44
Усталость брала своё, и Басик прислонился головой к спинке дивана и уставился в потолок, отчего приобрёл страдальческий вид, и я показалась себе каким-то извергом, словно и правда цепи – моих рук дело, и сейчас противник окончательно сломлен и обессилен, и потому готов выдать всё, что меня интересует.
Гаденькое такое ощущение. Но другого шанса всё узнать могло не представиться ещё очень долго, так что пришлось продолжить.
Себастьян заговорил сам:
- Мы познакомились довольно давно, когда мы с Колей отправились к тебе поздравлять с совершеннолетием…
- Что? – поразилась искренне, поскольку ни с каким совершеннолетием меня дядя Коля никогда не поздравлял. Он вообще на тот момент числился сумасшедшим родственником, прозябающим в Австралии в клинике для душевнобольных. - Но я не видела дядю лет с шести!
Отчего-то стало страшно и тревожно. Что, если Себастьян обознался? И когда-то дядя водил его поздравлять некую девочку, похожую на меня как две капли воды. Например, дядину внебрачную дочь, которую тот представил своей племянницей? И по факту Басиквлюблён в неё, а вовсе и не в меня? Это была бы катастрофа!
- Это не так… - ответил он, конечно, не на мои бредовые не озвученные догадки. - Мы приехали к вам домой, Роза в то время находилась в санатории, а Лилю как раз вызвали на работу… да и мы, признаться, немного ошиблись, и потому пришли на день позже и на год раньше, чем следовало. Так я познакомился с тобой, но… - он замялся и, прежде чем продолжить, намеренно поймал мой взгляд, чтобы закончить мысль, глядя прямо в глаза: - Ты не помнишь этого, потому что… Лиля заставила меня применить заклятье забвения…
Нет, в то, что дядюшка вполне мог ошибиться на 364 дня и заявиться поздравлять меня накануне семнадцатилетия – в это я прекрасно верила. Это вполне в его стиле. Но вот всё остальное – чистый бред!
- То есть? – переспросила я.
- Я сделал так, что ты меня забыла, – виновато произнёс Себастьян, и в голосе его слышалось такое сожаление, словно это было главной ошибкой в его жизни. Словно именно из-за этого всё пошло наперекосяк, и даже то, что сейчас он полусидел на диване в этом замке, не в силах нормально пошевелиться из-за сковывающих его цепей, тоже было из-за той ошибки.
- Но… зачем?– пробормотала растерянно, и оттого мой вопрос походил на риторический.
Конечно, я не подарок, но к чему такие меры?
- Роза и Лиля были против наших отношений, считая, что ты слишком молода, и я непременно воспользуюсь и обману тебя, – пояснил Себастьян, продолжая всматриваться в мои глаза.
Да, маме и бабушке Басик не понравился, как не понравился бы, наверно, любой, кто не баснословно богат или влиятелен. К моим корыстным родственникам вопросов нет. А вот к Себастьяну – полно!
- И… и ты согласился? – от возмущения и досады аж дыхание перехватило, и я не смогла высказать и десятой части того, чего хотелось.
Вопрос вроде бы был простой, но Басик не спешил с ответом.
- Да, – наконец, произнёс он. - Роза быстро накопала на меня всю информацию, ведь с годами я стал менее острожен, а Роза, как выяснилось, не прекращала поиски убийцы своей сестры. Но расчётливость не позволила ей просто отомстить мне, она решила, что лучше умело использует ситуацию, чем поддастся эмоциям.С этой информацией и её связями Роза могла решить мои проблемы… или усугубить их. Она поставила условие: я применяю к тебе заклятье забвения, и продолжаю жить своей жизнью, и не оказываюсь в Северном Замке...
- Ты променял меня на хорошую жизнь? – перебила я.
Басик не ответил ни «да», ни «нет», вместо этого просто пояснив свой мотив:
- Я не был уверен, что нужен тебе.
Но всё же в Замке он оказался… Оказался, признавшись мне в любви на драконьем острове. То есть, он всё же нарушил условия сделки с Розой и мамой. Но почему?
- А теперь, что, уверен? – прищурилась я, совершенно не понимая его логику.
- Нет, конечно, - он попытался пожать плечами, но вышло скверно. - Но… Сейчас ты нужна мне.
Заявление показалось совсем уж не романтичным и крайне наглым. И хотя он произносил слово «сейчас» в значении «теперь», мне оно послышалось, как «в данный момент». Сейчас нужна, потом буду не нужна. Это ведь так просто. И нет никаких проблем, когда можно в любой момент вновь применить заклинание забвения, и тем самым обнулить наши отношения.
- Получается, мама и Роза были правы? – горько усмехнувшись, оглядела Себастьяна и его оковы уже по-новому, без прежних эмоций.
Просто мужчина, который пленил моё сердце своей красотой и загадочностью, и, когда это было нужно, пользовался этим, а когда не нужно – просто исчезал. Сколько раз так было? Может, мы вообще ходим по кругу и намотали уже не мало этих кругов?
- Они не были правы, – уверенно заявил Себастьян. – Я думал, что влюбился, и было ошибкой повестись на угрозы Розы. Потому что это была не банальная влюблённость, а та самая любовь, которую ждут годами и встречают…
- Раз в жизни, - закончила я ехидно, оборвав проникновенную речь колдуна. – Ага-ага. Прям взяла и поверила!
Мы оба замолкли.
Мне бы хотелось врезать ему. Залепить пощёчину со всего размаху! Но как-то бить закованного колдуна казалось совсем некультурным, и потому оставалось два варианта: либо просто уйти, либо начать оскорблять и возмущаться.
И всё же Абаль был не прав: я не ведьма. А почти что ангел, потому что оскорблять и возмущаться тоже не стала.
Замок, почувствовав моё настроение, приглушил свет, и оттого помещение окутал романтичный полумрак, и скандалить расхотелось окончательно.
Нужно было бы уйти, но стало ужасно любопытно, что же меня заставили забыть? Про прошлый Новый Год я всё прекрасно помнила… по крайней мере, мне так казалось, а, значит, то, что происходило на мой семнадцатый день рожденья и за день до него, отличалось от того мирного в меру романтичного празднования Нового Года.
- Я хочу всё вспомнить! - потребовала я, и голос прозвучал неожиданно холодно и жёстко. Так, как я сама от себя не ожидала, и потому вздрогнула, подумав, что, наверно, таким голосом Роза разговаривала с теми, кого считала недостойными себя. - Ты же, типа, теперь любишь меня? Так сними заклятье! Его же можно снять?
- Можно, – ответил он, и этот очевидный ответ всё же вывел меня из себя.
Я бросилась на Себастьяна разъярённой кошкой, вцепилась в отворот плотной рубашки, начала было трясти, но случайно кожи коснулся ореливий. В этот раз он сразу вспыхнул синим, по звеньям цепи побежал свет, а меня обдало холодом и болью.
Я отпрянула, тяжело дыша, недоумённо глядя на свою руку, но не находя никаких следов соприкосновения с этим странным металлом.
Басик намеревался пояснить мне что-то по этому поводу, даже уже рот открыл, но я перебила, не давая соскочить с темы разговора:
- И почему же ты не снял это заклятье раньше? – прошипела ему в лицо, поскольку больше ничего не могла себе позволить: ни ударить, ни банально вцепиться в его одежду.Ореливий напомнил, в каком положении находится сейчас колдун, так что теперь совесть позволяла лишь говорить с ним, не более.
- Роза следит за ним, – признался Себастьян. - Стоило развеять заклятье, и она применила бы все свои оставшиеся связи, чтобы уничтожить меня.
- Оу... - картинно протянула я. – Так ты опасался мести бабули?
- Да, - честно и прямо ответил колдун. - Если ты не знала, она была любовницей весьма влиятельных мужчин нашего мира. Сейчас они старцы, как и она, и власти у них меньше, чем прежде, но её хватит, чтобы убрать меня с дороги.Я бы остался ни с чем: в Северном Замке, за стенами которого была бы ненавидящая меня ты. Сама посуди: заклятье открыло бы тебе мою ложь и мой поступок, но у меня не было бы и шанса что-то объяснить. Поэтому для начала решил признаться в любви и поцеловать…
Я прикрыла глаза и сжала кулаки. Врезать бы по наглой морде! То есть, даже то признание и поцелуй были не порывом, а частью продуманного плана. Плана, в котором я сыграла свою роль, как по нотам: поверила и потащилась к Северному Замку спасать влюблённого в меня красавчика, чтобы у того был шанс всё мне объяснить…
- М-да… - пробормотала я. – Роза была права… Всё-таки бабуля разбирается в мужчинах, как ни крути.
- В мужчинах определённой породы, - не согласился со мной Себастьян. – И я – не такой. Поверь, Вороника, мне очень жаль, и я проклинаю тот день, когда Розе удалось убедить меня… Но тогда я не понимал, от чего отказываюсь и что отбираю у тебя.
- И что же ты отобрал? – насмешливо поинтересовалась я. – Может, вернёшь тогда, раз это что-то столь ценное?
Ответ заставил меня распахнуть глаза и гневно сверкнуть ими на Басика.
- Поцелуй меня, и верну, – спокойно ответил он, но кадык его нервно дёрнулся.
- Какой-то тупой развод, - покачала я головой с неким осуждением и разочарованием: мол, ожидала от Себастьяна чего пооригинальней.
- Это не развод, - мягко улыбнулся он, и мне одновременно ужасно захотелось и запомнить эту улыбку, и стереть её с его лица. – Так работает эта магия.
Приходилось признать, что сомневаться я могу сколько угодно, но не поцеловаться с Себастьяном могло означать никогда не узнать правды. Даже если этот колдун врёт, и магия работает вовсе не так, Себастьян может и из вредности ничего мне не рассказать, пока не сыграю по его правилам.
Состроила кислую мину, чтобы Басик понял: поцелуй вообще ни капли не желанный.
Но, кажется, он всё равно увидел правду в моих глазах, и кислая мина осталась неоценённой. Наверно, такой и бывает настоящая любовь: даже когда хочется придушить, всё равно сморишь на губы и мечтаешь о поцелуе.
Несносный колдун наклонился ко мне, и я вытянула шею ему навстречу. Смотрелось, должно быть, ужасно некрасиво, глупо и странно, но только так мы могли соприкоснуться губами, чтобы при этом его цепи не коснулись меня.
Странно, но от того, что я стала ближе к Себастьяну, ощутила действие ореливия. Металл словно откликался на мою магию, уже жаждал и предвкушал, что напитается ею. Практически облизывался, как завидевший вкуснятину кот… или как заприметивший свою добычу хищник.
Нервно сглотнув, постаралась думать только о Басике, не отвлекаясь на прочее.
Его губы обожгли мои, наше дыхание вмиг смешалось, и сердце отозвалось на этот поцелуй так просто, словно ничего плохого и не было: ни тайн, ни опасностей – ничего, за что можно было бы дуться на моего колдуна.
Странный поцелуй, который просто не мог бы сопровождаться объятьями, длился, наверно, всего несколько секунд, но при этом так много, о чём смог мне сказать и напомнить, что показалось, будто целовались мы вечность.
Я успела понять и почувствовать, что Себастьян и правда любит и ужасно боится потерять меня. А также успела ощутить и напомнить себе, что и сама люблю этого мужчину и готова на всё, лишь бы помочь ему.
Что бы там я ни узнала о нашем знакомстве.
Я думала так, пока Себастьян не углубил поцелуй, и оттого, видимо, воспоминания начали воскресать в моей памяти…
Ух, какое странное ощущение!Очешуеть!
Зато Басик не соврал, и поцелуй и правда был ключом, а не просто поводом. Хотя, до того, как начали открываться воспоминания, я успела насладиться вкусом его губ и была уверена, что это не было такой уж необходимостью для открытия воспоминаний.
Они, до этого словно запертые за дубовой дверью, начали появляться, выползать из своего заточения. Воспоминания текли плавно, наползали на сознание и окутывали его, впитываясь и сливаясь с прочими, что хранились в моей памяти. Я словно стояла под приятными прохладными струями воды, которые освежали не только тело, но и разум.
Не успела понять, когда поцелуй прекратился, и я стала просто сидеть рядом с Себастьяном, тупо глядя в одну точку и копаясь в собственной памяти.
Теперь там появилось много того, о чём стоило поразмышлять!