Глава 25
Амир смотрел в изумрудные глазки младенца и в них видел себя. Не просто отражение, а всю свою жизнь. Весь его мир.
Боль и страх, которые испытывает каждый человек, теряя своих близких. Ярость и гнев, что пожирают душу, оставляя вместо неё лишь чёрную дыру, пустоту. Счастье и любовь, которые испытывает человек, обретая всё то, о чём мечтал. Покой и радость, которые можно обрести лишь прижав к своей груди родного человека.
– А ты говорил, что в вашем роду рождаются только мальчики, – хохотнула Дарина, поглаживая малютку по головке. – Уже вторая девочка, великий эмир. Теряешь хватку?
Не в силах удержаться, мужчина припал губами к её щеке, поглаживая рукой вторую.
– У нас ещё вся жизнь впереди, моя любимая зеленоглазка. И ты подаришь мне мальчика. Потом девочку. Затем, снова мальчика.
– Даже не мечтай, мужчина! В ближайшие три года я не планирую беременеть. А ты обещал нам отстроить сад, не забывай об этом, – изогнув бровь, она ладошкой отстранила от себя мужа и снова прижалась щекой к маленькой восточной принцессе. Своей принцессе.
Амиру теперь доставалось совсем немного внимания и, если честно, то это его немного тревожило. Он боялся потерять её любовь. Боялся, что чувства Дарины остынут. И даже немного ревновал её к собственным детям, хоть и не признавался в этом.
Однако, стоило наступить ночи и все его сомнения стирались пламенными поцелуями и сладкими стонами жены.
По желанию любимой и единственной супруги шейха был засажен и отстроен новый сад. К деревьям пристроены качели, как пожелала госпожа его жизни и сердца.
Всё, чего он так хотел и в чём нуждался.
– Мама тебе больно? – спросила Малика на арабском языке.
Девочка, так похожая на своего отца и так мало взявшая от своей родной матери.
– Нет, моя милая. Уже нет. Посмотри на свою сестричку, – протянула ей новорождённую и малышка зашлась в крике.
– Мама! Она же совсем маленькая! Как я буду её качать на качелях?! – последнее слово произнесла на чистом русском.
– Она подрастет, Малика. Не бойся доченька, – Дарина прижалась к девочке щекой. – Какая же ты у меня умная.
– Малика! – Амир нахмурился. – Я же сказал, мама должна поспать! А ты, женщина, – грозно зыркнул на жену. – Быстро спать! А то, накажу!
Дарина захихикала.
Накажет он, как же.
После родов никак в себя не придёт. То и дело носится от ребёнка к матери, проверяя как кто спит и как дышит.
– Мой эмир, я тебя сведу с ума если ты завтра же не выведешь нас на прогулку, – улыбнулась, наблюдая как всполошенная и напуганная Данаб пытается отловить непослушную Малику, чтобы уложить её спать.
За старушкой и Светлана подключилась к «ловле» и вскоре девочку всё же поймали.
– Это нечестно! Я хочу к маме! – закапризничала Малика, но грозный оклик отца быстро ее утихомирил.
– Малика! Если не будешь послушной, завтра не поедешь в меджлис! – слова Амира было достаточно и девочка отдалась в руки любимых бабушек.
– Ну вот, опять ты кричишь на неё, – Дарина надула губки, что в нынешней ситуации было непростительно.
Амир сглотнул, наблюдая за её движениями.
Запахнула халат и, приподняв брови, уничижительно посмотрела на мужа.
– Тебе не стыдно, шейх?! Девочки ещё не спят. Мама с Данаб здесь. А ты, словно ненормальный, – улыбнулась, чем и добила Амира.
– Сейчас я выгоню их, подожди, – и ринулся к женщинам, что хлопотали над кроваткой Малики, пытаясь уложить маленькую бестию.
Девушка улыбнулась.
Вот оно, то самое счастье, которое так ждала. О котором мечтала ещё с детства. О котором рассказывала мама, что сейчас убаюкивает чужого ребёнка и бросает обеспокоенный взгляд на свою внучку.
– Дарин…на, – Данаб поперхнулась новым для своего лексикона именем, которое её заставили выучить почти насильно. – Джанне тоже пора спать.
«Где это видано, чтобы госпожу называли по имени?!», – возмущалась Данаб, заучивая новое обращение.
Дарина же искоренила слово «госпожа», заменив его своим именем.
Многим обитателям резиденции пришлось туго, включая саму Данаб.
– Дай-ка, доченька, заберу этого котёнка – мама чмокнула Дарину в щёчку и протянула руки к Джанне[15]. – Ну же, Дарин?!
Девушка поджала губы и нехотя отдала дочь в руки бабушки.
– Совсем уже обнаглели, не даёте дочь на руках подержать, – проворчала, наблюдая как женщины, словно две наседки, принялись укладывать Джанну.
– Зря мы выбирали ей имя, – Амир засмеялся. – Всё равно она для них котёнок, – склонился, срывая с алых губ желанный поцелуй.
* * *
Год спустя
– О, Аллах, вразуми эту женщину! Дарина, я не маленький мальчик, не нужно каждый раз закрывать мне глаза! Я бывал в европейских странах и знаю как выглядят женщины, – Амир попытался убрать руку, закрывающую ему обзор, но в который раз потерпел поражение.
Дарина недовольно поджала губы.
– Ну да, конечно. Сейчас я тебе глаза открою, посмотришь, и всё! Потом у шейха новая жена найдётся!
– Прекрати, женщина. Если бы хотел, уже сто таких нашёл бы, – убрал руку жены от своего лица и тут же замер.
Не то сказал. Не так.
Дарина наблюдала за ним с прищуром, а пальчики непроизвольно сжались в кулачки. Договорился ты, шейх.
– Любовь моя, ты неправильно всё поняла, – искоса одарил взглядом длинноногую брюнетку, что прошла мимо них, не постеснявшись ответить высокому восточному мужчине тем же. Разве что взгляд её был игривый и кокетливый.
– Ах ты ж… Да ну тебя! – Дарина толкнула Амира в плечо, скорчив обиженную мордашку.
И он бы рад сказать ей, что эту девицу не выкупил бы даже за копейки, но уж больно пришлась по душе её ревность.
Стоит ли говорить, что он счастлив? Нет, не стоит. Ибо счастье невозможно описать словами. Оно не имеет формы и цвета. Оно пахнет материнским молоком и локонами любимой. Оно заставляет сердце биться быстрее и никогда это сердце не остановится, пока человек счастлив.
* * *
– Ну какая я модель, Амир? Шутишь, да? Да и вообще… Где это видано, чтобы жена шейха купальники рекламировала?
– На счёт купальников, ты конечно, погорячилась, милая. Этого я не позволю. А вот красивые платья, которые ты так любишь надевать и которые я люблю снимать, – с хитрой усмешкой промурлыкал ей в шею.
– Я не знаю… Я боюсь! – Дарина уже не раз пожалела, что пошла с Амиром на светскую вечеринку. Никогда на них не ходила, не стоило и начинать.
Во-первых, она привыкла к Абу-Даби, где женщины не ходят по улице, виляя бёдрами и подмигивая чужим мужчинам.
Во-вторых, дома к ней никогда не пристают с липкими комплиментами и сомнительными предложениями попробовать себя в качестве модели.
Нет, она конечно, слышала, что какая-то там жена, какого-то там шейха, манекенщица, но Дарина не одна из тех длинноногих красоток.
– Прекрати. Ты накручиваешь себя. Я же помню, как вчера ты вспоминала, что ещё в детстве мечтала стать моделью. Нет, если не хочешь, то конечно…
– Подожди. Я не сказала «нет». Я ещё думаю, – схватилась за рукав его пиджака и Амир засмеялся.
– Маленькая трусишка.
– Кто? Это я трусишка?! – прищурилась. – Скажи тому модельеру, что я согласна!
Правда, Дарина не пошла путём великих и знаменитых и вскоре новое увлечение ушло в историю, а молодая мама посвятила себя детям и любимому мужу, которому, надо признать, стоило немалых усилий «протолкнуть» Дарину на красную дорожку.
Разумеется, девушка никогда не узнает, что предложение от модельера было подставным, как и все последующие портфолио и сьёмки. Что ж, с арабским шейхом желают дружить многие, почему бы им не побаловать его жену?
Хорошо зная свою супругу, Амир был уверен, что вскоре ей это надоест и не ошибся. Однако, воплотить её давнюю мечту всё-таки смог.
Ещё через два года Дарина подарила своему шейху наследника, о котором он так мечтал. Но это уже другая история…