Глава 18. Прямиком из детства

– Игорёчек! Учи матчасть! Ты мои распечатки до конца так и не прочёл? Там же русским по белому напечатано, что кошки очень любят лазить в шкаф! Особенно Нори! Игорь скосил глаза на Нори. Шею он пока использовать не решился, потому что не был уверен, цела ли она, или только на шкурке держится. – Фууууух! А я-то разом все ужастики вспомнил, пока летел. Сходу-то чего только не померещится, когда тень на вас прыгает, да ещё чем-то сверкает! – Не чем-то, а глазами. Вот так и рождаются нездоровые сенсации и суеверия, – вздохнула Елизавета, укоризненно покосившись на Нори. – Ты вставать-то будешь, или тут окопаешься? – Я б встал, конечно, но не факт, что у меня по дороге чего-нибудь не отвалится. Боюсь вас шокировать! – сообщил Игорёк, и Елизавета недобрым словом припомнила его матушку. – Надо же, из такого шикарного парня, устроить такого мамсика! Так приложиться и ещё шутить! Он молодец, вообще-то! Толк будет! – а вслух сказала: – А ты не боись! Чего отвалится, обратно приставим! – Аааа, ну если так, ладно, – покладисто отреагировал Игорёк. – Всстттаюююююю! – Карррыккк!– прокомментировал Гаврюша подъём ушибленного постояльца. – Как ты прав, бро! Как ты прав! – согласился с ним Игорь. Елизавета долго держалась, но при виде такого единодушия всё-таки рассмеялась. Ну, и от облегчения, конечно, что парень цел. С одной стороны, подумаешь, с табуреточки навернулся, а с другой – люди и получше Игогошика калечились при падении с высоты собственного роста. Игорёк бережно убрал футболки в шкаф, правда, пониже, и предварительно проверив, нет ли там какой-нибудь живности. А потом хмуро почесал затылок: – Кто бы мог подумать, что ведение домашнего хозяйства, такая опасная для жизни вещь! – Так с непривычки-то и в ванной утопнуть можно, – обрадовала его Елизавета. – Мне уже опасаться? – хмыкнул Игорёк и похромал на кухню. – Вспомнил! Я ж сырники делаю! – Тебе помочь? – уточнила хозяйка дома. – Разве что посолить! – серьёзно попросил Игорь. – В качестве моральной компенсации за нападение табуретки. – Гаврила, а ты не дурак! – сообщил он попугаю через пару часов. – Творог – приличная штука, особенно если в сырниках. Да не трусь! Я весь не слопаю, поделимся по-братски. Экий ты, хомяк, однако! – Брррро!– подтвердил Гаврюша. – Однозначно! – ушибленные места побаливали, но горка сырников грела душу, а навык складывания футболок давал повод собой гордиться. Звонок матушки он принял вполне благодушно. Подтвердил, что отлично проводит время, питается отлично, ему весело и совсем-совсем не скучно. – И ведь ни словечка я не соврал, прикинь? – поделился он с какаду. – Карррык?– уточнил Гаврюша. – Неее, всё отлично! – Карррык!– настаивал какаду. – Да ладно тебе… Я ж всё сделал. Всё отлично, – Игорь вальяжно покосился на часы и вдруг вспомнил! – Ёлки! Ты ж прав! Карррык и ещё какой! Сейчас же за Фоксой придут. А я такой… – Бррррро!– с сокрушенным видом укоризненно протянул Гаврюша, наблюдавший, как заметался по комнате Игорёк. Настя подошла к соседской двери и только руку протянула, чтобы нажать пимпочку звонка, как дверь распахнулась, и на пороге показался давешний чудак, – Здрасте, то есть добрый вечер! То есть, это… Очень приятно! – Игорь протягивал ей поводок с Фоксой, причём, вредная псина делала вид, что его не знает, видит первый раз. – И мне, в смысле, и вам добрый вечер! – рассмеялась Настя, забрала поводок и ушла. К счастью, не оборачиваясь. К счастью, потому что не увидела, что парень так и стоит на пороге, глупо улыбаясь ей вслед. – Да что со мной? А? Она точно решит, что я псих! Она ж меня видит, как придурка какого-то! То на волосах твой тальк, то с кровью на пальце, то с курицей! Проклятье! Я ж хотел уточнить, как её зовут! И только и мог чего-то мяяямммлииить! И не говори мне, что это кирдык, я и сам знаю! – рыкнул Игорь на Гаврюшу, а тот зашуршал перьями и сочувственно что-то проорал. – Ой, блин, словно спицу в ухо воткнули и мозги взбалтывают! Не ори, сделай милость! И так я не очень-то в себе! – Дааа!– подтвердил Гаврила. – Так, ладно. Я сейчас соберусь и всё сделаю, как следует! Он очень старался. Сдержанно принял поводок, сделал попытку непринужденно побеседовать, и тут же сильно об этом пожалел. – Игорррь каррык бррро! Пррридурррр! – Гаврила решил взять дело в свои лапы и представил приятного ему человека по полной форме. Очень старался. – Гаврюша! Я тебя умоляю! Заткнись! – простонал Игорёк, покрасневший до ушей. – Хорош орать, бро! Птица тут же замолчала. – Да ладно! На моей памяти, вы первый человек, которому удалось заставить его утихнуть! – удивилась Настя. – Честное слово, это просто удивительно. Ладно. Не буду вам мешать. Спокойной ночи! Игорь вспомнил, что забыл спросить, как её зовут, уже когда за ней закрылась дверь. – Что ж за наказание такое! Тупой я сегодня! Гаврила, этого ей не повторяй! Понял? Елизавета, познакомившись с Игорьком поближе, решила, что драконовские меры с нему неприменимы, и ограничение на прогулки сняла как ненужное. – Пойду-ка я побегаю. Разомнусь, может, так бок болеть не будет! – решил Игорь. Сначала дело шло туго – по рёбрам словно иглой кололи при каждом шаге, а потом немного полегчало, и когда начало темнеть, он уже двигался вполне нормально. Остановился отдышаться на детской площадке в каком-то дворе, и вдруг услышал тихий-тихий звук. – Чего это? – он повернул голову на звук, идущий из яркого пластикового домика. – Кошка?