Глава 33 В которой леди переживают
Я не могла отделаться от ощущения, что ко мне привязался запашок. Вот такой донельзя мерзкий, тухловатый, который и не уловить-то. Но он есть. Я сперва даже решила, что в падаль где-то вляпалась, ну, когда упала. Оно-то, конечно, дело глубоко житейское, но вот…
Нет, на юбках была земля.
Трава.
И никакой падали. А главное, что даже когда я приняла ванну и переоделась, запашок никуда не исчез. Правда, тоже странно. Я нюхала руки.
От рук пахло лавандовым мылом.
От волос – корицей.
От платьев – цветами и немного зельем, которое матушка Мо от моли мешает. А вот так, чтобы… и ведь есть он, этот запах тухлятины? Или нет? Или это я просто с ума схожу?
От избытка знаний.
Слабый женский разум не справляется.
Чтоб его…
- Милисента? – матушка заглянула ко мне. – Ты как?
- Нормально, - я еще раз обнюхала руки и протянула ладони к матушке. – Чем пахнут?
- Мылом, - спорить она не стала и понюхала тоже.
- Эдди не появлялся?
- Нет. А Чарльз?
- Тоже, - я вытерла ладони о юбки. Чтоб их всех… и Орвуды, надо полагать, тоже не вернулись, что начинает напрягать. А когда я напрягаюсь, я нервничаю. – Тебе ничем не воняет?
Матушка закрыла глаза и принюхалась.
- Немного если пылью, завтра потребую, чтобы пустили прислугу. И пусть только откажут.
Пыль – не то.
- А твой этот… профессор…
- Не мой.
И покраснела слегка. Не знала бы я матушку, не заметила бы.
- Да ладно… только не говори, что он все еще обычный маг, а ты родственница Императора…
Матушка вздохнула.
- Я все еще родственница императора. И… боюсь, теперь завишу от него больше, чем когда бы то ни было.
- Из-за меня?
Могла бы и не спрашивать. И из-за Эдди, которого дорогой дядюшка в свою аферу втравил. Ничего. Разберемся.
- Ну… - я глянула на матушку с сомнением. – Опыт побега у тебя уже есть. А в городе Мастеров хорошему магу будут только рады.
- Это… об этом пока говорить рано.
Ага. Как бы потом поздно не было. Ну да молчу. В принципе же не отказывается.
- Ужин, да?
- Еще рановато, но некий молодой человек пожелал засвидетельствовать свое почтение.
- Мне?
- Мне, - поправила матушка. – И леди Орвуд. Её чудесным дочерям… и тебе в том числе.
- Это этот… - я вдруг поняла, с чем у меня ассоциируется этот запах. С любезным Найджелом Сент-Ортоном. – Который там?
- Который там.
- Прям сейчас?
- Нет. Но скоро. Я взяла на себя смелость пригласить его на чай.
- Зачем?
Матушка подошла к окну и выглянула. Я тоже выглянула. Ничего. Никого. Кусты вот. Разве что в кустах кто спрячется. Я представила лощеного Сент-Ортона, затаившегося в зарослях в надежде нас подслушать. И хмыкнула.
- Не знаю, но мне не нравится…
- Он?
- И он в том числе. Скажем так… Сент-Ортоны – не просто древний род. Это род, в жилах которого течет высокая кровь. Мало кто знает сейчас, что у первого императора был брат.
Вот… вот жопа.
- Младший. Официально считается, что он героически погиб, пожертвовав собой во имя обретения свободы.
Ага.
Два раза. Или три.
- А на самом деле?
- Он и вправду погиб, хотя… не важно, главное, что он оставил наследника. Тот получил титул герцога Сент-Ортон.
- И?
- Сент-Ортоны о том помнят.
Ну да, по роже видно. Благородная кровь так и прет.
- И в случае, если вдруг с моим братом случится несчастье… и с его сыном, то весьма многие предпочтут видеть на троне человека высокого рода и правильного происхождения, а не…
- Эдди.
- Верно.
- Стало быть… слушай, а могли они…
- Ввязываться в заговор напрямую Сент-Ортоны не стали бы. Все же за ними приглядывают. Но вот воспользоваться случаем? Почему бы и нет.
То есть, устроить так, что Змееныш свергает императора, а потом уже свергнуть самого Змееныша, чтобы по праву героических спасителей занять освободившееся местечко?
Да…
- Слушай…
Матушка провела пальцем по подоконнику. Пыль? Ну… пыль. У нас тут заговор на заговоре зреет. А она про пыль беспокоится.
- А ведь если покопаться, то найдутся и другие? – продолжила я. - Взять того же Странника, помнишь? Он ведь тоже императорской крови…
- Ну да, рожден где-то там не понятно от кого, воспитан тоже в весьма сомнительных условиях… нет, если бы выбор был он или Эдди, то да, шансы были бы… но если он, Эдди или Сент-Ортон?
Матушка покачала головой.
- У Сент-Ортонов безупречная репутация. Состояние. Влияние… брат даже сейчас вынужден считаться с ними.
И подозреваю, дядюшке это не слишком нравится. А потому он только рад, если вдруг Сент-Ортонов не станет.
- К слову, под их патронажем находятся многие приюты и работные дома.
По спине пополз холодок. Я повернулась и посмотрела на матушку.
- И что ему от меня надо?
- Посмотреть? – предположила матушка. – Убедиться воочию, что ты…
- Дика и дурно воспитана?
В том, что я еще и сильна, он уже убедился.
- Пожалуй… они умеют быть любезными. Очаровательными. Говорить красивые слова и… - матушка запнулась. – Такие, в которые хочется поверить.
- Мам, я поглядела на нее снисходительно и руки понюхала. – Говорить он может, что душе угодно. Но вонять от этого меньше не станет.
Кажется, мне не слишком поверили.
Найджел Сент-Ортон сиял, как фальшивый золотой. И был столь же идеален.
Прическа.
Костюм. Не слишком темный, не очень светлый. Ботинки, в которых смотреться можно. И букеты цветов. Никаких драных клумб. Изысканные соответствующие моменту композиции.
Матушке.
И леди Орвуд, которая просто удивительно хороша.
И другим ледям в том числе.
Конфеты. Пирожные в коробке размером с башню. И улыбка. Такая искренняя, такая… что сразу появилось желание свернуть ему нос набок. Ну, чтобы совершенства поубавить. Как-то оно слишком уж подавляет.
- Леди… - он поцеловал мне руку, отчего вонь усилилась. Стало быть, не ошиблась я, от него несет. – Вам не передать всю глубину…
И что-то там принялся вещать.
Я гляжу.
И киваю.
И не выдерживаю-таки.
- А вы отлично ботинки чистите! – сказала я.
А что! Комплимент!
- В нашем городке таких даже у мэра не было, а у него собственный чистильщик обуви имелся. Ну, так поговаривали…
- Ботинки? – идеальный лоб прорезала морщина.
- Ага… тут же прислуги нельзя. Нам так сказали. Все сами, сами… вот и удивляюсь. Я, честно, сперва подумала, что вы просто еще один знатный зас…ланец, - вовремя спохватилась я. – А теперь вижу, что ошибалась. Ботинки-то вон как чистите! Не каждому дано!
Кажется, он несколько растерялся.
А я ручку-то забрала. Будут тут всякие вонючие её лобызать. Еще не хватало.
- Кстати, а приятели ваши где?
Грегор вон тоже испарился.
- Они неважно себя чувствуют… верно, отравились чем-то. Уверен, целители помогут. Но сейчас они категорически не способны… - и запнулся, но добавил. – Не готовы предстать пред вашим взором.
Ага.
И угу.
Ну а дальше мы пошли пить чай. Муторное это мероприятие. Сидишь, улыбаешься во все зубы, и слушаешь, как тебе про твою красоту нечеловеческую вещают.
Или вот про погоду.
Или про красоту, но не твою… я даже в какой-то момент потеряла нить беседы, задумавшись о своем.
- …вы ведь будете?
- Что? – я моргнула. – Простите, задумалась.
- О чем?
- О своем, о женском… - не говорить же ему, что жрать опять хочется. Причем не пирожных, а мяса. Чтоб нормальный такой кусок. Можно даже не сильно выжаривать. – А вы о чем?
- Интересовался, будете ли вы на балу у Эстервудов?
- А куда я денусь? – я бы честно отказалась от высокой чести, но раз уж не положено, то буду.
- Очень… рад.
И опять на меня выпялился. Тоже страсть изображает? Или тут что-то другое.
- Смею ли я надеяться, что прекрасные дамы позволят мне воспользоваться ситуацией… пусть это не совсем красиво по отношению к другим, но я…
Вот еще бы покороче говорить научился, вообще б ему цены не было.
-…умоляю оставить для меня танец. Любой… я согласен на что угодно, лишь бы…
Матушка и леди Орвуд переглянулись.
Чуть прищурилась Виктория. А Эва едва слышно вздохнула и в очередной раз покосилась на окно. Вернется братец, я самолично ему уши оторву.
Но танец пообещать пришлось.
Всем нам.
И даже поспорить недолго, кому какой. Главное, до бала на забыть, чего я там ему наобещалась, а то же ж неудобственно получится.
Хотя… может, больною сказать?
Или еще как?
А самое интересно, что получив обещание, Найджел Сент-Ортон поспешно откланялся. Как-то даже чересчур поспешно, что ли?
- Сбег? – грозно поинтересовалась Матушка Мо, выглянув из кухоньки. А еще мне скалкой погрозила, хотя я тут при чем-то. – Иродище…
- Почему? – уточнила презадумчивая матушка.
- Морда больно лощеная. У настоящего мужика такой не бывает.
Спорить с аргументом столь весомым никто не решился.
Зато поесть дали. Мяса. Ломти холодной говядины на листьях салата, припорошенные молотыми кедровыми орешками несколько примирили меня с жизнью, Сент-Ортоном и грядущим балом.
Чарли появился ближе к вечеру.
И принес коробку конфет, огроменную, к слову, а еще парочку махоньких револьверов, таких, что прямо сами в руки просятся.
Я и взяла.
Пахли они пречудесно. Даже эта вонь, от которой все никак не получалось избавиться, отступила. А с нею и желание устроить скандал.
- Пожалуйста, носи их при себе, - попросил Чарльз.
А я крутанула револьверы.
Проверила, убеждаясь, что мягко работают. Пристрелять бы еще где, но это позже, после ужина. И успокоилась.
- Рассказывай, - велела я мужу, а конфет не дала.
Не заслужил.
Он замялся. Смутился. И вид сделался еще более виноватым. Но конфет я все одно не дала.
- Да как-то… такое вот… странное. Мне предложили отдать тебя во торжество науки.
- Чего?
- На самом деле уверен, что все это – спектакль, разыгранный для… для чего? Вот не понимаю. Или меня считают настолько наивным?
Он с отвращением стащил сюртук.
- Я, конечно, никогда не отличался… но наивный и тупой – это ведь разные вещи! А тупым я никогда не был!
- Не был, не был, - поспешила я успокоить мужа.
- На первый взгляд все казалось таким… подземелья, путь тайный. Избранные… а потом какой-то бред о превосходстве белого человека над всеми прочими. И главное, не только над орками и сиу, это ладно, к подобному я уже и привык, если подумать, но ведь и над другими людьми!
- Не белыми?
- Не белыми. И не одаренными. Мне три часа… Милли, три гребаных часа мне втирали, что место в мире заканчивается, что магия исчезает, потому что слишком много тех, кто тянет из мира силы, что количество неодаренных должно быть строго ограничено… - он потряс головой. – И главное, с аргументами, с доводами… с планом по расчистке мира! Представляешь, у них и план уже есть!
- Толковый хоть?
- Как по мне – бред полнейший. Устроить резервации, куда отправить всех неодаренных, а потом заразить их болезнью… ну, чумой, например. Это же…
Он обнял голову руками.
- И главное, приходилось слушать. Спорить. Гуманизм свой показывать…
- Главное, чтоб не прилюдно.
Чарльз хмыкнул и вдруг сгреб меня, уткнулся лицом в волосы.
- Хорошо, что ты есть.
- Мне тоже нравится. Так до чего договорились?
- Мне дали время подумать. Я или приведу тебя в лоно братства, позволив изучить… во благо будущего мира. Я ведь должен чем-то пожертвовать…
- Или?
- Или умру.
- Чего?! – леди не орут, но случай-то исключительный.
- Мне… точнее на меня наложили проклятье.
- А ты позволил?
Подзатыльник бы ему отвесила, но держал меня Чарли крепко.
- Меня не особо спрашивали, вообще-то… на самом деле в какой-то момент я словно застыл. Он говорил, говорил, этот тип… от этого монотонного голоса заболела голова. И я отключился. Всего на мгновенье.
Но мгновенья хватило.
Вот… сволочи.
Сила во мне шелохнулась, совершенно с определением согласная. Сволочи. Редкостные.
- А потом я очнулся и дальше вроде слушаю. Он договорил… ну и про проклятье. Признаться, не поверил сразу, но он что-то сделал, - Чарльз поморщился. – И стало плохо. Так, что думал, не выживу… а он потом раз и убрал. Ненормальный…
- И сколько сроку?
- Две недели. До… бала.
- У Эстервудов?
Кивок.
Эстервуды… чтоб их. Эстервуды, Сент-Ортоны. Все они. Сила закипала и…
- Идем, - я схватила Чарльза за руку. А он не стал сопротивляться, пошел. Побежал даже… из домика, к… к полигону недалеко.
И мы успели.
Сила выплеснулась снопом белого пламени, который достиг, казалось, самого небосвода. И отразившись от луны, согнулся, упал обратно наземь.
Пламя гудело.
И жар долетал до нас. Чарли даже щит поставил. А потом… потом я вдруг поняла, что так оно вполне даже правильно. Арка получилась.
Огненная.
Красивая по-своему.
- Слушай, - спросила я у мужа, окончательно успокаиваясь. Проклятье проклятьем, но разберемся… в конце концов, схожу я к этим исследователям.
Помогу науке, чем смогу.
А глядя на арку, которая не думала угасать, наоборот будто ярче стала, подумала, что не всякая наука этакую помощь выдержит.
Ничего. Сами виноваты.
Нечего мужа трогать.
Вдруг части арки оторвались от земли, складываясь в огненные крыла… драконьи?
Я узнала.
И пусть видение длилось доли секунды, но все одно узнала. А дракон, так и не обретя плоть, пролился пламенем на опаленную землю.
- Справимся, - сказала я мужу. – Я еще слишком молода, чтобы вдовой становиться.
Потом подумала и добавила:
- Надо Орвудов найти. Они ж некроманты. В проклятьях должны разбираться…
…вот только вряд ли те, кто решил тронуть Чарльза, этого не учел.
- И ведьма опять же.
Сумела же она как-то вытащить тьму из того, другого, который, правда, так и не очнулся, но надежда-то есть? Должна быть надежда или… или я и вправду сравняю их долбаный университет с землей.