Глава 20

Когда время пришло в движение, все удивленно стали оглядываться, не понимая, что произошло. Дым рассеялся, звуки уже не потрясали пространство — и эта резкая перемена всех изумила. Борьба остановилась. Противник, не в силах двинуться, беспомощно барахтался в энергетических силках.

Дарн рассек когтями воздух, застыл в небе, но когда увидел внизу плененного арха, бросился ко мне, чтобы убедить, в порядке ли я. Он, как и все, не понимал, что случилось.

Став человеком, он обнял меня. Я устало улыбнулась ему и прислонилась к его крепкому телу. Меня качало, как на волнах. Пока все не закончилось, я не понимала, насколько устала от битвы. Казалось, все мои силы ушли на пленение врагов. Не знаю, сколько это заняло по времени, но для остальных все поменялось в один миг. Дарнелл понял, что это сделала я, и сильно переживал. Он придерживал меня, а его глаза взволнованно следили за моим лицом.

— Ты в порядке? — спросил он.

Я кивнула, подтверждая, но Дарн не поверил. Он больше доверял своим глазам.

— Тебе нужно отдохнуть, не волнуйся, оставь остальное мне.

Я тихо согласилась. Веки уже сами собой опускались от усталости. Я едва стояла на ногах. Посмотрев на арха, столкнулась с испепеляющим взглядом. Его солдаты друг за другом приносили клятву верности Дарнеллу, новому арху, отрекаясь от прежнего господина. И их освобождали. Гнев овладел Крайссеном. Он понял, что в этот раз проиграл, но принимать это не хотел. Он уже вернул человеческую ипостась, и, стоя на коленях, гордо и презрительно взирал на отступников, по его мнению.

Больше я не смотрела на него. Дарн приказал воинам перенести меня во дворец и я отключилась еще во время полета.

А утром меня разбудили мои драконы. Какое это счастье видеть их вместе, здоровыми и прекрасными!

— Наставница! — радовались они.

Я смутилась. Все же столько веков прошло, да и мой внешний вид желал лучшего. Очнулась я в одной ночнушке, не причесанная, но, увидя счастливые лица драконов, позабыла обо всем. Я хотела обнять воспитанников, почувствовать их тепло.

Один мой жест — и они бросились ко мне, словно и не было этого тысячелетия. Только теперь не хватит длины рук. Вон какие высокие, широкоплечие красавцы. А с ними Лиайя и Виалайн. 

Роэйн опередил собратьев и сестер, ловко расталкивая их локтями, за что тут же получил от Ашара по лбу. Драконы рассмеялись, но рубиновый ничуть не обиделся. Потирая лоб, первый обнял меня.

— Спасибо тебе, Роэйн, — сказала я ему, отбрасывая волосы и рассматривая со смехом покраснение над бровью. А потом погладила его щеки, тот от довольства аж зажмурился. — Спасибо, что привел армию на подмогу.

— Да что я! Это вы все, ари Марина, вы задали Крайссену. Сидеть теперь ему в подземелье до скончания веков!

— И это вы освободили нас, — услышала я голос Фрая.

Я перевела взгляд на него и на остальных, и те подступили ко мне. Только снежный остался стоять на месте.

— Ну же, Фрай! Не обнимешь свою Наставницу? — улыбаясь со всей искренностью, обратилась к нему.

Он больше всех этого желал, но такой уж нелегкий характер. А еще века заточения наложили свой отпечаток, усилили скрытность и сделали черты лица более резкими. Но от моей улыбки снежный принц оттаял. Вспомнил годы юности и глаза заискрились теплом.

Все еще чувствуя неловкость, он приблизился, замечая интерес со стороны притихших драконов. Нахмурился, остановился. Под его суровым взглядом ребята расступились. Только Роэйн оставался в полной невозмутимости, отлично зная Фрая. Тот только внешне казался жестким, а под твердой скорлупой у него билось доброе сердце. Он заулыбался Фраю, взял за локоть и подтянул ближе ко мне, заставляя стать на колени. Снежный дракон даже не сопротивлялся. А я обхватила его голову и поцеловала зардевшегося дракона в макушку под общий смех наследников.

Вот теперь все в сборе. Почти. Не хватало лишь Дарнелла.

Роэйн почувствовал мое замешательство и сразу понял, кого ищу взглядом.

— Дарнеллу сейчас нелегко, столько дел навалилось и обязанностей. Не переживайте, ари, он навестит вас, как только освободится.

Драконы озабоченно переглянулись между собой, как только речь зашла о новом архе, я засомневалась в том, что они до конца поняли, чем пожертвовал Дарн ради них.

— Вы все еще считаете его предателем? — мой голос невольно стал строгим.

Ребята снова переглянулись, и тут я увидела на их лицах виноватое выражение.

Вперед вышел Ялан.

— Мы не знаем теперь, что сказать ему и как извиниться.

— Мы и подумать не могли, что он делал это ради того, чтобы вызволить нас из башни, — добавили близнецы.

— Теперь вы понимаете, почему он это сделал, так почему не пришли к нему и не объяснились?

Драконы потупили взгляды.

— Роэйн нам все рассказал. Что все эти годы Дарн пытался увеличить свой магический потенциал, изучал древние знания, в тайне от брата тренировал армию, а еще... хотел вернуть вас, Наставница. Он сделал так, чтобы мы отвернулись от него, иначе бы Крайссен не поверил. Он хотел втереться ему в доверие, а мы так легко поверили… Дарн слишком гордый, даже сейчас он не станет объяснять свои поступки, не станет оправдываться, — произнес Ашар. — И я его понимаю.

— А ты, Лиайя, разве не видела, что Дарн остался прежним? — спросила я девушку с упреком.

Вышло невольно. Просто Лиайя всегда по-особому относилась к наследнику изумрудных драконов, а выходит, что и она не поверила.

— Будущее, связанное с Дарнеллом, непредсказуемое и туманное. Я не всегда могу прочесть его. По желанию он может закрыть его даже от моих глаз, — ответила провидица с печалью в голосе.

Я почувствовала, что ей больно слышать от меня упреки, и не стала давить на нее. Она и так винит себя в том, что все это время, пока другие были заключены под стражу, она жила во дворце и служила ненавистному арху.

— Наставница, вы так и не рассказали нам о том, что с вами произошло и как вы стали Божественной драконицей, — вмешался Роэйн.

Он явно пытался разрядить обстановку.

— На самом деле для меня время пролетело намного быстрее, чем для вас, — я вновь улыбалась. — Я проспала в пещере тысячу лет. Это время мне понадобилось для того, чтобы мое тело изменилось и приняло новую силу. Но все благодаря вашей самоотверженности и любви. Вы отдали мне свои силы, они объединились вместе с Искрой — и это повлияло на то, чтобы я вернулась, и в таком виде.

Ребята притихли, слушая меня и разглядывая.

— Надеюсь, вы не разочарованы, что ваша Наставница стала драконицей? — шутливо сказала я.

— Что вы, ари Марина! — встрепенувшись, хором стали отрицать воспитанники.

— Просто вы такая… — не договорила Виалайн.

— Какая? Старая? — я продолжала подшучивать над воспитанниками.

— Вы очень красивая! — возмутились они опять хором.

— Мы очень рады, что вы вернулись, — тихо произнес Роальд. — Просто никак не можем привыкнуть, что вы с нами. Но как надолго? Теперь у вас и времени для нас не будет. В Шиамаре уже все знают, что возродилась Божественная драконица, и теперь лучшие женихи выстроятся к вам в длинную очередь.

— Хочу вас обрадовать, но я уже выбрала себе будущего мужа.

И почему мне кажется, что они не удивлены? На их хитрых лицах появились радостные и довольные улыбки.

— Но так как вы все его знаете и все еще не помирились с ним…

— Наставница! Не заставляйте нас чувствовать вину, мы и так не можем смотреть в ваши глаза! — слезно просила Виалайн, взяв меня за руку.

— … я не смогу пригласить вас на свою свадьбу, — твердо закончила я с улыбкой, обводя всех внимательным взглядом.

— Ты так уверена, дорогая? — раздался в комнате громкий голос Дарнелла, заставивший всех оживиться и обернуть головы.

Ребята, кто сидел возле меня, тут же взволнованно вскочили с мест.

— Дарнелл, прости их, иначе ари Марина выполнит свою угрозу, — со смехом произнес Роэйн.

— А кто сказал, что они не прощены? Кто старое помянет, тому глаз вон, — так ты говорила всегда, верно? — произнес новый арх, обращаясь ко мне.

А я во все глаза смотрела на радужного дракона. Несмотря на усталость, он весь лучился радостью. И теперь я никого не видела, кроме него. Поднялась и бросилась в его объятия.

— Марина, ты еще не совсем отдохнула! — сказал Дарн, прижимая меня к себе.

— А, по-моему, я достаточно пролежала в постели, особенно последнюю тысячу лет, — бодро ответила я и не смогла удержаться — поцеловала дракона.

Дарн тут же крепче прижал меня и потребовал продолжение. Вежливое покашливание Роэйна напомнило нам, что мы не одни в комнате.

Я обернулась, заметив некоторое смущение в глазах наследников, и в то же время их глаза сияли от радости.

— Я, конечно, понимаю, столько лет разлуки, но имейте снисхождение к тем, кто еще не нашел себе пару, — ворчливо произнес огненный дракон, улыбаясь нам двоим.

— Тогда не теряй время. Пусть наша история каждому послужит примером, — ответила я Роэйну.

— Вы слышали? — обратился он к другим наследникам. — На выход! Нечего тут на чужое счастье любоваться. Все прощены, все свободны, занимайтесь своей личной жизнью и готовьте подарки к свадьбе.

И под общий смех и шуточки наследники покинули нас.

Оставшись вдвоем, мы еще долго не могли насмотреться друг на друга, а потом наши губы вновь слились, чтобы подарить долгие минуты счастливого соединения.

А через несколько дней мы обручились по древним драконьим обычаям.

Совершив брачный танец в воздухе, мы, таким образом, дали клятвы перед небом и землей, что навеки обязуемся любить друг друга. А потом опустились перед главным дворцом и вошли в него, держась за руки, чтобы принять всеобщие поздравления.

***

С той битвы многое изменилось в Шиамаре. Жизнь обрела новое веяние, а Радужный дворец вновь наполнился весельем и смехом воспитанников. Лиайе я помогла снять ожерелье и освободила ее от влияния Крайса, а Виалайн теперь вольна была сама выбирать себе избранника и, как я поняла, у нее на примете имелся Роальд.

Имея мощь Божественной Искры, я смогла вместе с Дарном вернуть зрение советнику. Это было настоящее чудо! Арн Син вернул себе первоначальный облик. И пусть в его волосах появилось больше серебра, а на лице пролегли новые морщины, он оставался все тем же мудрым и прекрасным драконом, которого я знала. 

А с Крайссеном я хотела поступить так же, как он едва не поступил со мной. Лишить его памяти. Но тогда он бы мучился в своей тюрьме, не понимая, за что его туда поместили. Я желала, чтобы он в полной мере прочувствовал наказание. Я никогда не забуду, как страдал арн Син последние годы и как долго томились воспитанники в тюрьме.

— Не боишься, что я могу отомстить? Ведь мне стоит только лишить себя жизни — и тогда твоим птенцам тоже придет конец, — прорычал поверженный арх с угрожающей ухмылкой на губах перед тем, как его запечатали в скале.

— Ты не из тех, кто так просто сдается. Чтобы отомстить в полной мере, тебе придется, прежде всего, выжить.

Я поняла, что права. Это доказывал взгляд Крайссена, прожигающий своей ненавистью насквозь. 

— Я не прощаюсь. Придет время — и мы снова встретимся. У меня хватит терпения, чтобы дождаться этого часа. И тогда весь мир падет передо мной на колени, а ты станешь моей, — с вызовом произнес он.

— На это тебе потребуется целая вечность, — ответила я, убеждаясь, что горбатого исправит только могила. — Ты убил отца, единственного, кто мог попросить за твою жалкую жизнь, а теперь плати красную цену за все свои злодеяния.

И все же меня насторожили слова узника. Я не стала рисковать жизнями драконов и наложила заклятие. Теперь, если Крайссен даже захочет умереть, у него ничего не выйдет.

Скала сомкнулась, скрыв от меня и от взгляда наследников Крайссена Холлиатшара. Враг был повержен, а главный зачинщик заточен в скалу. Он вернулся туда, где провел сотни лет одиночества, и мне его совсем не было жаль.

Крайссен получил по заслугам за истребление своего народа. Кланы опустели. Много драконов полегло на поле битвы. Из всех повелителей только Лорайла смогла выжить, и теперь наследники готовились взойти на престол.

Мы же вернулись во дворец, потому как сегодня был особенный день. В Зале Правосудия впервые за долгое время не будут пустовать троны, теперь их займут новые правители. Тысячелетие правил один арх, а теперь власть будет разделена между Кланами.

Дарнелл взял меня за руку и повел к тронам, обитым тканью, переливающейся всеми цветами радуги. На изумрудный трон взошла его мать, а на остальные — молодые драконы. По этому случаю все были одеты в официальные одежды, и даже Роэйн казался сегодня более серьезным — и все это не мешало ему иногда подмигивать нам.

Лорайла с улыбкой наблюдала за тем, как бережно усаживал меня на трон ее сын. Она, наконец, приняла наши чувства и была счастлива, что ни время, ни преграды не разрушили их. 

А недавно мы узнали, что наша первая ночь принесла плоды. Внутри меня, как странно это не звучало, развивалось яйцо, которое я должна оставить в родильной пещере. 

Через тысячу лет на свет появится второй Божественный дракон.

Но нет! Я не могла столько ждать. Если подпитывать ребенка внутри себя энергией, то он уже через девять месяцев появится на свет. И никаких Наставниц! Своего ребенка я буду воспитывать сама!

— Из тебя выйдет прекрасная мать, — улыбнулся Дарнелл и, ласково проведя пальцами по моей руке, сжал ее.

Я с надеждой смотрела на молодых и прекрасных правителей и правительниц. Они создадут новый порядок и принесут мир и процветание на земли Аламиона.