Глава 37
Первых детей привезли в закрытой повозке.
– Постоянно пытаются сбежать, – сказал Лей, утирая пот со лба. – Я им объяснял, рассказывал. Не верят. Соглашаются. Кивают. Обещают сидеть тихо и слушаться. А стоит отвести взгляд – бегут. И, главное, было бы куда...
– Устал? – спрашиваю участливо.
– Безумно.
– Как тебе эти ребята?
– Была б моя воля, я бы их и близко не подпустил к юному господину. Хитрые озлобленные рысята, а не дети. Но и на улице оставлять их нельзя. Или сгинут, или другим много бед принесут. А если их в казарме запереть лет на пять, может толк выйдет. Но будет сложно. Взрослые они слишком. Нет там несмышлёнышей.
– А что делать? – Улыбнулась я. – Будем перевоспитывать рысят в лисят.
– Не надо, госпожа, – Лей слегка побледнел. – Три десятка Лисят камня на камне тут не оставят.
– Надо, Лей. Надо. Где они жили? На улице. Как они жили? Свободно. А ты их в казарму. Да, понимаю я, что для их же блага это. Но если не дать им взамен свободы физической свободу духовную, мы сами приведём их к бунту.
– Да, как её внушить этим зверятам? Они вообразили, что их тут чуть ли не заживо есть будут.
– Братья по оружию принца могут быть лишь людьми свободными. Лишь воля и усердие определят их судьбу. Станут усердно учиться и слушать наставников, будет им счастье, о котором они и мечтать не смели. Нет – ворота там. Силой держать не будем. Потом. Сейчас, конечно, посидят под замком, пока не успокоятся.
– Но я не только с плохими новостями, – улыбнулся молодой целитель. – Со мной приехала Алия. Семья её мужа открыла здесь торговый дом и поставила Тьери присматривать за ним. Она с дочерью навестит вас сегодня. Если вы не против.
– Я буду очень рада, как и девочки.
Дочку Алии назвали Мей. В мою честь. Сейчас ей было около двух лет. И мне показалось странным, что моя бывшая служанка решилась на столь тяжёлое путешествие со столь маленьким ребёнком на руках. Надо бы поподробнее расспросить, что её сподвигло на этот подвиг.
А ребята, действительно оказались теми ещё зверятами. Отказались вылезать из повозки. Ну, не силой же их вытаскивать.
Любопытный Джин был уже тут как тут, и я переложила эту задачу на его плечи.
Впрочем, мой сын думал над этой задачей недолго. Велел пробегавшей мимо служанке принести корзину с рисовыми лепешками и ведро родниковой воды с черпаком.
– Я – пятый принц, сын Императора Исао. Ко мне следует обращаться "пятый принц" или "молодой господин". Вы здесь потому что матушка моя, известная всей Империи добротой и кротким нравом, в своей бесконечной милости пожелала дать беспризорным сиротам кров и пищу. Выходите и получите еду.
– А что взамен? – из повозки высунулась чумазая мордашка с криво обрезанными волосами. Девочка. Лет восьми на вид. Рослая. С очень густыми бровями и пухлыми губками. Не красавица по местным меркам, но мне её внешность показалась очень интересной. Если причесать и переодеть, станет куколкой.
– Прилежно учиться, – Лисёнок копировал менторский тон Шена. – Слушать наставников. Следить за домом, в котором будете жить. Нельзя устраивать ссоры, проявлять непочтительность, лгать и воровать.
– Мы манерам не обучены, – дерзко отозвалась девчонка.
– Наставники обучат. Проявлять почтительность – значит внимательно слушать, не говорить, пока не спросят, на вопросы отвечать быстро, коротко и по сути заданного вопроса. Назови своё имя.
– Раяна, – голос девочки стал немного громче. Джин улыбнулся. Он чувствует людей. Чувствует и понимает. А в том, как ведёт себя девочка нет оскорбления ни ему, ни нам. Дети боятся. Перемены всегда страшны. Особенно для тех, кто долгие годы лишь выживал.
Юная Раяна боится, но волей своей заталкивает этот страх далеко-далеко и даже убеждает себя в том, что в душной деревянной клетке в которую превратилась для них повозка, остаётся свободной. И этим, наверное, напоминает Шена. Надо бы узнать о том, где и как жила эта малышка раньше. Уж слишком высоко она держит голову.
– Сейчас вы отправитесь в купальню. Служанки проследят и дадут новую чистую одежду. После вы отправитесь в свой новый дом. Девочки займут одну комнату, мальчики – другую. Но это место пока ещё нуждается в уборке и обустройстве. К вам придёт госпожа Лиша. Скажет, что делать. Не надо обманываться её возрастом и внешней мягкостью. В её власти сделать так, чтобы жизнь ваша стала легче. Чтобы еды всегда было вдоволь, а в комнатах было тепло и сухо. Или не сделать, если вместо благодарности за заботу она получит горькую обиду.
Это правда. Лиша очень добрая. Хотя, может и наказать нерадивых слуг. Без удовольствия. Власть не приносит ей радости. Но в доме должен быть порядок. Быть хорошей хозяйкой её учили с колыбели. Говорили, что за хозяйством нужен присмотр. Что есть плохие люди, которые получая достойную плату, вовсе не хотят работать, а некоторые могут ещё и вредить тем, кто их кормит.
– Мы будем слушать, что велит госпожа, – говорит девочка тихо, уже без вызова.
И я ухожу в свои покои, не сомневаясь, что вечером ко мне заглянут две маленькие подружки Лиша и Мияри, сказать, что новые дети сыты и спят на чистых лежаках, что всё хорошо. Они, лишённые материнского тепла очень хотят нравиться мне и как маленькие котята напрашиваются на ласку. А мне не жалко погладить их по головкам. Это не сложно, но помогает им чувствовать себя немного счастливее.
Потом прибегут мальчики. И тоже расскажут, что всё хорошо. Потому что им надо, чтобы ими гордились. Хотя, от похвалы млеют и они.
Алия прибывает к нам вместе с маленькой Мей над которой тут же начинают сюсюкать Ая с Рией. Мы пьём горький чай я слушаю рассказ моей бывшей служанки.
Лей рассказывал о том, как живёт его двоюродная сестра. Мы получали письма. Но в письмах не принято говорить о таком.
Алия вышла замуж по сговору родителей. Впрочем, молодые люди хорошо знали друг друга. Были ли влюблены? Пожалуй. И любовь не заставила себя долго ждать.
Жили они, как и положено в доме семьи Инари.
Нет, невестку там никто не притеснял. Поначалу.
Девушкой, которая вошла в Золотой Город простой служанкой, а вышла той, кто помогал наложнице Императора в родах, даже гордились.
Свекровь рассказывала подругам, что ее милой невестке достались дорогие подарки. Хвасталась, что Алия качала колыбель пятого принца. А кто знает, может быть... пять – счастливое число.
Но у пары не было детей. Год. Два. Госпожа Инари к жене своего единственного сына стала относиться прохладнее.
Потом случилась долгожданная беременность. И всё, казалось бы, наладилось.
Только родилась девочка, а роды были не слишком лёгкими. Целители, и даже Лей рекомендовали со второй беременностью повременить.
Муж Алии согласился. Потому что его заботило здоровье и благополучие любимой супруги.
А свекровь с этим решением согласна не была.
Нет, она не желала Алии зла. И не требовала рисковать жизнью, рожая долгожданного наследника. Но всё чаще заговаривала о том, как было бы хорошо, если бы у маленькой Мей были братья и сёстры. Или о том, что Алии скучно одной, но если бы у неё была сестра-подруга... а у ее сына молодая наложница...
Конечно же здоровая, чтобы могла родить много детей. Из семьи попроще. Чтобы была скромна, знала своё место и не искала ссор с женой своего господина.
Только Алия не хотела быть второй.
Да, муж любит её. Но если появится другая, что останется от его любви? Или от её.
Вот и сбежала она от свекрови и её ядовитых укоров о том, что она – Алия слишком эгоистична и не думает о благополучии мужа.
– Не могла я находиться в том доме, госпожа Мейлин. Особенно, когда Илин уехал. И десяти дней не выдержала. Собрала вещи. Свои и дочери. Попросила дядю – отца Лея нас сопроводить. Он понял. И помог.
– А муж? – спрашиваю осторожно.
– Рад нас видеть. Но просит вернуться. Тут нет достойного дома. А тот, что он купил, очень маленький и ветхий. Говорит, что соседки будут смеяться и гадости говорить. Что, мол, выгнали недостойную невестку из главного дома. А сплетни привязчивы и живут годами. И, даже, если мне нет до них дела, вдруг это коснётся Мей?
Я тяжело вздыхаю. Ладно. Одним ребёнком больше, одним меньше. Какая уже разница?
– Не коснётся. Его Высочество принц Киан доверил мне воспитание двух девочек, лишившихся матерей. Думаю, им будет интересно играть с Мей – дочерью моей дорогой подруги. К тому же мне пригодится помощь. Присматривать ещё и за двумя девочками, когда всё моё внимание должно быть сосредоточено на пятом принце, это так утомительно. Ведь всем известно, что восьмая наложница Императора скромна, добра, добродетельна, но слаба духом и телом. А юный принц, к несчастью, унаследовал её болезненность. Как же ей бедняжке уследить за всем? Не будет ли лучше вверить воспитанниц заботам достойной замужней женщины? Нет, не полностью, но даже небольшая помощь станет бесценной.
Алия с трудом удерживает маску вежливого внимания. Степенно кивает. А в глазах плещется смех. Облегчение читается во всём её облике. Молодая женщина надеялась на помощь, но не могла на неё рассчитывать. Всё же, столько лет прошло. А я ей ничего не должна. Что она сама может предложить матери принца за такое покровительство? Многое. Хотя, сама об этом не знает.
– На самом же деле ты будешь заниматься с другими девочками. Учить.
– Чему? То есть, сделаю, как вы прикажете, но не совсем понимаю...
– Из диких рысят надо сделать идеальных барышень, которых не стыдно отправить прислуживать в императорском дворце. Лей же тебе рассказал о поручении, которое дал ему принц Киан? Ты должна быть строгой, но не ломать. Нам не нужны их страх и ненависть.
– Когда мне надлежит приступать?
– Через несколько дней. Тебе ведь нужно некоторое время, чтобы обустроить свой дом и быт. А детям привыкнуть.
– Благодарю, госпожа Мейлин. Вы невероятно добры. Но не разумнее начать как можно раньше? Путь девочки сразу привыкают к новой жизни и обучению.
– На твоё усмотрение. Я не стану вмешиваться.
Не потому, что мне нет дела до этих детей. Просто, неразумно взваливать на себя всё на свете. Как тут говорят, нельзя одновременно разводить огонь и идти за водой.
Алия, в любом случае, справится лучше меня. А я больше нужна моему Лисёнку и его маленькой стайке.
И, может быть, Лей прав? Не стоит из всех детей воспитывать лисят? Такая мера свободы допустима для принца и его ближайшего окружения. А остальным? Им жить среди простых людей. За ними нет богатого и влиятельного рода.
Нет, нужно торопиться и устраивать социальную революцию. Пока хватит и малого.
А потом... Потом и посмотрим.
Время всё расставит по местам.