Эпилог.

- Ева, ты знала?! - врываясь в офис, налетает на меня Саша.

- О чём? - отвечая на очередной комментарий под книгой с вопросом о личности автора, протягиваю я.

А это выматывает! И почему всем так хочется знать: женщина это или мужчина?..

Женщина - я!

Но вам об этом не скажу.

- О Глебе! - выпаливает Саша и отпихивает меня плечом, выхватывая мышку с клавиатурой.

Смотрю на все эти варварские действия с моим компьютером и ничего не говорю.

Второй редактор тем временем открывает статью под названием «Возвращение наследника», прокручивает её до середины, останавливая на фотографии Глеба, лицо которого было взято крупным планом… красивое лицо… а глаза-то какие!.. суровые…

- Ты знала, что он - наследник огромной компании?! - тем временем вопрошает у меня Саша.

Ну, насколько я знаю, Бондарёв старший стоит во главе целого холдинга, а не просто какой-то «компании».

- А он хорошо вышел, да? - мягко перевожу тему, вглядываясь в знакомые черты.

Скучаю по нему. Сильно.

Даже раздражает!

- Ева! Ты крутила роман с наследником миллионов! - пытается «донести до меня» Саша.

- Что это за выражение такое? - морщусь.

Почему все так активно используют это словосочетание?!

И вообще, у Глеба и без денег отца - приличное состояние.

- Тебя это вообще не впечатляет? - изумляется второй редактор.

- Мне надо ответить на сотню писем, Саша, - забираю у неё мышку и сворачиваю страницу.

- Зря ты его отпустила. Надо было вцепиться в него и не выпускать! - сетует девушка.

- Его контракт подошёл к концу. А у нас был завал в связи с выходом книги, - отвечаю спокойно и возвращаю свою вкладку на место.

- Даже не знаю: восхищаться ли мне твоим спокойствием или жалеть тебя, - качает головой Саша и отходит к своему столу.

- Можешь просто проигнорировать мою оценку и не награждать своей реакцией, - предлагаю той; затем открываю страницу со статьей и вновь смотрю на фотографию Глеба.

Теперь, когда никто не караулит за моей спиной, я могу прочитать новости про своего мужчину. Ого! А он действительно был личностью известной - в некоторых кругах… Глеб рассказал мне о своей прошлой жизни перед тем, как уехать. Так что о ситуации в компании я знаю. Как и о его несчастной любви.

Как я к этому отношусь? Спокойно. Но, пожалуй, я бы не отказалась от возможности следить за Бондарёвым с помощью какой-нибудь скрытой камеры… Вдруг он захочет встретиться с этой Милой? И вдруг в нём вновь вспыхнут чувства к ней, несмотря на её круглый живот?..

Ева, остановись!..

Прикрываю глаза и выдыхаю.

Вбиваю в поиск его имя и кликаю на самую свежую новость. Кажется, это интервью. Пробегаю по нему глазами… а он хитрец! Как красиво подал свою историю с инсайдерской деятельностью! Даже я готова поверить в эту легенду, учитывая, что знаю правду…

Я ведь знаю правду?..

Тру переносицу и тяжело вздыхаю. Я знаю правду. И эти два года… они не были для него "простой проверкой своих способностей". Он хотел этой свободы. И он наслаждался ею. Как наслаждался нашими отношениями. Всё это было по-настоящему.

Это ведь было по-настоящему?..

Уже два месяца прошло…

- Ева, роман берут в номинацию! - кричит Роман Николаевич, резко открывая дверь своего кабинета.

- Что?! - подскакиваю на ноги.

- Всего ведь два месяца прошло с выпуска! - подскакивает на ноги и Саша.

- Номинация «лучший дебют», если мы сможем подтвердить, что у автора эта книга - первая! И что это не очередной топовый старичок под псевдонимом, - сообщает главный редактор.

Медленно сажусь обратно на место.

- Мы не сможем это подтвердить, - отвечаю ровно.

- Ты уверена? - утоняет Роман Николаевич, - Это очень престижная награда всероссийского масштаба.

- Автор не будет показывать своё лицо. Это вопрос закрытый, - произношу дежурно и вновь углубляюсь в интервью.

- Что с тиражом? - главный редактор поворачивает голову к Саше.

- Печатаем дополнительный. Первый почти разошёлся: там буквально несколько штук осталось, - напоминает ему та.

- Тогда можем метить на Лучшую Книгу Года, - глаза Романа Николаевича загораются.

- Роман не настолько хорош, чтобы так его пропихивать, - отзываюсь со своего места.

И получаю два ментальных удара - от своих коллеги и босса.

- Ева, как ты можешь так говорить? - изумленно протягивает Саша.

- У неё мозги расплавились после расставания с этим наследником, - отмахнувшись от меня, произносит главный редактор и уходит обратно в свой кабинет.

Читаю интервью…

- Ева, серьёзно, ты никогда себя так не вела! Всегда делала всё возможное, чтобы книга твоего автора получала хоть какую-то награду! - начинает давить на меня Саша.

- Здесь от меня ничего не зависит: человек не будет светить лицом. Я что, должна навести на него дуло пистолета и силой заставить?.. - вопрошаю, не отвлекаясь от статьи.

- Конечно! Раньше ты бы так и сделала!

- Ты меня с кем-то путаешь, - отзываюсь издалека и застываю...

Застываю на той самой строчке, где Глеб Бондарёв отвечает на вопрос о личной жизни.

Он сказал, что у него есть любимая женщина?..

Это кто?

Я?

Или Мила - от которой он сбежал, узнав, что та встречается с его лучшим другом?..

- ММММММ! - вырывается из меня поневоле.

- Ты чего? - пугается Саша.

- У неё истерика? - появляется в дверях Роман Николаевич.

- Да всё со мной хорошо! - рявкаю на всех и поднимаюсь с места.

- Точно - с ума сходит, - качает головой главный редактор, - ох, Глеб! Наделал дел и исчез! - с этими многозначительными словами босс удаляется обратно в свой кабинет и вновь закрывает за собой дверь.

А я…

- Мне надо подышать свежим воздухом, - сообщаю молекулам кислорода в этом офисе и выхожу в коридор.

Спускаюсь на лифте и буквально выбегаю на улицу. Дышу с закрытыми глазами. Выдыхаю пар.

Холодно.

Вдруг ощущаю, как на моих плечах появляется чьё-то пальто…

Открываю глаза…

- Ты? - удивленно выдыхаю.

- Где твой телефон? - без приветствий спрашивает Глеб.

Всё такой же красивый Глеб. С такими же красивыми зелёными глазами. И с легкой щетиной на лице.

Боже, он слишком хорош!

- Забыла дома, - отвечаю на автомате.

- Ясно. Пойдём в машину, - мужчина подхватывает меня под локоть и ведёт к…

- ЭТО, что ли, твоя машина?! - восклицаю, глядя на железного монстра, припаркованного у края дороги.

- Да. Купил недавно, - ровно отвечает Глеб и усаживает меня внутрь… на заднее сиденье.

- Но…

Пытаюсь понять - почему? - как замолкаю, потому что Глеб садится рядом. И потому что за рулём незнакомый мне мужчина.

- Ты теперь только с водителем ездишь? - спрашиваю, подняв бровь.

- Я теперь по-разному езжу. Впрочем, как всегда, - сухо отвечает Бондарёв и переводит взгляд на дорогу, следя за тем, куда едет машина.

А куда едет машина?..

- Глеб, мы куда? - спрашиваю у него.

- К тебе домой за вещами, - звучит ответ.

- Не поняла… - протягиваю напряженно.

- Мы на несколько дней уезжаем из города.

- Ты, наверно, забыл меня об этом предупредить? - холодно уточняю, начиная заводиться.

- Вообще-то предупредил и не раз. Но ты же оставила телефон дома, - отвечает мужчина совершенно спокойно.

- Глеб…

- Нам надо успеть до того, как она родит.

- Глеб, я не поеду к твоей бывшей!!! - заявляю чётко и прямо.

Так, чтоб по голосу было ясно - я не шучу.

- Она не моя бывшая. Мы не были в отношениях; она была моей подчиненной. Сейчас она - жена моего лучшего друга. И она сказала, что не родит, пока не увидит тебя, - ровно отвечает Глеб, продолжая смотреть на дорогу.

- Зачем ей смотреть на меня?! - изумленно спрашиваю.

- Хочет убедиться, что я в надежных руках, - сухо отзывается мужчина.

- Глеб, останови машину.

- Нет.

- Останови эту чертову машину!!! - повышаю голос настолько, что теперь даже глухому будет ясно, насколько я серьёзна.

Машина останавливается без указаний шефа.

- Мужчина, оставьте нас одних, - прошу ровным голосом водителя.

И тот, почему-то, выполняет мою просьбу, несмотря на удивленный взгляд Глеба.

- Слушай меня, ненаглядный мой, - произношу медленно и буквально по слогам, - ты можешь делать всё, что угодно - со своей жизнью. Но с моей жизнью ты так поступать не имеешь права. Чтобы ты лучше уловил смысл моих слов, я перефразирую: ты не имеешь прав на меня. И на моё тело - как и на его передвижения. Любое своё желание, связанное с ним, ты должен согласовывать с его хозяйкой - то бишь, со мной. И если я сказала, что я не поеду к твоей бывшей, значит, я к ней не поеду! Хочет, чтоб я предстала пред её очами? Очень рада за неё. Но без особых метаний - отказываюсь. Она это как-нибудь переживёт. А вот с тобой у нас разговор закончится иначе: ты сейчас отвезёшь меня обратно в офис и свалишь в свой город - давать очередное интервью. И связываться со мной ты больше не будешь. Мы друг друга поняли?

Смотрю на него со злостью и чувствую, как неистово бьётся сердце в груди. Да, именно - неистово. Я даже предположить не могла, что это слово можно использовать в данном контексте. Но если чертов орган-таки выпрыгнет из моей груди, на гробе должно быть написано, что перед смертью он откровенно неистовствовал внутри моего тела.

Глеб смотрит на меня не читаемым взглядом. Не знаю, о чём он думает в этот момент, но лучше бы он молча выполнил мою просьбу. Потому что в противном случае я его ударю. И не раз.

- Ты так ревнуешь? - спрашивает мужчина негромко.

- Я? Я не ревную! Я ставлю тебя перед фактом, - огрызаюсь, ощущая себя абсолютно беззащитной.

- Ты хоть понимаешь, как я люблю тебя за это? - произносит Глеб с какой-то тихой болью в голосе.

Сердце останавливается на мгновение. А к глазам подкатывают слёзы.

- Любишь? - едва слышно переспрашиваю.

- Даже не люблю, - качает головой мужчина, не отрывая от меня странного взгляда, - Боготворю.

Всхлипываю, больше не имея сил держать этот барьер.

А затем оказываюсь в руках любимого мужчины.

- Никто и никогда не займёт твоё место в моём сердце. Ты просто должна это знать, - прижимая меня к себе, четко произносит Глеб Бондарёв.

- Обещаешь? - выдавливаю из себя, стараясь остановить истерику.

- Клянусь своей жизнью. Она теперь твоя.

Утыкаюсь носом в его шею и некоторое время сижу неподвижно.

- Марат, наши планы меняются, - неожиданно, но очень мягко произносит Глеб, стараясь меня не потревожить.

Водитель уже успел вернуться в машину?..

Сколько же мы так просидели?..

- Мне отменить вылет? - уточняет тот.

- Да. Вылетим завтра. Или послезавтра. Или через два дня. Как только Ева даст согласие, - отвечает ему Глеб.

А Ева не даст согласия! Не дождётесь!

- А сейчас?.. - задаёт вопрос водитель-Марат.

- В гостиницу, - отзывается Глеб.

- Какую-то конкретную? - уточняет мужчина за рулем.

- В ту, с которой у нас есть договор о неразглашении… - протягивает Бондарёв, продолжая прижимать меня к себе.

- Номер люкс?

- Пусть подготовят его, как для молодоженов, - звучит ответ от Глеба, а я заметно напрягаюсь.

Он это - шутки ради или…

- Я обещал тебе кольцо.

Отрываюсь от теплой шеи и заглядываю в зелёные глаза.

- Я думала, это юмор такой, - отзываюсь хрипло.

- Если тебе так проще, считай, что это юмор, - произносит Глеб и надевает на мой палец…

- Ты что творишь?! - изумленно смотрю на это… ЭТО!

- Окольцовываю тебя. Сейчас приедем, и я поставлю штамп на теле. А через три месяца проштампуем и твой паспорт, - ровным голосом отвечает мужчина.

- Ты мне даже предложение не делал! - заявляю растерянно.

- Делал. За несколько дней до ухода из издательства. Кстати, поздравляю с выходом книги. Слышал, она теперь - бестселлер.

- Ты… - не нахожу слов, чтобы описать всё, что происходит, - это же было несерьёзно!

- Для меня всё, что касается тебя, находится под грифом «серьёзней некуда». Я так и написал на папке с твоими данными, - серьёзно отвечает Глеб.

- Ты собирал на меня компромат?! - смотрю на него во все глаза.

- Я всегда так делаю. И ты знала об этом.

Вспоминаю его слова о моей матери и вообще… всё то, что происходило до того, как мы стали встречаться.

- Мама… - протягиваю негромко.

- Я уже созвонился с её секретарём. Интересный мужчина, - кивает Глеб.

- Она приняла наши отношения? - смотрю на него ещё более изумленно.

- Она в процессе принятия, - отзывается тот ровным голосом.

Усмехаюсь.

Получается как-то нервно.

- Я должна предупредить Ксюшу…

- Она уже пообщалась со мной, ответив на звонок.

- Ты звонил ей?!

- Я звонил тебе. Вместо тебя ответила твоя соседка. Она очень рада, что ты уезжаешь на несколько дней: наконец-то она сможет привести парня к себе домой.

- Это МОЯ квартира! - возмущенно отвечаю, а затем осекаюсь, - Какого парня?..

- Кажется, она начала тесно общаться с тем студентом, - протягивает Глеб, глядя в окно.

- ЧТО?!?!?

- Ревнуешь? - мужчина награждает меня пристальным взглядом.

И я бы соврала, если б сказала, что в нём не было холода…

- Нет. Я рада. В смысле… я знала, что Сева ей нравится… - пытаюсь объяснить свою позицию.

- Отлично, - сухо отрезает Бондарёв, отвернув голову.

На моих губах почему-то появляется улыбка. А затем я совершаю вообще немыслимое - прислоняюсь к мужчине и запускаю руки под его свитер.

- Он всё ещё там, - резюмирую, щупая накаченный живот.

- А куда бы он делся за два месяца? - глядя на потолок автомобиля, протягивает Глеб.

Глажу пресс, наслаждаясь ощущениями. Тихонько медитирую…

- Ева, заканчивай. Я не железный. И мы всё ещё не в номере отеля. Да, кстати… Марат, почему мы всё ещё не в номере отеля? - грозно спрашивает он у водителя.

- Сейчас будем, - невозмутимо отзывается тот и заворачивает на перекрёстке.

Откидываюсь на спинку сиденья и улыбаюсь, уже вообще ничего не стесняясь.

- Что это за выражение лица? - по-деловому уточняет Глеб.

Поворачиваю к нему голову и заглядываю в глаза.

- Ты мой, Бондарёв. Просто ты должен это знать, - сообщаю ему.

- Хорошо. Но прежде, чем бросаться такими словами, ты б хоть кольцо рассмотрела. Я целую неделю потратил на его поиски, - замечает мужчина.

- У меня будет вся жизнь, чтоб разглядеть его под всеми ракурсами, - отзываюсь расслабленно; некоторое время молчу, а затем спрашиваю негромко, - нам обязательно ехать туда?

- Я хочу, чтобы она успокоилась. И чтобы ты успокоилась, - спокойно произносит Глеб, - Тебе нечего бояться. Она - моё прошлое. А ты - вся остальная жизнь.

- А самолет?.. У тебя пропадут билеты…

- Они не пропадут. Самолет в нашем распоряжении. Макс одолжил мне… - Глеб замолкает, заметив мой взгляд, - в общем, мы можем отложить вылет, - профессионально уходит с опасной темы мужчина.

- И насколько мы можем отложить вылет? - уточняю не без провокации.

- На пару дней, - аккуратно протягивает Глеб, - на неделю… - поднимаю брови, - но никак не на месяц: она не сможет так долго сдерживать естественные позывы, - в итоге сдаётся Бондарёв, отводя взгляд.

Итак… она на последнем месяце. Это хорошо. Это значит, что мы там не задержимся. И уедем сразу же после родов. Или раньше. Мы же не должны ждать прям до последнего?.. Надо будет намекнуть Глебу, что эта беременность к нему не относится. И что не нужно быть таким серьёзным по отношению к чужому ребёнку: он появится и без нас.

- А ты… - протягиваю.

- Да, я тоже хочу от тебя ребёнка, - напряженно произносит Глеб, - и если мы сейчас не заедем на парковку отеля…

- Приехали! - замечает Марат, останавливая машину.

Какой исполнительный!

- Ну, наконец-то, - раздраженно бросает Бондарёв и буквально вытягивает меня наружу из своего железного монстра, - Позаботься обо всём, - бросает своему водителю и заводит меня внутрь здания.

Всю дорогу до номера я не могу перестать улыбаться. В конце уже просто смеюсь, закрыв рот рукой.

А когда мы оказываемся в номере, мне становится не до смеха…

Не знаю, какое именно место занимала Мила в сердце Глеба, но теперь оно полностью принадлежит мне. Не потому, что я так придумала. А потому что я вижу это в глазах своего мужчины. Он действительно - мой. Такой, какой он есть - со своим прошлым, со своими ошибками и со своим путём исправления.

У каждого из нас своя дорога неудач… Но, я надеюсь, что дорога Глеба подошла к концу. И теперь, рядом со мной, он станет самым удачливым и самым счастливым мужчиной, способным дарить свою любовь так, что она больше никого не покалечит. А я его любовь выдержу. Официально заявляю об этом небесам!

Я выдержу Глеба Бондарёва!

…

Главное, чтоб он выдержал меня.

…

Бедный… он ведь всё ещё не понял, что ему досталось…

…

Ну, ничего! Стерпится-слюбится…

Конец))