Глава 14

Глаза открывались тяжело, а голову и вовсе нереально было поднять с подушки. Хотя… Какая-то странная подушка, уж больно твердая. Я все же кое-как разлепила веки – и сон как рукой сняло. Я лежала на плече Вержбицкого. Голого Вержбицкого, пусть и слегка прикрытого в стратегическом месте простынкой. Но самое страшное – я тоже была голой. Я закрыла рот ладонью, боясь закричать от ужаса, потому что память стала услужливо подсовывать мне картинки прошлого вечера, а потом и ночи. И если сперва был ром, просто ром и разговоры о моем бывшем (за длинный язык я позже надаю себе тумаков), то потом… Нет, нет, скажите, что это была не я! Я не могла заниматься сексом со своим боссом! Да еще так заниматься… От воспоминаний, что я выделывала и что позволяла делать со мной Вержбицкому, запылали щеки, уши, лоб… И в животе тоже запылало. Вот черт! Нет, нет, пусть это буду не я… Пусть все окажется сном. Да, вот таким развратным эротическим сном! Сон я еще вытерплю, а вот реальность… Я осторожно пошевелилась, стараясь не разбудить Вержбицкого. Сползла с его плеча… И так же ползком сдвинулась к краю кровати, а там уже перекатилась и встала на ноги. И тут же прикусила губу, сдерживая очередной стон: мышцы болели так, точно накануне меня тренировали к Олимпийским играм. Болело везде и во всех местах, что на корню пресекало мою робкою надежду, что все это было сном. На ковре у кровати я нашла свои джинсы, на краю матраса – стринги. Боксеры Вержбицкого осторожно отодвинула ногой, к его шортам, лежавшим неподалеку. Лифчик и майка отчего-то оказались на полу в ванной, и у меня закрались новые догадки: мы что, еще и здесь были…? И память тут же радостно выкинула очередную картинку: были-были! И полочку, кажется, сломали… Позор, какой позор!.. Как после этого смотреть в глаза Галине Дмитриевне? А Глории? А Вержбицкому самому??? Господи, почему мы на корабле, а я не умею плавать? Некуда даже сбежать… – Лера? – хриплый сонный голос босса заставил меня замереть статуей. Сейчас он тоже вспомнит. Все вспомнит… А вдруг забудет? Или хотя бы сделает вид, что забыл? Как про тот поцелуй… Хотя нет, про тот поцелуй он не забыл… А про это уж точно не забудет. Или… Он же был пьян! Точно, он ведь забыл, где потерял банковскую карточку и рубашку, и тут после рома… – Лера! – дверь в ванную, где я пряталась, резко распахнулась, а я из-за ступора даже не успела надеть халат. Схватила его и прижала к себе, прикрываясь. – Выйдете, Ярослав Юрьевич, я не одета! – что ж, нападение – лучшая защита. – Я снова Ярослав Юрьевич? – он удивленно хмыкнул, я же с некоторым облегчением заметила, что шорты на нем есть. – Думал, мы этой ночью перешли на «ты»… Вернее, ты перешла на «ты». – Видимо, вам показалось, – я запрыгнула в душевую кабину и закрыла ее. Там быстро надела халат. – Сомневаюсь… Так мое имя еще никто не произносил… – Как «так»? – я снова покраснела. – Во всяком случае, мне понравилось, как это звучало… И я вдруг разозлилась, то ли на себя, то ли на него, порывисто отодвинула дверку назад и произнесла с горячностью: – Вам смешно? Еще и издеваетесь надо мной? Споили меня вчера этим ромом! Выведали все мои тайны! А потом… Потом воспользовались моим невменяемым состоянием… – Ты не была похожа на невменяемую, – босс растерялся от моего напора. – Очень даже вменяемая… Ну, может, не такая зажатая и строгая, как обычно… – Ну конечно! Где ж вам понять! Сами едва соображали, – я в отчаянии взмахнула руками, выскочила из душа и попыталась протиснуться мимо Вержбицкого. Он перехватил было меня за талию, но я отшатнулась: – Не трогайте меня! – и наконец выскочила на свободу. Ринулась к шкафу, где стала рыться в одежде. Соображала плохо, потому у меня в руках оказались строгая черная юбка и трикотажный топ цвета фуксии. Откуда он вообще в моем гардеробе? Вержбицкий остановился на некотором расстоянии, привалился плечом к стене и переплел руки на груди. – Отвернитесь, я оденусь, – попросила его отрывисто, и он послушно повернулся ко мне спиной. – Если хочешь, мы можем забыть о том, что произошло… – предложил он потом. – Конечно, мы забудем! Еще как забудем! – я стала натягивать на себя свежее белье. – Обо всем. И о том, что я вам рассказала о себе тоже. Это ведь останется между нами? – Я не трепло, чтобы рассказывать чужие тайны. – Спасибо. – Не за что. Я чертыхнулась, когда поняла, что замок на юбке застрял. – Что случилось? – тут же обернулся Вержбицкий. – Давай помогу. – Не надо, я сама, – и снова безуспешно дернула язычок на молнии. – Да давай уже, – босс подошел сзади и стал разбираться с моим замком. – Ты сегодня необычно оделась… – Да плевать! – отчего-то прикосновение его пальцев, едва ощутимое сквозь ткань юбки, вызвали внутренний трепет. Я снова вспомнила, как эти пальцы… Нет, стоп. Забыли. Все забыли. Ничего не было. Ни-че-го. – Нужно вызвать горничную, чтобы убрала мусор. И полочка в ванной сломалась… – Готово, – Вержбицкий как бы невзначай коснулся полоски голой кожи между юбкой и топом, и меня бросило в жар. А в следующую секунду вспыхнула новая догадка, от которой даже заплясали мушки перед глазами. – Ритуал… – прошептала я в ужасе. – Это все ритуал… Неужели он и вправду действует? – Ты сейчас серьезно? – Вержбицкий недоверчиво усмехнулся. – А вы были серьезны, когда трижды пытались это же проверить? – я посмотрела на него с вызовом. – И трижды потерпели фиаско, а тут вот… Вышло! – Ну… Я как-то не задумывался об этом, – босс потер лоб. – Но ты же сама в это не верила раньше! Считала, что я преувеличивать и придуриваюсь, а сейчас говоришь почти моим словами… – Потому что это совсем не в моем характере, понимаете? – Что именно? – Вот это вот все… – я махнула в сторону смятой постели. Потом подняла с пола пустую бутылку от рома и продемонстрировала боссу: – Даже под алкоголем на такое пойти не смогла бы! Я себя хорошо контролирую… Всегда. – Ну бывает же проруха и на… – Вержбицкий под моим уничижительным взглядом осекся. – Ладно, допустим, не бывает. – Похоже, вы были правы… – протянула я задумчиво. – Надо и мне проверить. С другими… – Э-э-э… – только и смог произнести босс, а я уже снова перебирала свой гардероб. Где-то у меня был купальник. Прихватила на самый крайний случай, но не думала, что воспользуюсь. – Ты куда? – спросил Вержбицкий, когда я уже в новом пляжном образе выходила из ванной. – В бассейн, – невозмутимо ответила ему и, остановившись у зеркала, поправила  помаду в уголках губ. – Но ты же не умеешь плавать. – А я не плавать туда иду, – я еще пару раз провела расческой по волосам, затем сменила обычные очки на солнцезащитные, прихватила крем от загара, полотенце, и под неотрывным взглядом босса направилась к двери. Для своей цели я выбрала бассейн на одиннадцатой палубе: здесь и народа было больше, и обзор лучше. Взяла в баре коктейль, нашла свободный шезлонг и легла на него, приняв соблазнительную позу. Эх, придется вспоминать молодость, когда я еще осмеливалась вытворять подобное… Итак, надо найти подходящий объект. Я принялась внимательно рассматривать всех представителей мужского пола. Этот слишком старый… Этот с женой… Тот тоже семейный, учит мальчишку плавать… О, и парочка молодоженов тут как тут. Что ж мне так везет на них? Прямо бельмо на глазу. Так, а это что за товарищ ласточкой ушел в воду? Вроде, молодой, фигура хорошая… Я подалась вперед, чтобы получше его рассмотреть. Он же как раз вынырнул из воды – и я чуть не пролила на себя коктейль. Это был Вержбицкий! Вот какого он сюда заявился? Еще и рукой машет, улыбается… Я с тихим стоном откинулась обратно на шезлонг. И мысленно застонала еще раз, когда увидела, что все те же влюбленные французики Николь и Андре примащиваются аккурат около меня. Они опять о чем-то ворковали, целовали пальчики друг друга и нежно терлись носами. Мимо прошла женщина с грудничком на руках, и Николь издала возглас умиления и что-то смущенно затараторила своему муженьку на французском, а он опять стал целовать ей пальчики, а в заключение еще и чмокнул ее в живот. Только не говорите, что у них и наследник уже намечается!.. И тут на меня словно ушат холодной воды вылили. Ребенок! Беременность! А вдруг… Господи, мы вообще этой ночью предохранялись? Что-то мне утром не попадалось на глаза никаких резиновых изделий, даже в мусорке… Ой, мама… Я схватилась за телефон, который удачно прихватила с собой. Спасибо, тем, кто придумал приложение с женским календариком! Открыла текущий месяц… И схватилась за голову: середина цикла, «шанс зачатия высокий»… Вот как так, а? Как так? Что за закон вселенской подлости? Если уж добивать меня, то до конца! Была бы аптека, можно было бы перестраховаться и купить таблетки, которые бы по горячим следам предотвратили возможную беременность. Помню, Алла, наша юристка, пила такие после случайного «волшебства» с сисадмином на новогоднем корпоративе. Но там таблетку нужно принять как можно скорее, лучше в первые сутки после «волшебства», максимум во вторые. Или же третьи? Послезавтра мы заходим в какой-то порт, может, успею купить? Если тут есть такие… А вдруг Вержбицкий все-таки позаботился о предохранении? Тогда бы проблема была снята, а так мучайся… Спросить или нет? Спросить или… Спросить! В конце концов, он тоже несет за это ответственность. Может, даже большую, чем я! Мужчине-то что: пару неловких движений – и ты уже отец! А вот женщине все это расхлебывай… Я решительно направилась к бассейну. Спустилась в воду по лесенке, чуть не поскользнулась, отчего душа на миг покинула тело, ухватилась за железную перекладину, чтобы удержаться «на плаву», и начала оглядываться в поисках виновника моих проблем. Но он уже увидел меня сам и плыл в мою сторону. – Ты куда полезла? Тут глубоко. – Нужно срочно выяснить один вопрос, – находиться в таком положении было ужасно неудобно: вода постоянно норовила вытолкнуть меня и оторвать от спасительной перекладины. – Что за вопрос? – Вержбицкий стал придерживать меня за талию, но я была не против: страх воды оказался сильнее внутреннего протеста. – Этой ночью…– я запнулась, подбирая слова и борясь со смущением. – Мы как-то… Обезопасили себя? В смысле, вы думали о возможных последствиях?.. И по выражению, которое приняло его лицо, поняла: не думал. А вслух он добавил: – Не помню. – И что теперь делать? – в отчаянии воскликнула я. – Что делать, если я… Если у меня… Слушайте, с другими женщинами вы тоже так беспечны? – Нет. Никогда, – босс был теперь растерян не меньше меня. – Спасибо, что сделали ради меня исключение, – язвительно отозвалась я. – Но ведь еще ничего не известно, – попытался «успокоить» Вержбицкий. – Может, обойдется? – Хорошо, если так, – с горечью ответила я. – А теперь отпустите меня. Он помог мне выбраться из бассейна, но я даже не поблагодарила его. Забрала с шезлонга полотенце и пошла прочь не оглядываясь. Сейчас мне просто необходимо было побыть одной…