Глава 26

— Не вини ее, обстоятельства так сложились. Мира была слабой. Не смогла выкарабкаться, как муху в паутину затянуло. Я больше виноват, красивыми памятниками не искупить конечно, но пусть хоть после смерти будут в красоте, — Вячеслав тяжело сглотнул.

Ярослава поняла, что дядюшка себя винит. Но если рассуждать, то так сложилась судьба. Он ведь тоже потерял родителей, друга, сестру. В тюрьме был, там явно не сладко пришлось. Однозначно хуже, чем в детском доме. Ну и забрал бы он ее, и куда? Да и кто бы отдал ее бывшему заключённому.

— Ты не виноват, — тихо произнесла Ярослава.

Вячеслав протянул руку, притягивая ее к своему боку и обнимая одной рукой.

Они пробыли на кладбище около часа.

— В нотариальную контору сначала, а потом на дом посмотрим.

— Ты не последователен, сначала недвижимость осматривают, потом оформляют.

— Я уже на эту недвижимость насмотрелся.

У нотариуса их ждали. Бумаги оформили быстро.

— Вы тоже, Вячеслав Иванович подпишите, вот тут и тут, и девушка может вступать в свои права.

— Какие права? — пристально посмотрела на Вячеслава Яра.

— Давай мы доедем к дому, там и поговорим.

Устраивать разборки в кабинете нотариуса Ярослава не стала. Дотерпела до машины.

Уставилась выжидающе на Вячеслава.

— Мы с тобой совершили обмен недвижимостью. Я приобрёл участок с домом, ты квартиру и дачу.

— Какую нахрен дачу? — вспылила Ярослава.

— Небольшую, в коттеджном посёлке Близкий.

Ярослава, услышав название известного в их городе элитного посёлка, буквально чуть не взорвалась от злости.

— Я же сказала, что мне ничего не нужно, я в состоянии о себе позаботиться, — прорычала сквозь зубы.

— Ты ещё на дядьку драться кинься, — улыбнулся Смирный, — не нужно и не нужно, тебя же никто не заставляет туда заселяться и жить. Так, на всякий случай, — безразлично пожал он плечами.

Ярослава может и хотела бы ещё позлиться, но не стала. Понятно, что Вячеслав подкован юридически гораздо лучше неё. Явно есть команда адвокатов, которая занимается всеми этими вопросами. Даже если она захочет вернуть ему недвижимость, он ей этого законным путём сделать не даст. Но не жечь же имущество, проще смириться. Переезжать жить туда Ярослава не собиралась, но мало ли как сложится жизнь.

— А кто за это счастье налоги платить будет? У меня лишних финансов нет.

— Не переживай, все оплачено на пятьдесят лет вперёд, и налоги и взносы и даже взятки кому надо дадены.

— И я могу туда квартирантов пустить жить.

Вячеслав безразлично пожал плечами.

— Жилплощадь твоя, поступай как считаешь нужным.

— И подарить могу?

Вячеслав ни одним мускулом не дрогнул, но Ярослава поняла, что если подарит кому-то это жилье, ей тут же будет приобретено новое. Остаётся только смириться. Прежняя Ярослава наверное разорвала бумаги и кинула Вячеславу в лицо, но общение с Вольским оказало на нее влияние. Повзрослела, стала более уравновешенной.

Дом, а точнее его остатки, производили удручающее впечатление, как и вся окраина. Ярослава смотрела на улицу, на которой когда-то проживали люди, мальчишки играли в футбол, на велосипедах катались, съезжали с железной горки, качались на скрипучей качели и думала, как же все меняется. Теперь тут были полуразрушенные дома и запах гари от мусорного полигона.

Зачем интересно Вячеславу этот никчёмный участок земли? Из принципа?

— Я скупил уже часть участков здесь. Полигон у города в собственности, на него аренду оформляют, хотят построить здесь квартал жилой с человейниками и торговый центр. Вот на всем этом барахле, — махнул рукой, обводя территорию Вячеслав.

— Ты против?

— А ты бы захотела жить на свалке?

Ярослава прищурив глаза смотрела на Вячеслава. Нет, в домах построенных на месте этого полигона, она жить не захотела бы точно, даже если все тут распрекрасно обустроят. Но верить в то, что Вячеслав из каких-то альтруистических соображений решил выкупить тут землю, категорически отказывалась. Чтобы не обидеть новоиспечённого родственника решила свои умозаключения вслух не высказывать. Причём удивлялась сама себе, это же надо так сдерживаться.

Вячеслав дожидаться от неё выводов и не стал, озвучил свои планы сам.

— Парк здесь решил сделать, с велодорожками, летней сценой, лавочками. Чтобы и молодежи где погулять было и старики могли пройтись.

Ярослава вытаращила на него глаза. Какой-нибудь завод, станцию технического обслуживания, пункт приёма металлолома, личное кладбище, да что угодно она ожидала услышать, но никак не про парк.

— Славянский будет парк называться, маме имя это нравилось. Они раньше, ещё когда не началась вся эта котовасия с переделом власти в стране, тут дружно жили, выходили в поле, на край улицы, костры жгли, песни пели, стихи собственного сочинения кто-то даже читал. Мама рассказывала. Это память о ней.

Ярослава на мгновение даже позавидовала Славе, у него сохранились тёплые воспоминания о матери, про дом, ее молодость. Наверное дед с бабушкой были очень хорошими людьми, не повезло им, не умели приспосабливаться. Ни всем дано.

К глазам подступили предательские слёзы. У Вячеслава память есть светлая о родителях, доме, у неё и этого нет. Только если его рассказы.

— Чего сырость развела? — спросил Вячеслав, притягивая ее в объятия, — что было уже не вернуть, я виноват и ничем вину мне свою перед ними не искупить, но знаю, что мама идею с парком бы одобрила.

— Сто процентов, — через силу улыбнулась Ярослава.

— Яр, ты только не пыли сразу, — вдруг произнёс Вячеслав, — но строить здесь жилмассив собирался твой Вольский, очень по выгодной цене ему эта свалка доставалась. А я тут вот видишь спутал его планы. Поэтому я тебя очень прошу, будь с ним аккуратней, я жизни учить тебя не в праве, но если что, ты знаешь, что в любой ситуации я на твоей стороне. И если Вольский посмеет тебя обидеть, я его как пазл на кусочки разберу, ни один доктор не соберёт.

Ярослава отшатнулась. Мысли роем понеслись в голове. Начиная от того, что Вольский посчитает ее предательницей и заканчивая тем, что Вячеслав ее использовал.

— Ярослава, не надо надумывать ничего себе. Вова может найти себе другую землю, не обеднеет он, если не выстроит тут жилмассив. Найдётся другое место, вон на Нижегородской частняк, расселяй и стройся в нехочу.

— Я поеду, — сухо сказала Ярослава.

— Яра, подумай, что будешь Вольскому говорить.

Отвечать Ярослава не стала. Информации у неё было мало. Сомнения грызли изнутри. Она мало знала Вячеслава. Вдруг они никакие не родственники? Но тут снова вспоминала фотографии. Там все же он. Родня они. Но где гарантия, что он эту историю с землей провернул, чтобы Вольскому насолить или отмстить. Что она по сути знает об их делах?

— Ярослава, я ещё раз говорю, что ты тут никакой роли не играешь. Я без этого участка скупил все прилежащие и построить, обойдя меня тут Вольский ничего уже не сможет.

— Я тебя услышала, — сухо произнесла Ярослава, — мне нужно все обдумать, не провожай меня, — предупредила Вячеслава, понимая, что он как и Вова может отправить за ней машину, — я взрослая, сама доберусь.