Глава 14

– Госпожа моя, прошу вас, не плачьте, – Данаб со слезами на глазах наблюдала за девушкой, что металась по комнате, словно зверь в клетке. – Эта гадюка заплатит за свои слова, вот увидите.

– Оставь меня, Данаб! – Дарина сейчас не желала обсуждать пассию шейха. Вообще не желала говорить.

В ней накопилось столько боли и обиды на этот проклятый мир, в котором её быть не должно. Это не для неё. Интриги, вражда между женщинами за внимание мужчины. Да как они так живут?! Так же с ума сойти можно!

– Не могу, госпожа. Амир мне приказал не отходить от вас ни на шаг. Он беспокоится о вас.

– Что?! Беспокоится?! Не смеши меня, Данаб! Эта подлая дрянь права! Я рабыня! Всего лишь бесправная рабыня! И этого не изменит слово «госпожа»! – девушка больше не могла выносить всю ту боль, что скопилась в груди огромным комом, не давая нормально дышать.

– Госпожа…

На пороге неожиданно возник шейх и Дарина вздрогнула от его колючего взгляда, что, казалось, проник в самую душу.

– Данаб собери всех. Скажи, чтобы все пришли сюда. Все и каждый! – похоже, мужчина был очень зол, о чём говорили как его тон, так и глаза, что метали молнии.

Женщина поспешно удалилась, бросив на шейха обеспокоенный взгляд. Таким она не видела его уже давно. Это не могло не радовать, ведь в его поведении отчётливо читалась забота о Дарине, но и повод для тревоги тоже был.

Если сейчас произойдёт то, о чём она думает, то ненависть Изар к любимой наложнице Амира станет ещё сильнее. Кто знает, чего можно ожидать от этой змеи, что в любой удобный момент ужалит своим смертоносным жалом.

– Тебе не стоит воспринимать слова Изар так близко к сердцу, Дарина. Мне больно видеть твои слёзы, – мужчина шагнул к Дарине, но поймав её настороженный взгляд, остановился. – Сколько времени прошло, а ты всё так же боишься меня. Почему? Разве я делаю тебе больно? Разве обижаю тебя? – снова направился к ней и девушка лишь обречённо вздохнула.

– Какая разница, чего я хочу и что чувствую? Ведь ты всё равно не оставишь меня, – она не спрашивала. Она признавала очевидное.

– Не оставлю. Но почему ты просто не позволишь мне показать тебе, какой может быть твоя жизнь? Ты целыми днями сидишь в комнате и кроме сада никуда не выходишь. Почему? Почему отталкиваешь меня? Позволь мне быть рядом. Позволь помочь тебе, – Амир взял её за руку и, прижав тёплую ладошку Дарины к своей щеке, склонился к бледному лицу девушки.

– Я просила тебя о помощи ещё в первый день… Просила, умоляла отпустить меня. Но ты решил сделать меня своей рабыней. Как мне довериться человеку, для которого моя жизнь не значит ничего? – наверное, не следовало этого говорить, но и молчать больше смысла нет.

Его беременной пассии можно плести своим языком всё, что придёт в голову, так чем она хуже?

Больше не было страшно. Даже напряжение в мышцах, которое появлялось всегда в присутствии шейха, сейчас отсутствовало. Несомненно, это от адреналина, что гуляет в крови после встречи с Изар. И вполне возможно, что это состояние ненадолго, а трепет перед мужчиной вскоре вернётся, вот только на данный момент девушку это мало заботило. В конце концов, она уже смирилась с тем, что ей не выбраться отсюда никогда. Так чего же теперь дрожать и бояться? Хуже не будет.

– Очень жаль, что ты так и не поняла моего отношения к тебе. Но я не враг тебе, Дарина, – он замолчал, словно что-то обдумывая, а затем притянул девушку к себе так близко, что в нос ударил запах его парфюма и мужского тела.

– Данаб мне рассказала почему ты грустишь. Ты могла бы поговорить со мной. Поделиться своей болью, – пальцы шейха ласково пробежались по щеке Дарины. – Я всегда готов выслушать тебя.

Девушка резко вскинула голову, так, что чуть не зацепила подбородок Амира, но он не отстранился и своих рук не убрал.

– Выслушать? – горькая усмешка скривила чувственные алые губы. – Я не хочу, чтобы ты меня слушал, а больше ты ни на что не способен! – и тут же отшатнулась от мужчины, лицо которого исказила гримаса гнева. На какое-то мгновение ей даже показалось, что он может ударить.

– Ни на что не способен?! Вот как ты считаешь?! Думаешь, попала в руки слабого человека, не умеющего отвечать за свои слова и совершать поступки?! – он схватил Дарину за предплечья и сильно встряхнул, отчего девушка тихо пискнула. – Чего ты хочешь, скажи мне?! Говори же, немедленно! Разумеется, твоё желание отправиться домой не учитывается!

Ну, конечно! Он только выкрикивает громкие слова, а когда доходит до дела, включает заднюю.

– Я хочу только одного! Чтобы моя мама нашла меня и забрала из этого ада! – с силой толкнула Амира в грудь, но тот даже не пошатнулся.

– Твоя мама тебя не ищет, джамила, – он склонился к её губам и на мгновение остановился на них взглядом, а сердце Дарины рухнуло в бездонную пропасть.

Мама не может не искать свою единственную и горячо любимую дочь. Она слишком хорошо знает свою родительницу, которая жизнь положит, чтобы вытащить своё дитя из плена. Это невозможно! Если только…

– Что… Что ты сделал с ней? Что с моей мамой? – вся энергия и упрямство девушки, с которыми она наседала на шейха куда-то улетучились, оставив после себя лишь страх и боль от ужасных догадок. – Ты… Убил её? Мою маму… – ещё немного и она лишится чувств, но даже на это не имеет права пока не услышит правду.

– Успокойся, женщина! – Амир окончательно вышел из себя. – Как ты смеешь бросать мне в лицо такие обвинения?! С твоей мамой всё хорошо! – он легонько толкнул девушку и выпустил из своих рук, что крепко сдавливали её плечи, но Дарина этого почти не ощущала. – О ней заботятся и ни на минуту не оставляют одну, – продолжил уже спокойнее и, услышав облегчённый стон, выдохнул сам. – Твоя мама думает, что ты работаешь, как и собиралась. У тебя всё хорошо и она спокойна. А не звонишь потому, что потеряла телефон. Но вскоре ты с ней свяжешься.

Девушка слушала шейха с открытым ртом и с замиранием сердца вспоминала мамино лицо, представляя её реакцию на эти сказки. Да, ей стало легче от того, что мама не знает в какую беду угодила её дочь. Но ещё, появилась тупая ноющая боль от того, что её не ищут… Неужели ей никогда больше не обнять родного человека. Не зарыться в мамины, пахнущие ароматной выпечкой волосы и не поплакать, не рассказать о том, что произошло на самом деле? Как же больно.

Дарина обхватила себя руками, словно защищаясь от этих горестных мыслей и заплакала.

Нет, не так, как плакала до этого. По-настоящему.

– Тише, моя зеленоглазая красавица, – Амир больше не злился. Он понимал, чувствовал её муки. Пропускал их через своё тело и сам же от них умирал. Медленно и болезненно. – С твоей мамой ничего не случится. И с тобой не случится. Я Аллахом клянусь тебе, что ты никогда не испытаешь боли. Никогда твои прекрасные глаза не станут плакать из-за меня. Ана ахебеки[11], – последнюю фразу он прошептал, закрыв глаза и вдыхая запах её роскошных белокурых волос.

Данаб научила Дарину кое-каким словам на арабском языке и девушка хорошо знала, что значат произнесённые мужчиной слова…

Но как это возможно? Чтобы шейх полюбил рабыню…

И задохнулась от этого признания. Отчего-то ей стало радостно. Может быть, это от добрых вестей о маме…

– Это… Просто слова, – девушка отстранилась от шейха и на этот раз он не стал её удерживать.

– А ты знаешь, о чём я говорил? – он улыбнулся уголками губ, но улыбка эта была напряжённой, нервной.

– Да. Меня Данаб научила, – сразу же прикусила язык, пожалев о том, что призналась.

– Что ж, хасид, я не хотел тебя пугать этим признанием. Но знай, это не просто слова. И я готов доказать тебе.

Дарина внутренне возликовала. Всё-таки уроки Данаб не прошли даром и девушка, во что бы то ни стало, решила завершить этот сложный разговор с пользой для себя.

– Если ты хочешь чтобы я задумалась о взаимности… Если у тебя есть ко мне чувства и я не просто тень Ирины… Позволь мне поговорить с моей мамой. Я хочу услышать ее голос только и всего, – взор изумрудных глаз, полный надежды устремился прямо в душу Амира и он утонул в нём. Бросился в омут с головой и пропал там.

Ответить мужчина не успел, да и вряд ли мог.

В дверь тихо постучали и за считанные секунды все, начиная с прислуги и заканчивая Изар, что горделивой походкой прошагала мимо Данаб, заполнили комнату шейха.

– Мой господин, вы желали видеть нас? – Данаб с хитрой улыбкой подмигнула Дарине и та непонимающе нахмурилась.

Что вообще здесь происходит?

На её немой вопрос ответил Амир, взяв девушку за руку и притянув к себе, словно тряпичную куклу. Вот уж… Шейх! А ещё о любви ей тут нашёптывал. Стоило появиться кому-то рядом и он снова почувствовал себя хозяином положения.

А она, как дура, уши развесила.

Хотя отрицать того, что ей понравилось, как перекосилось лицо Изар, не могла.

– Слушайте все! – Амир сжал руку Дарины крепче и её попытка вырваться не увенчалась успехом. – Дарина не рабыня. Она – моя женщина! Тот, кто посмеет оскорбить её, оскорбит меня! Повторяю, она не рабыня! И даже не наложница! Вскоре мы заключим никах[12] и все вы обязаны не только называть её госпожой, но и относиться так, как подобает относиться к жене вашего эмира! Данаб, переведи тем, кто не говорит по-русски!

Женщина начала что-то объяснять прислуге уже на своём языке, но Дарина её не слушала. Все звуки слились воедино.

Что он сказал?!

Жена? Она?

Девушке стало дурно, а дыхание перехватило от леденящего душу страха.

– Что? – Изар прижала руки к груди, а губы её задрожали. – Как же это, мой господин? Как? Она же неверная! Вы не можете заключить никах с… Ней! – казалось, девушка не замечает ни гневного взгляда шейха, ни предупреждающих пощипываний своей матери. – А как же я, господин мой?!

– Как ты смеешь, Изар? Замолчи, – шипела на дочь Ханаан, но обезумевшая ревнивица, словно сорвалась с цепи.

– Я не позволю! Нет! Я должна стать твоей женой! Не она!

– Изар! – гневный окрик Амира тут же остудил пыл девушки и она, наконец, замолчала, потупившись в пол невидящими от слёз глазами. – Немедленно иди к себе и не выходи из своей комнаты, пока я не позволю!40393c

Дарина зажмурилась, искренне надеясь, что сейчас наступит пробуждение и она очнётся ото сна. Только спасительное пробуждение никак не наступало, а горячая рука шейха всё сильнее сжимала её ладонь.

Пришла в себя уже когда все покинули спальню, включая истеричную Изар и довольную Данаб, что и мечтать не могла о такой благодати свыше для несчастной пленницы.

– Хасид, – поймала на себе тёплый взгляд Амира и обмерла.

Ей это не показалось и не привиделось!

Он действительно говорил о том, что… Женится на ней?!

– Амир… Почему ты так сказал? – девушка побледнела и пошатнулась.

– Ну-ну, не пугайся так, – мужчину эта ситуация, судя по всему, ой как позабавила!

Жаль, что Дарина не разделяла его веселья абсолютно.

– Я не хочу замуж… – прошептала, глядя в глаза шейха. – Не надо… Никах. Я не согласна.

Амир вздохнул, мысленно себе аплодируя.

Да он сам не представлял, почему принял такое решение. Оно пришло спонтанно. Словно ему захотелось спрятать Дарину ото всех под пологом своего сердца.

Он видел злобные взгляды Изар, ощущал кожей напряжение, что возникло между ними.

И если Изар никогда не даст себя в обиду, выпустив свои колючки, то Дарина слишком нежна и не готова постоять за себя.

Как бы там ни было, он принял единое верное решение. Пусть девушка не согласна с ним. Пусть снова устроит голодовку. Да пусть хоть глаза ему выцарапает, но отпустить её он уже не сможет.

Как не сможет спокойно слышать оскорбления в её адрес. Есть у наложниц одна традиция – доводить друг друга если не до самоубийства, то до нервного срыва, в лучшем случае.

Почему-то Амир не хотел своей светловолосой строптивице такой судьбы. Она не заслуживает такого.

Ну и, конечно же, шейх не мог отрицать того, что желал Дарину. Желал всем телом и сердцем. Каждой своей частичкой. С каждым вздохом хотел обладать ею. Будучи его законной женой, девушка не посмеет отвергнуть своего мужа.

Хотя, когда речь идёт о Дарине, тут может случиться всё, чего ранее не могло произойти. И тем не менее, Амир уже знал, чтобы не выкинула эта маленькая смутьянка, он всё простит ей.

– Ты не можешь противиться, Дарина. Я так решил, – он принялся расстёгивать рубашку, не глядя в сторону девушки, где вот-вот разгорится пламя от её ярости.

– Я не дам своего согласия! Тебе придётся меня убить, только в этом случае…

– Помоги мне раздеться, женщина, – улыбка Амира исчезла, а грозный взгляд заставил девушку замолчать. – У тебя теперь будет много обязанностей. Одна из них – раздевать меня, – он старательно скрывал смех, чтобы Дарина не решилась ослушаться, хотя именно это и заставляло его душу снова гореть в жарком пламени, что зовётся любовью.