Глава 16

– Госпожа, эмир зовёт вас на ужин, – молоденькая служанка присела в смешном реверансе.

Дарина улыбнулась. Определённо, эта новенькая русская – говорит без акцента и глаза голубые. Сердце радостно затрепыхалось в груди. Когда ты далеко от родных краёв даже служанка, напоминающая о родине, как дар свыше.

– Как тебя зовут? – девушка отложила книгу в сторону. – Я – Дарина. Ты откуда?

– А я Таня, – девушка радостно улыбнулась, видимо, так же соскучилась по Родине. – Из Ростова. Вот, приехала подзаработать денег.

Улыбка Дарины исчезла. Она ведь тоже ехала на работу… А оказалась в рабстве. Почему жизнь иногда так несправедлива?

– Скажи Амиру, что я скоро приду, – настроение испарилось, как и желание общаться с почти-землячкой.

* * *

Шейх озадаченно поглядывал на Дарину, что за весь вечер не произнесла почти ни слова. Ела без аппетита, застывшим взглядом смотрела в одну точку.

– Если бы я знал, что бездомные так на тебя повлияют, то не повёз бы туда.

Девушка отрешённо взглянула на Амира.

– Нет… Я просто устала немного, – попыталась изобразить улыбку, только она получилась искусственной и вымученной.

– Если тебе нечего сказать, кроме лжи, лучше молчи, – мужчина рассерженно бросил вилку. – Чего ты хочешь? Скажи мне, чего ты желаешь?

Дарина лишь молча покачала головой. Он ведь знает, чего ей хочется. Зачем постоянно спрашивать об этом? Спрашивать и ничего не сделать…

– Так что же ты молчишь, Дарина?

– Диван.

– Что? – Амир улыбнулся. – Диван?

– Да, я хочу диван. Или кресло. Мне не удобно сидеть на подушках…

– Завтра же у тебя будет диван, – шейх улыбнулся, склонив голову.

Эта девушка никогда не перестанет его удивлять.

Её глаза плачут, а улыбка так печальна, что хочется умереть, лишь бы не видеть страданий этой девочки.

И вдруг она просит… Диван! Милая чистая девочка.

И да, он уже неоднократно задумывался о том, чтобы отпустить её. Подарить ей такую желанную свободу. Но он не сможет жить без неё.

Не сможет снова встать на ноги после очередного удара судьбы. Дарина его спасение. Его боль и радость в одном лице. Ирину он отпустил только благодаря этой маленькой наложнице, что поселилась не только в его доме, но и сердце. Она его. И будет его. Всегда и навечно.

– Амир… Я подумала о том, что ты сказал…

– О никахе? – мужчина нервно смял салфетку.

– Да. Я согласна стать твоей женой, но у меня есть условия, – выдохнула, не решаясь посмотреть в его глаза.

– У нас за невесту отдают махр[14], по вашему – приданное. Ты вправе требовать у меня плату за своё сердце, джамила. Я слушаю тебя.

– И ты пойдешь на всё? – Дарина прищурилась, словно пытаясь отыскать в словах шейха ложь.

– Любой калым за тебя, моя госпожа, – настроение Амира явно пошло в гору, что не могло не вызвать у девушки чувство власти. Власти над ним.

Власть опьяняет… Именно об этом подумала Дарина, когда ощутила лёгкое головокружение. Немного замутило, но девушка списала это на нервное расстройство.

– Мне не нужны деньги и подарки. Я хочу лишь одного… У моей мамы кроме меня нет никого. Так же и у меня…

– Говори же, хаяти, – Амир встал на ноги и, подхватив девушку за талию, поднял её. – Чего желает твоя душа?

– Я хочу видеть маму. Ты ведь можешь всё. Ты – великий эмир. А я та, что должна стать твоей женой. Ты обещал подарить мне счастье. Моё счастье – мама, – Дарина сжалась от острой боли в желудке.

Видимо, сказывается любовь к десертам.

Снова затошнило. Девушка стиснула челюсти. Только не сейчас. Только не теперь, когда у неё появился шанс.

– Я понял тебя, джамила. Твоё условие принято и любое желание будет исполнено, – это последнее, что услышала Дарина.

Стало трудно дышать и в глазах померкло. В сознании отразился лишь растерянный взгляд шейха и его сильные руки, что не дали упасть на пол.

* * *

– Эмир, – пожилая женщина склонила голову перед шейхом. – У госпожи аллергия. Мы сделали необходимые уколы, но отёк и слабость отступят не раньше утра. Этой ночью кто-то должен быть с ней, на случай, если станет трудно дышать.

– Ты одна из лучших докторов в моей резиденции, Зарима. Неужели это всё, что ты можешь мне сказать? – похоже, ответ лекарши вовсе не устроил Амира. – Разве может быть так плохо от обычной аллергии? Моя женщина чуть не умерла на моих руках! По-твоему, виной этому обычный орех?!

– К сожалению, пока не станут известны результаты анализов крови, я не смогу ничего больше сказать, эмир.

Мужчина кивнул на дверь и доктора поспешили на выход.

– Данаб, выясни кто добавил орех в еду и немедленно выгони из моего дома. – Амир присел на кровать, где тихо постанывала Дарина, до сих пор не пришедшая в себя.

– Я уже узнала, эмир… Это сделала Ханаан. Несмотря на ваш запрет, она добавила орех в блюдо нашей госпожи и сказала, что это сделала новенькая служанка Таня. Но девочка поклялась мне, что только вынесла еду на стол, а ранее к ней не прикасалась. Я подозреваю, что орехи – всего лишь прикрытие… Там было что-то ещё.

– Что ты говоришь, Данаб?! Ты в своём уме? Хочешь сказать, что Ханаан отравила мою Дарину?!

– Ну что вы, господин… Я не могу утверждать. У меня нет доказательств…

– Тогда замолчи и выйди! – раздражённо рыкнул Амир и взял Дарину за руку. – Открой глаза, моя чудная красавица. Посмотри на меня, – его пальцы коснулись бледной щеки и девушке вдруг захотелось посмотреть на него.

Прижаться к нему, ощутить себя в безопасности, утонув в его объятиях. Только сил не было. Не смогла открыть глаза, не смогла ответить ему…

Ласковые прикосновения его рук подействовали успокаивающе и девушка забылась крепким сном.

* * *

– Ну что, мама? Получилось? – Изар с безумным блеском в тёмных очах взирала на Ханаан, которая, судя по всему, потерпела поражение.

– Нет. Эта шармута оказалась сильнее, чем я предполагала.… – женщина устало опустилась на подушку. – Ещё гадюка Данаб ходит, всё вынюхивает! Как бы не довела нас до беды.

– Как же так, мама?! Ты ведь обещала! – девушка застонала от безысходности. – Из-за тебя он теперь точно не выпустит её из своих рук!

– Замолчи, неблагодарная! – Ханаан гневно сверкнула на неё таким же тёмным взглядом. – Не смей говорить об этом, иначе, нас обеих отправят в старую резиденцию. Ты этого хочешь?

Внезапно Изар побледнела и вскочила на ноги.

– Амир… Я так тебя ждала, – по выражению его лица трудно было понять, как долго шейх стоял под дверью и сколько слышал. – Мама говорит, что-то случилось с твоей наложницей?

Ханаан поспешно поднялась и, склонив голову перед шейхом, судорожно сжала руку дочери.

– Да, у неё аллергия. Хотя как-то странно это, ведь я запретил Ханаан добавлять в еду орех. Более того, я велел вообще убрать его из кухни. Так, Ханаан? – мужчина прищурился, пристально изучая испуганное лицо поварихи.

– Так, господин… Но эта новенькая так глупа… Она насыпала приправу с орехом в салат госпожи. Простите меня, эмир. Это не моя вина.

– Я надеюсь на это, Ханаан. Иначе, буду вынужден наказать того, кто посмеет вредить мне и моей женщине. Это ясно? – Изар сжалась от угрожающего тона шейха и невольно вздрогнула, когда он перевёл взгляд на неё. – Ты тоже будь осторожна, Изар. Если продолжишь плести свои интриги, я заберу у тебя ребёнка и больше ты его не увидишь. Я очень надеюсь, что в крови Дарины не окажется никаких веществ. В противном случае вы обе будете наказаны, – мужчина смерил обеих тяжёлым взглядом и вышел из комнаты.

– Что же будет, мама? – девушка поникла. – Эта неверная погубит и нас и моего ребёнка… Амир готов даже отказаться от меня ради этой… – горячие слёзы обожгли кожу, а сердце заныло от боли.

– Это ещё не конец, Изар. Мы должны устранить эту девицу, пока Амир не женился на ней. Первой женой должна стать та, что подарила наследника и мы сделаем всё для этого, – женщина была настроена решительно, чего нельзя было сказать о самой Изар.

Почему-то идея навредить русской уже не казалась идеальной. Более того, девушка не была готова поставить под угрозу своё будущее и ребёнка, которого носит под своим сердцем. Ребёнка, которого она родит от любимого мужчины.

– Я не уверена, что стоит… Что, если Амир сдержит своё обещание и изгонит меня из дома? Я не хочу лишаться того, что имею. Не хочу, – замотала головой, с надеждой глядя на мать.

– Если русская шармута останется здесь, то рано или поздно она избавится от тебя сама! – Ханаан зло зыркнула на дверь. – Ложись спать. Я сама всё решу.

* * *

Всю ночь девушка металась в горячке, а Амир не сводил с неё обеспокоенного взгляда. Несколько раз он вызывал докторов, которые то и дело заверяли его, что с девушкой всё в порядке, просто нужно время.

А времени не было.

Для него так точно.

Панический страх проникал в каждую клеточку тела, а сердце мужчины, которое он давно считал умершим, не давало покоя.

Он не может потерять её. Только не Дарину. Только не теперь, когда снова почувствовал себя живым. Не сейчас, когда только-только ожила закаменевшая душа.

Пусть Аллах заберёт его, но не даст больше испытать горе, что изматывает и умерщвляет дух, оставляя лишь пустую оболочку. Оболочку, которая будет сгорать изнутри каждый день, час, минуту.

– Амир… – девушка открыла глаза и встретилась взглядом с мужчиной, что, судя по теням, пролёгшим под глазами, не спал всю ночь. – Что со мной?

– Аллергия, джамила. Тебе по ошибке добавили орех в еду. Как ты себя чувствуешь? – горячая ладонь легла на щеку девушки и тут же стало тепло, хотя тело всё ещё сотрясала мелкая дрожь.

– Пить очень хочется…

Шейх поднёс к её губам стакан со спасительной влагой и Дарина с жадностью сделала несколько больших глотков.

– Всё будет хорошо, – как-то отрешённо произнёс Амир, словно говорил сам с собой.

Дарина зыркнула на него исподлобья, но ничего не ответила. Не знала, что нужно говорить, чтобы успокоить его, а волновался шейх заметно.

Конечно же, было немного приятно осознавать, что он переживает за неё. Даже взыграло польщённое самолюбие. Только что-то всё же не давало ей покоя в этой ситуации.

Дарина и раньше пробовала орехи и не то, чтобы не знала, чем ей это аукнется, просто каждый раз пыталась идти наперекор своей судьбе, что, по-видимому, у неё в крови. Хотелось доказать что-то самой себе. Заставить проклятую аллергию отступить. Но, разумеется, не удалось.

В итоге Дарина решила, что здоровье важнее и перестала испытывать судьбу и мамино терпение.

Однако, девушка не припоминала такой острой реакции. Даже когда съела внушительную дозу аллергена. Было плохо, но чтобы так… Нет.

– Амир, – решила отвлечься и слабо улыбнулась, всё ещё ощущая отёк на шее.

Ох, славно она, наверное, сейчас выглядит. Пощупала рукой и с отвращением её отдёрнула. Однажды видела себя в зеркало после приступа… Отчего-то захотелось накрыться одеялом и спрятать свою поросячью шею от мужчины.

– Да? – он заметно повеселел, наблюдая за судорожными попытками Дарины прикрыться. – Оставь это, – сдёрнул одеяло вниз и на мгновение глаза шейха вспыхнули при виде нежно-розовых сосков, просвечивающих сквозь тонкую ткань. Подумалось, что надо бы заставить Дарину надевать такую прелесть почаще. – Твою красоту ничем не испортить, – улыбнулся, проследив за взглядом девушки, что посмотрела на свою грудь, а потом возвела глаза к потолку.

Да, красотка, он сам тебя переодевал. Правда в тот момент больше думал о её состоянии, а не обнажённом теле в своих руках, что, собственно, и спасло Дарину от насилия с его стороны.

Девушка всё же подтянула одеяло повыше, смущённо краснея.

– А где Данаб? – решила отвлечь мужчину от созерцания своих прелестей, ощущая его прожигающий взгляд даже сквозь «укрытие».

– Она сейчас занята. Занимается некоторыми изменениями на кухне, – его голос стал твёрже и напряжённее, что не укрылось от внимания Дарины, но она не стала заострять на этом внимание. Голова всё ещё гудела, а во рту присутствовала неприятная горечь. – Доктора сказали, что тебе нужен свежий воздух. Давай позавтракаем и пройдемся по саду?

Желудок скрутило от голодного спазма и послышалось урчание, на что шейх игриво ухмыльнулся. 1345d3c

– Да моя маленькая красавица голодна! Ну-ка, вставай немедленно! – набросился на девушку с шутливыми пощипываниями и она, снова засмущавшись, с тихим смешком отползла к изголовью.

* * *

– Что здесь происходит? – Ханаан недоуменно свела густые брови на переносице и воинственно упёрла руки в бока. – Кто это такая и что она делает на моей кухне? – кивнула на незнакомую женщину, при этом, казалось, испепелив ту взглядом.

Данаб отзеркалила её позу, при этом просияла торжествующей улыбкой.

– На твоей кухне? Здесь нет ничего твоего. А это новый повар, Ханаан. Ты же теперь будешь убираться в левом крыле дома и будешь полностью подчиняться мне. Это приказ Амира. Салиха, ты можешь приступать к своей работе и будь внимательнее, не совершай ошибок, – повернулась к новой поварихе, полностью игнорируя недовольное сопение старой гадюки.

– Да кто ты такая?! Я мать его беременной наложницы! Я не могу быть уборщицей! – вскипела Ханаан, так, что покраснела, словно помидор, что неимоверно позабавило Данаб.

– Либо выполняй указания, либо уходи. Амир велел выгнать тебя, если посмеешь противиться! И ещё, в правое крыло тебе запрещён вход, а особенно тебе запрещено подходить к комнате госпожи Дарины.

– В чём меня обвиняют? Как ты смеешь так со мной разговаривать?! Я не трогала вашу рабыню! – подлая змея наигранно заохала и прижала к груди руку.

– Ты сама всё знаешь. И имей в виду, если ещё раз что-то сотворишь, до правосудия великого эмира тебе не дожить – я задушу тебя своими руками! – Данаб презрительно сощурилась, отмечая как побледнела Ханаан. – А теперь иди, займись делами! И помни, больше не будет тебе поблажек! Я буду следить за каждым твоим шагом! Даже мысли твои увижу, змея! – женщина подтолкнула Ханаан к выходу. – Пошла!