Глава 7.

Сидеть на подоконнике, завёрнутой в одеяло было куда удобнее, чем просто так. Я даже немного задремала.

- Ты чего это? Сидя спишь? - прозвучало рядом.

От неожиданности я дёрнулась и чуть не свалилась, но была поймана Минотавром.

- Смотрю, таскать тебя, когда ты размахиваешь руками, у меня входит в привычку, хорошо, что в этот раз не требуешь опять стать нормальными звёздами, а не... - посмеивался мой спаситель.

- Чего-чего? - перебила его я. - Я думала это сон или действие наркоза.

- Ага, сон, как же! Ты мне пару раз по уху заехала, - сверкнул он в темноте улыбкой и кивнул на большой пакет. - Ты как, есть ещё хочешь?

- Конечно, - даже заëрзала я от нетерпения.

Впервые попробовав буузы, которые здесь подавались повсеместно, я совершенно потеряла от них голову. Казалось бы, ещё один представитель пельменно-хилькальной семьи, тесто и мясо, чего бы там такого особого ждать? Но сейчас я лично бы что-нибудь тяжёлое опрокинула бы на того, кто осмелился бы сравнить буузы с пельменями.

Тонкое тесто, с множеством защипов, было таким горшочком, в котором пряталось мясо и бульон. Много, целая большая ложка густого, вязкого луково-мясного бульона! А если сверху добавить сметанки... От одного воспоминания пришлось сглатывать слюну.

- Слушай, да у тебя глаза в темноте светятся, - заметил Минотавр, развязывая пакет.

- Я в свободное время собакой Баскервилей подрабатываю, - скривилась я. - У тебя оскал вообще семафорит, я же не заостряю на этом внимания?

- Так у меня половина зубов работа стоматологов. Вот и остальные пришлось отбеливать, - огорошил он меня заявлением. - Я попросил в два контейнера положить и фольгой обернуть. Есть просто сметана и сметана с чесноком. Тебе какую?

- Ну, нам точно не целоваться, так что с чесноком моя, - гипнотизировала я взглядом одну из коробочек, от которых шёл аромат, выдающий, что прячется внутри.

- Не переживай, я и того, и другого взял достаточно. Насколько ты голодная я не знал, поэтому взял тебе семь штук, - избавил он коробку от крышки и поставил мне на колени.

Мне он подал ложку, а сам взял шарик теста руками.

- На здоровье, - чуть приподнял он бууз, словно тот был бокалом с вином.

- На здоровье, - ответила я, чуть приподняв ложку.

Я чуть прокусила бочок буузы и мир перестал существовать. О том, что существует ещё что-то кроме угощения в моей ложке, я вспомнила, только когда исчезла уже четвёртая бууза.

- Спасибо, очень вкусно, - почувствовала я себя неловко под смеющимся взглядом.

- Заметно, что вкусно, - веселился Бычара, он кстати, кушая испачкал только подушечки двух пальцев, которыми держал блюдо.

- А с зубами что случилось, раз пришлось половину заменять? - полюбопытничала я.

- Обычное дело, - пожал плечами Минотавр. - Я бывший боец ЧВК, несколько лет провёл в горячих точках. Взрывы, падения, жёсткие посадки и торможения...

- То есть? А как ты с таким... Эммм... Предыдущим опытом работы в госструктуру попал? - удивилась я.

- На территории страны и союзных стран не наёмничал, ни одна наша операция не была направлена на противодействие миротворческому корпусу государства. - Перечислил он. - Да и потом, служил срочную я в спецуре. После армии был в СОБРе.

- А туда разве кандидатов не с высшим рассматривают? - нахмурилась я.

- С высшим. У меня заочный юрфак, - объяснил он.

- А, понятно, - чуть скривилась я. - У нас во время обучения тоже такие были. Лишь бы корочку для отдела кадров предоставить. А что там за история со стервозной москвичкой?

- Да, это видно я недопонял. И так уже раз пять на ковёр вызвали и тридцать три объяснительных рапорта потребовали. - Вздохнул мой собеседник. - А сегодня узнаю, что мол пострадавшая затребовала медицинскую экспертизу, чтобы требовать компенсацию. Да ещё и обещает через Москву сделать запрос о соответствии предпринятых действий всему и вся. Иногда руководству проще попрощаться с сотрудником, чем его отстаивать. А я вроде только к мирной жизни привыкать стал, вроде наладилось всё. И опять с нуля всё начинать... Сложно и нервно.

- Тем более из-за лезущей куда не просят пьяной дуры, - добавила я, вспомнив его слова.

- Это я со злости сказал, - попытался он взять свои слова обратно.

- Ага, - кивнула я, отправляя в рот последнюю буузу. - Так то это публичное оскорбление чести и достоинства. А если учесть моё физическое состояние и что к этому состоянию привело, то крутануть тебя за твоё со злости сказанное можно было бы весьма не хило.

- А что же не крутанула? - без всякой злости спросил он.

- И зачем мне это? - спросила я. - Я в отпуск приехала. Отдохнуть, посмотреть на Байкал, я пока училась столько слышала от однокурсников о местных красотах! И о том, что и как было на самом деле, я точно знаю. Я достаточно зарабатываю, не марая своё имя, чтобы связываться с откровенными подставами. Р-репутация. Что же касается требований экспертизы, то требование было. Но не экспертизы, а обследование с целью подтвердить или опровергнуть диагноз.

- Сотрясение мозга? - уточнил он. - Да, я слышал, что ты его очень ценишь.

- У меня папа получил травму головы в юности, а потом всю жизнь мучился мигренями и жил с кучей ограничений. Я его не помню, он очень рано умер. - Вдруг призналась я, глядя в окно. - А то дело, которое упоминал твой начальник... Моя подруга, во время допроса, из-за применения недопустимых мер воздействия получила черепно-мозговую травму. И конечно сотрясение. Маринка совсем молодая, младше меня, очень красивая девочка. Но там такой ворох последствий... Так что я как никто знаю о реальной опасности сотрясения мозга.

- Боишься? - внимательно посмотрел он на меня. - Мне показалось, ты умеешь бороться со страхами.

- Конечно умею, с детства. Я очень боялась темноты. А в подъезде почти всегда не горел свет. Но я всегда шла и сама поднималась по лестнице. Правда на следующий день выносила и прятала в укромном месте найденную для борьбы со страхом темноты половинку кирпича. Ну, чтобы если вдруг выскочит бабайка или серенький волчок, наглядно показать, насколько я напугана. Только сильно сомневаюсь, что тяжёлых для здоровья последствий можно избежать при помощи кирпича. - Сложила я руки га груди.

- А я получается заставил тебя бояться, выпустил на волю твой самый страшный страх? - нахмурился он.

- Получается, что так. Но я знаю, что ты действительно мог не просто вырубить, думая, что я нападаю с ножом, но и убить. Проверок правда было бы на порядок больше, - напомнила я.

- Менее виноватым я себя от этого не чувствую. Испортил тебе отпуск, напугал. - Мрачно закончил он.

- Можешь до выписки приносить мне буузы, - засмеялась я. - А что, нормальная такая компенсация.