Глава 8

Я продолжала жить на Радужных землях и воспитывать истинных драконов. Последующие годы показались мне самыми безмятежными. Исчезло тягостное чувство преследования. Связано ли это было с появлением браслета, не знаю, но ощущение защищенности не покидало меня с того самого дня, как я надела украшение на руку. Снять я его так и не смогла, да и к чему? Пусть он и казался на вид тяжелым, на самом деле почти ничего не весил и не мешал движению руки. Теперь он составлял постоянную пару кулону, и со временем я перестала замечать его, лишь изредка любуясь на солнце игрой его прекрасных камней. 

Я пыталась узнать о браслете. Информации оказалось немного. В легендах говорилось, что когда-то он принадлежал последней правительнице Божественных драконов. Считалось, что умирая, она вложила свою божественную сущность в браслет. Любой бы мечтал иметь такую реликвию, но никто до того памятного дня в Заснеженной Пустоши не знал, где он спрятан. А его, оказывается, охраняли Ледяные Воины.

После того, как драконы потеряли свою божественную сущность, они стали называться Семицветными или Радужными. Магия с каждым тысячелетием слабла, появились Кланы, разделенные по своим способностям. Я понимала, что за браслетом начнется охота, но пока я нахожусь на Радужных землях и забочусь о наследниках, никто не рискнет тронуть меня. Но после совершеннолетия драконов найдутся желающие, которые не испугаются убить меня, ради обладания артефактом, что произойдет уже скоро. По преданию получить браслет можно было только после смерти его хозяина. Единственный, кто не остановится ни перед чем, это изгнанный наследник Крайссен Холлиатшар, но он пока либо оставил тщетные попытки, либо браслет действительно настолько всемогущ, что способен рассеивать все заговоры и проклятия. Я не могла с точной уверенностью что-либо утверждать, но склонялась к тому, что враг просто выжидал и искал новые способы навредить мне и драконам.

Наследники же заметно подросли, теперь это были юноши и девушки, которым можно было по земным меркам дать лет восемнадцать. А по драконьим меркам им исполнялось ровно восемьдесят и они вступили уже в ту пору, когда проснувшиеся гормоны начинают свой безрассудный танец. Это проявлялось в неожиданных вспышках гнева или раздражения, в усиленном желании лидировать и побеждать.

Наверное поэтому арх повелел устроить через две недели первую в жизни наследников настоящую охоту на тапира. Только этот зверь не был милым травоядным животным, а являлся настоящим двухметровым монстром с острыми, выпирающими наружу клыками.

Так как наследники с возрастом стали опытнее и сильнее в магических чарах, а меня надежно охранял браслет, арх Ровейлл позволил проводить охоту в дальних лесах Перламутровой долины.

Воспитанники с воодушевлением приняли новость и стали активно готовиться к соревнованию, оттачивая свои умения в стрельбе из лука, арбалета, а также метании копья. Эти самые стрельбища они устроили прямо возле дворца, причем девушки вовсе не желали отставать от парней. Оживление чувствовалось и среди хранителей, роль которых заключалась в том, чтобы загнать зверя в ловушку. Я не собиралась участвовать в такой жестокой забаве, но сидеть во дворце подобно похищенной принцессе из сказки уже было невмоготу.

Ездить верхом я научилась давно, правда, не так часто практиковалась, теперь вот и возможность представилась вновь вспомнить. Наследники же с малых лет постоянно тренировались и объезжали лошадей. Хейрион Шагнерат обучил их мастерству боя, владения мечом, стрельбе из лука и арбалета. 

Возле замка поставили лишь две мишени, поэтому наследники соревновались по двое. Первая пара — Ялан и Ашар — подняли луки и натянули по команде тетиву. Стрелы, просвистев в воздухе, с силой впились в щит. По количеству очков вышла ничья. Следующая пара — Виалайн и Торин. Результат удивил. Виалайн с легкостью обошла янтарного дракона, но тот даже не опечалился и не отреагировал на насмешки собратьев. Мне показалось, Тор готов был уступить девушке во всем, так она ему нравилась. Виалайн вполне осознавала свою привлекательность и не упускала возможность ею воспользоваться. С видом победительницы она опустила лук и отошла в сторону.

Следующими выступили Дарнелл и Фрай — удача оказалась на стороне изумрудного дракона. В паре Драйн и Роальд победил лазуритовый дракон. Роэйн соревновался с Лиайей. Из-за слабости рук ей не удалось обойти соперника. Роэйн посоветовал ей взять на охоту арбалет.

В итоге, драконы отсеивались, пока не остались два последних победителя — Дарнелл и Роальд. Наследники даже ставки поставили, кто кого обойдет. И стрелком, превзошедшим своего учителя, был ни кто иной, как лазуритовый дракон. Роальд, играясь, попадал в яблочко, выпуская по очереди несколько стрел, и каждая раскалывала предыдущую надвое.

Хейрион Шагнерат лишь одобрительно потирал небольшую темную бороду, уж он-то не сомневался в своем ученике.

— Молодец, дружище! — неожиданно хлопнул Роэйн по плечу победившего собрата, а потом душевно приобнял за шею «зеленого», глядя на того с улыбкой, которой можно было дать определение «во все зубы». — Утер нос этому задаваке Дарну!

— Перестань так явно радоваться! — спокойно произнес изумрудный дракон, так же спокойно скидывая с плеча руку друга. — Иначе, боюсь, кто-то до бала не досчитается зубов.

— Не могу! — Роэйн ничуть не испугался, наоборот загорелся «достать» изумрудного дракона. — Наконец, кто-то, кроме меня, смог тебя обставить. Не зря я сделал на него ставку.

— Хочешь прельщать прекрасных дам беззубой улыбкой? — поинтересовался Дарн, приподняв одну бровь и скосив глаза в сторону «красного».

Роэйн, продолжая улыбаться, поднял руки, словно сдаваясь.

— Понял, испаряюсь!

— Чистая победа, — в унисон произнесли янтарные драконы, подойдя к наследнику в голубых одеждах и с тонкой, как у девушки талией . — Поздравляю, Роальд! — добавил Драйн.

Лазуритовый лишь слегка кивнул в ответ, отработанным движением отправляя лук за спину. 

К поздравлениям добавились и девушки, которые обступили парня. Лиайя с улыбкой положила голову на плечо дракона. Виалайн же что-то кокетливо стала нашептывать Роальду на ухо, заставляя на минуту склониться к ней. Роэйн громко вздохнул, сетуя на несправедливость, что победителю достались две красавицы, а кому-то…

И тут он неподражаемо заулыбался и потребовал свой выигрыш. Оказалось, что он единственный, кто поставил на Роальда.

Виа и Лиа ответили ему, что если бы они делали ставки, то рубиновому дракону пришлось бы разделить приз на троих.

На что Роэйн произнес:

— Хотите разделить выигрыш? Я готов поделиться, если вы мило отблагодарите меня.

— Ну, уж нет! — запротестовал, смеясь, Роальд. — Свой приз я делить ни с кем не намерен.

И он приобнял сразу двух юных дракониц.

— Вот так всегда! — печально вздохнул рубиновый дракон, но по довольным глазам можно было прочесть, что он совсем не расстроен.

Ребята переместились на другую площадку, чтобы потренироваться в метании копья, я же задумчиво подошла к одному оставленному луку и подняла его. Это было оружие, склеенное из нескольких пород дерева и усиленное по центру роговыми пластинами. К «плечам» крепились сухожилия животных, что позволяло луку быть более гибким, а сверху деревянное основание покрывалось выделанной кожей.

Никогда не пробовала стрелять, но почему-то после соревнования воспитанников мне захотелось попробовать свои силы.

Я взяла стрелу и, приставив к луку, потянула за тетиву, прицеливаясь к мишени. Дело оказалось довольно трудным. Рука дрожала от напряжения, и я отпустила стрелу. Она пролетела ровно половину расстояния до мишени и с позором опустилась в землю. Я решила не сдаваться и взяла следующую стрелу. Тетива больно впилась в пальцы…

И тут я почувствовала, как за моей спиной кто-то встал, рука с длинными тонкими пальцами накрыла мою. Другая легла поверх той, что держала рукоять лука. Зеленый камзол. Еще не обернувшись, я уже знала, что он принадлежит Дарнеллу.

— Позвольте показать вам, ари Марина.

Мое молчание он принял за согласие и слегка опустил лук.

— Встаньте вполоборота, плечи распрямите, вот так. 

Я повторила.

— Мышцы шеи расслабьте, вы слишком напряжены. 

Он вновь поднял лук и поменял положение моей кисти, что ее держала, а локоть слегка согнул.

— Упор должен приходиться на центр ладони, а не на большой палец, тетиву… — он слегка сжал мою вторую руку, — … следует натягивать там, где метка, и тремя пальцами, тетива должна проходить по их первому сгибу. 

Его губы почти касались моего уха.

— Теперь руку отводим назад, полностью повторяя направление стрелы, работать должно плечо, локоть вверх.

Он легко натянул тетиву. 

— Пальцы со стрелой упираются в центр подбородка. А теперь просто отпустите тетиву…

Я послушно разжала пальцы, и стрела впилась в центр мишени.

Радостно воскликнув, я повернула голову к Дарнеллу.

— Получи… лось... — договорила я после заминки, не ожидая, что Дарн наклонит и повернет ко мне голову. Я едва не встретилась с его губами. Зрачки дракона расширились, он замер, опустив напряженный взгляд мои губы. Неловкая ситуация какая-то.

Я среагировала быстрее и совершила движение, чтобы отстраниться. Дарнелл отпустил лук, слабо улыбнувшись.

— Вот видите, это не так сложно. Теперь попробуйте без моей помощи.

Он наблюдал за тем, как я вставила стрелу, вновь подняла лук, а потом, прицелившись, натянула тугую тетиву. 

— Стрелять нужно интуитивно, не целясь. Когда выработается стойка, захват и выпуск стрелы, тогда забудьте про направление ветра, забудьте про все, что я говорил.

— Но как же я попаду тогда в цель?

— Ваша рука — это продолжение стрелы. Почувствуйте ее, ари. Задержите дыхание, чтобы стрела не изменила свою траекторию. Рука должна быть прямой. Отпускать стрелу нужно без всяких сомнений, твердо зная, что она достигнет цели...

И я разжала пальцы. Стрела не попала в десяточку, но дрожала, войдя в мишень, что уже казалось для меня достижением.

Видя, как я счастлива, Дарн тоже улыбнулся.

— Рад, что мог оказаться полезным. На какое-то мгновение мы поменялись ролями, вы стали моей ученицей, а я вашим преподавателем. Это было странное и новое чувство…

Его взгляд изменился, стал более задумчивым и серьезным.

— Благодарю за учебу, мой наставник! — решила я превратить в шутку слова Дарнелла. Меня что-то беспокоило в поведении воспитанника, но я не смогла определить что. — Вы отлично справились со своей ролью.

— Просто вы способная ученица, — ответил дракон, слегка наклонив голову и продолжая все также волновать меня взглядом своих прекрасных изумрудных глаз. — Поэтому это было несложно.

— Наставница! — услышала я громкий веселый голос Роэйна среди смеха наследников. — Присоединяйтесь к нам! Может, вы и метание копья захотите освоить? Научить смогу не хуже Дарна.

Я и Дарнелл переглянулись, и я, неожиданно подмигнув изумрудному дракону, заговорщическим тоном спросила:

— Думаешь, у меня это получится не хуже стрельбы из лука?

— В вас я уверен, ари Марина, — ответил дракон, — а вот что касается Роэйна… — уголок его рта медленно пополз вверх.

Он произнес слова намеренно громко, чтобы рубиновый дракон их услышал.

— Просто удивительное неверие! — с оскорбленным видом ответил Роэйн, но при этом глаза его весело блестели. — Задето мое самолюбие и даже поединок не на жизнь, а на смерть не способен излечить мое израненное сердце.

Роэйну только в комедиях играть! Не будь он наследником Клана, стал бы известным актером.

— А как насчет того, чтобы просто пометать со мной копье? — спросил изумрудный дракон, с усмешкой наблюдая за «страданиями» друга.

— Восстановить мою честь уже ничто не в силах, но так и быть, я соглашусь, — изрек Роэйн с изрядной долей трагедии в голосе. 

Все, занавес. 

Под шутки драконов друзья стали соревноваться, и Дарнелл смог одержать победу, но Роэйн не унывал. Весело насвистывая известную песенку про одного смышленого дракона, он всю дорогу к дворцу пребывал в отличном настроении.

Ялан вел беседу с Роальдом и девушками, к ним подключились янтарные драконы. Ашар и Фрай шли чуть в стороне со своими хранителями, они не вмешивались в разговор, предпочитая молчаливо идти. Дарнелл находился рядом со мной и тоже не проронил ни слова, был задумчив и тих.

В последующие дни наследники активно готовились к предстоящему празднеству и охоте. Каждый день они по многу часов отдавали верховой езде. Я тоже подключилась и не пожалела.

Раньше наследникам не позволялось покидать территорию дворца так же, как и мне. Они обучались езде на открытом манеже. Теперь из-за большой охоты, на которой будут присутствовать все правители и высокородные драконы, наследникам разрешалось объезжать лошадей в парке. Но после того, как усилили защитное поле и контроль.

У меня еще плохо выходило управлять лошадкой, хоть мне и дали самую смирную, но я довольно сносно держалась в седле. Все же учеба не прошла напрасно. Это как научиться плавать или ездить на велосипеде. Даже если долго ничем подобным не заниматься, все равно навыки никуда не денутся.

Мы скакали по дорожкам парка, распугивая птиц, мирно сидящих на ветках деревьев, и поднимая после себя облако пыли. Самый последний наездник вынужден был глотать ее, и так получилось, что им оказалась я. Пришлось остановить белую кобылку, иначе моя одежда и волосы окажутся в плачевном виде. У Ларии едва не случился инфаркт, когда она увидела меня в мужском, ладно скроенном по моей фигуре темно-синем костюме, и она просто не переживет, если я вернусь в еще более неподобающем виде. А я как вспомнила свои первые ужасные тренировки в платье, когда можно скакать только сидя на боку, так сразу отмела все попытки служанки надеть на меня пыточное изделие из бархата.

Натянув камзол и брюки, я почувствовала себя более уверенной и уже не так боялась вылететь из седла. Наверное поэтому мне понравилось это ощущение свободы, к которой прибавилась вера в свои ездовые навыки. Я с огромным удовольствием и неизвестно откуда возникшим юношеским задором скакала на лошади, чувствуя себя освобожденной от тяжести проблем.

Прогулки на свежем воздухе вперемежку с силовой нагрузкой сказались положительно, разрумянив мои щеки и добавив здорового блеска моим глазам. Наследники тоже были рады относительной свободе и лихо носились по округе, оглашая ее своими криками и, как всегда, соревнуясь между собой. Напрасно я поддалась их азарту, не та была подо мной лошадка, чтобы соревноваться с ними. Кобылка по имени Красотка хоть и была спокойного нрава, но все же упрямилась, если ее гнать на бешеной скорости. Перейдя на шаг, она перестала артачиться. Я же наслаждалась возможностью проехаться по парку без своего вечного сопровождения рядом.

Охрана следовала сзади, но близко не приближалась. Опустив поводья, я даже на какое-то время закрыла глаза, ловя лучи солнца сквозь густую листву вековых деревьев, как услышала топот копыт. Возвращался Дарнелл.

Я остановила Красотку, чем она не преминула воспользоваться. Опустив голову, она стала захватывать губами и жевать сочную высокую траву у дороги, игнорируя заинтересованное фырканье шоколадного коня, которого оседлал изумрудный дракон.

— Наставница, с вами все в порядке? — спросил Дарнелл.

— А что со мной может быть не так? — удивилась я.

— Вы отстали и этим вызвали наше беспокойство, — ответил дракон.

А я подумала, что Дарнелл не стал признаваться в том, что я вызвала у него тревогу больше, чем у других воспитанников.

— Не стоило волноваться, ведь со мной браслет, — я подняла руку и показала магический артефакт. — К тому же меня всегда сопровождает охрана. Теперь из-за меня ты не сможешь выиграть соревнование.

— Тогда вам придется как-то компенсировать мой проигрыш, — улыбнулся дракон.

Я удивленно приподняла бровь.

— И что же я должна сделать?

— Составьте мне компанию, раз уж мы оба отстали от остальных.

И не дожидаясь ответа, он развернул своего коня. Я похлопала по шее кобылки и дала ей команду трогать дальше, молчаливо соглашаясь с драконом.

Какое-то время мы ехали в тишине. Я старалась думать о нейтральном, помня о способности Дарнелла читать мои мысли. Если другие драконы могли поставить ментальный щит, то я оказалась неспособной даже контролировать свои мысли. Лучше бы я не знала о возможностях Дарна.

— Ари Марина, — обратился ко мне юноша. — Я давно не читаю ваши мысли, чтобы вы не чувствовали себя напряженно в моей компании.

— Что же ты раньше не сказал?! — эмоционально отреагировала я, а потом тут же с подозрением уставилась на изумрудного дракона. — А откуда знаешь, о чем я сейчас думала?

— Легко догадаться по тому, как вы поджимаете губы, как смотрите по сторонам и отводите от меня взгляд, пытаясь скрыть неловкость.

Тут не поспоришь, все верно.

Я немного расслабилась, доверяя словам Дарнелла. Конечно, мы столько времени провели вместе, что нечему удивляться. Каждый из моих воспитанников способен уловить нюансы моего настроения. У меня слишком подвижная мимика, мне не раз говорили об этом, пусть с годами я почти научилась скрывать свои эмоции. И все же есть в душе такой уголок, который ты хранишь под множеством печатей, не подпуская никого, а перед Дарнеллом я ощущала себя так же, как перед архом Ровейллом. Казалось, не было такой тайны души, о которой он бы не знал, но это знание оставалось только нашим секретом. Дарн хранил его. Огорчало лишь то, что мой воспитанник по мере взросления становился все более закрытым для меня. Его мысли теперь были недоступны мне, как и его желания, и мечты. Все реже он делился ими, и все задумчивей становился. Я чувствовала, как он отдаляется от меня, но так, наверное, происходит со всеми детьми. Просто я слишком остро на это реагирую. Со временем дети все меньше нуждаются в нашей опеке, доказывая этим, что выросли. Так происходило и с моими воспитанниками. Птенцы уже оперились и скоро вылетят из гнезда, а я… я буду всегда их помнить и грустить по тем мгновениям, когда мы были вместе.

— Ари Марина, в последнее время вы часто улыбались, но сейчас в ваших глазах застыла печаль. Я расстроил вас чем-то? — спросил дракон.

На миг я утонула в нежной зелени его прекрасных глаз. Он искренне волновался за меня. Я вновь видела перед собой прежнего Дарнелла.

— В этом нет ничьей вины, просто таков закон жизни. Дети вырастают и покидают свой дом. Мне грустно от того, что мы скоро расстанемся, что вы, возможно, забудете свою наставницу.

Услышав мою речь, Дарн вдруг перехватил мои поводья и остановил мою лошадь и своего коня.

— Как только это пришло вам в голову? — казалось, дракон едва сдерживает свой гнев. — Кто-то из нас дал вам повод так думать?

— А разве так происходит не всегда?

— Вы!.. — начал возмущенно юноша и тут же замолчал, словно боялся произнести те слова, которые едва не сорвались с его губ. — Даже не думайте о таком, вы для меня…— он вдруг смутился и вновь замолчал. — Вы столько значите для всех нас, — продолжил он, — что каждый, не задумываясь, отдал бы за вас свою жизнь!

Я улыбнулась той юношеской горячности, с которой были произнесены слова. Я прикоснулась к руке дракона, что недавно держала поводья моей лошади, и слегка сжала ее, испытывая признательность в душе.

— Не нужно никаких жертв, я слишком люблю вас и хочу видеть здоровыми и счастливыми. Когда-нибудь в будущем вы займете свои законные места в тронном зале, и для меня будет истинной наградой ваше мудрое и справедливое правление.

Дарнелл не отрывал от меня своего взгляда, казалось, он почти не слышал, что я говорила. На мгновение я растворилась в его глазах, потерялась в той нежности, что окутала меня теплым плащом.

Дарнелл накрыл мою кисть своей второй рукой, продолжая согревать своим взглядом, отчего я растерялась и отпустила поводья. Казалось, время остановило свой непрерывный бег, но моя лошадь, почувствовав свободу, неожиданно сделала шаг вперед. Я качнулась в седле и упала бы, если бы Дарн вовремя не подхватил меня за талию и не придержал Красотку. Я ахнула, замерев в объятиях дракона, а потом, все еще испытывая страх, подняла лицо, встретившись с его сверкающими глазами. Слишком близко, недопустимо опасно... Губы юноши дрогнули, он, как загипнотизированный, потянулся ко мне. Казалось, он намерен поцеловать меня…

Перед глазами промелькнула знакомая сцена из какой-то книги. Мысль, что меня прижимает к груди воспитанник, совсем еще мальчик, а не герой романа отрезвила меня окончательно и испугала сильнее, чем вероятность свернуть шею.

Боже! Что я себе навыдумывала! Совсем из ума выжила! Готова обычную помощь принять за увлечение.

Я резко отпрянула, едва удержавшись в седле, и ухватилась за поводья, как за единственное спасение. Хлестнув лошадь, я тронулась с места, сгорая со стыда. Лишь бы отдалиться и не видеть глаза Дарнелла.

Я скакала во весь опор, не разбирая дороги, а передо мной все еще стояло застывшее лицо дракона. Он не стал догонять меня. Как же неловко получилось, может, все ему объяснить? И что мне ему сказать?

Нет, так все еще больше усложнится, лучше при встрече сделаю вид, что ничего не произошло. Мне сейчас лучше успокоиться, все переосмыслить и…

И тут ветка при такой бешеной скачке больно ударила по плечу, разорвав при этом рукав. Пришлось остановиться. Придерживая оторванный кусок ткани, оглядела рану. Моя охрана тут же появилась. Алмазный охранник пересадил меня к себе на лошадь и перешел в галоп. Дворец находился поблизости, но стража волновалась за меня. Из-за моей неосторожности им теперь перепадет.

И вдруг браслет стал светиться. За все эти годы он только несколько раз переливался всеми цветами радуги. Его сияние распространилось на всю руку и плечо. Там, где находилась свежая рана, вдруг стало припекать, а потом слегка чесаться. Я неосознанно потянулась к плечу другой рукой, как с удивлением заметила, что рана прямо на глазах затянулась. Только след от крови остался. Когда мы выехали из парка, всполошенные воспитанники окружили лошадь, на которой я сидела впереди стражника. Вид у меня был еще тот.

— Наставница, что с вами произошло? Где Дарнелл, вы разве с ним не встретились? 

Я тут же с улыбкой успокоила воспитанников, говоря о том, что камзол больше пострадал, чем я сама. Про Дарнелла промолчала, и мои воспитанники решили, что мы разминулись. Я не стала их разубеждать.

Во дворец я возвращалась со свитой бледных драконов, так они распереживались за меня. В таком состоянии они видели меня впервые, и моя улыбка их совсем не успокоила.

Новость тут же распространилась по дворцу, толпа лекарей уже ждала меня возле комнаты. Все так носились вокруг меня, маги громогласно дискутировали о серьезной травме, что было довольно непривычно и невольно вызывало улыбку. Приятно, конечно, когда волнуются о тебе, но вот вся эта шумиха напрягала, хотелось тишины. Только мои слова о том, что рана затянулась, никого не остановили от полного осмотра.

Лекари поцокали недовольно языками, поводили для верности руками надо мной, прописали какие-то волшебные настои и пилюли, отдали распоряжение промыть уже несуществующую рану и с видом выполненного долга растворились в воздухе. Я, наконец, смогла перевести дух. Попросила все еще взволнованную Ларию приготовить мне ванну.

Моя верная служанка, видя, что я не собираюсь умирать, воспряла духом и засуетилась. Горячая вода в считанные минуты была готова. Я быстро разделась с помощью Ларии и с ощущением блаженства опустилась в деревянную лохань. Жаль только, что костюм был окончательно испорчен. Про затянувшуюся рану я совсем не думала, хоть и было очень больно, когда наткнулась на ветку. Из моей головы все не выходил образ наследника изумрудных драконов. Неужели мне показалось, что в его взгляде таилось нечто большее, чем привязанность и уважение ко мне? Разве возможно, чтобы...

Я тряхнула головой, пытаясь избавиться от назойливых мыслей. Ларию я отпустила, решив, что с мытьем управлюсь сама. Даже не заметила, как сильно натерла кожу и что вода уже остыла. Пришлось закругляться и заканчивать с процедурами в ванной. 

Выходя из нее в ночной сорочке и халате и высушивая полотенцем мокрые волосы на ходу, неожиданно в дверях наткнулась на чью-то грудь. Убрав закрывающие лицо пряди, с изумлением уставилась на Дарнелла.

— Ты? — воскликнула я, отступив. — Но что ты делаешь в моей спальне в такой поздний час?

Я очень надеялась, что испытываемое волнение не окрасило мои щеки в алый цвет. И очень надеялась, что лицо горит из-за принятия горячей ванны.

— Я узнал, что вы повредили руку и плечо на прогулке. Это все из-за меня…— он сделал шаг вперед, явно не находя себе место.

— Твоей вины здесь нет, — тут же решительно ответила я, невольно отступив назад. — Это я была неосторожна.

— Я должен был проследить за вами и не оставлять вас одну. Это все моя вина,— настаивал юноша.

— Все обошлось, не стоит винить себя в том, что уже прошло.

— Позвольте убедиться в этом лично, — произнес Дарнелл и, не дожидаясь моего ответа, он быстро приблизился и приоткрыл мое плечо. И замер, разглядывая его. Тонкие, музыкальные пальцы прикоснулись к еще влажной и абсолютно невредимой коже. Я дрогнула и потянула за воротник халата, пытаясь скрыть оголенную часть тела и тот факт, что прикосновение юноши вызвало появление мурашек. Казалось, градус температуры поднялся, а воздух сгустился в комнате. Ситуация опять казалась мне двусмысленной.

— Вот видишь, со мной все в порядке. Тебе не стоит находиться тут, — с трудом сохраняя спокойствие, произнесла я, чувствуя, как пересохло в горле.

Конечно он беспокоился. Люди намного слабее драконов, у них не такая хорошая регенерация. И наши жизни связаны. Вот и все. И не надо придумывать себе лишнее.

Я даже смогла улыбнуться, сглаживая грубость, с которой были произнесены последние слова. Я практически выгоняла юношу из своих покоев. Но мои воспитанники уже не дети, они выросли, и не стоит забывать, что это будущие правители своей страны. 

— Теперь я спокоен. — Глухим голосом произнес Дарнелл и сдержанным кивком выразил прощание. — Лютик, как всегда, будет охранять ваш сон. Отдохните хорошенько, ари.

И вышел.

А я еще долго стояла и бездумно смотрела на закрытую дверь.