Глава 6

Лайма рассказывала мне о моей покупке, где сама была всего пару раз. Но это все было не то, что открылось моему взору. Дорог не было. Совсем. Только, как у нас говорили, есть направление. Когда-то, видимо, была грунтовая, но теперь просто страшная колея, да еще и размытая первыми осенними дождями. Возчик, которого я наняла для перевозки моих немногих вещей, ахал и ругался, видя, как приходится осторожно и трудно подъезжать к входу в ворота, хотя это трудно было так называть, два стоящих вертикально, но скособоченных столба, даже без перекладины наверху. Рядом виднелся наполовину поваленный деревянный забор с отодранными по целому пролету досками. Все заросшее кустарником и плющем.

После осторожного заезда на площадку перед домом, возница в последний раз выругался и остановился.

— Приехали, матушка! — выдохнул он с отчаянием, — Ох и поездка! Надо бы доплатить за обратку. Чуть коляску не загубил и лошадей не поранил такими-то дорогами.

Я вздохнула. Конечно, он прав, я и сама ошалела от всего увиденного. Выгрузив мои пожитки, он дернул поводья и поехал обратно. Еще долго я слышала его понукание животных и ругань, а сама оглядывала теперь уже свой дом. Обычный прямоугольник, серый снизу и темно-серый от дождей и осадков вверху. Двухэтажный: нижний сложен из камня, верхний из бревен. Двускатная крыша, крыта крашенным в черный цвет железом, над ней высятся три трубы, одна, видимо, каминная широкая и две обычные и обе едва дымятся. Окна на первом этаже высокие, двухстворчатые, арочные, на верхнем этаже одностворчатые, узкие и небольшие. Передо мной нормальной высоты входные двухстворчатые двери, плотной древесины, окованные железом с металлическими большими ручками и колокольчиком с цепью вместо языка.

Оставив вещи внизу, лихо взбежала по ступеням и толкнула дверь. Заперто, и судя по наметенным и полусгнившим листьям, давно не открывалась. Дернула за огрызок цепи колокольчика. Раздался приглушенный звук за дверью внутри. Тишина. Прозвонив пару раз, сбежала с крыльца и пошла в обход, понимая, что должны быть при таком доме еще другие, задние двери. Слева в торце их не было. Дальше дорогу перегородил дощатый высокий забор, оплетенный пожухлым в это время плющом. Решила обойти справа. Что-то все это меня стало напрягать. Ведь уверил местный управляющий, когда присутствовал при оформлении покупки, что здесь остался сторож с женой который и должен присматривать за домом и двором, но судя по всему, сейчас был полный раздрай. Обойдя справа, обратила внимание, что забора не было, и все-таки наметилась укатанная колея, видимо, именно по ней ездили с заходом во двор. Присмотрелась внимательно к виду, открывшееся моему взору: плотно укатанный, утрамбованный двор с надворными постройками в опустошении и с открытыми воротами, на болтающихся петлях, за ними угадывался то ли сад, то ли парк в полном запустении.

— Да уж, — протянула угрюмо, — Красота.

Повернулась и увидела перед собой две обшарпанные двери первого этажа со сколотыми ступенями. Дернула первую дверь и ручка осталась в руке, а дверь на месте. Хмыкнув, прошла к следующей. Толкнула внутрь. Закрыто. С возрастающим волнением дернула за ручку, тоже закрыта, хотя заметно, что мусора меньше.

— Да что, черт возьми, происходит! — вскрикнула и с отчаянием застучала по двери сначала рукой потом ногами.

Вскоре услышала за ней какой-то шум. Приникла ухом и уловила шаги и покашливание.

— Кто там? — раздался хриплый мужской голос.

— Ваша новая хозяйка! — зло прокричала я, — Открывайте немедленно. Или мне придется вызывать стражу!

Раздался поворот ключа, шарканье задвижек и дверь открылась вовнутрь. Передо мной стоял старик, в наброшенной на плечи женской шали. Седые волосы спутанными пучками торчали во все стороны. Было заметно, что он только что проснулся. Лицо сморщено и слегка оплыло ото сна, глаза внимательно смотрели на меня.

— Я так понял, что вы новая хозяйка, госпожа? — сказал он, помедлив.

— Так и есть. Может, дадите пройти, и все разговоры будут в доме.

— Да, конечно. Простите, — посторонился старик, пропуская меня в дом.

Возмущенно фыркнув, протянула ему оторванную ручку.

— Это что? — удивился он.

— Это ваш уход за теперь уже моим домом и поместьем.

И прошла далее по коридору. Он был темен и только над следующей арочной дверью горел фонарь.

— Может быть, покажите мне мои комнаты, где можно разместиться, и надо принести мои вещи, оставленные у центральной двери, — обернулась к следующему за моей спиной сторожу.

— Да, конечно, — протараторил старик, — Не извольте беспокоиться. А вы, пока, проходите на второй этаж. Там вам приготовлена спальня. И ее даже протопили. Вчера был управляющий и предупредил, что скоро вы приедете, но не сказал когда. А я топлю уже третий день, хотя с дровами туго. Управляющий выделил немного и еще привез три мешка угля. Магические камни вышли из строя, а заправлять их надо деньги. Да и некому пока было. Так я пошел?

— Идите. Занесёте туда, куда сказали. Я подожду.

Он повернулся и ушел, а я поднялась по боковой лестнице наверх, как раз в торец второго этажа. Сбоку было окно, и я выглянула. Сквозь запыленные немытые стекла, виднелся осенний парк, занесенный листвой, необрезанные кусты с голыми ветвями. Полуоблетевшие от листвы деревья, навевали тоску. Осень. Вздохнув, двинулась дальше по затемненному коридору. Слева были такие же немытые окна, справа несколько дверей, правда, в более приличном состоянии, нежели входные. Толкнув первую, вошла в квадратную комнату с двумя тускло светящимися окнами. Чувствовалось, что комнате тепло, но пахнет затхлостью. Между окнами стоял высокий комод с пятью ящиками, над ним большое овальное зеркало в массивной чеканной раме. Около стены, слева, широкая двуспальная кровать, с закатанными в рулон постельными принадлежностями, справа большой шифоньер с облупившимся лаком и перекосившимися дверцами, около кровати небольшой круглый столик на высокой металлической ножке с синей вазой, в которой стояли засохшие ветки, видимо, когда-то букета. Рядом с входом еще одна дверь. Толкнув ее, очутилась в полутемной комнате с небольшим мутным окном. Это была умывальня. Сбоку стоял агрегат, похожий на бойлер и от него шли трубы к подобию раковины, к сидячей глубокой ванне на ножках в виде лап какого-то животного и, за каменным уступом, к отхожему месту, в виде широкой ступени с отверстием. Над этим сооружением висела небольшая емкость с цепочкой. Это напомнило мне старые советские унитазы с бачком на стене. Я дернула и пошла вода. Довольно хмыкнула. Ладно, хоть это пока устраивало. В это время раздался стук и возглас.

— Можно войти? Это я, хозяйка, — послышался мужской голос за дверью.

— Да-да, войдите, — крикнула из умывальни и вышла в комнату.

Тут же открылась дверь, и вошел сторож уже без шали, в потертом сюртуке и с моими вещами.

— Там было только это, — удивленно проговорил он, показывая на сумку и корзинки, — А все остальные вещи еще прибудут?

— Это пока все, — усмехнулась я, — И давайте представимся. Меня зовут Галина Лямме. Можете звать госпожа Галина. Если необходимо я покажу бумаги на себя и на имение.

— Нет-нет, — запротестовал он, — Что вы. Я верю. Тем более управляющий сообщил и как вас зовут, и как вы выглядите. Я так сразу и понял. А меня Гай. Мою жену Марта и она кухарка и экономка в доме. Больше в прислугах пока никого нет. Когда необходимо, старые хозяева звали управляющего, который живет в селе, или меня, и мы нанимали слуг для дел по дому. Вы так же можете сделать.

— Если все так, как говорите, то можете вызвать сейчас хотя бы двух женщин для приборки здесь в этой комнате. А на завтра управляющего ко мне в кабинет. Кстати где он расположен?

— На первом этаже, хозяйка, прямо под вашими комнатами. Там все бумаги и даже книги. Сейчас давайте спустимся вниз, и я познакомлю вас с женой, а потом вы осмотрите все остальные комнаты.

— А где здесь затопка? Я что-то не вижу ни камина, ни печи.

— Так все в коридоре. А камин в гостиной. Пойдемте, покажу.

Мы вышли из комнаты, и Гай показал печь, встроенную в стену, обложенную гранеными каменными плитками с металлической дверцей. Судя по всему, она топилась магическим кристаллом, а можно и с обычным розжигом. Это было разумно. Далее он повел меня по коридору и вниз. Спустились по боковой лестнице, и вышли в другой торец дома. Здесь также был коридор только уже с высокими потолками и арочными окнами, которые срочно требовали мытья. Слева двойные распашные двери в зал с тремя окнами, где стояла зачехленная какими-то лоскутами мебель непонятно какого назначения, несколько кадок с засохшими растениями, камин. Я поняла, что это гостиная. Потом мы вышли на небольшую площадку в широкий проем со ступенями вниз. Это был парадный вход, куда я так пыталась попасть. С боков пристроены ниши, видимо для верхней одежды гостей. Ступени выполнены из светло-серого камня и туда так и просилась ярко-красная дорожка.

— Так, запомним, — положила себе на ум.

Далее мы прошли к следующим двойным дверям и вошли в небольшую, но все-таки внушительную комнату. Там было два высоких окна. В середине стоял большой овальный стол. Я думаю человек на двадцать, с несколькими мягкими стульями.

— А где остальные? — удивилась я.

— Остальные, хозяйка, в сарае, негодные. Надо их чинить.

— Ладно, — кивнула я, — Тут многое что придется делать, — и вздохнула тоскливо.

— Кабинет рядом, — старик махнул рукой в сторону.

Наконец-то я получила возможность осмотреть комнату своего рабочего места. Прямоугольная, с одним окном. Перед ним стоял солидный письменный стол с таким же солидным креслом. По стенам застекленные книжные шкафы с книгами и папками с бумагами, рядом со столом по обе стороны стулья с жесткими сидениями. В одной из стен, между шкафами, заметила что-то в виде сейфа с приоткрытой металлической дверцей и ключами в замке. Я еще раз окинула взглядом запыленную комнату и скривилась.

— Вижу, это нежилые комнаты. Надо привести их в порядок. Что же, пойдемте на кухню знакомиться с вашей женой и моей экономкой.

Гай кивнул и пошел вперед. Я прошла за ним по коридору, освещенному фонарем. Тяжелую дверь старик открыл не без усилия и вошел первым. Когда я зашла, то мне сразу бросилось в глаза огромное сооружение посреди довольно большого помещения. Это был стол, соединенный с печью. Такие я видела по инету в кухнях современных ресторанов моего мира. На нем стояли небольшие кастрюльки, сосуды с ручками, тазы и сковородки. В углу слева располагались шкафы и антресоли, полки и навесные шкафчики, под ними столы, прибитые к стенам, которые опоясывали всю кухню даже под двумя окнами и уходили вправо в угол. Там в них вмонтированы небольшие ванны с кранами и массивными ручками поворотниками, как в старых банях. Видимо это были емкости для мытья посуды и продуктов. Там же, вправо, располагалась еще одна дверь. Как сказала мне кухарка, опрятная, небольшого роста полноватая женщина, сорока пяти пятидесяти лет, в темном платье с серым передником и чепцом на голове, куда, видимо, убирала волосы, находился спуск в погреб, где хранились запасы пищи и вина. Звали ее Марта, и ей удивительно шло это имя. Она поклонилась мне и на мои вопросы по хозяйству обещала все показать и рассказать. На вопрос, где они живут, та ответила:

— Так во флигеле же, что недалеко, во дворе. Там еще есть одна комната, куда можно подселить прислугу, если хозяйка захочет. Можно нанять и приходящих, а комната для вашей горничной есть наверху.

Я кивнула. Ну, вот и сподобилась, теперь имею еще и горничную. Хотя за большим домом нужен пригляд, да и дверь центральную кому-то надо открывать и гостей обслуживать, и в столовой помогать. И, наконец, вообще привести весь дом в полный порядок. А для этого нужны люди.

— Будем искать, — вспомнила фразу из популярной советской комедии, — Надо разобраться с управляющим и делами аренды. Там такой долг по налогам, что сборы их не покрывают.

— Разберемся, — хмыкнула я.

— Вы что-то сказали, госпожа? — вскинулась Марта.

— Нет, Марта, я довольна, увиденным. Чем будете кормить и где? Я уже проголодалась.

— Как же, обязательно, хозяйка. Через полчаса в столовой, с вашего позволения.

— Хорошо. Поднимусь в свою комнату и переоденусь в домашнее, — и, все еще оглядывая кухню, повернулась и ушла по боковой лестнице вверх. Поднимаясь, поняла, что в основном буду ходить в этом крыле. То есть спальня, кухня, столовая, кабинет. Но и другую половину надо также привести к порядку обязательно.

Не успела вымыть лицо и руки и переодеться, как постучали в дверь. Потом она приоткрылась, и в проеме показалось лицо Гая.

— Хозяйка, я привел двух женщин, как вы и просили. Они здесь, в коридоре.

— Хорошо, сейчас выйду, — кивнула я.

Взяв корзинку с личными вещами, документами и деньгами, от греха подальше, открыла дверь и увидела двух молодых женщин лет по двадцать пять-тридцать, одетых бедно, но чисто. Они поклонились и спрятали руки под фартук, ожидая приказания.

— Как вас зовут? — спросила, оглядывая их.

— Вот тут Фаня, а вот эту Тая, — заторопился Гай, — Это наши с Мартой дочери. Они замужние и живут в селе. Я пока пригласил их. Они нам часто помогают и в доме и по хозяйству. И их мужья тоже.

— Вот-вот, — грустно подумала я, — Не свое же хозяйство. Можно и так, спустя рукава. Но может быть я и не права.

— Ну, вот что, мои дорогие женщины. Я порошу вас сегодня убрать только две комнаты. Но так как я хочу. И за это вы получите деньги, при условии, что мне понравится ваша работа. Договорились?

При фразе заплатят, они удовлетворительно переглянулись и кивнули.

— Хорошо, хозяйка, — поклонилась та, которая Фаня и чуть старше второй, — Скажите, что надо делать.

Я пригласила их в комнату.

— Вот такая работа. Надо вымыть здесь всю мебель, окна, полы, двери, умывальню, обмести стены, выбить и разложить постель, а также приоткрыть окна и проветрить помещение, но не выстудить. Как закончите, спуститесь вниз и найдете меня.

Они присели в поклоне.

— Посмотрим, чем тут потчуют хозяев имения, — подумала про себя, и прошла в столовую, где мне обещали обед.

Зайдя в комнату, была поражена: стол вытерт и наполовину застелен чистой белой скатертью. Отмытый стул приставлен к узкой стороне, как хозяйке. На столе уже был один прибор тарелок, ложек, вилок, ножей и лежала белоснежная салфетка. В центре стояла фаянсовая супница, несколько судков с какими-то соусами, в хлебнице лежали куски серого хлеба и столовые белые булочки, рядом стеклянный кувшин с каким-то напитком.

— Прошу, хозяйка, откушать, что успела приготовить. Как и говорил мой муж, хоть и ждали каждый день, но не знали когда. В следующий раз попробую вас удивить, если позволите.

— Спасибо и на этом, — быстро проговорила и принялась наливать себе из супницы то жидкое варево, что так вкусно пахло грибным бульоном и травами. Поела с удовольствием и попробовала все, что Марта подала на стол. Готовила она отменно, и я это отметила. Поблагодарив, ушла в кабинет и пригласила прийти туда ее и Гая. Там показала им на места возле стола, а сама села на хозяйское кресло.

— Марта, мне хотелось еще раз поблагодарить вас за обед, который, несмотря ни на что, вы смогли приготовить так быстро. Сейчас мы поговорим о будущем.

Она кивнула и склонила голову, выжидающе глядя на меня.

— Хочу предложить вам и дальше быть моей экономкой и кухаркой в одном лице. Конечно, это довольно хлопотно, но я буду помогать по мере необходимости. Мне очень нужно ваше знание местных жителей, их желаний, их возможностей. К каждому я постараюсь найти подход. Но мне будет трудно в первое время, и вы сможете мне в этом помочь. Не бесплатно. Я буду платить всем, кто меня обслуживает приличное жалованье и кроме того вы поможете мне нанять молодую шуструю девушку в горничные и двух помощниц вам по хозяйству. Горничная будет проживать в этом доме постоянно, а ваши, могут либо жить с вами во флигеле, либо быть приходящими каждый день. Они будут подчиняться вам, как моей помощнице. Всё остальное будем обсуждать по мере работы. Если согласны, то завтра подпишем договор сроком на один год. В дальнейшем продолжим, если нас все устроит. Согласны?

— Да, — кивнула она.

— Хорошо, — утвердила я, — Теперь с вами, Гай. Хочу так же предложить договор пока на год. Вы будете выполнять работу управляющего двора. А именно: в вашем ведении будут все хозяйственные постройки, ремонт и содержание дома, работа с конюхом и садовником, которых, или в одном лице, вы сами наймете. Можно приходящих. А также вам придется выполнять работу по заготовке и привозу продуктов, запасов топлива, заготовке кормов для двух лошадей, которых я приобрету в городе. Так же там мы купим все необходимые строительные материалы по представленному вами списку. Что нужно сделать с обновлением здания снаружи и внутри, мы обсудим завтра. Вы согласны?

Я внимательно смотрела на Гая и явственно видела, что ошиблась в возрасте. Сейчас передо мной сидел пятидесятилетний жилистый мужчина с лукавым взглядом серых глаз. Его спина как-то выпрямилась, и крепкие руки были сжаты в кулаки на коленях.

— Да, я тоже, как и жена, согласен.

— Хорошо, — сказала я, — Завтра подпишем договор и обсудим вашу с Мартой оплату. И Вы мне подскажите, сколько мне платить за работу остальным, кого будем нанимать. Хорошо?

Они кивнули хором.

— А теперь мне надо проверить работу наших девочек в моей спальне. Прошу.

Когда мы поднялись на этаж, то девушки уже стояли около окна и, смеясь, переговаривались. Увидев нас, смех оборвали и напряглись.

— Посмотрите, хозяйка, — проговорила старшая из сестер, — Как вы и говорили, так мы все и сделали.

Я прошла с ней в комнату, а за нами и все остальные. Теперь ее не узнать. Свет серого осеннего дня проникал в свежевымытые окна и рассеивался по чистым поверхностям мебели. Пол отмыт и оказался почти паркетом, если так можно обозвать светло-коричневые широкие плашки, плотно прилегающие друг к другу елочкой. Все дышало чистотой и даже какой-то травкой. К шкафу прикрутили дверцу, вероятно, помог дочерям Гай, умывальня блестела и так же вкусно пахла, похожим на наш освежитель воздуха, который мне очень нравился, типа «морского бриза».

— Все очень хорошо, девочки, я довольна. Теперь бы надо, Марта, повесить шторы и положить на пол какой-нибудь прикроватный коврик.

— Шторы не обещаю, все ткани пришли в негодность, — откликнулась экономка, — Но коврик поищу. Где-то на чердаке много что осталось от прежних владельцев.

— Отлично, — согласилась я, — А теперь пройдемте в кабинет. Его тоже в первую очередь. И если не сильно устанете, то помогите маме убраться в столовой.

Девушки закивали согласием. Пройдя с ними на первый этаж, объяснила, что нужно сделать и удалилась к себе в спальню. Надо бы разобрать свои вещи и застелить постель. Опять вспомнила добрым словом себя саму, когда укладывала в сумку еще там, в своем мире, два комплекта постельного белья. Когда-то, может быть лет десять назад, когда еще не было у моей подруги, что ждала меня к себе на мой день рождения, подведена вода в дом и не было слива, приезжало много гостей и она еле успевала стирать за ними постельное белье вручную с водой из колодца. Вот тогда и кликнула клич везти постель с собой: сам спишь, сам стираешь. И она была права. Вот с тех пор и таскаю с собой, всё, в чем не буду ее напрягать. Возраст у нас уже не тот.

Развесила в шкаф местную одежду и расставила обувь. В ящики комода убрала белье и косметику. Наверх его выставила под зеркало расчески, баночки с мазями для рук и лица, заколками и лентами. Волосы уже прилично отрасли и были на мое счастье такими же цветом, как в молодости, русыми, без единого седого. Так и получилось, что половину темные, а другая половина светлая, и я понемногу их подрезала. Ничего, даже оригинально. Старалась причесываться по местной моде вверх, с пучком на темени и по вискам спускала легкие завитушки. Получалось сносно. Собрала умывальные принадлежности и внесла их в туалетную комнату, заполнила полочку перед ванной и перед раковиной. Остановилась, рассматривая себя в зеркало. На меня смотрела я сама в молодости, в лет этак в тридцать, как себя помню. Те же правильные черты лица, большие зеленые глаза, высокий лоб и чуть великоватый рот с чувственными губами. И зубы! Они были новые и выглядели, как в молодости. Тогда, да и сейчас я ими гордилась и прилежно ухаживала. А как это все случилось, до сих пор вспоминать и грустно и смешно.

После того, как поняла, что мир меня меняет, с нетерпением вглядывалась каждый день в свое лицо и прислушивалась к внутренним ощущениям. Все шло, как по нотам. Темнели и наливались силой волосы на голове бровях и ресницах, убирались морщинки и разглаживалась кожа на лице и теле. Я вытягивалась в росте и худела. Сейчас во мне около шестидесяти килограмм и это при росте в сто шестьдесят пять см. Все в норме.

А вот с зубами вышла история. Как-то на второй неделе пребывания в пансионе, я проснулась со странной наполненностью во рту. Попробовала шевельнуть языком и поняла, что там что-то есть. Резко села и начала сплевывать на пол. Изо рта вылетели ошметки моих старых зубов вместе с кровью. Я провела языком по деснам и поняла, что они выпали все и даже коренные.

— Как же теперь жевать и говорить? — с ужасом думала я, сплевывая в миску и промывая рот водой, — Все! Прибежал маленький пушной зверек и ко мне. Подул в рот и будет теперь тетка беззубой. Вот это да!

Но потом подумала, что может быть, и зубы вырастут новые, как и все, что обновлялось во мне. Еще раз провела по деснам. Нет! Только ямки, всё, как и при удалении, только без боли. Как хорошо, что я проснулась! А ведь могла и проглотить и поперхнуться. Что Бог не делает, все к лучшему! Но уже через три дня обнаружила языком, а потом пробовала пальцем, края новых зубов. Ура! Обрадовалась, а то так и думала, что останусь беззубой. Слава этому миру! Уже через две недели у меня рот был заполнен белыми отличными зубами.

Посмотрев на себя еще раз, подправив волосы, спустилась вниз, где девушки уже домывали окна и полы в столовой. Марта им помогала, а Гай внес еще пять стульев, которые оказались вполне рабочими. Стены столовой были раньше оббиты штофной материей, похожей на наши обои. Сейчас они были сняты, но комната после уборки имела свежий вид и без них, благодаря вымытым окнам и полам. Кабинет также блестел чистотой, даже протерли пыль с корешков книг. Конечно, надо бы их вытащить и по одному протереть, но и так уже чувствовался совсем другой воздух. Я принесла деньги и щедро расплатилась с ними, даже сверх того, что мне посоветовала Марта. Видя довольные лица, спросила, если захотят еще заработать, могут прийти еще и завтра убрать оставшиеся помещения. Они охотно согласились.

После их ухода, Марта обратилась с вопросом об ужине. Я ответила, что все пусть будет сегодня в ее вкусе, а о времени потребления пищи и моего предпочтения обсудим перед сном. Она ушла на кухню, а я в кабинет. Там, сложила в сейф деньги, оставшиеся драгоценности, что были на мне и остались, свои патенты и другие местные документы, закрыла на ключ и наложила магический код, как учили. Затем просмотрела некоторые книги, что стояли в шкафах. Было много по экономике и праву, по сельскому хозяйству и «ландшафтному дизайну», если так можно это направление обозвать нашими словами. Потом просматривала бумаги, что остались от прежнего хозяина и учетные книги. Просидела над ними до сумерек. Тут постучал Гай и внес в комнату лампу под стеклянным абажуром зеленого цвета, только вместо электролампочки, был вставлен кристалл, который так же давал свет. Гай объяснил, что это последний в его хозяйстве. Я обещала купить основной на весь дом и двор, как только мы выберемся в город. Он ушел, качая головой, все повторяя, что все это очень дорого, но если хозяйка сама будет его потом заправлять, то ладно.

Вечером, в столовой, обратила внимание, что люстра под потолком не горела, видимо и там нужна сила основного кристалла. На завтра отложила задание, увидеть местный кристалл и попробовать его зарядить, чтобы хватило на все здание, хозяйственные постройки, а также освещать ворота и центральный вход. Много придется работать, чтобы все привести в божий вид, и много надо средств. Ах, как же хорошо, что у меня есть пусть небольшой, но постоянный доход! Перед отъездом встречалась с гномом Диром, что по сумкам и с Саввой. Они обещали держать меня в курсе всех дел и еще хотели обсудить вопрос о расширении и даже постройки таких же мастерских в других столицах княжеств. Им поступили такие предложения. Я обещала подумать. Мне надо было почитать законы по этому вопросу. Общаться будем через маг почту, которую я также освоила. Купила себе специальный ящичек с прорезью, как в почтовом ящике у нас, опускаешь туда записку, чертишь в воздухе рукой персональный код — раз и она уже в таком же ящике адресата. А когда к тебе приходит, то слышится определенная звуковая трель, как в нашем телефоне и уже знаешь, что там лежит письмо к тебе. Крышку открываешь и читаешь. Красота!

Итак, надо встретиться с ними и подписать новые договоры, проверить свой счет в банке, а уж потом приводить имение в порядок, производить закупки и все это до весны, так как потом заняться самым главным, теми самыми драгоценными семенами, что сейчас лежат в сейфе. Есть время во всём разобраться и до весны еще три месяца.

После ужина, обговорив меню завтрака и время поглощения пищи в доме, приготовилась ко сну. Пристроила лампу на столике и взяла в руки томик рассказов Бунина. Привыкла читать перед сном. Мысли не душат, и вся отдаешься фантастическим строкам бунинской прозы. Вспомнила, что сегодня в доме еще ночует Гай, а завтра мне надо заправить все охранные кристаллы и подумать о покупке новых. Дочитав последний абзац рассказа, прикрутила ламповый свет и укуталась в одеяло.

— Как там говорится «Приснись жених невесте на новом месте»? — хмыкнула и постепенно провалилась в сон.