Глава 24
Герман
– Ты хоть понимаешь, о чем просишь? – тяжело вздыхает Стас. – Даже если у тебя примут заявление, максимум, что можем сделать – обойти все подъезды…
– Фродо быстрее управится, – морщусь я, крепко ухватив собачий ошейник. – Пойдем, малыш, – треплю собаку за холку. Нам с тобой нужно найти Алину.
– Тебя не впустят внутрь, – мотает головой Стас.
– Нормально все, – улыбаюсь скупо и, завидев спешащую ко мне Леночку, направляюсь к ней. Забираю брелок с ключами и, показав его Стасу, направляюсь к парадному.
– Стой, я с тобой! – кричит Софья, отлепляясь от любовника. Ковыляет ко мне, осторожно ставя больную ногу.
– Не спешите, я подожду, – киваю поспешно. И глядя на пацанов, окруживших меня, на Софью и Фродо, чувствую, как в душе крепнет уверенность.
Мы найдем ее! Обязательно найдем!
Захожу в подъезд, больше похожий на дворец. Хрустальные люстры, колонны. Панно на стенах. Когда-то я мечтал хоть денек пожить в этом доме. Рассмотреть все его убранство и под шумок слазить на крышу. Домечтался, придурок! Радуйся!
– Вы в какую квартиру? – строго спрашивает меня консьержка (был злой консьерж).
– В свою, – рыкаю раздраженно. И пройдя к лифту, внимательно смотрю по сторонам.
Где ты, милая? Но не могла же испариться?
Лифтов три. И мы, вероятно, едем в каком-то другом. Фродо ведет себя спокойно. Лишь когда мы выходим на шестом этаже, начинает озираться по сторонам, словно говоря «зачем ты меня сюда привез, хозяин?». Найдя нужную квартиру, отпираю дверь и сразу словно переношусь лет так на пятьдесят назад. Добротная мебель из натурального дерева, потертые кресла и паркет. Аутентично весьма. Но мне сейчас не до интерьеров. Прохожу в зал и, подойдя к окну, пытаюсь сообразить, с чего начать поиски.
Пока я толкался в раздевалке с Айратом и рихтовал его тушкой пол и стены, мой коллектив умудрился сработать на отлично. Ленка сняла на АРНби отличную двухкомнатную квартиру с видом на Кремль. И пусть цена аренды в разы превышала учительскую зарплату, но заветные ключики в кармане позволяют мне и моим людям беспрепятственно перемещаться по зданию. Назвать это сооружение домом язык не поворачивается. Королевский замок, блин! С лепниной, скульптурами, башенками и эркерами. Красота, конечно, но только снаружи. Сами квартиры неудобные. Комнаты неправильной формы. Зато вид из окна обалденный. Хотел бы я тут жить? Однозначно, нет! Раскладываю на антикварном круглом столе поэтажные планы. Один Майк припер из какого-то хитрого архива. Второй, похожий – попросила Софья в ТСЖ.
– Нас интересует боковая часть, выходящая на набережную, – говорю, вглядываясь в чертежи, и сразу замечаю, как они отличаются. На старом показаны венткамеры и шахты, а на новом это хозяйство отсутствует. Найдите три отличия, называется. Тру переносицу, разглядывая уйму помещений, натыканных на план, будто соты. Квартиры, какие-то подсобки.
Где ты, Алиненок?
В который раз набираю номер, но абонент так и не отвечает. Скорее всего, похитители выкинули симку и сотовый… Но стоит еще попробовать…
– Майк, позвони в управление «К», они могут определить по симке, где сейчас находится Алинкин айфон.
– Уже связался с ними, Гера, – мрачно кивает мой главный безопасник. – Даже сигнала не удалось обнаружить.
– Блин блинский! – рычу я, стискивая кулаки.
– Жильцов пробил?
– Конечно… ты же просил…
Пока я трепался с Айратом, Майк проверил всех жильцов этого крыла здания. Сплошь и рядом – уважаемые люди! Или их наследники. Им нет никакого резона красть мою девочку. Поэтому по квартирам я согласен пройтись, но в самую последнюю очередь. Сейчас главное – найти тайные комнаты и подсобки. То, что не использовалось уже лет тридцать, и не будет использоваться никогда. Нутром чую, дело не в выкупе. Кто-то сводит счеты со мной… Вот только кто? Вычислить бы гада!
– Пойдем, Фродо, – говорю псу, жмущемуся к моей ноге. Знает, чувствует нутром приближающуюся катастрофу, вот и ведет себя, как глупый щенок. Но сразу подскакивает по команде. Смотрит на меня серьезно и задумчиво.
«Я готов, хозяин! Кто еще сможет найти нашего Алиненка?» – будто говорит его мудрый взгляд.
Поднимаюсь из-за стола и, взяв собаку на поводок, иду к выходу. Я готов не жрать и не спать, лишь бы только найти Алину. И если для этого придется обшарить все десять этажей и вломиться в каждую из квартир, клянусь, я сделаю это.
– Герман, – тихо зовет Софья. Она сидит на диване и растерянно смотрит перед собой. Знаю, о чем она думает… Одну дочку она уже потеряла. Теперь вот Алина…
– Я найду ее, – зыркаю невидящим взглядом.
– Уверена в этом, – вздыхает наша Петровна и, подскочив с дивана, прихрамывая, несется ко мне.
«Только не заплачь у меня на груди! Пожалуйста! Самому тошно», – прошу мысленно. Но наша Сонечка далеко не дура. К чему лить слезы, если нужно искать!
– Гера, – шепчет она растерянно. – Помнишь Глеба Тихомирова? Я что-то сейчас вспомнила. Он интересовался этим зданием с мистической точки зрения. Рассказывал как-то, что беспрепятственно проходит в главный корпус, как племянник профессора Тихомирова.
– Я и не знал, что его дядя – профессор. Майк, – поворачиваюсь к безопаснику. – Пробей номер квартиры.
– Да нет же, Гера! – толкает меня Софья. – Это из фильма «Москва слезам не верит». Там у героини родственник – профессор Тихомиров – живет в этом доме.
– Не смотрел, – мотаю башкой и замираю на месте. – А что, на эту мульку консьерж может купиться?
– Если в журнале ранее есть запись, почему бы и нет, – вздыхает Майк. – Люди ленивы по своей природе. И трусливы. Если раньше пропускали, то и они впустят без проблем. Нужно глянуть журнал регистрации. А вдруг этот тип появлялся сегодня или на днях.
– Ступайте, – киваю Софье и Майку. – Надеюсь, вам хватит харизмы заполучить этот гадский гроссбух.
А сам, выйдя из квартиры, поднимаюсь по боковой лестнице на девятый этаж и бреду по длинному коридору в другую часть здания. Внимательно смотрю по сторонам и время от времени поглядываю на реакцию собаки. Пока Фродо спокоен. Но нам еще нужно дойти до того самого лифта, около которого пропала Алина. Вот тут Фродо напрягается и бежит вперед, натягивая поводок. Я не отстаю. Не хватало потерять еще и собаку. Радуюсь в глубине души, что в свое время настоял именно на этой породе. Алина, правда, хотела шпица. И что бы мы сейчас делали? А фила бразилейро специально выведены для поиска людей. Около одной из стен Фродо останавливается и принюхивается. Тычется носом в деревянные панели. Гребет лапами. Скулит, а потом лает…
– Она там, – поворачиваюсь к спешащим ко мне Алишеру и Пашке. – Но, блин, тут обычная стена. Хоть разбирай по кирпичику.
– Вы кто такие? Что тут происходит? – слышится сзади суровый окрик.
Поворачиваюсь на голос и утыкаюсь взглядом в крепкого старика с военной выправкой. Этот точно ничего не захочет слушать о моей пропавшей жене. И вместо помощи вызовет полицию.
– Мы ищем девушку, – показываю фотку в телефоне. – Ее похитили. Собака привела нас сюда…
– Да тут чужие обычно не ходят, – бухтит старик и смотрит на нас неприязненно.
– А этого парня вы случайно тут не видели? – встревает в разговор Пашка. Показывает фотку из архива «Империала». Глеб там зажигает с кем-то из девчонок.
– Ну как же, – крякает довольно дедок. – Обоих видел. Они живут в конце коридора.
– В какой квартире? – рявкаю, не сдерживаясь.
– За поворотом, – машет рукой мужик.
Да и Фродо тянет меня туда же. Срываюсь с места за ним. Спешу в другой конец коридора.
– В которой? – спрашиваю дедка, притрусившего следом. Тот пожимает плечами.
– Ну, не знаю, – буровит негромко. – В этих другие люди живут.
Чешет репу задумчиво. А Фродо меня тянет вперед. К лестнице. Бежит вниз по ступенькам. Тянет с бешеной силой и останавливается на площадке между пятым и четвертым этажами. Снова стены, отделанные деревянными панелями. Пусть и на черной лестнице. Но в этот раз меня как будто ударяет током «Она здесь!». Фродо рычит на стену и не двигается с места. Ожесточенно сдираю панели. Пашка с другой стороны тоже трудится. Вынимает панельки, выходящие из пазов с удивительной легкостью. А Алишер медленно, но верно, вербует соседа.
– Эти люди подозреваются в похищении, – бубнит он, как прокурор. Мужик смотрит на него подозрительно. Еще минута, и потребует остановить этот беспредел. Двое посторонних курочат лестничную клетку.
И тогда мне точно придется ждать полицию. А она пока разберется…
Вот только когда из-под деревянной отделки появляется толстая металлическая дверь, я охаю от неожиданности, а затем начинаю яростно колотить кулаками.
– Алина! Ты здесь? Ответь мне!
Ни звука. Вообще ни одного. Даже гула от ударов не слышно. Если за стеной пустое помещение, то должно немного фонить. Но этого не происходит…
– Ходят слухи, – вздыхает мужик, – что весь дом оснащен тайными помещениями. Вон, сосед наш с десятого этажа, – машет старик куда-то вверх, – делал ремонт, долбил стену. Не удержал молоток. Тот провалился вниз. Только звука удара никто не услышал.
– Вентканал. Тут их много, – пожимаю я плечами, а сам гадаю, как открыть эту гадскую дверь. Даже подступиться невозможно. А толщина металла такая, будто защищает какой-то бункер. До китайской пасхи будем автогеном резать. Но там ли Алина? Кабы точно знать…
– А вот и нет, – запальчиво сообщает мужик. – Гена тогда диггеров позвал… ну, тех, что под землей шастают. Они спустились, а там коридор широкий. Куда ведет – непонятно… Вот только оттуда слышно, что в квартирах говорят. Не иначе, как для прослушки строили…
– Все может быть, – пожимаю плечами и тихонечко прошу. – Отведи нас к нему, отец. Может, удастся найти мою Алину.
– А она не… – задумчиво смотрит на меня старик. Даже румянец появляется на мясистых щеках.
– Нет, – обрываю коротко. Одно знаю точно, в Алине я уверен на все сто. Никогда ни на одного мужика не взглянула. Говорит, что любит, и я верю ей безоговорочно. И сам люблю. Ни к одной другой женщине я не испытывал ничего подобного. За Алинку убить могу… Только знать бы, кого? Найти бы этого гаденыша Тихомирова и показать ему небо в алмазах. Но это все потом, сейчас главное – разыскать жену. А там разберемся…
Вслед за нашим новым знакомым поднимаюсь на десятый этаж и как-то обалдело смотрю на расположенные на площадке квартиры. И если на девятом этаже их в тамбуре было четыре, то здесь – всего две… Скорее всего, перепланировка, но может, что-то другое…
Дверь почти сразу же открывается. Такой же дед-отставник смотрит внимательно и настороженно. Ну, прям близнец нашего.
– Геннадий Палыч, – просит «наш». – Тут у ребят проблема возникла. Им бы на твой вентканал посмотреть…
– Так он заложен давно, Владимир Васильевич, – вздыхает тот, разводя руками. – А что случилось-то?
– Женщина пропала прямо на нашем этаже. А я ее похитителей опознал сразу. Парень один и девчонка. Моя Люся (это она – консьержка сейчас?) говорит, что он родственник какого-то известного профессора…
– Тихомирова, – бурчу раздраженно и мысленно поражаюсь, как многие принимают фейк за чистую правду.
– Ну, проходите, – хозяин квартиры смотрит внимательно. – Только собака зачем?
– Так пес ищет, – бухтит «наш» дедок. – Давай, Гена, поможем, а?
– Стену разломаете, а кто потом ремонт делать будет? – кричит женщина в велюровом спортивном костюме. – Я категорически против…
– Пожалуйста! – молю я. – Стену в любом случае восстановят. Завтра рабочих пришлю. А если с вашей помощью найдется моя жена, то я вам за свой счет полный ремонт в квартире сделаю. Обещаю…
– Прекрати, Люся (у первого дедка тоже Люся), – рыкает на жену хозяин квартиры. – Проходите, пожалуйста, – взмахом руки приглашает на кухню. – Никакой ремонт нам делать не надо. Малоимущие, что ли? – добавляет раздраженно и гневным взглядом опаляет жену. Получает немую отповедь. – Если стену восстановите, то и хорошо, – добавляет со вздохом.
Но как только мы с Фродо входим на кухню, мой пес молча подходит к стене. Садится рядом и тянет вверх шею.
– Неужели чувствует? – удивляется хозяйка, быстро убирая со стоящего рядом стола пустые чашки и вазочку с печеньем.
– Эта порода находит людей под завалами, – насупленно объясняю я, а сам думаю, как бы разобрать эту чертову стену. Место, где когда-то у Генки упал молоток, ничем не завешано. Только серые обои, содрать которые не составляет труда. А под ними – гипсолитовые блоки, вынимающиеся из пазов, как конструктор «Лего». И когда перед нами открывается узкая дыра, я с трудом просовываюсь в нее и кричу:
– Алина!
Рядом лает Фродо. Но и сквозь его радостный лай я слышу голос любимой.
– Я здесь, Гера!
– С тобой все в порядке? – спрашиваю напряженно.
– Да, нормально все! – кричит жена. – Это Глеб Тихомиров меня сюда засунул.
– Не беспокойся, милая, – уверяю Алину. Радость переполняет, конечно. Но гнев тоже. Попадись мне эта сука. Разделаю под орех. Смотрю на узкий проем и обрамляющие его толстые капитальные стены. Алина здесь сможет пролезть. А я даже не втиснусь. Оглядываю монументальную кладку и понимаю, как нам повезло. Этот таинственный отсек выходит в Генкину кухню лишь каким-то кривым аппендиксом. Хоть всю стену разбери, толку не будет. И высота примерно этажа четыре. Настоящий бункер, мать вашу!
– Дай чертеж, – прошу Алишера. Думаю, с какой бы стороны подступиться к этому лабиринту.
Да ни с какой?!
Кинуть веревку с люлькой? Установить лебедку? Легко! Вот только сможет ли Алина подняться?
Она не спортменка… Да тут не каждая скалолазка залезет. А если сорвется? Тут в любом случае подстраховка нужна.
– Говори со мной, любимая! – прошу, лихорадочно соображая. – Ты есть хочешь? Сейчас что-нибудь закажем тебе…
– У меня котлеты и пюре, – докладывает хозяйка. – Можем спустить в судочке. Что же бедная девочка будет там голодной сидеть… Пока вы ее достанете.
– Алина! – кричу в проем. Собираюсь погромче озвучить предложение хозяйки.
– Я все слышу, – доносится снизу. – Каждое слово, Гера. Из всех квартир разговоры. Только сколько ни кричала, все без толку.
– Диггеры тоже утверждали, что когда спускались вниз, отчетливо слышали каждое слово…
– А где они? Можете им позвонить? – прошу с надеждой.
– Нет, – мотает головой мужик. – Я их на улице встретил. Два таких щуплых паренька…
Перед глазами сразу встают парнишки, которых тренирует Айрат. Не хочу к нему обращаться, но, похоже, выбора у меня нет. Сейчас важно достать Алину из этого чертова колодца и привезти домой, пока не запаниковала Настя.
Ищу по карманам визитку. Куда я ее задевал? Выбросил, что ли?
И найдя мятый листок, скомкав, кладу обратно в карман. Не могу, не желаю иметь ничего общего с этим гадом. Наблюдаю, как во встроенном шкафу хозяин ищет веревку, а его жена накладывает в армейский тормозок пюре и котлетку. Режет соленый огурчик и пристраивает его рядом.
– Свет бы туда провести, – вздыхает Пашка, жадным взглядом косясь на обед Алиненка.
– Я сейчас к себе смотаюсь, – бухтит «наш» дедок. – У меня налобный фонарь есть.
– Алина, – зову, – не молчи. Расскажи что-нибудь…
– Я думаю про жирафов, Гера! – кричит мне жена. – Давай поедем в Кению! Мы будем завтракать, а они – заглядывать в окна.
«Мне только жирафов не хватает!» – подавляю внутренний вопль. Сейчас больше на жирафа буду смахивать я. Алинке вниз доставят обед, а мне сверху придется тянуть голову и в расплывающихся тенях искать любимую.
Отметаю глупые фантазии и вслух замечаю добродушно.
– Как скажешь, любовь моя! Хочешь к жирафам, поедем в долбаную Кению…
– Звони в МЧС, – шепотом прошу я Алишера. – Объясни ситуацию. Нужен кто-то мелкий и крепкий. И альпинистское снаряжение.
– Алина, – зову жену. – Ты можешь подойти к двери? Мы вызвали МЧС. Может, они эту дверь разрежут?
– Тут полная темнота, Гера. А дверь за поворотом. Я боюсь туда идти. И она толстая очень…
– Сколько?
– Сантиметров двадцать! Ее автогеном не возьмешь!
– Тогда ждем спасателей, – рычу я, усаживаясь около проема. Вижу, как внизу мелькает маленький фонарик. Жена получила посылочку. Надела на голову фонарь и села обедать. Наблюдаю за бледным желтым лучиком, вихляющим во мраке.
«Только бы успеть!» – бьется в башке неотвязная мысль. Останавливаю сам себя. Алина найдена. Пусть пока в недосягаемости, но в относительной безопасности.
МЧС приезжает меньше чем через час. Невысокий щуплый мужичок спокойно оглядывает проем, а потом бросает строго.
– Сейчас достанем.
Кивает на мальчишку, который приехал вместе с ним.
– Готовь снарягу…
– Предупреди жену, чтобы не испугалась, – требует, обвязывая веревку вокруг пояса. Пристегивает карабин.
– Как вы ее собираетесь поднять? – спрашиваю ошалело.
– Привяжу к себе, – роняет он нехотя. – Скажи ей. Не хочу лишний раз пугать.
– Хорошо, – киваю с тяжелым сердцем. – Малыш! – кричу вниз. – Спасатели уже здесь.
Придерживаю веревку, болтающуюся на крючьях, вбитых в торец. Слышу, как заходят в стену другие, чтобы как по ступенькам поднять Алину. Умный ход. Слышу обрывки малопонятной речи. И когда жена показывается в проеме, подхватываю ее на руки.
– Алиненок мой, девочка родная! – целую в висок, а затем – в глаза. – Как ты?
– Я знала, что ты меня спасешь, Лиманский, – шепчет она, пряча лицо у меня на груди. – Я звала тебя, Герочка. И ты пришел.