Глава 10

Лэд идет за ней, одним глазом посматривая на нее, а другим за тем, чем же сейчас занят Маркус. Его не замечают и от него шарахаются. В таких людных местах, как это, ношение джаилда больше преимущество, чем неудобство.

— Ты долго.

Маркус не пошел его путем. Он бы задал Сьюзен свои собственные вопросы.

— Надоело пялиться на ее задницу?

Лэд улыбается. Какая-то девица неожиданно вскрикивает в ответ на его гримасу и опрокидывает на него коктейль. Что за день?!

— Что я говорил? Алкоголь и сироп? Ты уже в каком-то баре? Кем она работает? Официанткой?

— Все-то ты знаешь, но в этот раз не угадал — это клуб.

— Места больше, а так то же самое. Так кто она? Барменша?

Лэд мог бы и догадаться о роде ее занятий, особенно после слов Сьюзен, что Дайра танцевала.

— Танцовщица.

Ему понравилось, как она зажигает толпу. Ему не пришлось по душе, что она делает это. Непонятно откуда взявшееся собственническое чувство было отправлено на край Вселенной, туда же, где сейчас гостило очарование и воспоминания о звонком смехе.

— Нет. Может, тебе помощь моя нужна?

— Нет. Тут и нет ничего. Пустые визоры и чисто как в аптеке, словно прибрались, ожидая меня.

Он в десятом округе. Джаилд показывает вывеску «Территория игр». Увидеть то, что перед глазами командира, невозможно. У него нет таких полномочий, но увиденное в следующую секунду заставляет его развернуться и пойти прочь из клуба. Джаилд Маркуса подает сигнал СОС и пропадает из поля зрения. Лэд оказывается как будто в пустоте. Его статус почти тотчас же обновляется на «Командир группы Ω».

— Маркус?!

Это было сродни панике. Они так долго знают друг друга, что трудно представить, что мир вдруг лишится Маркуса Тикаса.

— Покажи мне, что он видит.

— Джаилд отключен.

Быть такого не может!

— Заглушить звуки.

Он оглядывается по сторонам, охватывая взором пьяных людей, яркие вспышки, разноцветный дым, фигурки танцовщиц в отдалении. Лэд идет прямо к двери, за которой исчезла Дайра. Это все неспроста. Это все связано.

— Запрещено.

— Я хочу снять девочку? Кто здесь главный?

Зря он снял образ. Если нужно договориться, то лучше с ним, чем без него. Орущая баба заставила его снять тень. Охранник подбирается. До этого он выглядел так, как будто был готов накинуться на него и вынести из заведения без зубов, без целых костей и скорее всего без ног.

— Ребята. Все, кто не спит. Просыпаемся!

Ему не повезло оказаться единственным, остальные джаилды приняли сигнал и выбросили на всевозможные устройства, но из команды пока никто не откликнулся.

— Я хочу бестию из центрального зала.

— Девушки не продаются. У нас здесь клуб.

В небольшой комнатушке, отделанной с претензией на кабинет в старом стиле душно. Джаилд показывает содержание спертого воздуха, и Лэд морщится от отвращения. Не ему судить людей.

— Отлично. Я хочу приват.

— Стандартный прайс. Два часа — две с половиной тысячи длар.

— До конца дня.

«Мистер Раймондо» больше похож на сытого и ужасно обленившегося кота, чем на владельца заведения. Но представившаяся его воображению сумма заставляет его принять куда бодрый и серьезный вид, чем был до этого.

— Это большие деньги.

Он знает, что обычно берут половину, а то и четверть часа. Лэду нужно, чтобы женщина была в безопасности и оставалась на одном месте. Потом ее заберет он или кто-нибудь из своих.

— Я хочу приступить и как можно быстрее.

Тот не верит ему, продолжает смотреть на него, как на сумасшедшего. Таких тоже хватает. Это мир будущего, а не светлой утопии. Он тянется к визору на столе.

— Это не шутка.

Лэд протягивает свой визор.

— Оставшиеся четыре с половиной часа.

— Кто она? Донна? Мика? Клео?

— Даяна.

Тот замолчал, раздумывая над чем-то.

— Это особенная девушка.

Насколько особенная? Она спит с этим боровом? Или умеет что-то, что не умеют остальные?

— Насколько?

— Три с половиной тысячи длар.

— Отлично.

Лэд кивнул и с все растущим нетерпением показал на его стол. Пусть достает свой визор.

— Я тороплюсь.

Человек понял это замечание как-то по-своему.

— Деньги не возвращаются.

— Я в курсе.

Время тянется. Все кажется таким медленным. Ему придется дождаться или бросить ее. Она постарается скрыться. Это ожидаемое поведение от нарушителей закона, особенно тех, кому посчастливилось бегать от правосудия такой до неприличия долгий срок.

— Ты не Даяна.

Темнота комнаты помогает ему только в первые три секунды. Потом девица открывает рот, чтобы возразить и завизжать.

— Мне нужна она и только. Еще один такой фокус!..

Он не стал продолжать. Этого было достаточно. Девушка пискнула, взвизгнула и бросилась прочь. В небольшой комнате остался прозрачная пластиковая туфля, прошло еще несколько минут, и вошла Дайра.

Нет.

Она влетела! Ужасно бледная и взволнованная девушка осмотрелась по сторонам, нашла взглядом его и, прежде чем он успел открыть рот, подлетела к нему и ткнула со всей силы в грудь.

— Какого беса ты себе позволяешь?! Как еще донести до тебя, что я не занимаюсь ничем подобным?!

— Тогда чего пришла?

Он не позволил ей ткнуть себя в грудь повторно. Не время для женских истерик.

— Дашь мне сказать хотя бы слово или продолжишь орать о своей святости?

Он воспользовался тем же приемом, что и с ее товаркой, но Дайра не желала успокаиваться вот так просто — она укусила его, наступила на ногу и ударила под дых.

— Irmiry[8]!

— Сам ты козел!

Лэд никак не отреагировал на это, во всяком случае постарался, чтобы это выглядело именно так. Удары были ощутимыми, но не такими сильными, чтобы навредить подготовленному мужчине.

— Мне нужно, чтобы ты оставалась на месте!

Он держал ее рот закрытым, но она просто убрала его руку ото рта. Вот как-то так просто.

— Ты не понимаешь! Что мне потом делать со всем этим?

— Что, неужели замуж не возьмут?

В этот раз она не ответила, просто расслабилась, ожидая продолжения его объяснений.

— За тобой приду либо я, либо кто-нибудь из моих друзей. Это важно. Выбирай: ты остаешься в клубе или я по пути забрасываю тебя в отделение полиции?

— В клубе, — просипела она. — А еще немножко и в больнице!

Лэд ослабил захват. Не хватало только опускаться до того, чтобы выслушивать истеричные обвинения.

— Молодец.

Он отпустил ее, подтолкнул вперед, на автомате шлепнул по заднице. Девушка повернулась к нему, одарила пылающим взглядом и пошла в «уголок» клиента. Бордовая кожаная мебель, столик с выпивкой, подиум и шест в нем.

— Дайра, в твоих же интересах оставаться здесь и не рыпаться.

Лэд чувствовал, что ее не стоит выпускать из виду, лучше бы погрузить в свой лайн и взять с собой, но похищение людей, пусть даже таких симпатичных, в его планы пока не входило. Не стоит портить ей жизнь, пока.

— Хорошо. Хочу посмотреть, как ты выберешься отсюда. — Она уселась за столик, уставленный всевозможными напитками, с самым хмурым видом оглядела предоставленный ассортимент и потянулась к бутылке с мартини. — Или просто выйдешь через парадный вход? Предупреждаю: мне после этого можно уйти, и я сделаю это.

Мартини, оливка, музыка, просторный диван и красивая женщина на нем. Сердитая, воинственная, практически раздетая и все-таки веселящаяся. Она улыбнулась ему и показала на подсвеченный круг сцены перед собой.

— Говорят, что где-то в этой части есть люк для торжественных случаев. У нас бывает, что празднуют дни рождения. Только вот я точно не знаю, где этот тайный ход.

Такой выразительный взгляд. Лэд промолчал. Она вновь укусила его старостью.

— По вашим меркам мне совсем немного. Тридцать семь лет — это еще не старик.

— Ого! Стало немногим легче.

Она сделала слишком большой глоток из неудобного фужера. Девушка собиралась напиться или не умела это делать от слова «совсем», пьянея прямо на глазах. Откуда ему было знать, что она всего лишь голодна. Он бы и не подумал об этом. Его мысли целиком и полностью занимал исчезнувший командор.

— Будь умницей.

Он не оправдал ее ожидания. Джаилд показал спрятанную дверь, он же открыл ее, взломав замок, перед этим маякнув о противоправном действии.

— Вот ведь гад, — донеслось ему вслед хриплым голосом с уже ощущающимися в нем пьяными нотками. — Взял и все испортил.

Лэд усмехнулся этой реплике, подпер дверь стулом и, сливаясь с сумраком и тенью, прошел еще несколько поворотов, то и дело оказываясь в узких технических помещения. Лайн взмыл в воздух и рванул против общего потока. Джаилд то и дело предупреждал о нарушении воздушного движения, но в конце концов заткнулся, выискав в одном из старых и не отмененных документов правомочность такого поведения.

— Маркус?!

Контора «Территория игр» выглядит театральной декорацией с хорошим налетом на всем, что не касается рабочих визоров, камер и обмундирования участников. Лэд вертится по сторонам. Маркус должен быть где-то здесь, но он его пока не видит. Джаилд вытаскивает схемы, сканирует пространство, посылая волны, что отражаются от всего, в чем есть хоть капелька меди. Что-то горячее коснулось его плеча, а потом еще раз, зашипело и повторило движение. Лэд смотрит на потолок и не может понять, что за гадость висит на нем. Джаилд сбоит. Он еще не встречал такой субстанции и не может определить, кому принадлежит это биомасса: не то человеку, не то кому-то из своих.

Радует, что не Маркусу, но тогда кому? Куда же он делся?

Он не может и восстановить повреждения. Керб отступает в сторону от продолжающей капать «слюны». Ему выжгло дыру на плече, что вообще за переделами его понимания. Джаилд — это уникальное волокно, тесно связанное с его ДНК и основным элементом звезд. Его не берет ничего, кроме плазменного вещества Бетельгейзе.

Вентиляционный короб вывел его в потайную комнату с находящимся в нем обмундированием. Поножи, наручи, нагрудники, пояса и даже шлемы дезинфицируются в каких-то огромных чанах с прозрачными стенками. Запах в комнате стоит удушающий.

— Ионизированный раствор воды и уксуса. Присутствие биологического материала. Принадлежность — неизвестно, разрушение ДНК более семидесяти процентов.

Лэд еще вернется сюда. Эти штуки спрятали здесь не просто так. Похожие он видел на Дайре сегодня. Другого объяснения ее реакциям придумать сложно, хотя, надо признаться, что это вылетело у него из головы. Их, кстати говоря, не наблюдается.

— Нужно во многом признаться, — шипит он себе поднос, тщетно пытаясь избавиться от запаха ее волос. — Почему я только и думаю, что о ней?

Она пропахла этой ягодой, и пусть в ее духах нет и намека на афродизиак, но это все же отложилось в памяти. Детали их разговора то и дело всплывают в памяти, сбивая с толку и подсказывая ему, что не все так просто.

— Хорс! Риль! Пашту! Ребята! Хоть кто-нибудь!

Они молчат. Их рабочий день закончился. Все может подождать. Иссмир не станет безопаснее, обязательно найдутся психи и подражатели.

— Измор!

Джаилд продолжает отсылать сообщения, бомбардируя их домашние визоры. Всем надумалось отдохнуть вне дома.

— Подключиться к камерам города.

Он не знает, что это даст ему. Аштар не возьмут и не ответят на звонки с общегородских визоров, вмешиваться в телекоммуникационную инфраструктуру им запрещено.

— Что у тебя? — отвечает сонный Оттино.

Откликнулся совсем не тот, кого он звал. Оттино находится в тысячах километрах от него и прибудет малое через час или полтора.

— Маркус. Его джаилд не откликается.

— Разрядился и на подзарядке, — отвечает тот спокойно.

Лэд вскидывается от этого тона. Он за кого его принимает? За юнца, что истерит по любому незначительному обстоятельству?

— Тогда должен быть хоть отголосок сигнала.

— Ты прав, — выдает тот после некоторого молчания. — Скоро буду.

— Не нужно.

Лэд обращается в пустоту. Она нашел Маркуса. Трудно не узнать того, кому прикрывал спину немыслимое количество раз, пусть даже его тело изуродовано и на его теле нет ни единого живого места.

— Сканировать.

— Кожный покров отсутствует.

Он весь залит этой гадостью, что висела на потолке и прожгла плечо Керба. Джаилд попытался сделать хоть что-то с поврежденными тканями, но вскоре оставил эту попытку. Плечо жжет и пульсирует, но на время Керб оставил это и просто затолкал сигнал мозга куда-то на задворки сознания.

— Пульс нитевидный.

Это меняет все. Лэд бросается к нему и тут же отскакивает с проклятиями и бранью, бросается в соседнюю комнату и отлетает обратно.

— Керб! Откликнись! Керб! Передислоцироваться. Юго-восточный полюс, сектор семь, квадрат двадцать два.

Он помнит это задание. Оно было пятьдесят лет тому назад. Они искали жизнь на планете. Нашли. Но она была в своем начальном состоянии. Пещерные люди. Древние царства. Еще процветающий каннибализм.

— Давай ко мне! Отвечай же! Неподчинение команде.

Он не верит в происходящее. Если верить голосу, то Маркус перед ним, тогда как сзади неизвестно кто. Существо отлетает в сторону, орет не хуже аштар, так что лопаются капсулы с уксусом, тварь, упавшая в лужу, ревет еще сильнее, бросает в него один из осколков, горячие детали костюма, скользит. Керб добивает его. Стреляет до тех пор, пока тварь не замолкает, не прекращает дергаться. Джаилд Маркуса стекает с него бесформенным пятном и так и остается там, постепенно растворяясь в вытекающей из чудовища субстанции.

Керб мечется по помещению. Его джаилд показывает признаки жизни в командире. Нетканые полотенца. Он оттирает его тело, наконец тащит в воду.

— Давай же, Маркус!

Он варит командира заживо, опуская его в ванну с жидкостью, но это лучше, чем стремительно уродуемое тело. Силы могут покинуть его в любую минуту. Тем более, как он помнит, тот совсем не настроен, чтобы бороться и жить.

— Керб? Что случилось? У тебя проблемы с копами?

Он не отвечает, просто выбрасывает координаты и картинку с Маркусом.

— Твою мать! Керб! Он жив?

— Да.

Он тащит его на стол, смахивая пластиковые доспехи, запинаясь о тело, скользя ботинком по вытекающей крови. Керб шарит по полу, находя испорченный джаилд.

— Ты еще способен хоть на что-то?

Едва ли. Он превратился в какую-то тонкую тряпку, но выжимает ради своего полуживого хозяина все, что только может.

— Держись же!