Глава 4

Академия. Путь к самостоятельности.

Совсем с другим настроением она подъезжала к академии. Теперь ей не требовался сопровождающий, более того, как студентку, закончившую первый курс академии, её с удовольствием приняли в караван безо всякой оплаты.

Поначалу её воспринимали в качестве дополнительного воина и охотника, но вскоре высоко оценили её специфический широкопрофильный дар. И с погодой она подсказала, и про рядом находящихся упитанных тетеревов, и другую живность, годную для приготовления еды на всех, тоже она помогла обнаружить. Огонь быстро разжечь, ускорить кипячение воды, облегчить вес застрявших в луже телег, просушить наиболее разбитые участки дороги после дождя — везде Верина помощь приходилась кстати.

А уж проблемы с поломками вообще времени у каравана почти не занимали. Ей только подсказывали этапы починки сломанного колеса, а она уже магичила и соединяла, подсушивала, скрепляла, шлифовала. Миновав особо разбитый участок дороги, Вере пришлось даже несколько колёс сделать полностью с нуля, проведя все этапы процесса в ускоренном режиме. Не было гарантии, что быстрое увлажнение срубленного дерева, чтобы согнуть его в круг, работа с ним, а потом его экстренная сушка не скажутся на качестве готового изделия, но до пункта назначения изготовленные магией колёса выдержали, а это было главным. Именно благодаря Вере караван прибыл на три дня раньше, чем обычно, и всех это очень радовало.

Она входила в академию с улыбкой, и некоторые студенты ей приветливо кивали. Вера улыбалась ещё шире и с удовольствием отвечала, а на тех, кто недоуменно фыркал, не обращала внимания.

— Привет, — подошли к девушке двое ребят с её курса. Оба они имели все шансы войти в сильнейшую сотню.

— Привет, Альберт, привет, Данияр, — радостно ответила Вера.

— О, а мы думали, ты не знаешь, как нас зовут! — воскликнул Данияр.

— Почему же? — искренне удивилась девушка.

— Ты всегда одна, никого не видишь, — пожал плечами Альберт, — голову опустишь и идёшь, о чём-то всё думаешь.

— Я… — Вера не знала, что и сказать.

— Как у тебя дела? Как твой дар? Получился прорыв в каком-то одном направлении? — спросил светленький Альберт, маг водной стихии.

Девушка опустила глаза, но потом, словно очнувшись, задорно ответила:

— Не-а! Я так и осталась универсальным универсалом. Разве что некромантию плохо знаю, но если надо, то…

— И… как? — ребята явно не понимали, чему радуется девушка.

— Отлично!

— У нас в этом году будет много тренировок, с кем же ты будешь в паре? — не поддерживая весёлого тона, обеспокоенно спросил Данияр.

— Пока не знаю, — улыбнулась Вера симпатичному природнику. Его коричневатый ёжик волос, чуть придающие наивный вид расширяющиеся к переносице брови, оливкового цвета глаза — всё очень сочеталось с его даром. Природники всегда отличались спокойствием, вдумчивостью, покладистостью. Правда, только когда они не демонстрирует свою полную силу, а лишь берутся созидать что-то.

— Да, выбрать пару — проблема. Мы хотели с Яром вместе быть, но редко где ставят вместе двух сильнейших магов.

— А Яр — это?..

— Это я, последние буквы Данияра, — тепло улыбнулся природник.

— Да, так проще, когда каждый миг на счету. А ко мне можно обращаться Аль.

— А я Вера, всегда Вера. Хоть официально, хоть в бою.

— Да, не повезло тебе! Я думал твоё полное имя Вернанция, а ты просто Вера! — задорно произнёс Аль.

— Так, значит, вы тоже не выбрали себе пару?

— Для нас нет большого смысла в выборе, — пожал плечами Яр.

— Да, нас будут приучать работать с группой и с разными магами, — продолжил Аль.

— Все лэры должны научиться действовать в паре с лэр-вом, — добавил Яр.

— Так вы уже точно знаете, что сдадите экзамены на лэр-ва? — с восторгом спросила Вера.

— Ну-у, всякое бывает, но должны справиться, — осторожно пояснил природник.

— Если не определишься с парой, то можешь вставать с кем-либо из нас. Пусть другие посмотрят, что от тебя можно ожидать, — щедро предложил Аль, зная, что любой будет рад встать с сильнейшими ребятами.

— Спасибо, я очень ценю ваше предложение и обещаю, что вы не пожалеете. Может, у меня и нет силы в каком-либо одном направлении, но я сумею толково помогать и приносить пользу партнёру, — искренне растрогалась Вера.

— Не напрягайся! Достаточно того, что ты не растеряешься в бою и станешь дополнительными глазами и сдержишь хотя бы первый неожиданный удар, если он случится, — совершенно серьёзно произнес Яр.

— Если я буду в паре, то никаких неожиданностей не случится, — так же серьёзно ответила девушка.

Подошли ещё ребята, поздоровались с Альбертом и Данияром, вполне доброжелательно кивнули Вере. В душе у неё всё пело и ликовало.

Какая же она глупая была! Больше никогда она не потеряет себя!

— Рада была вас всех повидать! Я пойду, вещи разберу, — попрощалась с ребятами Вера.

— Она хорошенькая, — посмотрел ей вослед один из подошедших ребят.

— Если бы у неё ещё с направлением всё наладилось бы, цены бы ей не было, — ответил ему товарищ.

С оставленными у ворот вещами Вере никто не помогал, хотя сундуков у неё в этот раз было много. Заготовки для производства разных нужных для ремонта предметов, которые она использовала в совместной работе с отцом, занимали много места. Редкие ингредиенты, папины чертежи, подробные технологии, забранные им с Земли на всякий случай — и вот, пригодились. Отец подготовил Веру для работы в захолустье, где нет никаких мастерских, но настойчиво посоветовал первое время пользоваться всё же услугами мастеров, магически помогая им и ускоряя их работу.

В академии не делят никого на юношей и девушек. Они все — будущие воины с разной силой дара и умениями. Здесь даже комнаты перемешаны, разве что помывочные разделены на мужские и женские, но, говорят, что в небольших крепостях и этого нет.

Вера вздохнула, вспомнив отца, который так и не смирился, что магички вроде как и не женщины, а только боевые единицы. Уж он-то, делая кроватки для малышей, прекрасно видел, насколько им тяжело живётся при таком отношении. Ну и пусть, что любая лэра щелчком пальцев может размазать его по стенке, её все равно надо оберегать, считал он. Всё это вспомнилось, когда Вера встала у сгруженных в ряд её сундуков и не знала, как взяться за них. У воздушников вещи летели за ними следом, у водников, скользили по земле на водяной простыне, у некоторых природников сундуки обрастали корешками и перебирали ими как гусеницы ножками, остальные тащили сами.

Вера внимательно посмотрела, как передвигается сундук у природника, и во чтобы то ни стало решила придумать нечто подобное. Уж хотя бы колёсики она сможет приделать, а на лёгкий воздушный толчок у неё сил хватит. Но пока не сделала, то пришлось ей несколько раз ходить и используя разные направления своего дара, затаскивать сундуки к себе.

Вспотевшая, красная, она с неприязнью посмотрела, как они заняли половину её комнаты и, вздохнув, пошла ополаскиваться с дороги. Ещё не все приехали, поэтому помылась она без очереди, без просьб поторопиться, с огромным удовольствием счищая с себя дорожную грязь. На обратном пути в комнату в ответ встретившимся ей злопыхательницам, она, улыбнувшись, ответила:

— И вам, девочки, не хворать!

Чем вызвала новый виток сплетен у недоброжелательно настроенных девушек и подозрений по поводу своего дара. Но были и такие, которые спокойно отвечали Вере, когда она здоровалась и спрашивала, как прошли каникулы. Закрыв за собой дверь, она ещё долго стояла, прижавшись к ней спиной и счастливо улыбаясь. У неё всё получилось! Отец был совершенно прав, когда отругал её за синдром принцессы, доведший её до уныния.

А на следующее утро Вера уже ползала по туалетной комнате с измерительной лентой и подсчитывала, какого размера ей делать стеклянные перегородки для душевой кабины, как объединить трубы, идущие к раковине, с трубой для душевой лейки и дальше, со сливом. После всех замеров и поправки заготовленных дома чертежей, она придирчиво окинула взглядом обе комнаты. Жилая была заставлена сундуками, а вот в туалетной прямо сейчас можно попробовать применить полученные навыки домоводства.

Вера вытащила большую половую щётку, вылила воды на пол, накрошила мыла и принялась магичить. Сначала определила силу нажима на щётку, потом посчитала сколько раз надо пройтись по одному месту, чтобы отчистить камень до первоначального состояния, а потом — на сколько щётка должна сдвинуться в сторону.

Не всё сразу получилось, но задав ещё множество параметров, используя разные направления дара, Вера закрепила всё в крошечном хрусталике, пользуясь знаниями об артефакторике. Заполнила его нейтральной силой и вложила в ручку щётке. Теперь она двигалась без участия девушки. Как самоходный пылесос на Земле, так же работала щётка, пока Вера не остановит её или пока не закончится заряд в хрустальной бусине.

Вера, довольная собой, оставила щётку тереть пол, занявшись другими делами, но проверив работу через полчаса, увидела, что за подсыпкой мыла надо всё же самой следить и вообще, дело продвигалось слишком медленно. Тогда она тихонечко выбралась в коридор, залезла в кладовку и, забрав оттуда заброшенные старые и новые щётки, бегом отнесла их к себе. Достав горсть закупленных хрустальных бусин, она откопировала на них всю ранее составленную ею схему для первой щётки — и через десять минут в её туалетной комнате деловито шуршали десять щёток.

Дело пошло быстро. На полу вскоре взбилась грязная пена, снова потребовалось небольшое участие Веры в уборке, но конечный результат того стоил. К обеду девушка знала, что тёмно-серый пол на самом деле светло-бежевый.

Выковыряв обратно хрустальные бусинки с заложенной программой полотёрства, она вернула щётки на место. Воодушевлённая, она до поздней ночи занималась устранением щелей в своём жилище, сглаживанием отбитых уголков, выступов, дополнительными замерами окон и мелкой починкой мебели.

На следующий день Вера отправилась в мастерские договариваться о своих заказах и участии в работе. Без отца дело с мастерскими не клеилось. То ей просто отказывали, то просили дополнительных денег за её участие в работе, воспринимая её желание, как блажь. Уже когда она готова была согласиться на требуемые доплаты, подвернулся случай проконсультироваться у мага-артефактника, точнее у лэры-артефактора. Ведь ей тоже приходилось изготавливать разные предметы и пользоваться услугами мастеров. Она-то и подсказала, к кому обращаться. Дело пошло на лад. Уже вечером Вера принесла в мастерскую образцы того, что ей нужно, и болванки для изготовления. У неё оставалось совсем мало времени до начала занятий и всё его хотелось посвятить обустройству жилья.

— Ну что ж, лэра Ранс, завтра с рассветом жду вас, — внимательно осмотрев, что требуется девушке, попрощался мастер.

На рассвете они оба приступили к работе. Поначалу рядом крутились ещё двое помощников, но вскоре остались только самые младшие "принеси-подай". Вера многое взяла на себя. Она следила за огнём, облегчала вес полученного металла, помогала выравнивать созданные пластины и соединять их. Мастеру оставалось только руководить, следить за временем и стучать молотом там, где нужно.

— Никогда так не работал! — восхищался он. — И ладно бы без помощников обошлись, но ведь и печь у нас одна, а по уму надо хотя бы две с разными температурами, но ведь всё сделали правильно!

Вера улыбалась и надеялась, что действительно всё сделали правильно, но понятно это будет при сборке всей системы. Ещё несколько дней пришлось ходить девушке к кузнецу за мелкими деталями, а потом к стекольщику, выкраивая время среди начавшихся занятий. Пришлось от многих направлений отказаться, но дело того стоило.

Она успела установить у себя душ и оградила его крепкими цельными стеклянными перегородками, чтобы не заливать всё пространство водой. Стекольщик стонал от досады, увидев, какое шикарное стекло у них с лэрой Ранс получилось и, осознав, что без её магической помощи ему никогда не изготовить полотно такого размера, крепости и безупречной прозрачности.

А вот над поддоном для душевой она почти не трудилась. Огромная поилка для мелких птиц прекрасно вписалась в заданные параметры. Уже когда всё готово было, Вера заметила, что в туалетной комнате теперь не хватает света и долго держится влажность после пользования душем. Такую работу показывать ректору нельзя. Как ни старалась всё предусмотреть, но нехватка опыта всё же сказалась. Она совсем немного не успела закончить до начавшихся тренировок.

Ранним утром весь второй курс выстроился перед входом на огороженной специальными щитами территории. Лэр Хармелион, часто занимающийся организацией занятий, окинув всех придирчивым взглядом, громко скомандовал:

— Готовые пары могут разойтись по площадкам, расположенным с левой стороны, там вас встретят студенты третьего курса и они оценят вашу пару вместе с демонстрируемыми способностями.

Потребовалось несколько секунд, чтобы студенты переварили указание и заспешили занять тренировочные поляны. На месте осталось не больше трети от всего курса.

— Так, очень интересно. Ну, а вы что же, не можете решить с кем идти плечом к плечу всю дальнейшую жизнь?

Ответить было нечего. Ведь выбор предстоял действительно серьёзный. Сложившуюся пару магов не будут разбивать при распределении на дальнейшую службу. Лэр насмешливо посмотрел на неловко чувствующих себя студентов, и продолжил:

— Это здорово, когда пара складывается ещё с учёбы, но практика показывает, что в течение первых пяти лет многие пары расходятся.

— Зачем тогда все настаивают на выборе уже сейчас? — угрюмо спросил один из крепких середнячков.

— Потому что в этом есть неоспоримые преимущества. Слаженной двойке намного легче адаптироваться в первый год в новом коллективе. Бывает, что кроме прибывшей двойки в крепости других магов нет, и тогда это уже вопрос жизни и смерти. Вы должны понимать, что у любого решения есть плюсы и минусы. Предположим, вы не нашли партнёра для себя. Разве плохо, если в крепости вас поставят с опытным лэром, который будет страховать вас и продолжать подсказывать, как лучше действовать?

— Ну не знаю, бегать в подмастерьях у бывалых магов — та ещё радость, — фыркнул Альберт.

Лэр Хармелион согласно покивал головой.

— И это тоже верно. Слаженные академические двойки вынуждены быстро осваиваться, ведь каждая ошибка — это новые раны или чья-то смерть. Под патронажем опытного мага шкура ваша будет целее, а вот самолюбие может пострадать и самостоятельность приобретается медленнее.

Преподаватель внимательно посмотрел на оставшихся студентов и продолжил:

— Уважаемые лэры, готовящиеся сдавать экзамены на лэр-вов, у вас нет выбора. Вы в стенах нашей академии будете учиться работать со всеми магами, как в двойке, так и группой. Более того, куда бы вы не получили распределение, у вас будет короткая обязательная особая практика, где вы должны проявить себя хорошими командирами. Сейчас вы выбираете себе пару на неделю и идёте отрабатывать навыки сражения с тварями на площадки, расположенные с правой стороны. Там вас встретят студенты, уже сдавшие экзамен на сильнейших магов королевства. Прислушивайтесь к их советам.

Лэр на всякий случай махнул рукой вправо, чтобы ни у кого не возникало дополнительных вопросов, с какой стороны определять право-лево.

— Тех, кто остался, я распределю сам. Попробуйте сработаться, потом советую в любом случае меняться напарниками, так вы сможете набрать разноплановый опыт сотрудничества.

— Лэр Хармелион, а тот, кто уже выбрал пару навсегда, они будут меняться напарниками с другими?

— Обязательно. В следующем полугодии все пары принудительно разделят, и они будут пробовать себя на тренировках рядом с другими направлениями. Хотя бы для того, чтобы понять на практике, что изначальный выбор был удачным. Всё, время пошло!

Вера развернулась к Данияру с Альбертом, надеясь, что они не забыли о своём предложении встать в пару с ней на тренировке, но их уже окружили другие сокурсники.

Она давала слово себе и отцу, что больше не будет отступать, станет активной, но толкаться локтями в данной ситуации не смогла. Понимала, что глупо стоять в стороне, ведь сейчас нет места чувствам, а властвует разумность и расчёт, но она мало что могла предложить партнёру, поэтому, ощущая себя второсортным товаром, стеснялась навязываться.

Вера ещё стояла, не зная как поступить, а новые пары уже разбегались по площадкам. Альберт с Марикой, знакомой Вере ещё по школе и напрочь игнорирующей её здесь, спешили занять последнюю свободную площадку. Данияр о чём-то переговаривался с ребятами и, рассмеявшись в ответ на шутку рыженького сокурсника-балагура, бегом бросился вслед за Альбертом, стараясь его обогнать. Оставшиеся ребята нехотя создали пары, и Вера почувствовала на себе неприязненный взгляд сокурсника-природника с уклоном к общению с животными. Он ничего не имел против Веры, но он не боец и она не боец, и хуже пары, чем они, и придумать было нельзя. Им обоим предстояло стать посмешищем на площадке, что повлияет на всеобщее отношение к ним впоследствии.

— Ну, и чего ты стояла как замороженная? — зло спросил он её.

Девушка с непониманием посмотрела на него.

— Состроила бы жалостливую мордашку и тебя бы взял кто-нибудь из ребят!

— А ты чего не состроил? — опешила Вера.

— Совсем без мозгов, да? — парень отвернулся от неё и пошёл смотреть, где вскоре освободится место для тренировки.

Лэр Хармелион только усмехнулся, глядя на последнюю пару, и отправился проверять, как третий курс контролирует второкурсников.

Везде на площадках были раскрыты тренировочные шкатулки с кристаллами. Самые светлые кристаллы копировали наиболее безопасных тварей изнанки и их поведение, самые насыщенные цвета принадлежали образам смертельно опасных существ.

На первом курсе студенты уже знакомились с действием этих шкатулок, и Вера определила для себя, что больше всего активированные кристаллы похожи на голограммы, но не статичные, а с заданными действиями. Совсем недавно она задавала программу для щёток, а эти учебные камни изготавливали мастера-артефакторы высочайшего уровня. Голограмма реагировала на тепло и действовала соответственно тем тварям, которых копировала.

Студенты отбивались от имитируемых атак и могли "ранить" агрессивную тень (голограмму) или "убить", а вот она не могла нанести никакого вреда, разве что напугать. При работе с учебными кристаллами создавалась полная иллюзия настоящего боя, и молодые маги постепенно привыкали к виду тварей, понимали, чего от них ожидать, ну и тренировались в освоении своего дара.

Вера шла за природником-животноводом и слышала короткие команды старшекурсников, предназначенных работающим парам.

— Прикрывай товарища! Дай ему ударить огнём, не лезь под руку!

— Что ж вы такие активные! Нельзя действовать без оглядки на партнёра.

— Бей, бей, отступать некуда, вас, клуш бестолковых, в угол зажимают!

— Эй, а вы что без дела шатаетесь?

Вера даже не сразу поняла, что это её с парнем окликнули. Животновод развернулся.

— Идите сюда, здесь уже пара выдохлась. Начнём с простого, — и старшекурсник активировал бледно-розовые кристаллы.

Начали.

Вера кидала крошечные огненные шарики, пыталась сделать острыми струи воды и направляла их в глаза тварей, подкидывала им под ноги камни, шептала замедляющие проклятия, но всё было без толку. Партнёр был сильнее её, но он мог только запутывать существ, внушая им растерянность и заставляя на время терять пару магов из вида, а вот убивать ему было нечем.

— М-да, — протянул старшекурсник, — ну и пара у вас! Тебе — указал он рукой на природника, — ознакомиться с владением оружия и желательно после выпуска продолжить с ним тренироваться. Иначе всегда будешь зависим от других.

— Да знаю я, — буркнул парень.

— Ну, а тебе, красавица, даже не знаю, что посоветовать. Не представляю тебя с ножами или с луком. Ручки тоненькие, сама того и гляди переломишься.

— Очень узконаправленные у вас, лэр Стелм, советы, — скептически заметил подошедший преподаватель по тренировкам.

— Ну, а что, я разве не прав? Природнику надо физически развиваться и тренироваться с оружием, ведь дар у него мирный, а… — парень замолчал, не зная как обозвать Верино направление. Поняв его затруднение, она решилась подсказать:

— Бытовик.

— Что?

— Я говорю, что я — бытовик, — терпеливо повторила Вера.

— Что, у нас и такое есть теперь? Будешь главной над прачками и кухарками? — развеселился третьекурсник.

— Лэр Стелм, свободны. Только что вы заработали штрафные баллы.

— Но я…

— Не суметь правильно оценить полезность редких направлений на вашем курсе — непозволительная беспечность. Я удивлен, что вас характеризовали, как хорошего командира. Идите!

— Шерх! — выругался парень и сопровождаемый множеством любопытных взглядов покинул площадку.

— Лэр Трог, — преподаватель обратился к партнёру Веры. — Дополнительные занятия по владению оружием для вас обязательны, но в боях маги вашего направления теперь не участвуют. Совсем недавно произошли некоторые изменения, и ваша специализация отделена от природников. Назначение, скорее всего, у вас будет в крупную крепость, где вы будете следить за здоровьем питомцев магов и воинов. Сами понимаете, они чаще получают ранения, а ещё нам приходится убивать тех существ, кто был запечатлён и потерял в боях своих хозяев, так как иначе они сходят с ума от одиночества и чувства потери. Но ваш дар позволяет этого не делать, поэтому ваша ценность возрастает многократно. Всё ясно?

— Ясно. Так что же, мне на тренировки с кристаллами не приходить? — растерянно спросил природник-животновод.

— По желанию. Тварей знать обязательно, но вам надо сделать акцент на том, какие раны они наносят, их ядовитость, как лечить ваших будущих подопечных.

Парень кивнул и отошёл в сторону.

— Теперь вы, лэра Ранс. Встаньте в паре со мной. Лэр Трог, активируйте по моему сигналу сразу все кристаллы.

Все присутствующие на соседних площадках в изумлении уставились на тренера. Шкатулка была предназначена для второго курса, но она мало чем отличалась от той, что предлагалась для сдачи экзамена на лэр-ва.

— Прошу всех отойти за силовое поле, чтобы не перетягивать внимание теней на себя. А вы, лэра Ранс, соберитесь. У меня немало было студенток, похожих на вас, и могу с уверенностью сказать, что из них получаются отличные воины, было бы желание. Упорство, трудолюбие, быстрая оценка ситуации и фантазия — вот те качества, которые помогали им раскрывать свой дар. Я ведь не ошибся, вы обладаете перечисленными умениями?

Вера, не зная как реагировать на происходящее, активно закивала, с испугом смотря на приготовившегося активировать все кристаллы разом бывшего напарника. Он стоял, нахмурившись и, похоже, попытался подбодрить её, но тут тренер дал сигнал — и начался ад.

Площадка заполнилась насекомыми, сбившимися в черную тучу; прыгающими зубастыми лягушками, достигающими по высоте до колена; адские гончие, с горящими глаза; туповатые, но сложно истребимые гнаары с огромной пастью; скользящие на высоких тонких ножках глаза, атакующие смертельными лучами; уродливые помеси животных с насекомыми; минотавры, ящеры, сгустки чёрных субстанций и много другой дряни, которая почти мгновенно определяла, где стоит их цель.

Преподаватель вышел на полшага вперёд:

— Итак, лэра Ранс, я главный в нашей паре, а вы работаете на меня. Ваша задача максимально помогать мне. Готовы?

Вера чуть не задохнулась от его: "Готовы?"

"Нет, конечно, она не готова!"

Но лэр Филси, когда давал знак активировать кристаллы, не спрашивал её, а теперь-то чего уж!

Девушка бросила на первую приближающуюся стайку тварей по проклятию замедления и сразу почувствовала, что в этом направлении её силы ополовинились. Восполнится быстро, а пока она может задействовать противоположный цвет дара. Вера кинула на тренера убыстрение физических возможностей, временную удачу, срабатывающую в одном случае из трёх, и обманку. Теперь рядом с лэром Филси повторял его движения полупрозрачный клон.

— Отлично, — выдохнул тренер, — но на теней обманка не действует, так как в ней нет тепла, а в настоящем бою поможет.

Лэр уже начал сражение и старался не подпускать тварей к ним с Верой, но расстояние сокращалось катастрофически быстро. Если так пойдёт и дальше, то они не продержатся и полминуты.

Девушка бросила на подлетающую тучу насекомых "волну ужаса". Во всяком случае, так ей хотелось, но сил было мало, чтобы полностью сымитировать её, однако туча приостановилась. Тогда Вера послала им россыпь огненных искр и туда же, выложившись полностью, отправила стихию воздуха. Получилось здорово: искры, раздутые порывом ветра в огненный шквал, влетели в замершую тучу мелких кровопивцев. Восполнилась энергия для проклятий и девушка, собрав всё, что там было, прокляла болезнью самого крупного и опасного монстра. Он силён, будет неплохо, если его удастся ослабить.

Лэр Филси оказался довольно сильным огневиком, и Вера попробовала скопировать его огненный шар. У неё получилась абсолютная копия, только не такая насыщенная, но пользу она принесла, врезавшись в недобитую гончую. Девушка с бешенной скоростью опустошала множество своих маленьких резервов и тормозила подход тварей к ним, как могла, давая партнёру время разделываться с ними.

Иногда она добивала покалеченных лэром тварей, иногда ослепляла их вспышками света, забирая энергию из своих неиспользованных закромов. Как только набиралась светлая целительская сила, так она кидала на лэра убыстрение, укрепление на его щит или простейшую удачу.

Без артефактов все эти заклинания действовали недолго, тем более при маленькой силе посыла, но Вера регулярно обновляла их, как только чувствовала, что уже может это сделать. В остальном она сыпала песок в глаза тварям, раздувала искры, направляла веер капель, которые на ходу замораживала, пугала, путала и проклинала, повторяя свои действия безостановочно.

В какой-то момент к ним прорвался, сметя защиту тренера, огромный монстр-переросток, ранее проклятый девушкой, и лэру Филси пришлось сражаться с ним не только магически, но и мечом. Вера отскочила в сторону и без конца пыталась поливать монстра водой. Все знали, что текучая вода ослабляет тварей, а девушка ещё и морозила остатки воды на чудовище, крайне мешая ему и снова ослабляя. Наконец, лэр Филси справился с ним, и наступила оглушительная тишина. Вера осматривала площадку шальными глазами на предмет оставшихся тварей, но она была пуста.

— Три минуты. Браво, лэр Филси, вы побили последний рекорд студентов, сдающих экзамен на лэр-ва. Правда, у вас была помощница, но и вы не лэр-в!

Тренер довольно подмигнул своей обескуражено смотрящей на всех напарнице.

"Три минуты, всего три минуты!" — билось у неё в голове.

— Лэр-в Каримон, рад, что вы стали свидетелем нашего эксперимента, — ответил ректору тренер. — У девочки дар так и не выбрал какое-то одно направление, как вы думали, но и в таком виде он не бесполезен. Она прекрасный напарник для любого сильного мага. Увеличить время физических тренировок, чтобы не беспокоила напарника своей беззащитностью — и ставить в пару к тому, кто претендовал на лэр-ва, но чуть-чуть не хватило умений или силы.

— Согласен, лэр Филси. Неплохое решение. Можно попробовать.

Вера ещё ничего не понимала. То, что она не подвела лэра Филси, это она уяснила, а вот какие последствия будут у её успеха, она не могла предугадать.

Её ещё несколько раз ставили в пару к наиболее сильным сокурсникам, и в конце дня лэр Филси сделал вывод, что прав. Тысячу раз прав.

Казалось бы, Вере можно было бы радоваться. Почётная карьера воина-мага приоткрылась для неё, но оказалась и обратная сторона её маленькой победы. Многие юные маги, обладающие достаточно сильным даром, хотели бы попасть в крупные крепости-города, где не так часто проходят дежурства, ведь там достаточно лэров; где больше предоставляется льгот при проживании и там, в паре с таким же сильным магом, есть все шансы дожить до старости, вступив в брачный союз там же и вырастив детей.

Если же брать в пару лэру Веру Ранс, то какой бы эффект усиления её дар не производил бы на напарника, всё равно она будет считаться как пол-мага, и назначение им обоим будет в маленькую крепость. Туда, где нападения тварей редки и можно было бы обойтись одним лэром, но в довесок ему бонусом пойдёт лэра Ранс. Об этом ни один учащийся маг, без разницы девушка или парень, не мечтали. Теперь на Веру недоброжелательно косились все оставшиеся без пары сокурсники. Ничего личного, но всё же им бы хотелось иметь выбор в назначении, а не унылую предопределённость.

До всей сложности своего сложившегося положения Вера догадалась не сразу. Она сначала радовалась, что её дар всё-таки похвалили и она сумела проявить себя. Потом пыталась придумать ещё способы воздействия на тварей и только после, перебрасываясь словами с ребятами на дальнейших тренировках, услышала какие перспективы ожидают того, с кем она встанет в пару. Причём, скорее всего, сложившуюся пару можно было бы рассматривать как будущих мужа и жену, а это уже обязывало более тщательно присматриваться к Вере.

А пока за ужином к ней подсел Данияр.

— Отличные сегодня были тренировки, — уплетая вторую порцию ужина, немного напряжённо начал он беседу.

В столовой было шумно, и Вера вполне спокойно отнеслась бы к тому, что они поели бы молча. Но раз Данияр решил заговорить, то она в ответ на нейтральную фразу, согласно кивнула.

— Слушай, а чего ты не подошла ко мне, когда выбирали пару?

Девушка пожала плечами.

— Так вышло, — стараясь как можно беспечнее ответить.

— А-а, — протянул парень, — ты не обиделась?

— Нет, конечно, — поспешила уверить его Вера.

— Ну, тогда ладно. Я, честно говоря, растерялся, когда меня все окружили, набиваясь в пару.

Данияр, действительно чувствуя себя неловко, залез пятернёй себе в шевелюру и неосознанно произвёл беспорядок на голове. Вера тут же устыдилась того, что всё-таки обиделась на природника, но следующие его слова снова заставили пересмотреть своё отношение к нему.

— Понимаешь, тут ещё вот что, — явно подбирая слова, замялся парень, — Марика, ты ведь её знаешь?

— Угу, — настороженно кивнула девушка.

— Не знаю, чего она тебя взъелась, но говорит, что ты задавака, и попросила Аля и меня не вставать с тобой в пару. Она нравится Алю, а я просто не спорил с ней. Решил, что если ты подойдёшь, то я не откажу тебе. Мне не по душе, когда вот так сплетничают.

Вера не знала, что и думать. Обучение Марики в школе оплачивала королевская казна и та всегда держалась таких же девочек. Им приходилось сложно, ведь до этого никто не занимался их обучением, но Вера никогда не сталкивалась с ними ни в каких конфликтах. Она вообще тогда витала в облаках, и впервые ей казалось, что жизнь кипит у неё. Она могла быть невнимательной, но совершенно уверена, что никого не обижала, тем более девчонок, которым и так пришлось нелегко.

Яр, посмотрев на задумавшуюся девушку, испытывая неловкость, спросил:

— Чего вы не поделили? Две такие замечательные девчонки — и вдруг вражда.

— Я и не знала, что у нас вражда, — горько заметила Вера. — Спасибо, что рассказал. Я видела, что некоторые девочки, которые учились со мной в школе и перешли сюда, как-то странно и быстро переменили ко мне отношение, когда дар мой оказался сомнительным, но не понимаю, чем заслужила столь неприязненное отношение.

— У вас, у девчонок, всегда всё сложно. Взяла бы и поговорила бы с ней, чего гадать.

— Может, и поговорю, — снова улыбнулась Вера, не желая заканчивать разговор на грустной ноте. — А ты, я слышала, здорово проявил себя. Вся площадка была раскурочена!

— Есть немного, — смутился парень, — я же природник, ну и работал с землёй, переворошил всё покрытие.

— Ты молодец, надеюсь, что у тебя всё получится, и ты войдёшь в сотню сильнейших магов, — пожелала девушка и, махнув рукой на прощание, побежала к себе в комнату. День выдался насыщенный, с сюрпризами, и снова приходится выбирать, как быть дальше.

Ещё несколько дней весь курс занимался на тренировочных площадках, а лэр Филси присматривался ко всем. Он отмечал у себя на листах выносливость студентов, силу, сообразительность, совместимость, способность сотрудничать и многое другое, что было известно только ему одному. Вера вместе со своим самым первым неудачным напарником Дени Трогом после обеда ходила на занятия по физической подготовке. Ничего интересного там не было, лишь упражнения на растяжку, на силу, на координацию и ещё на чёрт знает что. Старшекурсники сказали, что только через два-три месяца им в руки дадут оружие и начнут учить более конкретно, а пока они должны просто окрепнуть.

Не только Вера с Дени бегали после обеда на физподготовку, но только у них она длилась до ужина. Мучения немного сблизили ребят, и они вместе ползли с занятий до комнат, а потом на ужин. Девушка с удовольствием принимала душ у себя, радуясь, что успела его сделать, но вот дальше её работа не продвинулась. Слишком изматывающей была для неё нагрузка и после ужина она падала на кровать, сразу же засыпая. Наверное, так и поплыла бы она по течению, если бы не пришедшая посылка от отца.

Веру позвали ко входу и вручили небольшой ящичек с письмом. Она очень обрадовалась, прочитав домашние новости, но в то же время задумалась об ответственности. Мама писала, что по всем признакам у братика будет похожий на Верин дар.

Ему удаётся самому себе подсушивать описанную рубашонку, тянуть по воздуху маленькие печенюшки и детским лепетом сообщать, чего хотят цветочки или живность. Всех этих признаков уже хватает, чтобы понять, что малыш — будущий универсал, но если учесть наследственность, то вполне вероятно, что его сила, так же, как у Веры, размазана по всем направлениям. Но ему должно быть легче, ведь он уже не будет первопроходцем.

Вот тут девушке стало неловко. Все сундуки, стоящие в её комнате, пылились бесполезным грузом, а планы по введению в практику бытового направления, под давлением обстоятельств, незаметно сошли на нет. Ей преподаватели вручили путеводную нить, и она чётко пошла по ней, и не оставалось времени на реализацию своих домашних заготовок. Вере было жаль отказываться от тех задумок, что они спланировали с отцом, но у неё не оставалось сил воплощать их в жизнь при тех нагрузках, что она тянула сейчас.

Когда она открыла посылку, то долго безмолвно сидела над присланной отцом огромной лампочкой. Толстое кривоватое стекло, грубоватый цоколь без какой-либо резьбы и прикреплённый к дощечке кристалл с выемкой. Отдельно завёрнутые в бумажку лежали образцы используемого материала для спиральки в лампе, для крючочков, что её держат, для цоколя и донышка. Отец подробно расписал, как он изготовил эту лампу и надеялся, что Вера сумеет повторить процесс и правильно зарядить прилагающийся кристалл.

Она сидела над посылкой, пропуская тренировку и размышляла. Ей бы очень хотелось снова почувствовать себя нужной и востребованной, как тогда, когда она ходила с отцом по мастерским и помогала ему в работе, создавая необходимые людям вещи. Но она не могла признать и того, что все студенты прекрасно выживали в существующих условиях.

Никто не жаловался, что душевая общая, что в прачечной течёт только холодная вода, что от многих разит потом, а рубашки редко у кого со свежими воротничками. Всё это было нормой, а Верины новшества только вызвали бы презрительные насмешки, и она боялась их услышать.

Подумать только, она стеснялась кому-либо сказать, что у неё есть собственный душ! И всё же, надо было решаться и делать выбор. Либо она бытовик и совершенствуется в этом направлении, создавая собственную программу обучения, либо она продолжает дальше пытаться стать тенью сильного мага.

Вера встала, посмотрела на себя в зеркало. Жалкое зрелище предстало перед ней. Ушла мягкость, детская беззащитность, зато пришло измождение, потерянный взгляд, ожидание подвоха и поперечная морщинка между бровей, которой ещё дома, месяц назад, не было.

Она смотрела на себя и не верила, что так изменилась за короткий срок. Изо дня в день отдавать все силы тому, что не нравится — и вот результат. Если смысл в тренировках с кристаллами она видела, то физические упражнения на износ превращали её в какую-то иссохшую тень. А ведь ей пожизненно придётся поддерживать себя в отличной форме, чтобы не подвести мага-партнёра, к которому она пойдёт довеском. Наверное, потом она втянется, будет гордиться феноменальным владением своего тела, разным оружием, но…

Вера посмотрела на себя внимательнее и решительно запустила целительную энергию на образующуюся морщинку. Маленький успех придал ей уверенности, и выразительные глаза ожили, сразу сделав её облик более приятным. Вера ещё раз прошлась по себе целительной энергией, выскребая её всю без остатка и заметив, что кожа перестала быть тусклой, немного расслабилась.

Надо было раньше посмотреть на себя и понять, что нет ничего хуже, когда все силы отдаёшь тому, что тебе непонятно и противоестественно. Она попробовала тот путь, что ей предложили и теперь видит, что он ей не подходит.

Отец правильно сказал, что выбранное дело должно приносить радость или хотя бы удовлетворение. Он не раз настаивал на том, что только её фантазия и усердие может поставить ей рамки в освоении бытового направления, а если она будет работать усилителем мага, то это и есть её потолок. Конечно, от этого будет польза, но сопоставима ли она с развитием бытового направления?

Вера ещё посидела, покрутила создавшуюся ситуацию со всех сторон и взялась за присланный отцом кристалл. Она пробовала зарядить его энергией огня, воздуха, целительской, природной… Подносила к выемке кристалла лампу и смотрела, сколько света она даёт. Получалось, что подходит любая магическая энергия, но самая большая отдача света идёт при зарядке воздушной стихией. Примитивная лампа горела ярче маленьких магических светлячков, которые стоили довольно дорого и уж тем более ярче, заполненного свечами канделябра.

Дальше оставалось придумать, как закрепить лампу, защитить её от брызг воды, и сделать рычаг, который бы прижимал лампочку к кристаллу и отодвигал. Достаточно, чтобы он шевелил её на крошечное расстояние, этим Вера и занялась до обеда. Кое-что у неё получилось, но это напоминало действие, когда на Земле в отсутствии выключателей лампу вкручивали и выкручивали. И всё же, закончив работу с подключением лампы, Вера отправилась к ректору.