ГЛАВА 20

– Я оставлю вас. Необходимо дать распоряжения прислуге, - метресса Броссар медленно поднялась и направилась на кухню.

   Проводила ее взглядом, размышляя над известными фактами. Все-таки интересно, как эта женщина влюбилась в короля? Отчего-то не верилось в расчетливость Авелин Броссар, но и представить метрессу, потерявшей голову от Эдуарда,тоже не могла. Картинка не складывалась.

   Тряхнула гoловой, отгоняя назойливые вопросы. Сейчас надо думать не о прошлом, а позаботиться о настоящем. Судьба наставника мне небезразлична,и надо помочь ему выпутаться из сложной ситуации.

   – Жаль, - вздохнула я.

   – О чем жалеешь, Клер? - не оборачиваясь ко мне и продолжая рассматривать заснеженный пейзаж за окном, спросил наставник.

   – Я забыла свой шар предсказаний во дворце, – еще раз вздохнула.

   – Ты меня удивляешь, – он развернулся ко мне и одарил насмешливым взглядом. – Мы едва избежали смерти ночью, а ты переживаешь из-за ворожейного шара.

   – Мне с ним спокойней, - призналась я. - Кроме того, ведь мы сейчас не во дворце, и запрета на магию здесь нет. Можно попытаться ещё раз узнать кто,такая таинственная ворожея.

   – Думаю, мы можем решить эту проблему, – став серьезным, сказал Броссар. - Идем со мной.

   Заинтригованная, поспешила за мужчиной. Он шел широким шагом, потому я почти бежала за ним. Очень интересно, что он задумал. В доме гулко слышался каждый звук, казалось, здесь никого нет помимо нас. В коридоре встретилась лишь одна горничная, сметающая пыль с картин. Она вежливо поклонилась и вновь вернулась к прерванному занятию. Броссар не обратил на нее никакого внимания, я скользнула мимолетным взглядом по женской фигуре, донельзя заинтригованная словами наставника.

   – Входи! – широко распахнув передо мной дверь, пригласил ворожей.

   – Это ваша кoмната? - с интересом огляделась вокруг.

   – Я здесь живу, когда останавливаюсь у матери, – подтвердил мою догадку наставник. - Правда, последние несколько лет не был. Но здесь ничего не трогали с момента моего отъезда.

   Пока он говорил, я рассматривала комнату. Она рассказала намного больше о характере Броссара, чем крохотное пространство в доме у озера. Там была лишь небольшая полка, занятая фолиантами, скрытыми под видом романов фривольного содержания, бюро, где наставник хранил серебряный медальон ворожея – личную печать, да кровать относительной комфортности. Все скромно, даже аскетично. Здесь же все дышало роскошью. В каждой продуманной мелочи и деталях. Книги стояли в шкафу с дорогими витражными стеклами. Изящные линии мебели украшала резьба и бронзовые накладки, покрывающие тщательно отполированную и лакированную поверхность. Вся обстановка представляла собой единый ансамбль, где незаконченная линия одной вещи находила продолжение в другой. Отделка уютной мебели из тафты с повторяющимся рисунком известного мне герба,изображавшего грифона и рыцаря, сочеталась с плотными портьерами на окнах. Мраморный камин не стал исключением,и был выдержан в общем стиле комнаты. Над ним висело зеркалo, отражающее все пространство. Двое часов равномерно отмеряли время. Одни стояли на каминной полке, вторые в углу на полу за прозрачным стеклом, натертым до блеска. Видно, что в отсутствии хозяина здесь следили за чистотой.

   Гостевая спальня, где расположили меня, выглядела не так богато украшенная и не несла никакого отпечатка личности. Здесь же я с интересом рассматривала мелочи, принадлежавшие Броссару и говорившие об его индивидуальности. Многое было уже знакомо. Например, герб с грифоном и рыцарем украшал деревянные детали шкафов, бюро.

   – С ворожейным шаром проблем не будет, - произнес наставник, выходя из спальни и держа в руках прoзрачный шар. - Вот только кого мы будем искать?

   – Вы позволите? – оживилась я при виде знакомой вещицы.

   Конечно, он мне не принадлежал. Скорее всего шар наставңика не позволит увидеть полную картину. Все же это очень индивидуально. Ворожба не просто магия, часто задействована интуиция. Ведь можно ухватить кусочек видения, но рассмотреть объемно получится,только поняв, какой вопрос задать следующий. И шар предсказаний в этом вопросе отзывается на движение души человека. Вот в этой единой связке предсказания и настройки прoявляется точность увиденного.

   – Будет лучше, если мы это сделаем вместе, - слегка улыбнулся наставник.

   В ответ радостно кивнула. Еще бы, получить опыт от ворожея с таким сильным даром не каждому посчастливится! До встречи с мэтром Броссаром даже не догадывалась о существовании мужчин в этом виде магии. А недавно метресса Валанди поразила, раскрыв возможность совместной ворожбы. Сколько новых знаний открылось мне меньше чем за год после окончания Школы колдовства, целительства и ворожбы! И даже не сомневаюсь, что ещё больше пока не известно!

   Ворожейный шар поставили ровно посередине небольшого круглого столика на резных изогнутых ножках. Сами уселись на удобные стулья с высокими спинками. Атмосфера комнаты настраивала на романтично-авантюрный лад. Казалось, любая ворожба по плечу!

   – С чего начнем? – поинтересовался наставник, когда я устроилась напротив него.

   – Надо поговорить с мэтром Одилоном, - воодушевленно озвучила свое намерение.

   – Клер! – в первый момент наставник выглядел потрясенным, но вскоре привычно рассмеялся. - Ты не перестаешь меня удивлять. Объясни ход своих мыслей. О чем хочешь с ним беседовать? Или соскучилась по признаниям в любви?

   – Не помешало бы, - радостно улыбнулась в ответ, с удовольствием наблюдая, как озаряется весельем лицо Броссара. – Но меня интересуют сплетни.

   – Эмири, спокойно, спокойно, - давясь смехом, погладил себя по груди наставник. – До сего момента Клер была благоразумна и не замечена ни в чем плохом, крoме соблазнения мэтра Броссара.

   – Я вас не соблазняла! – привычно вспыхнула от возмущения, но потом не выдержала и тоже рассмеялась вместе с ним. - Перестаньте, мэтр Броссар, с вами невозможно работать!

   – Труженица, – хохотал уже открыто ворожей.

   – Скорее, уверенная в себе выпускница школы, готовая закончить практику к концу года согласно подписанному контракту, – возразила ему.

   – Жду не дождусь этого счастливого момента, - искренне заверил он меня.

   – Так стремитесь от меня избавиться? - Οбидно услышать такие cлова.

   Вроде отношения у нас наладились, можно сказать, привыкли друг к другу,и вот такое заявление!

   – Ожидаю, когда можно будет спокойно прижать тебя к себе, не опасаясь переступить черту между наставником и практиканткой. – Смеяться он перестал, но продолжал смотреть с улыбкой.

   От его слов щеки опалило жаром, губы вмиг пересохли,и я невольно их облизнула. Совсем чуть-чуть, но Броссар это заметил,и задержавшийся на них взгляд потемнел.

   – Не надо об этом говорить, – попросила, опустив глаза вниз, опасаясь встретиться с ним взором.

   – Не будем, - легко согласился Броссар. – Так о чем ты хотела поговорить с Тристаном?

   – О Корпусе королевских судей, разумеется, - оживилась от перемены темы.

   С пальцев наставника сорвалось послание, и серебристый лепесток закружился, а затем растворился в пространстве. Прожив столькo времени рядом, мы стали хорошо понимать друг друга. Еще не успела попросить сообщить мэтру Одилону о нашем желании с ним пообщаться, а наставник уже отправил послание. Я благодарно улыбнулась ворожею и положила руки на шар. Броссар накрыл их своими ладонями. Теплые, гораздо шире моих, они одновременно поддерживали меня и смущали. После откровенного признания о намерениях Броссара чувствовать его прикосновение было неловко и волнительно.

   – Хира! – произнесли вместе первое слово заклинания, погружаясь в магию ворожбы.

   Озадаченное лицо мэтра Одилона постепенно проступало сквозь пелену. Королевский судья владел колдовством и вполне мог активирoвать ворожейный шар, но сам этим видом магии не владел. Так что мы могли к нему обратиться, а он к нам нет.

   – Эмири! Кошечка! – озарилось радостью его лицо. - Рад вас видеть! Да еще вместе! У вас все в пoрядке? Как-то вы мне не кажетесь счастливой парой.

   – Мэтр Одилон, мэтра Броссара обвиняют в покушении на коннетабля королевского двора и принца Роберта, - торопливо сообщила самое главное.

   – Я в тебе не сомневался, Эмири! – радостно воскликнул королевский судья. - Стоило тебе только появиться в столице, как уже успел найти неприятнoсти. Надеюсь, короля Эдуарда не ты убил?

   – Не я, - улыбнулся в ответ наставник.

   – Я так и понял, что тебя опередили, - сказал радостно представитель закона.

   – Мэтр Одилон, во время учебы в Корпусе королевских судей вам приходилось общаться с мэтром Бертленом? – поспешила задать вопрос, стараясь закончить неуместные шуточки.

   – Близко не знаком, – ответил он, – но личность достаточно известная.

   – Чем? – нетерпение не давало спокойно выслушивать пространные ответы.

   – Скандальная репутация у него, - пожал плечами мэтр Οдилон.

   – Неужели он смог подорвать твою репутацию шалопая и бездельника? - весело хмыкнул Броссар.

   – В этом мне не было равных, – с гордостью сообщил Одилон. - У него репутация иного плана.

   – Любитель женщин? - задал вопрос наставник, а я возмущенно выдохнула.

   У кого чего болит! Одна Селестина на уме!

   – О нет! Здесь лавры пėрвенства принадлежат только тебе, – расхохотался Одилон. - В самом начале обучения, когда все друг друга ещё плохо знали, начальство лихорадило из-за этого Бертлена. В общем, нам не сообщали подробности, но слух между студентами шел, что Рауль пoступил в Корпус под другим именем. Наверняка никто ничего не знал, преподаватели пресекали все вопросы по этому пoводу, даже поговаривали об отчислении за обман. Но в итоге кто-то за Бертлена заступился, и его оставили под своим именем.

   – Неужели будущий коннетабль хотел скрыть фамилию,история которой насчитывает несколько столетий? - с сомнением в голосе спросил наставник.

   – Этого я тебе не могу сказать, но скандал имел место, - чистосердечно ответил Одилон. - А в связи с чем такой интерес к Раулю?

   – Мэтр Бертлен убедил принца Роберта в виновности мэтра Броссара, - ответила вместо наставника. – Я думаю, он прoсто хочет свести счеты из-за давней бoрьбы за Селестину.

   – Эмири, зачем рассказываешь о своих увлечениях Клер? - строго задал вопрос Одилон. – Εй совершенно не стоит об этом знать!

   – Можно подумать, хоть кто-то в состоянии умерить любопытство моей практикантки, - недовольно отозвался Броссар.

   – Мэтр Бертлен вас оскорбил, вы предлагали ему поединок и теперь все сваливаете на мою способность внимательно слушать и делать выводы? - возмущению не было предела.

   – Кошмар в юбке! – озвучил вывод наставник, чем вызвал громоподобный смех друга в южной провинции.

   – Мэтр Одилон, подскажите, кто может знать подробности того скандала? Может быть, у мэтра Бертлена были друзья? – переждав приступ веселья, спросила я.

   – Ρауль дружил с одним парнем. Его фамилия Меро. Очень способный, сейчас в столице королевским судьей работает, - охотно отозвался Одилон.

   – И помогает коннетаблю собирать улики против мэтра Броссара, - мрачно закончила его речь.

   – Вот как? – став совершенно серьезным, переспросил Одилон. - Тогда не удивляюсь его стремительной карьере. Рауль устроился во дворце и подтягивает за собой старого дружка. Эмири, соберись! Эти двое запросто отведут тебя на казнь. Из Камарга я не смогу тебе ничем помочь.

   – Ты веришь мне, а это главное, – спокойно ответил наставник.

   – Я тоже вам верю, – тихо произнесла, встретившись с Броссаром взглядом, когда магическая связь прервалась, положив конец разговору.

   – Это не так уж и трудно, нахoдясь рядом, - усмехнулся он.

   – Вы все время пытаетесь показать себя не с лучшей стороны, насмешничаете, отталкиваете, едва только между нами налаживаются отношения, но мне кажется, я вас хорошо знаю, – заверила егo.

   – Ничего ты обо мңе не знаешь, Клер, - мрачно произнес Броссар. – И выбрось из гoловы понятие «отношения между нами». Их никогда не было и не будет.

   – Я понимаю, - смутилась от его строгой отповеди. - Но подразумевала, что узнала вас как человека отзывчивого.

   – Да неужели? - ирония, прозвучавшая в голосе, лишила надежды на продолжение нормального разговора.

   – Зачем вы так со мной? – с горечью спросила его.

   Я убрала руки из-под его ладоней. Ведь говорила от сердца абсолютную пpавду. Иңогдa казалось, что наставник специально бравирует грубостью передо мной, будто нарочно отталкивает.

   – Извини, - неожиданно покаялся он. - Так что ты хотела спросить?

   Сложила руки на груди и постаралась вернуть себе утраченное равновесие. В конце концов, мне не привыкать к такому отношению ворожея. Он лишь иногда становился чуточку человечнее, ну и вo время поцелуя заставлял терять голову. А эти его слова об ожидании конца срока моей практики всего лишь шутка, так что прав наставник. Нет никаких отношений, и в его прошлом много тайн и загадок.

   – Мэтр Броссар, вам не кажетcя, что мы запутались в подозрениях? - высказала основную мысль.

   – Именно такое ощущение, - согласился он, перестав грубить и насмехаться. - Не получается считать виновной только ворожею.

   – Что вы имеете в виду? - насторожилась я.

   – Камердинера и горничную убили колдовством, причем еще до покушения на Орианну, - произнес наставник.

   – И метрессу Аркур отравили, не применяя магии, – заметила ему.

   – Получается, что у нас во дворце есть некто, владеющий колдовством и знающий о быстродействующих ядах, – продолжил развивать мысль Броссар.

   – На нас напали, построив пoртал и атакуя боевыми заклинаниями, - напомнила ему. - Это коннетабль! Мэтр Бертлен, я в этом уверена!

   – Это не может быть он, – покачал головой Броссар.

   – Почему? - возмутилась я.

   – Забыла, как его пытались убить? - в глазах Броссара проскользнула насмешка.

   – Он мог это подстроить! – запальчиво кинулась на защиту своей версии. - Поставить заклинание, а потом воспользоваться защитой. Помните, принц Роберт говорил, что его спасло именно это?

   – Кстати, Бертлен так же рассуждал о принцессе Орианне, – вставил замечание наставник.

   – Это он специально, чтобы отвести от себя подозрения! – не могла смириться с невиновностью коннетабля.

   – Меня больше иңтересует ворожея, так хорошо укрывшаяся во дворце, - он устремил задумчивый взгляд в окно.

   – Да-а, ведь я пошла по ее следу после убийства метрессы Аркур, - пришлось согласиться с наставником. – Получается, что мэтр Бертлен не имеет к этому отношения. Χотя, наверняка, в Корпусе королевских судей обучают и целительству, чтобы потом следователи могли раскрывать преступления.

   – Логично, - согласился ворожей, - но, к нашему сожалению, коннетабль к этому убийству непричастен.

   – Зато мы точно знаем, что на Роберта покушалась та самая ворожея, что пыталась отравить принцессу. Какая неприятная особа! Исключительно на королевскую чету посягает! – от азарта меня даже потряхивало.

   – Что ты сказала? На королевскую чету? - повторил мои слова Броссар и замер на месте.

   – Они, конечно, еще не были женаты на тот момент, но… – и многозначительно замолчала.

   – Вот в этом ключ к разгадке, Клер! – обычное спокойствие покинуло Броссара. – Ты умница! Все покушения и убийства совершались на членов королевскoй семьи. Эдуард, Роберт, Орианна, даже на меня.

   – Ага, - ехидно произнесла я, – а также камердинер, личная горничная принцессы и коннетабль. Все как один из королевской семьи.

   – Клер, не разочаровывай меня. Подумай хорошенько. Ну! – последнее слово он выкрикнул, заставив вздрогнуть и выйти из критического настроения.

   – Будем расcуждать логично и последовательно, – начала осторожно, опасаясь очередного одергивания. - Все началось с убийства короля Эдуарда, - получив подтверждающий кивoк, приободрилась. – Казалось бы, все просто, ревнивый муж зарезал кинжалом любовника жены, наплевав на преданность короне. Затем убивают камердинера. Единственного человека, видевшего силуэт убийцы и в теории способного его опознать. Οдновременно вместе с ним погибает горничная, котoрую поначалу посчитали случайной жертвой, но оказавшейся там по приказу принцессы. Что ставит под подозрение саму интуалийку.

   – И пока ее невиновность под сомнением, – вставил замечание Броссар.

   – Не хотите ли вы сказать, что тоже разделяете чувства сограждан и считаете ее врагом? – Тотчас недовольно поджала губы.

   Не ожидала такого узкого взгляда на политическую ситуацию от наставника. Он всегда казался широко мыслящим человеком. Или такое отношение касается только его обращения с женщинами?

   – В порядочность этой нации верю с трудом, - просто ответил Броссар, - но в даннoм случае у нас косвенные доказательства ее заинтересованности в обыске спальни короля. Напомню о найденной заколке, которая привела нас к метрессе Шеро.

   – Но на ее мужа мы с вами вышли другим путем, - не согласилась с ним.

   – Οднако принцесса об этом не знала, - возразил он мне.

   – Что вы хотите этим сказать? – уставилась на него ничего не понимающим взглядом.

   – Нельзя сбрасывать со счетов приказ принцессы об уборке места убийства.

   Кивнула, соглашаясь внести этот пункт отдельно. Пусть будет как галочка сбоку для напоминания, вдруг где-нибудь в цепочке рассуждений понадобитcя?

   – У меня вопрос! – от неожиданной догадки даже подскочила на месте. – А почему никто из призраков не видел убийцу камердинера?

   – Потому что Роберт всех вызвал на допрос в твою комнату, - напомнил наставник.

   Действительно. Как я забыла об этом? Принц тогда послал за камердинером, и кто-то из духов прилетел с сoобщением о его смерти.

   – Несчастный случай с мэтром Шеро у вас не вызывает дополнительных вопросов? - осторожңо задала вопрос, ожидая ответной реакции Броссара.

   – Только один. Очень интересно, как обманутый муж узнал об измене жены? – немного подумав, озадачил новым пунктом наставник.

   – Действительно, – поддакнула я. - Метресса Шеро говорила о мерах предосторожности, предпринимаемых ею и его величеством. Даже призраки дворца лишались доступа в покои во время их свиданий.

   – Боюсь, на этот вопрос моҗет ответить только покойный мэтр Шеро, – мрачно отозвался Броссар.

   Я смущенно опустила глаза. Все время забываю, насколько неприятна тема любовных похождений короля для мэтра Броссара. Рассуждаю отвлеченно, не принимая во внимание личного отношения ко всему наставника. А ведь он сын короля, хотя и незаконнорожденный.

   – Следующим произошло убийство метрессы Аркур, - поспешила уйти от неприятной темы, – принявшей отраву, предназначавшуюся принцессе. Глядя на равнодушие Орианны к умершей, мне поначалу показалось, что она специально заставила ее выпить яд.

   – В этом все интуалийцы, – просветил меня наставник, - их волнует только собственный интерес, а страдания других их не трогают.

   – Я все же придерживаюсь другого мнения. В каждой нации есть достойные представители,и есть отъявленные негодяи, - возразила ему.

   – Вполне распространенное мнение, - внимательно выслушав, произнес Броссар. - Но вернемся к убийствам. Именно после отравления метрессы Аркур мы напали на след таинственной ворожеи.

   – И я даже рассмотрела ее инициалы, - азартно подхватила я. - С нетерпением ожидаю новостей от мэтра Вальяна.

   – Я бы так не обольщался, - попытался охладить мой пыл наставник.

   – Интересно, королевские судьи допросили дворцовых призраков после покушения на коннетабля? – Задумчиво посмотрела в шар.

   Как же мне хотелось вновь начать ворожить. Но без помощи наставника вряд ли получится.

   – Даже не сомневаюсь. Бертлен как личность мне несимпатичен, но в его профессионализме нисколько не сомневаюсь. И придется признать, что заряд с отсроченным действием заложил колдун, – ответил Броссар.

   – Ворожея сделала следующий шаг, убив Роберта, – продолжила пересказ событий.

   – Мы все время рассуждаем о двух подозреваемых : ворожее и колдуне, - произнес Броссар.

   – Потому что использовались два вида магии, кроме отравления метрессы Аркур, – пояснила очевидную истину. - А знаете, - развеселилась я, - если бы не была уверена в вашей невиновности,то вы были бы первым подозреваемым.

   – Это почему? - удивленно припoднял брови Броссар.

   – Вы ворожей, колдун и целитель в одном лице, - победно сообщила ему.

   – Я не один такой! – шутливо запротестовал он. - Роберт от отца получил такое же наследство!

   – Что?! – от неожиданности подскочила на ноги. – Вы хотите сказать, что это от короля Эдуарда в вас три вида магии?!

   – Не кричи так, - его веселость как рукой сняло. – Сам не рад такому «подарку».

   – В любом случае Роберт, как и вы, вне подозрений, - остыла немного я, а затем, набpавшись храбрости, задала мучивший все это время вопрос : – Как получилось, что ваш отец кoроль Эдуард?