Эпилог

1 год спустя.

Сижу на краю ванной и смотрю на часы.

Пять минут первого. Нужно подождать ещё две минуты.

Миша сделал в ванной хороший ремонт. Да вообще во всём доме. Я постепенно наблюдала, как он преображается и расцветает. Как и наша новая жизнь.

Уже полгода, как мы живём в его доме у моря. Уехать удалось не сразу.

В тот день, когда Альберта задержали, я села за руль Мишиной машины, и мы помчались в больницу. Ранение оказалось сквозным. Пуля попала в плечо. К счастью, связки не задело. Мишу залатали и выписали на следующий день.

Моя память постепенно возвращалась, пока я не вспомнила всё. Вспомнила, почему тогда решила увезти Владку, вместо того, чтобы остаться и устроить Альберту разборки. Я боялась. Боялась, что мы поругались бы настолько, что я могла наброситься на него. И ничем хорошим это бы не закончилось. Меня могло не стать или я могла бы оказаться в тюрьме, а Владка осталась бы с этим монстром. Поэтому мы уехали.

Зато теперь всё закончилось. Я столько потеряла, но надеюсь, что самое страшное позади. Моих близких никогда не вернуть, и я чувствую свою вину за это. Я надеюсь, что за жизнь мне ещё выпадет шанс сделать что-то хорошее, тогда я смогу заглушить вину.

Через все неприятности мы с Мишей прошли вместе. Сначала допросы. Потом похороны Зины. Её всё же нашли, Альберт сознался, что это его рук дело, и рассказал, где лежит Зина.

Потом был суд. Альберту предъявили его грехи. Но не все. В день его ареста я насчитала восемь. Седьмым грехом стало то, что он попытался убить Мишу. Но его восьмой грех остался только между нами. Альберт не услышал его в суде. В полиции тоже его не узнали. Я сохранила эту тайну. Восьмой грех Альберта.

Никто и никогда не узнает, что он сделал с моей дочерью. Я не хочу порочить её память.

За все преступления Альберту дали двадцать лет. Возможно, его жизнь закончится в тюрьме. Он получил по заслугам. Но то, что он сделал с Владкой, останется только на его совести. Он не получил срок за этот самый гадкий и страшный поступок, но я знаю, что собственная совесть станет для него худшим наказанием.

Я это знаю, потому что говорила с ним. Человеку трудно уследить за своими грехами, когда они размываются во времени. Совершаешь что-то плохое периодически, приправляя гадкие поступки хорошими, и вот тебе уже кажется, что ты не самый плохой человек. Но когда Альберту показали его истинное лицо, собрав все грехи в один список, он в полной мере осознал, кем он является. Так он сам мне сказал.

Возможно, пройдут годы, и он сможет очистить свою душу, но я этого уже не узнаю.

После суда нас с Альбертом развели.

Когда всё закончилось, мы с Мишей уехали. Миша занялся ремонтом в доме и начал развивать небольшой бизнес со своим старым другом. Я вернулась в маркетинг. Устроилась в московскую компанию удалённо.

Мы с Мишей долго привыкали к новой жизни, всё не отпускало ощущение тяжести прошлого, которое нас преследует. Но в последние месяцы стало происходить всё больше хорошего. Новое место, новые люди, друзья, соседи, голубое море, яркое солнце. Всё это стало отличной реабилитацией. Так что мы выдохнули. Я, наконец, стала чувствовать себя счастливой.

Я смотрю на часы. Семь минут первого. Две минуты прошло. Беру с раковины тест-полоску. На ней две красные чёрточки. Я улыбаюсь, но чувствую волнение в груди. Неужели, бог подарил мне чудо, за то, что смогла пережить все утраты?

Я улыбаюсь, и сердце трепещет в груди. Миша будет в восторге. Я не знаю, что ждёт нас впереди, но сделаю всё, чтобы сберечь наше счастье.