Глава 20

Мой вечер в результате. Все поужинали. Некоторые, форменным образом игнорируя  мое недовольство, а некоторые без аппетита, потому что кое-кто, не будем показывать пальцем, завладел моим домом, моими детьми и даже моими соседями! А ведь, завтра же опять пропадет! Ни на секунду в этом не сомневаюсь.

Сашка, мой Сашка, разлил по тарелкам горячий суп, а моя дочь, этому проходимцу, лично намазала несколько кусочков черного хлеба маслом! Подумать! Представить – и грохнуться без чувств.  Мир сошел с ума. Мои дети так за родным отцом не ухаживали. Что в нем такого? Сумасбродный, неуравновешенный, сам себе на уме.

- Костя, а ты где так загорел? – во время ужина, Лилька озвучила один из вопросов, которые не давали мне покоя с момента его появления.

Самое странное, что в солярий я уже не верю. Потому что, для того, чтобы вымыть руки, наглец закатал рукава достаточно высоко, и я к своему несчастью заметила, что его загар заканчивается довольно быстро. В солярии частями не загорают. Так, где же он был сегодня днем?

- Как загорел? -  не слишком-то убедительно удивился Белявский и украдкой (с явной опаской) посмотрел на меня. И мне это очень не понравилось.

- Ну, вот же, вот, - дочка уверенно прикоснулась пальчиком к его небритым щекам и рукам.

- Это? Это еще с лета осталось, - хмыкнул наш гость, отломав добрый кусочек черного хлеба.

- Неправда! В прошлый раз ты был не таким! – возразила малышка и хихикнула в кулачок.

- Ты просто не заметила, - подмигнул невозможный тип моей дочери и та… не возражая, приняла его версию! Он что? Гипнотизирует детей? Вообще людей, скорее. Как еще объяснить то, что все, кто его видит, встают на одну сторону. Сторону Константина Белявского?!

Так как-то мы поужинали, после чего дети утащили его в гостиную играть в шахматы. Нормально, да? Принципиально не пошла с ними и решила застрять на кухне с пирогами. В конце концов, так я и от грешных мыслей отвлекусь, и выполню то, что уже хоть и мысленно, но пообещала своим детям. И первым делом – раскрыла окно нараспашку. У меня маленькая кухня и вся она сейчас будто бы пропиталась его звериным запахом, который буквально сводит меня с ума...

Выглянула в окно и вдохнула морозный воздух. Уйди, уйди наваждение. Это все моя фантазия. Он хороший… наверное. Для кого-то. Но не для меня. Завтра снова явится на работу, будет Снегурку без трусов обнимать. И где?

Где, черт возьми?! Он пропадал сегодня весь день?!! Какая служба??? Где?!! Служба в конкурирующем детском саду? А… А если он не… А что если он все наврал? Может быть, он бандит? Машина, мышцы, наглость?

- Катенька… - в одно и то же мгновение, была поймана в жесткие мужские объятия и одарена порцией его брутального хрипа мне в ухо. – Я жутко соскучился… Ягодка моя…

И пока жертва не опомнилась и не начала отбиваться, его ладони сжали мои плечи, а горячие губы захватили шею.

- Катюша…

- Мама, мам! – Сашка влетел на кухню настолько стремительно, что отпрыгивая от сумасшедшего Константина, я чуть было не вывалилась в окно. – Мам, - сын держал в руке свой мобильный телефон, - мам, бабушка звонит, плачет. С дедом что-то случилось!

Выхватила аппарат у перепуганного сына и попыталась отойти от невыносимого захватчика, однако, не смотря на присутствие ребенка, наглец прижал меня к себе и не позволил выскользнуть.

- Мам, привет, что случилось? – сказала я в трубку и зажала второе ухо рукой. Белявский мгновенно все понял, разумно прикрыв окно позади меня.

- Доченька! Доченька-а-а-а! На Волк… Волкова нап… напали! Банда скин… скинхедов! Избили… - мама всхлипывала так, что я еле расслышала то, что она говорила. – Т… телефон отобрали…

- Мам, что с ним? Он жив? Где он?!!

Не смотря на мои прохладные ойтношения с отцом, который оставил ньас с мамой сразу после моего реождения, сердце у меня в груди похолодело. Кйак бы там ни было, а он мне отец. Он плохо выполняет свои обязанности, но, самое удивительное при этом, человек он хороший. Всю жизнь честно отработал врачом-рентгенологом в нашей, местной больнице. Со мной очень редко виделся, постоянно ссылаясь на работу, с внуками иногда. Не смотря на это, я знаю один секрет. Все эти годы мама любит только его, но никак не может простить его уход.

- Он… он в больнице. В городской, в сво… своей же. Мне звонили только что…

- Мамулечка, не переживай, я сейчас же туда выезжаю! И сразу тебе… - мне не дали договорить.

Мой невыносимый и незваный гость, забрал у меня телефон и вежливо сказал в трубку:

- Добрый вечер, Руслана Георгиевна. Меня зовут Константин. Да, очень приятно познакомиться, жаль, что при таких печальных обстоятельствах. В какой больнице вы говорите? Да, я понял. Мы сейчас же всей семьей выезжаем за вами. И Лилечка, и Саша. Не надо, я знаю. Да. Хорошо. Примерно, - Белявский окинул меня взглядом с ног до головы, - минут через пятнадцать будем у вас. Не волнуйтесь, мы со всем разберемся. Да. Да. Все. Я понял. Хорошо. Да, можете смело уже собираться, мы на машине. Все, до встречи.

Белявский повесил трубку, мы же с Сашкой застыли в изумлении. В том, что сделал только что Константин, с одной стороны, не было ничего особенного. Ну, взял ситуацию под свой контроль, ну, успокоил мою маму…

Но мы не привыкли к этому! Для нас это… Как внезапно из холодного Зеленограда оказаться в жаркой Африке! В иной ситуации, мы бы оделись, поспешили на остановку, долго там мерзли, потому больница и в ночь домой. Про маму и говорить нечего. Так было, когда я еще жила со своим бывшим мужем. Он никогда не помогал в таких ситуациях. Его позиция была: «Твои родственники, ты и прыгай». Разумеется, под определение «мои родственники» никогда не попадала его дражайшая мамочка и моя свекровь Ольга Андреевна.

- Что? – не понял нашей заторможенности Белявский. – Катюша, Саша, быстренько собираемся, Руслана Георгиевна ждет.

- Лилька-а-а! – первым отреагировал Сашка и умчался в комнату, собирать сестру. – Лилька, быстро одевайся, к деду в больницу поедем!!!

- Что? – спросил Константин меня, изображая саму невинность. – Что-то не так?

- Откуда ты знаешь, как зовут мою маму? – спросила в его упрямый, высокий лоб!

- Ну… - ни на мгновение не задумавшись, как бы поступил честный человек, ответил громила. - В садике чаю попил с Антониной Серафимовной.

- А… Да? – моя бровь недоверчиво взлетела вверх.

- Честное слово! Катенька…