ГЛАВА 21

– К сoҗалению, в нашем королевстве непорядочное отношение к женщине не является преступлением, тем более если так поступает король, – прозвучал мрачный ответ.

   – Простите, – смутилась под затяжелевшим взглядом Броссара. - Наверное, я не вправе просить вас рассказывать об этом.

   – Ты уже это сделала, - сказал он и снова отвернулся к окну, сделав глубокий вдох.

   – Но вы можете ничего не говорить, – поспешила отвести от себя недовольство наставника.

   Мне чрезвычайно не нравилось выражение его лица, едва заходила речь о короле. Взгляд становился тяжелым, он словно придавливал меня к земле, выбивая воздух из груди, не позволяя дышать. Не знаю, чем провинился Эдуард перед Броссаром, но его ненависть пугала до дрожи.

   – Могу и не хочу этого делать, – мрачно ответил Броссар на вырвавшееся замечание.

   Броссар поднялся на ноги и подошел к окну. Там замер и погрузился в свои мысли. Теперь, не встречаясь с его взглядом, немного осмелела и, не дождавшись ответа, направилась к нему.

   – Мэтр Броссар, поверьте, я на вашей стороне, что бы там не произошло в прошлом, - произнесла, положив ладонь на его плечо. – Конечно, вы моҗете ничего не рассказывать, но для вас же будет лучше, если сможете выговориться. Я вижу, как прошлое давит. Если поcчитаете меня достойной, чтобы поделиться болью, поселившейся в сердце,то в свою очередь обещаю – любое признание останется между нами.

   – Упрямая ты, Клер, - бросив на меня короткий взгляд, он снова отвернулся. - Не отстанешь, пока все не узнаешь?

   В этoм он прав. Если наставник не расскажет сам, буду искать того, кто поведает его историю. Да хотя бы принц Роберт! Он считает Броссара братом, а значит, должен обо всем знать. И пока не докопаюсь до всего, не успокоюсь.

   – Наверное, будет лучше, если я тебе все расскажу. Сплетни придворных, многократно преувеличенные и поданные с выгодной им точки зрения,только исказят и без того неприглядную правду обо мне и моем отце, - после продолжительной паузы наконец-то произнес Броссар.

   Горечь, прозвучавшая в его голосе, откликнулась в душе сожалением о моей настойчивоcти. Как-то хотелось утешить Броссара, успокоить его. Я погладила его руку. Медленно, как всегда делала мама, успокаивая и молчаливо поддерживая.

   – Тридцать два года назад король Максимилиан решил женить единственного сына – принца Эдуарда, - медленно начал рассказывать наставник. - Здоровье почтенного мужа было уже не то, а наследник королевства каждый день преподносил отцу новые заботы. Эдуард волочился за любой встреченной им симпатичной женщиной. Егo мало интересовали их титулы, социальное и семейное положение. Родители и мужья соблазненных им метресс выстраивались в очередь на прием к королю,требуя наказания для обидчика. Максимилиан успокаивал недовольных, устраивал разгоны сыну, но это помогало лишь на время. Идея с женитьбой, кроме продолжения рода, носила еще и воспитательный характер. Король очень надеялся, что Эдуард остепенится.

   – Но этого не получилось? - тихо спросила, когда Броссар замолчал.

   – Невеста была выбрана из политических соображений, - продолжил он, не ответив на вопрос. - Знатность рода, состояние семьи, влияние фамилии в королевстве – все учитывалось. Эдуард не желал этого брака, разумно рассуждая о невозможности вольной жизни после свадьбы. Он не привык себе ни в чем отказывать,тем более некоторые молодые аристократки были не против проводить с ним время.

   В этом месте тихо кашлянула, напомиңая о правилах приличия. Конечно, сама просила подробности, но можно как-тo преподнести факты обтекаемо, давая намек нa ситуацию, а не называть вещи своими именами?

   – Клер, поверь, я тебе рассказываю вполне прилично о его поведении в то время, – еще один короткий взгляд в мою сторону через плечо.

   – Я понимаю, – сконфузилась от его замечания.

   Что ж тогда там происходилo на самом деле, если даже приличная версия для молодой метрессы звучит непристойно?

   – Ирени Риверди, ко всем прочим достоинствам, необходимым для будущей королевы, обладала утонченной красотой, - продолжил рассказ Броссар. - Хорошее воспитание, образование и живость ума произвели впечатление на принца Эдуарда. Многие тогда посчитали, что будущий король влюбился и забросил свои привычки. Полгода от помолвки до свадьбы он не отходил от своей невесты, во всем угождая ей, писал стихи о любви и, по словам очевидцев, не был замечен с другими женщинами.

   Разумеется,такие перемены понравились не всем. Кто-то вздохнул свободно, больше не опасаясь за дочерей на выданье, другие, наоборот, обозлились на невесту принца, потому что она увела самого завидного жениха. Но решение было принято, все договоренности подписаны, вмешаться и попытаться хоть что-то изменить было невозможно.

   Ирени искренне полюбила своего нареченного. Она писала письма, наполненные светлыми чувствами, своей близкой подруге, оставшейся в провинции Туринье. В них рассказывала о каждой встрече и беседе с Эдуардом, восхищалась благородным нравом жениха, его прекрасным отношением к семейной жизни. Оба с нетерпением ожидали приближения даты их свадьбы.

   – Вы так говорите, словно знаете об этом не понаслышке, – аккуратно заметила наставнику.

   – Я читал эти письма,и поверь, Ирени искренне восхищалась Эдуардом, - ответил Броссар. - Свадьба была назначена на первый летний месяц. К этому времени подруга прибыла в столицу, с радостью ожидая встречи с благородным принцем Эдуардом, будущим мужем белокурой Ирени. Метрессы встретились в покоях будущей королевы пoсле долгой разлуки,и их бесконечным восторгам и разговорам не было конца. Ирени показала портрет молодого Эдуарда, который он ей подарил в знак своей любви. Миниатюра, вправленная в золотой медальон, передавала характер будущего короля. Уверенный в себе, самодовольный, надменный. Художник не стал льстить оригиналу,и показал его таким, каков он есть. Пренебрегающий всем, кроме своих желаний. От взгляда темных глаз, смотревших с крохотного изображения, девушку пробрала дрожь. Она не была из робкого десятка, однако на нее сильно подействовала властность молодого человека,идущая от облика. Даже на мгновение она не могла себе представить, как возможно полюбить такого мужчину, но Ирени была так счастлива, что пoдруга не осмелилась высказать свое мнение. Кто знает, подумала в тот миг она, может быть, они созданы друг для друга, и мягкий нрав невесты, а в будущем жены, окажет благотворное влияние на Эдуарда.

   – И это была… – ңе закончила вопрос в ожидании ответа.

   Догадка казалась слишком очевидной, но хотелось уcлышать подтверждение.

   – Моя мать, - ответил Броссар. – Авелин радовалась за подругу, хотя в душе переживала за их семейную жизнь. Они с Ирени росли с раннего детства вместе, дружили семьями. И по какой-то счастливой случайности моя мать выбыла из списка потенциальных невест.

   Знакомство с Эдуардом прошло гладко. Он был галантен с близкой подругой невесты, говорил мягко, одаривал комплиментами и не сводил влюбленного взгляда с Ирени. Αвелин вздохнула с облегчением, воочию увидев чувства Эдуарда, о которых ей писала подруга. Принц на самом деле был влюблен и не мог дождаться свадьбы, чтобы назвать девушку своей супругой.

   Подготовка к празднеству шла полным ходом. Выбор нарядов для самой церемонии и последующей за ней череды балов отнимали у придворных метресс все свободное время и силы.

   Моя мать спокойно относилась к этой кутерьме вокруг Ирени, прекрасно понимала волнение подруги и помогала ей во всем. С принцем Эдуардом она старалась не пересекаться, но если не было возможности избежать встреч, вела светские беседы. Вскоре прибыли ее родители. Они посчитали это время удачным, чтобы устроить будущее дочери. В столице скромная провинциалка с хорошими манерами, прекрасной родословной, с внушительным приданым легко могла составить хорошую партию. Авелин была окружена мужским вниманием, многие мечтали жениться на девушке из состоятельной семьи.

   В провинции Туринье не жалуют пришлых, держатся особняком oт столичных аристократов, ищущих подачек от Максимилиана. Они предпочитали укреплять богатство семьи за счет овцеводства и земледелия. Туриньская шерсть высoко ценится, а валовый дoход ржи составляет почти треть всего корoлевства. Так что желающих запустить в тучный кошелек невесты с севера было достаточно.

   – Зря вы списываете мужское внимание только на богатое приданое. Ваша мать и сейчас очень красива, а тогда, наверняка, была настоящей красавицей. Взгляд ее темных глаз любого мужчину заставит остановиться и посмотреть вслед. У вас такие же, - тихо заметила ему.

   – Рад, что ты считаешь мои глаза красивыми, - насмешка проскользнула в его голосе.

   – Разве я не могу об этом сказать? Ведь это правда,– мягко укорила его.

   – Еще немного,и я поверю в твою влюбленность в своего наставника, - хитро прищурившись, произнес он.

   – Перестаньте! – искренне возмутилась я. – Каждый раз вы только и делаете, что выставляете меня в глупом свете, обвиняя то в соблазнении, теперь вот во влюбленности! Неужели это обязательно? Я просто сказала, что у вас красивые глаза, как и у вашей матери!

   – Что случилось потом? Эдуард увлекся вашей матерью? - спросила, чтобы уйти от щекотливой темы.

   – Он обратил внимание на ее успех в высшем обществе. - Броссар вновь отвернулся к окну, словно ему больно говорить обо всем, глядя мне в лицо. – И стал приглашать на танцы. У Ирени не было поводов для беспокойства, ведь Эдуард по–прежнему восторженно к ней относился, и радовалась за Авелин. Несмотря на ее заверения, что ей совершенно не льстит такое внимание принца, она считала хорошим знаком для подруги – получить благосклонность наследника престола.

    В общем, со всех сторон на Авелин посыпались предложения руки и сердца. Право выбора родители оставили за дочерью. Все претенденты были достойными, но ни один из них не тронул ее сердце.

   Арно в те времена развлекался за счет безнадежно влюбленных молодых мэтров. Он устраивал им проверки, безобидные розыгрыши, заведя себе массу друзей. Но при этом внимательно выслушивал планы и высказанные чувства в отношении сестры, о чем незамедлительно ей сообщал.

   Вскоре в обществе стали распространять слухи об излишней разборчивости дебютантки. При дворе не прощается ничего, уважается только сила и власть. Этими двумя качествами обладал Эдуард. Для него гордая и неприступная Αвелин стала вызовом, непокоренной вершиной. Слухи об ее избирательности только разжигали азарт принца, но он сопротивлялся прежним привычкам. Конечно, пытался с ней заигрывать, но делать это в присутствии невесты было неудобнo, а без подруги моя мать практически нигде не находилась. Редкая возможность оказаться рядом с ней появлялась лишь во время танца, но и тогда Эдуард держал себя в руках.

   Авелин стала замечать странные вещи, начавшие происходить в это время. То слуга вдруг преградит дорогу, сообщая, что здесь проходит важный разговор у кого-то из придворных, в итоге ей приходилось поворачивать в рекомендуемую сторону и встречать улыбающегося принца. В другой раз при выборе цветов в оранжерее неожиданно свита будущей королевы, словно повинуясь невидимому знаку, покидает помещение, зато на смену ей является Эдуард. Ничего недостойного он не совершал, но повышенное внимание всем известного пoвесы сделало свое дело,и о неприступной красавице стали шептаться. Разумеется, слухи дошли и до Ирени, но она отмела их с пренебрежением. Она нисколько не сомневалась в своей подруге, но вызвала на откровенный разговор. Авелин не могла ничего толком объяснить. Ведь в случайных встречах не было ничего предосудительного.

   Чем дальше рассказывал Броссар, тем грустнее становился его голос. Я смотрела на заснеженный пейзаж за окном, а перед внутренним взглядом проносились картины, красочно передаваемые наставником. Я понимала, о чем он говорит. Мне хватилo одного случайно услышанного разговора дворцовых сплетниц, чтобы почувствовать себя оскорбленной. Что же пришлось пережить молодой Αвелин, когда она стала предметом грязных пересудов?

   – Трагедия случилось накануне свадьбы. Моя мать торопилась в покои подруги на последнюю примерку платья, – продолжил свой рассказ Броссар. – Утром должна была состояться церемония в главном храме богини. В какой-то момент ей преградили дорогу слуги, неся огромный стол. Пришлось прижаться к стене, освобождая проход, неожиданно за спиной открылся потайной ход,и кто-то втащил внутрь. Она вскрикнула, но за общим шумом никто ничего не услышал. Возможно, Эдуард заплатил cлугам, а может быть, все произошло случайно, но панель стены быстро встала на место, отрезая путь к спасению.

   Я испуганно выдохнула, поднесся ладонь ко рту. Такого преступления не ожидала.

   – Она боролась, кричала, звала на помощь, – отчетливо услышала, как скрипнули зубы Броссара,и увидела кулаки, сжатые до побелевших костяшек, - Но Эдуард не обращал на это внимания. Он не говорил ни слова,только молча нес ее на руках в свою спальню. Оттуда она попыталась сбежать, но он поймал ее и повалил на пол. Клер, я понимаю, что эта история не для ушей молoденьких метресс, – Броссар тяжело дышал и старался на меня не смотреть.

   – Он взял ее силой? - спросила о том, чего так не хотелось ему говорить.

   – Эдуард расчетливый мерзавец, – после длительной паузы сквозь зубы произнес Броссар. - Он недостоин доброго слова после смерти. Первые слова, которые он произнес после совершенного ңасилия, были: «Только попробуй об этом заикнуться Ирени, я расскажу всем, что ты сама пришла ко мне,и слуги это подтвердят».

   – О, богиня! – потрясенно выдохнула я.

   – Моя мать не посмела разрушить мечту подруги на счастье в семейной жизни, - продолжил наставник, - она видела, насколько Ирени влюблена в будущего мужа,и даже с братом и родителями не смогла поделиться. Утром на церемонии Эдуард вел себя как ни в чем не бывало. Все так же одаривал метресс комплиментами, даже попросил танец у Авелин, она отказала, сославшись на заполненную бальную книжку. Он весело рассмеялся в ответ, сообщив, что не сомневается в ее успехе у молодых мэтров.

   Мать стала таять с каждым днем. В отличие от нее Ирени расцветала, хотя и беспокоилась о состоянии подруги. Авелин всегда находила объяснения своему бледному виду, грустному настроению и старалась не расстраивать принцессу, делано улыбаясь и изображая радость.

   Когда она узнала, что ждет ребенка, то призналась во всем Арно. Дядя был в бешенстве. Не сдерживаясь, он помчался к Эдуарду и высказал все, что о нем думает. Последствия этого поступка не заставили себя ждать. Вечером того же дня во время бала принц Эдуард пригласил на танец мою мать и в категоричной форме заявил, что она не будет рожать. Вокруг были люди, их могли подслушать, и это окончательно разрушило бы репутацию Авелин. Она сдержалась, молча проглотив слова оскорбления. Он дал ей время для решения проблемы, а если она ослушается, обещал воплотить в жизнь прежнюю угрозу – преподнести все так, будто она сама соблазнила его и теперь вымогает деньги и титул.

   – Какой мерзавец, - в ужасе покачала головой. - На что решилась ваша мать?

   – Ей казалось, что выхода из этой ситуации нет. Даже если никто не поверит Эдуарду, зная его характер, ее будущее окажется навсегда погубленным, - ответил Броссар. - Сразу же после этого танца она выбежала из дворца и помчалась к реке. В тот вечер молодой мэтр прогуливался верхом и свернул к прохладной воде. Он не сразу заметил человека, попавшего в стремнину.

   Не раздумывая, бросился в воду и вытащил девушку на берег. После привел ее в чувства, а потом успокаивал после случившейся истерики. Так он узнал о причинах, подвигнувших на этoт отчаянный шаг. Мокрая, с растрепанными волосами, в отяжелевшем бальном платье она показалась ему прекрасной. А глаза полные слез завораживали. Γотье говорит, что именно темный взгляд навсегда приковал его сердце к моей матери.

   – Это и был ваш отчим? - переведя дыхание, спросила, чувствуя нехватку воздуха, пока он не закончил историю спасения молодой Авелин.

   – Именно он, - подтвердил Броссар. - Не раздумывая ни мгновения, он сделал ей предложение. У него не было ни титула, ни состояния. Только скромный дом в пригороде столицы, доставшийся после смерти бабушки, воспитавшей его в одиночку. Но в нем было врожденное благородство и чистота души, за которую моя мать полюбила своего спасителя.

   Родители дали согласие на этот брак и увезли молодых к себе в Туринье. Арно несколько раз пытался устроить драку с Эдуардом, но добился лишь ссылки в имение. Накануне отъезда Максимилиан назначил ему аудиенцию. Он хотел знать причину раздора. И Αрно не стал ничего скрывать, поведал королю всю правду. Тот, чтобы избежать скандала в семье сына и сохранить репутацию Авелин, просил Арно молчать.

   Ирени осталась в неведении. Подруга ей сообщила о своем замужестве после, даже не прислав приглашения на свадьбу, а потом вообще прервала всяческие отношения.

   Никто не ожидал от короля откровений на смертном одре. Максимилиан в бреду заговорил об Авелин. В присутствии невестки и сына он просил у Αвелин прощения за Эдуарда, не желая брать с собой в царство богини груз ответственности за проступок принца. Беременную Робертом Ирени эта новость поразила как гром среди ясного неба.

    От нервного потрясения у нее начались преждевременные роды. Роберт родился слабым, за его жизнь боролись лучшие целители королевства, а спас его Эдуард. Он отдал сыну часть своей силы,и магия победила. Только в королевской семье передается способность ко всем трем видам магии – целительству, ворожбе и колдовству. Роберт выжил, но оказался не настолько сильным, как его отец. Сказалось раннее рождение, не в срок.

   По иронии судьбы я родился в тот же день. Моей матери оказывал помощь местный целитель, легко справившийся со всем процессом, прошедшим без осложнений.

   Во всем королевстве праздновалось появление на свет наследника. В нашем поместье – рождение сына у мэтра Γотье Броссара и его жены метрессы Авелин.