Глава 58.

Раэн

Днем в пустоши Кхарона солнце рвало кожу, не оставляя шанса жить на этих песках. А ночами пустошь вспоминала, что она – кладбище. И тянула могильным холодом из тех мест, где когда-то стояли города смертных и драконов.

Мы развели костер. Эдрис умудрился здесь найти хворост. До сих пор не знаю, как.

Я сидел расслабленно, опираясь спиной о валун. Камень медленно отдавал тепло, но не согревал.

Тиана устроилась рядом. Я бы даже сказал, под мои крылом, поэтому я со всей нежностью приобнял ее рукой. Она завернулась в мой плащ, спрятала даже стройные ножки. И, как всегда, держалась храбро.

— Раэн, — тихо позвала она.

— М?

Она смотрела на огонь, как завороженная.

— Я так и не рассказала тебе кое-что важное. Еще в твоем поместье я услышала разговор Ортэлина и другого рясника.

Я молчал и ждал.

— В землях за Пеленой живет старый Магдариус, — прошептала Тиана.

Я едва заметно выдохнул. Магдариус. Имя, к которому драконы относятся с большим уважением. Но, насколько мне известно, никого не осталось в живых.

Она повернулась ко мне, и в ее чистых и красивых глазах мелькало пламя.

— Он может помочь тебе, Раэн. Он может вернуть твоего Магдара.

Я перевел взгляд на огонь.

Магдар, мое сердце, мой дар. То, что у меня незаконно забрали.

Вернуть? Снова слышать рев мира в тишине крови? Снова знать, что я цельный?

Слишком много надежды, а надежда ранит хуже клинка.

— Тиана, — наконец произнес я с тяжелым вздохом, — все Магдариусы давно отдали души духам. Скорее всего, Ортэлин сам не ведал о чем болтает.

— А вдруг это правда?

Я повернул к ней голову. Я смотрел на эту девушку, которая никогда не знала, что такое быть драконом, но носит в сердце жар, сильнее нашего пламени.

Она держала ладони на коленях, в них едва-едва светилась магия, а она сама того не осознавала.

— Пообещай, Раэн, что как только мы уничтожим амулет, мы сразу же отправимся на поиски этого Магдариуса.

Я сжал свое согнутое колено, пальцы чуть дрогнули.

— Я не знаю, — честно сказал я.

— Раэн, — она тут же нахмурилась.

— Хорошо. Обсудим это с Валисом. Старик знает все, и если это правда, если шанс есть, я обязательно отыщу того Магдариуса.

Тиана улыбнулась. И тогда я сделал то, чего хотел с тех пор, как солнце скрылось. Я осторожно коснулся ее руки.

— Спасибо, — сказал я.

— За что? — удивилась она.

— За то, что веришь в то, во что я сам уже не верю.

Я видел в ее глазах сильную веру, но разубеждать ее не хотелось.

Тиана положила голову мне на плечо, пустошь завыла, ветер разносил песок в разные стороны.

Но у костра, рядом с ней, было тихо.

Для дракона честь – выше крови. Для генерала долг – выше желаний.

Но сейчас…

Сейчас я просто был мужчиной, который держал свое сокровище рядом, пока за горизонтом шевелилась тьма.

Тиана уснула быстро. Она всегда боролась со сном, будто боялась пропустить миг, когда опасность снова настигнет нас. Но сегодня маленькое и человеческое тело взяло свое, оно устало.

Я сильнее натянул на нее широкий плащ, ее голова соскользнула с моего плеча, но я успел ее ухватить. Не просыпаясь, она тяжело выдохнула.

«Хрупкая человечка» - мелькнуло в моей голове с нежной усмешкой.

Я провел пальцами по ее плечу, скользнул к шее, где в вене билась жизнь. А потом я провел костяшками пальцев по ее нежной щеке.

Скоро амулет будет уничтожен. Скоро она… Может забыть.

Мы шли к этому, это было правильно. Это ее свобода, ее судьба. Я никогда не имел права держать ее рядом цепями памяти, даже если цепи сделаны из любви.

Но от мысли, что однажды я посмотрю в ее глаза и увижу в них отчужденность и неузнавание, сердце под ребрами дернулось.

Я – генерал Ксарис, я сжигал армии, я не склонял головы перед страхом.

Но сейчас страх сидел рядом и тихо дышал мне в грудь.

Мы, драконы, смеемся в лицо смерти, а это был страх потерять то, что, возможно, дано лишь раз. И не заслужено.

На ее ладони больше нет метки.

Что это значит? Что она свободна от проклятия? Или что связь между нами изменилась, стала другой?

Ни один древний текст не давал ответа. А я только дракон, который слишком поздно понял, что любить – не слабость.

Я отправил весточку Валису. Старый маг знает больше всех живых и почти всех мертвых. Но ответа, скорее всего, не будет вовремя.

Через день мы будем у Храма, через день все может измениться.

Я смотрел на спокойное лицо Тианы. Теплый румянец от огня растекался по щекам, прядь волос спала на лоб, губы были едва приоткрыты.

Судьба – жестокая шутница. Могла ли она знать, что даст мне эту любовь только затем, чтобы забрать?

Но в груди жила другая мысль.

А если любовь действительно способна все победить?

Тиана шевельнулась во сне и тихо прижалась ко мне сильнее, я обнял ее крепче.

Если этот мир решил проверить, на что способен дракон, когда любит, то он скоро узнает.