Глава 2

Пять дней, проведенных на Средиземноморье, пролетели совершенно незаметно. Мне кажется, я даже толком искупаться не успел, только разобрали чемоданы и уже снова собирать. Безобразие.

Хотя, по большому счету, я все же преувеличиваю. Просто отдых — это такое дело, которого никогда не бывает много, так что скорее просто усталость накопилась.

В остальном время провели неплохо. Первую половину дня водные процедуры, всякие Василисины массажи и прочие женские истории. Мы со зверьем предпочитали их не посещать и компенсировали морем.

Ну а потом послеобеденный сон и недолгие путешествия вдоль побережья, которые нам очень нравились. Скучно на одном месте сидеть. Так что за эти дни километров по трассам накатали мы порядком.

Вот только каждая наша поездка заканчивалась небольшим скандалом, который приходилось решать на дипломатическом уровне. Обычно за рулем Соловьева была, а она у меня девушка горячая — погонять любит.

Так что, как только мы выезжали из Ниццы, ее «Феррари», который она привезла с собой из России с ревом начинал играть в шашечки с местными автолюбителями. Ну а там, само собой, в азартную игру включалась и полиция, как правило ловившая нас возле отеля.

— Полиция Москвы, карамба! — ругался на них Тосик, всякий раз, когда они пытались зачитывать нам длинный список наших правонарушений.

Начиналась ежедневная история. Они даже не пытались нас арестовать, так как их тут же окружали люди в штатском, которые представлялись сотрудниками дипломатической миссии нашего посольства.

Несколько минут переговоров, козыряние удостоверениями и полиция покидала отель. Самое интересное, что мне и Василисе никто из наших ребят за все время даже слова не сказал. Такое впечатление, что им запретили вмешиваться в наш отдых, а нам дали внегласное разрешение развлекаться эти дни на всю катушку.

В общем, полицейские Ниццы запомнят нас надолго. Ну и всех близлежащих городков в том числе, включая Канны и Монако.

Кстати сказать, у сотрудников отеля, в котором мы остановились, я думаю тоже останутся о нас неизгладимые впечатления. Точнее о Тосике и Шушике, которые практически прописались в ресторане.

Ну, не то, чтобы они сразу там прописались… Какое-то время они отвлекали нас с Василисой всякими глупостями, но после того, как я объяснил плюшевому принцип работы «все включено», мы обрели полный покой и гармонию.

Редкие часы относительного спокойствия для отеля наступали лишь тогда, когда мы ходили на море, либо уезжали кататься.

Удивительно, каким терпением обладал персонал этого заведения, что за все дни, которые мы провели в отеле, нас ни разу не попросили переехать или что-нибудь в этом роде.

Даже наоборот — старались принести нам побольше еды в номер, чтобы Тосик и Шушик как можно реже показывались в ресторане. Плюшевый, видите ли, в ластах, с водолазной маской и гарпуном в лапах, пугал взыскательную публику и отбивал у нее аппетит. Ну а что поделать, я же не могу круглосуточно за ним следить, чтобы он никуда не убегал — у меня ведь отпуск как никак.

Провожали нас с большой помпой. Можно сказать, всем огромным коллективом, который работал в отеле, включая дворецких, носильщиков и даже весь топ-менеджмент пришел попрощаться.

Особенно беспокоились насчет Тосика и несколько раз проверили, что его не забыли в номере. Вот еще! Много чести мне его вам оставлять! Такой зверь в хозяйстве самому пригодится, еще спасибо скажете, что он своим визитом ваше заведение почтил.

В Москву мы прилетели поздним вечером и уставшие покатили ко мне в Ясные Горки, где нас ждал разъяренный Владыкин, который носился по моему имению как раненный зверь с бутылкой коньяка в руке.

— Ну наконец-то! Ты меня с ума сведешь, Соколов! — радостно закричал он и хлебнул из горла янтарного напитка. — Ты где был?

— В Ницце. На море купался, Мишка, ты же уже спрашивал, — я забрал у него бутылку и бросил ее в траву. — Как человеку, который завтра женится, тебе вредно на ночь пить всякую дрянь.

— Почему дрянь? Между прочим, напиток старше меня… Хотя ты прав… — он вздохнул. — Я приехал рассказать тебе как завтра все будет происходить, кто где должен стоять, ну и все такое, а тебя нет… Татьяна очень переживала…

— Огорчаешь ты меня, Владыкин, — сказал я и хлопнул его по плечу. — Куда я по-твоему денусь? Да и зачем мне репетиции, что мы с тобой, дети малые?

Граф посмотрел на меня, облегченно вздохнул и как-то сразу сделался пьяным. Мне кажется он и в самом деле разнервничался, что меня нет. Хоть и пытается казаться взрослым, а пацан совсем, переживает за свою свадьбу… Серьезное дело, как-никак. Видимо, от волнения его так и развезло.

— Во сколько я у тебя должен быть? — спросил я у него.

— К десяти утра, — ответил он. — Василиса к полудню.

— Тогда вот как мы сейчас поступим. Мои ребята сопроводят тебя сейчас домой, по пути ты позвонишь своей ненаглядной Татьяне Лизуновой и скажешь, что мы с тобой все отрепетировали в лучшем виде, хорошо?

— Угу, — кивнул Владыкин.

— Вот и прекрасно. Ну а я завтра без четверти десять у тебя уже буду. Привезу тебе холодного айрана или что ты там утром пьешь, после того как… перенервничаешь.

— Водичку.

— Значит водички привезу. Заодно и расскажешь что там к чему.

— Договорились, — согласился граф. — Слушай, у тебя еще коньяк есть?

— Завтра, Миша. Иначе мне твоя невеста все волосенки повыдергивает, — я развернул его в сторону ворот и махнул своим парням.

— Да чего ты им машешь, Володь? У меня же своя машина вон имеется.

— Ничего с твоей не станется, а поедешь на моей. Так оно надежнее будет.

В этот момент ко мне подошел старший охраны и замер с вопросительным взглядом.

— Графа Владыкина доставить домой в лучшем виде. На все его просьбы остановиться не реагировать, даже если попросит малую нужду справить, ясно?

— Сделаем, ваше сиятельство.

— Только очень быстро доставить. Время позднее, а ему отдохнуть нужно. Как только все сделаете — наберите.

Старший кивнул, легко, как пушинку, подхватил под руки Михаила и понес его к автомобилю. К чести Владыкина, тот не стал сопротивляться. Видимо даже будучи в несколько расслабленном состоянии понимал, что зла ему в этом доме не желают.

Буквально через несколько минут после того, как кортеж с Владыкиным выехал из Ясных Горок, у меня зазвонил мобильник. Это отец графа беспокоился о своем сыне. Я с ним не общался, но его телефонный номер на всякий случай у меня был. Например, вот на такой.

— Слушаю вас, Семен Дмитриевич.

Он буквально на секунду смутился от того, что я сразу назвал его по имени отчеству — не ожидал, но быстро взял себя в руки.

— Добрый вечер, Владимир Михайлович, — голос у него был спокойный, настроение хорошее, хотя чувствовалось, что он несколько взволнован.

— Да уже скорее ночь, герцог, — сказал я.

— Вот и я так думаю, что скоро ночь, а потому для начала хочу извиниться, ну а потом уже спросить — Мишка, случайно не у вас?

— Был у меня, ваше сиятельство, но только что уехал, — сказал я. — С моей охраной, если что. Думаю, скоро дома должен быть.

— Вот же засранец! А телефон чего не берет? Татьяна его меня тут совсем извела… Думает, что вы с ним по девкам таскаетесь… Мальчишник, вроде у вас… Что скажешь?

Я посмотрел на Василису, которая вместе с Никодимом крутилась возле слоновника и улыбнулся:

— Не беспокойтесь, Семен Дмитриевич, мальчишник мы перенесли. Я только из отпуска приехал, так что едет Михаил домой в целости и сохранности. Даже с усиленным сопровождением, поэтому можете успокоить его будущую супругу — с ним все хорошо.

— Точно?

— Обижаете, ваше сиятельство… Ну а то, что телефон не берет… Перенервничал он немного, заснул, вот и не берет… К утру будет как огурчик, вы уж мне поверьте.

— Кхм… Ну хорошо. Ваши планы не изменились, завтра утром мы ждем вас у себя?

— Разумеется, все как договаривались. Мы тут с Михаилом все отрепетировали, так что не беспокойтесь — мероприятие пройдет на высшем уровне.

— Что же, прекрасно, — повеселел герцог. — Молодцы, парни. Я-то думал вы и в самом деле где-то пьянствовали, а вы… Не ожидал. Тогда до завтра, Владимир, ждем вас с Василисой Тимофеевной. Еще раз извините за поздний звонок.

— Ничего страшного.

Я отключил телефон, затем мы еще немного покрутились во дворе и пошли в дом. Какой-то суетный выдался вечер, даже с вещами разбираться не стали — слишком устали. Душ и в койку. Завтра очень рано вставать, все-таки друг женится. Ответственное дело, похлеще дуэли с Морозовым.

* * *

В имении Владыкина меня были рады видеть. Здесь присутствовали лишь самые близкие, все остальные должные были явиться немного позже. В этом было нечто такое, что невольно заставляло чувствовать меня частью семьи Михаила и это было как-то приятно, что ли…

Во всяком случае, очень необычное чувство. Своей-то семьи у меня в этом мире не было. Тосик и Шушик — вот и вся мое семейство.

— Рад вас видеть, Владимир Михайлович, — приветствовал меня отец Михаила. — Видел вчера Мишку после ваших тренировок… Все переживал как он сегодня все мероприятие-то переживет, но нет — думаю справится. Похоже недооценил я сыночка. Видимо вы с ним в Саратовском княжестве хорошую тренировку получили, пока в Академии учились. Так что спасибо, что домой со своей охраной его отправили.

Тут герцог был прав — не одну бочку вина с Владыкиным выпили, это точно. Кстати сам Михаил и в самом деле после вчерашнего держался молодцом. Улыбался, бодрился и даже румянец на щеках откуда-то появился. Если не знать, то и не скажешь, что он и не спал-то толком.

Мы с ним немного переговорили, ну а дальше пошло все своим чередом. На самом деле все оказалось гораздо проще, чем я себе представлял, так что напрасно беспокоился. Несколько специально нанятых для этого торжества распорядителей неустанно следили за ходом мероприятия, так что было бы удивительно, если бы что-то пошло не так.

Все было рассчитано буквально по минутам. От времени выезда свадебного кортежа, до встречи с невестой. Затем обряд венчания, бал ну и все остальное, включая строгий порядок посадочных мест за столами.

Интересно, что сама по себе свадьба была не самым главным представлением, ради которого собрался весь свет общества, присутствовавший здесь. Не менее любопытным было и то, что происходило на фоне.

Все эти приглашенные князья, герцоги, маркизы, графы… Кто где сидел, с кем разговаривал, на кого и как смотрел…

Разумеется, очень большое внимание привлекали и мы с Василисой. Я буквально каждой клеточкой кожи чувствовал постоянные взгляды на себе. Причем не могу сказать, что я был рад этому интересу, так как взгляды были самыми разными.

Добрыми, злыми, завистливыми, любопытствующими… Впрочем, мне было на это плевать — не бьют только мертвую собаку, верно?

Завершающим аккордом стал ошеломительный фейерверк, который осветил ночное небо. К этому моменту часы показывали практически полночь, и мы уже совершенно выбились из сил. Такое ощущение, будто я был не на свадьбе у друга, а только что вернулся из очередного сложного похода, где с боем выгрыз ключ у некромантов.

Михаил со своей новой супругой провожали нас с Василисой к машине и еще раз благодарили за визит. Вообще-то мне показалось, что Лизунова первое время дула на меня губы, подозревая, что вчера мы с ее мужем все-таки провели тайную вечеринку, но к этому моменту ее явно отпустило. Ну а после того, как я одарил ее колье из редких голубых бриллиантов, она и вовсе позабыла об этом досадном недоразумении.

— Кстати, Михаил Семенович, а что это ты не спрашиваешь про свой подарок? — спросил я у него, когда мы подошли к нашим машинам.

— Ну знаешь, дружище, одно колье, которое вы Татьяне подарили не у каждой княжны в сокровищнице имеется, — ответил он и посмотрел на супругу, которая скромно опустила голову. — Как по мне — даже это слишком щедро с твоей стороны.

— Перестань, Владыкин, это всего лишь блестящие камешки, — ответил я. — Гораздо важнее было твое плечо, которое подставила твоя семья, когда я в этом нуждался сильнее всего, так что не мелочись. Тем более, что колье для Татьяны выбирала Василиса, а не я.

— У вас прекрасный вкус, сударыня, — кивнул Михаил Соловьевой. — Я всегда говорил Соколову, что он сделал отличный выбор.

— Да, я тоже так думаю, — улыбнулась некромантка и обняла меня.

— Так вот, что касается твоего подарка… — я вытащил из кармана небольшую коробочку и протянул ее графу. — Посмотри, что внутри.

Он раскрыл ее. На черной бархатной подушечке лежал небольшой хрустальный ключик. Михаил взял его в руку, повертел и вопросительно посмотрел на меня.

— Когда-то давно я забрал обратно одно из своих предприятий, принадлежавших моему роду — стекольный завод в Рязанском княжестве. Он стал первой ступенькой на долгом пути и этого никогда не случилось бы без твоей помощи, — я улыбнулся и хлопнул его по плечу. — В общем, я считаю будет символично, если теперь этот завод будет принадлежать тебе.

— Послушай, Володь…

— Все бумаги я уже подписал, — продолжил я, не дав ему сказать и слова. — Так что остались лишь кое-какие формальности. Пришлешь своих поверенных для завершения сделки и все.

— Блин, но это как-то… — растерянно пробормотал он. — Это ведь твой завод…

— С этой минуты он твой, поэтому принимай хозяйство. Ты не переживай — процесс там налажен, все работает как часики, так что все будет хорошо. Тем более, ты вон на свадьбе сегодня бокалов побил сколько, вот новые себе и сделаешь.

— Спасибо, — усмехнулся он, положил ключик обратно в коробочку и убрал ее в карман. — Щедрый подарок. Я у тебя в долгу.

— Ну вот, совсем другое дело — люблю, когда мне должны, а не когда я. Ладно, спокойной ночи, вам сегодня еще особо важное дело предстоит — родители внуков ждут!

— Или внучку… — улыбнулась Татьяна.

— Какую внучку? Внука! — нахмурился Михаил. — Ты думаешь тебе Володя зря голубенькие бриллианты подарил? Понятно же, на мальчика намекает!

* * *

На следующий день, сразу после обеда, ко мне вдруг заявился нежданный гость — Верховцев. Едва охрана доложила о его приезде, сразу стало понятно — ну вот и все, Владимир Михайлович, кончился ваш отпуск. Я-то думал хоть воскресенье дадут догулять, но не тут-то было, не дали. Хорошо хоть вчера не трогали и то ладно.

Я встретил гостя на улице и предложил пройти в дом, но Леонид Александрович отказался.

— Давайте к речке пойдем, ваше сиятельство, — предложил он, возвышаясь надо мной своей статной фигурой. — Погода хорошая, а я и так целыми днями из этих кабинетов не вылезаю. Вот и сейчас к вам прямо из Лубянки прикатил. Прогуляемся?

Вот как? То, что вы без выходных работаете это понятно, меня больше интересует, какой вопрос ко мне привел прямо оттуда? Значит что-то связанное со мной обсуждали?

Мимо меня пробежал Тосик в водолазной маске, а за ним Шушик, на хвосте у которого болтался ярко-оранжевый спасательный жилет и оба помчались к реке. Ну хоть у этих отпуск еще продолжался.

— Пойдемте, почему нет?

У меня после вчерашнего обильного застолья и у самого в голове немного шумело, так что с удовольствием подышу прохладным речным воздухом.

Мы неспешным шагом подошли к реке и встали возле берега, наблюдая за шумной игрой моих зверьков в воде. Ну как игрой, скорее они пытались утопить друг друга с переменным успехом.

— Честно признаться, никак не ожидал увидеть вас сегодня, Леонид Александрович, — сказал я через несколько минут. — Хотел только на завтра общее собрание в «Кремль-Плаза» назначить… Что-то случилось?

— Да как сказать, — пожал плечами Верховцев. — С одной стороны вроде бы ничего срочного, а с другой…

Он посмотрел на меня и продолжил:

— Владимир Михайлович, в общем вот какое дело. После смерти Морозова, Фридрих фон Аренстоф решил отказаться от борьбы за «Транснефть-Эрго» и продать вам свою долю без борьбы, — Верховцев кисло улыбнулся. — Прислал в четверг поздравительное письмо и даже небольшой подарок в виде гербовой булавки на галстук.

— Надо же, прямо аттракцион невиданной щедрости какой-то, — покачал я головой. — Что-то на немца это не очень похоже. Эти парни не очень-то славятся своей расточительностью, а уж дарить подарки по такому случаю вообще не вижу смысла. Что за дурость?

— Давыдов считает, что фриц не хочет с вами ссориться, но мне вот тоже это показалось подозрительным, ваше сиятельство, поэтому я решил отдать его подарок в тайную канцелярию ребяткам на исследование.

Верховцев замолчал и победоносно вскинул подбородок, ожидая пока я задам ему тот самый вопрос насчет результатов.

— Леонид Александрович, ну говорите же, что вам удалось выяснить?

— На самом деле, булавка проклятый артефакт, который прикончил бы вас самое большое за неделю, граф, — ответил он. — А это значит, что Аренстоф всего лишь хотел убить вас.

— Ну вот, это больше похоже на правду, — улыбнулся я. — Узнаю старое доброе дворянство! А то прямо чуть землю из-под моих ног не вышибли такими новостями — поздравительные письма, подарки…

Мы немного помолчали.

— Каковы будут распоряжения, ваше сиятельство? — спросил он.

— Кто-нибудь кроме вас знает о чудесных свойствах подарка от Аренстофа?

— Разумеется нет, Владимир Михайлович.

— Вот и отлично. В таком случае, потрудитесь изготовить мне к завтрашнему утру его точную копию, а я на неделе даже как-нибудь надену булавку — пусть немец думает, что я ношу артефакт. Справитесь с этим?

— Конечно, без проблем, — кивнул виконт. — Но ведь через неделю он узнает, что это подделка. Придется с ним что-то решать.

— Нет, так много времени у него не будет, — я посмотрел на Верховцева и улыбнулся. — Ну а теперь езжайте наконец домой и отдохните. Встретимся завтра утром в «Кремль-Плаза» — я имею еще полдня полноценного отпуска.

— Хорошо, ваше сиятельство, — усмехнулся он и пошел к воротам.

Я потянулся и посмотрел на солнце, которое сегодня припекало не хуже, чем в Ницце. Может тоже искупаться в реке? Почему бы и нет, вот только перед этим нужно сделать один срочный звонок.

Телефон отозвался несколькими звуковыми сигналами и вскоре я услышал в трубке знакомый голос:

— Добрый день, ваше сиятельство… Не думал, что услышу вас так скоро. Вы просто решили скрасить старику этот воскресный день приятным разговором или у вас ко мне какая-то просьба?

— День и вправду хорош, магистр, трудно спорить, но вынужден признать, звоню я вам все же по делу…

— Что же, после той радости, которую вы доставили мне своим прошлым подарком, с удовольствием помогу вам, граф… Орден будет рад отплатить вам тем же. Скажите, кто вас беспокоит?