков и поваленного дерева.

Мы с Темиром выбрали ствол, Лаврик – пенёк поблизости, а Циму и Антон Палычу сиденья не понадобились. Сам же кот забрался на ветку огромного дуба, достал откуда-то очки и серьёзно заявил:

— Итак, что бы вы хотели узнать?

— Так сложились обстоятельства, – начала я издалека, решив чутка приврать, – что мы с товарищами внезапно очнулись здесь и поняли, что ничего не помним о прошлом. Есть какие-то обрывочные воспоминания, но мы никак не сообразим, где мы, и что с нами произошло. Вы не могли бы нам кратко рассказать, что это за страна?

Я ожидала, что нам сразу всё выложат, однако Симон внимательно осмотрел меня с ног до головы, а потом проницательно уточнил:

— А туфельки сразу на вас были?