Глава 7

— Я на тебя доверенность оставил, так что право подписи имеешь, можешь властвовать, — прозвучал в телефонной трубке голос Егора.

— А сам ты куда?

— В деревню, в отпуск поеду.

— То есть ты в отпуске будешь жизнью наслаждаться, а я впахивать, аки раб на галерах? — возмутилась Ярослава.

— Ты в деревне была? Там же сплошное наслаждение, если не дрова колоть, так огород полоть.

— У меня так-то тоже запись, еле успеваю машину доделать, а уже трое в очереди. Всем как будто приспичило.

— Заехать посчитать бухгалтерию вечерком много времени не займёт, опять же из гаража высунешься, а то бледная, как моль. Лето на дворе, а ты на водоеме ни разу не была. У тебя вообще купальник есть?

Ярослава поморщилась. Купальника у неё и правда не было, и плавать она умела плохо. Их летом вывозили с детским домом в лагерь на берегу реки на все каникулы. Так что речкой она сыта по горло, особенно тем временем, когда приходилось за малышней присматривать, которая то ныряла глубоко, то норовила за буйки заплыть.

Ярослава с детства воду не любила, побаивалась как-то, так что к пляжному отдыху слабости не питала. К тому же в купальнике ей казалось, что все на неё пялятся. А с теми, кто пялится разговор в ее мире всегда был короткий, с ноги если не между ног, то в челюсть. Ну не будешь же на пляже ногами размахивать. Поэтому пляж она предпочитала избегать. Исключением служила деревенская речка, за огородом у родителей Егора был мостик, с которого можно было нырять, речка не глубокая, вода тёплая, купаются только свои. Плавала Ярослава в деревенской речке в темной длинной футболке Егора, отговаривалась тем, что купальник не взяла. Тот ворчал, но одеждой своей жертвовал.

Если Егор собрался в отпуск, значит поедет. Да и положа руку на сердце, работает он без выходных. У неё заказчики в большинстве случаев понимающие. Сроков никто не ставит, готова работа, радуются как дети, получившие новую игрушку. Те, кто хотят качественную и уникальную аэрографию готовы ждать, поэтому часто можно расслабиться и получать удовольствие от работы. У Егора же бесконечная гонка, то запчасти ни те пришли, то работники накосячили, то клиент работу оплачивать не желает. Плюс дом надо строить и с пассиями вопрос решать.

— Может стоит нанять бухгалтера? — предложила Ярослава.

— Если у тебя есть в запасе толковый человек, который не обдерет нас как липку и согласится работать за те копейки, которые я смогу платить, без вопросов.

Ярослава вздохнула. Знала, что свободных денег у Егора нет, все в дело вложено, или в дом. Она скопила определенную сумму, предлагала ему отдать в счёт долга за оплату учебы. Но Егор сделал вид, что впервые слышит про какой-то долг.

— Хорошо, побуду я начальником на время твоего отпуска. Но имей ввиду, если твои мастера начнут меня доставать…

— Делай, что считаешь нужным, станцию только с молотка не продавай.

Ярослава фыркнула. Знала, что это детище Егора, он ее с нуля создал. Настоящий он мужчина. За такого бы замуж, но у них чувства к друг другу исключительно родственные. А она всех мерила по нему. Чтобы сам всего добился, серьезный был, с руками, не пустомеля. Таких в ближайшем окружении не водилось. Вот и предпочитала Ярослава сидеть в гараже.

Егор почти неделю был в деревне, когда к гаражу подъехала большая, дорогая, чёрная машина. Ярослава внутренне поморщилась. Не любила она людей на таких автомобилях. Через секунду подъехали ещё две машины. Тут Ярослава уже слегка напряглась. В гараже она одна, справиться с толпой шкафчиков в темных костюмах ей не под силу. И Егора как назло нет. Надо отыскивать где-то внутри себя остатки дипломатии и разговаривать. По возможности вежливо. Пусть даже вежливость ни ее конёк. По фене ботать проще, но тут надо тонко. Постараться их отшить и не нажить проблем на свою пятую точку. А Ярослава почему-то всем нутром чувствовала, что проблемы будут. К ней вроде и постоянно ездят на дорогих машинах, но она интуитивно ощущала, что тут люди очень серьёзные. Сердце сбилось с привычного ритма и бухало так, что норовило проломить грудную клетку. Даже ладони повлажнели. Ярослава постаралась дышать спокойнее. Свой страх показывать ни в коем случае нельзя. Почувствуют, что боится, загрызут. Надо просто продержаться несколько минут разговора и отправить эту делегацию к Егору. Пусть он решает.

Посетители из машины выходить не спешили, как специально натягивая нервы до предела. Ярослава тоже предпочитала оставаться в полутьме зашторенного пленкой гаража. Медленно оттирала заляпанные краской руки, ожидая, что будет дальше. Это помогало успокоиться, немного прийти в себя.

Наконец, хлопнули дверцы. Из машин, подъехавших чуть позже, вышли два шкафоподобных человека и подошли к окну первой машины. Окно пассажирского сиденья опустилось и между мужчинами состоялся короткий разговор. Затем шкафчики повернулись к открытой двери гаража, занавешенной пленкой.

Дальше скрываться в глубине помещения было бессмысленно. Ярослава глубоко вздохнула и пошла вперёд, не ожидая от этой встречи ничего хорошего.