Глава 19

После того, как госпожа буквально сбежала от меня, никак не мог привести мысли в порядок, пытаясь понять, что это было и действительно ли она так сильно злится. Потому что пока способа её отвлечь от злости я не знаю. Ещё раз проверил Дану, убеждаясь, что у неё все в порядке, открыл конюшню, чтобы она могла прогуляться по саду, и пошел в дом. До обеда необходимо привести себя в порядок и понять, как наладить между нами отношения.

Увиденное у себя в комнате меня до глубины души поразило – разбитая посуда, мокрые капли на стенах от какого-то сока, разбросанная еда…

Она приносила в мою комнату завтрак и, не найдя меня, разозлилась? Изумленно выдохнул. Ещё ни разу не слышал, чтобы госпожа приносила в комнату к мужчине пищу! Всегда только наоборот. Но даже если она это сделала и не нашла меня… да, это действительно плохо.

Собрал осколки, попутно пытаясь очистить стены и пол от липких остатков. Удалось не сразу, но по крайней мере грязные пятна не бросались в глаза, и при ближайшем ремонте можно будет все исправить. Или просто немного передвинуть комод, чтобы их скрыть.

Выкинул мусор, спустившись вниз, на кухню. В раковине была грязная посуда, а на столе остатки варенья в вазочке. Быстро все убрал, расставив по местам. Снова поднялся к себе в комнату, чтобы умыться и привести себя в порядок.

В ванной пришлось задержаться чуть дольше, чем обычно, выпутывая из волос свалявшиеся за ночь катания на лошади колтуны и неведомо каким образом попавшее туда сено. Ну и хорош, наверное, я был с утра перед госпожой, выбежав в таком виде.

Кое—как прочесал пряди, начиная отчаянно желать хотя бы заколоть их, но правило есть правило – сестры мне все уши прожужжали, что при женитьбе эльфов на людях только жены определяют длину волос и их прически. Понятия не имею, откуда такой порядок, ведь в нашей стране такого сроду нет. Более того – жена вообще не имеет права трогать волосы мужчины в попытке расплести их или обрезать. А вот в человеческом государстве так.

Наконец, уложил пряди в нормальном порядке, красиво распределив их по плечам и умаслив выданным мне сестрами ароматом сирени. Они правы, эта сладкая нотка действительно мне нравится и вполне уместна. С тихим хмыком посмотрел на себя в зеркало, понимая их издевку надо мной. Сиренель, вот уж точно.

Облачился в тонкую, полупрозрачную рубашку, выгодно подчеркивающую мою белую кожу, и темные кожаные брюки, призванные сыграть на контрасте и привлечь к моей заднице внимание. Многочисленные обручи колец и вышитый стеклянным бисером ремень дополнили картину. Обувь надевать не стал, решив сегодня попробовать сыграть на контрастах.

Спустился на кухню, приступив к приготовлению обеда. Что у нас есть? Задумчиво осмотрел кладовую. Рыба. Значит, будет рыба – решил, ловко вспарывая ей брюхо.

Пока привычно орудовал продуктами, – все же готовить нас учили с самого детства, – напевал себе под нос веселую песенку, стараясь отрешиться от мрачных дум, как теперь налаживать отношения с Миреллой. Возможно, она права, и я действительно слишком привык к нашим обычаям и напрасно стараюсь следовать им ещё и здесь, а этого как раз и не надо делать. Переосмыслил свое поведение. Надо попытаться понять, как стоит вести себя иначе – так, как принято тут, а не так, как я привык.

В дверь постучали. Дом уже не реагировал тихим гулом на это действие, наполнившись мебелью и разнообразными мелочами. Принял покупки, все пересчитав. Расписался о доставке, посмотрев на часы. До обеда ещё есть время, рыба пока запекается, госпожи нет, а значит, наверное, надо попробовать все расставить по комнатам. Сестра бы меня за такое убила, конечно, а Мирелла… вот и посмотрим, как отреагирует Мирелла. В случае чего, я и так знаю, что наказаний уже два дня как не было. Практически не страшно.

С интересом прошелся по комнатам, раскладывая вещи на свой вкус. Вроде вышло миленько, но все равно госпоже о моем самоуправстве сказать стоит. Мало ли. Вдруг это не входит в обычное для неё поведение и все же слишком нагло.

Вернулся к приготовлению рыбы, решив по—быстрому нарезать ещё легкий салатик и украсить стол салфетками и бокалами. Привычно разложил приборы. Сестра любила, когда я прислуживаю ей за столом, так что правила сервировки я тоже вызубрил рано. Проветрил помещение, впустив свежий весенний воздух и с наслаждением окунувшись в привычный мир шуршания листвы на ветру и трелей птиц.

Какое-то время просто стоял, вбирая в себя запахи и звуки природы, зажмурив глаза и пытаясь осознать, насколько же кардинально изменилась моя жизнь буквально за последние несколько дней.

Краем уха услышал шум открываемой двери и сразу же приступил к раскладыванию пищи. Госпожа же хотела прийти прямо к обеду, надо поторопиться.

Стараясь лишний раз не привлекать к себе нежелательного внимания, вдруг она до сих пор зла на меня, разложил еду, поставив её на столе. Все же не выдержал и таки бросил быстрый взгляд на девушку, сегодня одетую в брюки и светлую рубашку. С удовольствием отметил её красивые формы, облепленные одеждой. Постарался проявить учтивость и вежливость, отодвинув стул и уселся рядом.

– Приятного аппетита, Сиренель, – первой подала она голос, разрушая царившую в воздухе напряженную атмосферу.

Облегченно выдохнул.

– Спасибо, Мирелла. Приятного аппетита, – не остался в долгу, а сам замер ожидая, когда она попробует рыбу. Интересно, понравится или нет? Сестре всегда нравилось, как я готовлю.

Девушка вдруг закатила глаза и блаженно зажмурилась, словно… словно она вот—вот сейчас… По всей кухне раздался тихий стон удовольствия.

Моё дыхание сбилось. Предательский орган в штанах попытался выбраться на волю, мгновенно среагировав на жаркую сцену. Сжал вилку, стараясь удержать себя на месте.

Она специально меня провоцирует, или нет?

После ужина состоялся серьезный разговор, в ходе которого мне все же удалось понять её реакцию на мою просьбу о наказании. Да, возможно, если бы мне кто-то предложил что-то подобное, с учетом того, что я это не приемлю, я тоже бы возмутился.

Стало чуть легче, когда понял, что она не отказывается дать мне то, что мне необходимо, то, что я заслужил, а лишь оттягивает время. К этому я был готов – не все эльфийки воспитывают своих мужчин каждый день.

А вот дальше речь зашла о моей магии. Я видел, что ей важно то, чтобы я научился ей владеть. Да и мне, признаться, самому всегда было интересно узнать свои истинные способности, так что спокойно сел напротив неё, подав ей руки, чтобы она посмотрела на мой источник, с любопытством ожидая вердикта, какая же у меня магия. Сердце в волнении застучало чуть громче. Хоть бы хватило сил на бытовую – всегда мечтал одним взмахом руки заканчивать и начинать уборку, да на иллюзии – кто бы знал, как этот треклятый плащ мне осточертел!

Пересела на ковер, попросив эльфа сесть напротив, чтобы было удобнее заглядывать внутрь него и видеть источник. С любопытством отрешилась от мира, выпуская на волю свою магию и заглядывая в Сиренеля, стараясь не задевать его мысли. Сейчас мне это не надо. Необходимо только понять, что это было сегодня ночью.

Углубилась внутрь его источника, сияющего ярким солнышком магией стихий, как я и ожидала, распутывая ниточки его возможностей. Немного магии воздуха, чуть больше огня, магия воды, земляная… а вот здесь, кажется, у него был в роду кто-то с эмпатией, но дар уже атрофирован, слишком давно был предок. А это…

С интересом изучила сияющую нить ментальных способностей. Да, это оно! Разложила её на частицы. Дар очень мал. На полноценный совершенно не тянет, но вот притянуть меня в свои сны, когда у меня было открыто сознание, вполне может. Да и, может быть, получится попробовать настроить мысленный канал связи. Большее – уже нет.

С облегчением вынырнула в реальность, понимая, что все, что я себе навыдумывала ночью – неправда, и он действительно никакой не менталист, наверняка даже и сам не знает о том, что обладает частью таких возможностей.

– Ну, что? Ну что там? – не выдержал мужчина, обеспокоенно заглядывая мне в глаза.

Мягко улыбнулась.

– Ничего, все хорошо. Ты стихийный маг. Преобладают вода и земля. Поздравляю, – похлопала его по плечу, вставая с пола.

Сиренель восторженно улыбнулся в ответ. Эта мысль явно приносила ему удовольствие. И все же странное для меня воспитание элитных воинов.

– У меня есть способности к бытовой магии? – неожиданно спросил он совершенно не то, что я ожидала.

– Ну, вообще-то они у всех есть, просто надо их развивать, возможно, усиливать. В твоем случае с помощью стихий можно её даже чуть увеличить, но этому надо учиться. Долго и муторно учиться. Магия не дается по щелчку пальцев, – сказала я. Но Сиренеля это, похоже, совершенно не расстроило Он лишь радостно внимал и был уже готов прямо здесь и сейчас начинать учиться. Устало вздохнула. – Садись ближе, покажу, как обращаться к своей магии и воплощать её.

Так мы и просидели до самого позднего вечера, отвлекшись только на ужин, приготовленный нами в четыре руки под чутким руководством Сиренеля, и переход в мою комнату, где, удобно устроившись на кровати, я продолжала показывать ему магические азы, контролируя его магию. Получалось у него неважно, но даже великие маги не с пеленок колдуют. Необходимо учиться.

Склонила голову к плечу, наблюдая, как он в очередной раз пытается добыть искры магии из своих пальцев. Это сосредоточенное, задумчивое выражение его лица… светлая прядка, упавшая на его губы, а он даже не замечает, тонкая, бархатистая кожа, окрасившаяся розовым в свете закатных лучей солнца…

– А хочешь поступить в академию? – неожиданно даже для самой себя предложила.

Сиренель удивленно моргнул, переваривая моё предложение. А я вдруг решила расписать ему достоинства этого предложения.

– Нужно, конечно, сначала сдать вступительные экзамены, но я тебя подготовлю, справишься с ними до осени. А там уже научат, как правильно и магию призывать, и заклинания создавать. Покажут тебе твои возможности, расскажут много нюансов. Я, конечно, могу тебя научить многим вещам, но далеко не всем. Тут надо обращаться к профессионалам.

Эльф явно переваривал моё предложение, ненадолго задумавшись. Затем кротко улыбнулся, посмотрел на меня своими нереальными очами с благодарностью, и ответил.

– Можно попробовать.

Эта его улыбка, освещение, густой водопад волос, нежная кожа… не знаю что ещё, но неожиданно у меня отчаянно закружилась голова, мысли поплыли, и я не сдержалась, потянувшись к нему ближе.

Его мягкие, нежные губы были настолько маняще и волнительно близкие… Преодолела последние сантиметры между нами и…