Глава 17
Утро прошло в суматохе. Проснулась я в кровати. Видимо, Жорж меня перенес. Естественно, я проспала и была вынуждена ускориться, насколько это возможно. День не задался сразу. Пока добралась до офиса, успела сломать каблук и зацепить колготки, а когда перебегала дорогу, чуть под машину не попала и выслушала в свой адрес такие эпитеты, от которых уши в трубочку свернулись и дар речи пропал. Нет, ну надо же быть таким хамом? В итоге в свой кабинет залетела злющая, как собака. Чуть ли не рычала от ярости. И как в таком виде вести презентацию?
Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, залезла в ящик стола и обнаружила там запасные колготки. Уже хоть что-то.
– Привет, алкашня! – ввалился в кабинет слишком уж веселый Ким. – Как погуляла?
– Обалденно, только с утра не с той ноги встала, так что не зли меня, – пробурчала раздраженно, разрывая упаковку. – Мне нужно переодеться.
– Ладно-ладно, – поднял руки вверх в жесте капитуляции напарник. – Жду тебя в своем кабинете. Заказчики еще не пришли, так что минут пять у тебя есть. И, пожалуйста, верни мою умницу и красавицу с обворожительной улыбкой и прекрасным настроением.
– Ким…
– Ухожу-ухожу, злюка, – рассмеялся он и вышел из кабинета. Да, с настроением срочно нужно что-то делать. Выходить в таком состоянии к клиентам не стоит.
Я быстро привела себя в порядок и какое-то время репетировала перед зеркалом дежурную улыбку. Работа есть работа. Здесь не место для личных переживаний. К тому моменту, как дошла до кабинета Кима, клиенты уже появились и ожидали нас в зале для презентаций. Я долго готовилась к этому масштабному проекту и не могла позволить себе ударить лицом в грязь. Столько сил уже потрачено, что никакое плохое настроение не способно испортить момент моего триумфа.
Заказ состоял в том, чтобы разыграть одного очень скептичного человека, который твердо убежден, что люди – единственные во всей вселенной, а иноплатеняне лишь выдумки фантазеров и мечтателей. С заказчиками они партнеры по бизнесу и давнишние друзья, которые очень любят подшучивать друг над другом. Наша же задача состояла в том, чтобы заставить испытуемого поверить в существовании инопланетных цивилизаций. Сегодня мне предстояло продемонстрировать варианты оформления помещения под инопланетный интерьер с помощью проектора.
Как только зашла в зал, окончательно настроилась на рабочий лад. Сначала в общих чертах объяснила, что мы собираемся делать, и какая часть работ уже выполнена, после чего перешла к основной части презентации и включила проектор. Неоновый свет ударил по глазам, я только открыла рот, чтобы продолжить, как запнулась, увидев лица заказчиков и Кима. Последний буквально давился от накатывающего смеха, а остальные сдержанно улыбались.
– Что такое? У меня что-то с лицом? – машинально начала вытираться, судорожно вспоминая, что может быть не так.
Вместо ответа царившая до этого тишина взорвалась громким истеричным хохотом мужчин, а я, как дура, стояла и растерянно смотрела на пунцовые от смеха лица. Что здесь происходит вообще?
Спрашивать у хохмачей смысла не было. Они и слова из себя не смогут выдавить. Засунув руку в карман пиджака, достала пудреницу, которую забыла вытащить, и открыла зеркальце. Фосфорный маркер. Его чернила не видны при дневном свете, зато ярко проявляются под неоном. Как удержалась и не зарычала от злости, не знаю. Меня превратили в светящуюся мартышку. Намек более чем прозрачный, чьих рук это дело. Только как? Руслан не мог знать про вечеринку, так же как и проникнуть туда без приглашения. Или мог? Да и какой смысл был так поступать, если он понятия не имел о сегодняшней презентации?
Бушующие эмоции, как и желание найти мужа и оторвать тому что-нибудь жизненно важное, я кое-как подавила и растянула на лице улыбку. Сейчас не время и не место устраивать сцены.
– Представляю вам еще одну идею по декорированию, – указала на свое лицо. – Очень рада, что получилось поднять вам настроение, господа. Мы можем разрисовать тела актеров вот такими маркерами. Например, какими-нибудь символами, – выкрутилась из ситуации, мечтая придушить виновника своих бед и, одновременно поблагодарить его за новую идею. Нет, как же он это провернул? Ведь нереально!
Клиентам мое предложение понравилось. Ситуацию с разрисованным лицом я представила, как запланированную, так что не опозорилась, а наоборот получила некоторую выгоду. Презентация прошла идеально, отчего настроение заметно повысилось. Даже Руслана убивать перехотелось. Нет, он, конечно, еще получит за такие дела для профилактики, но больше меня сейчас заботило то, как у него это получилось. И почему мне кажется, что без чьей-то помощи тут не обошлось? Вот только чьей?
Остаток рабочего дня пролетел незаметно. Домой я практически бежала, надеясь, что застану мужа дома. Сейчас он мне все расскажет. Никогда не думала, что встречу человека с фантазией и креативностью моего уровня, кроме Кима, конечно. Руслан в этом плане интриговал. Только что-то мне подсказывало, что это не конец. После той выходки, Орлеанский не мог ответить детской шалостью. Наверное, решил притупить бдительность. Выжидает, когда я окончательно успокоюсь и решу, что в безопасности. Лично я сделала бы именно так. Что ж, посмотрим, дорогой, кто кого переиграет. Чувствую, это будет весело.
В подъезд забегала, аж подпрыгивая от предвкушения. Как ребенок, честное слово. Испытывала то самое чувство, когда игра набирает обороты и подстегивает все сильнее, интригует, заставляет кровь бурлить, вскипать. Когда адреналин зашкаливает, провоцируя на безумные поступки, а тормоза полностью отказывают. Хочется больше и больше. Не останавливаться, бежать вперед. И не терпится узнать, что же ждет впереди.
В квартиру я забежала с широченной улыбкой на лице. Постояла немного, успокаиваясь и заставляя себя принять серьезный вид. Я же злиться должна, как никак. На кухне гремели кастрюлями. От понимания, что муж дома и не проводит время со своими воздыхательницами, улыбка расползлась снова. Никогда еще не чувствовала себя настолько глупо. Внутренние противоречия раздирали изнутри. Хотелось одновременно сдаться и упрямо двигаться к своей цели. И я не знала, чего хочу больше, поэтому решила плыть по течению и не отклоняться от уже намеченного плана.
Руслан что-то готовил. Так увлекся, что даже не заметил, как я вошла. Какое-то время просто наблюдала за ним, опершись плечом на дверной косяк. На муже красовался тот самый фартук, подаренный ему моим отцом. Не знаю, что на меня нашло, но от этой картины внутри все сжалось, а на глаза навернулись слезы. Глупость какая. Неужели растрогалась от вида Орлеанского на своей кухне? Это все Карина с Оксаной. Мозг мне запудрили своими розовыми мечтами, а теперь и я, похоже, заразилась. Не к добру это. Совсем не к добру.
Встряхнув головой, осекла себя и приказала выкинуть из головы неправильные мысли. А чтобы снова не поддаться глупому настроению, кашлянула, обнаруживая свое присутствие. Руслан повернулся ко мне и расплылся в шкодной улыбке. Точно он. У него на лице все написано.
– И как это понимать? – грозно спросила, скрестив руки на груди.
– Решил приготовить ужин для милой женушки. Паста с креветками подойдет? – невинно произнес муж и подмигнул, делая вид, что не понимает, о чем я.
– Ты прекрасно знаешь, что я имела в виду.
– Родная моя, я не телепат. Говори прямо, – откровенно веселился Орлеанский.
– А ты у нас еще и художник, оказывается, да? Думал, подловишь меня? Спешу тебя расстроить, ничего у тебя не вышло. Кстати, спасибо за идею, – беззлобно заявила, наблюдая за реакцией мужа, которой не было. Он продолжал тепло улыбаться и никак себя не выдавал.
– Не знаю, о какой идее ты говоришь, но не за что, мартышка. Для тебя ничего не жалко. Голодная?
– Слабительное, снотворное…яд? – спросила, стараясь не выдать своего желания согласиться. Запах стоял умопомрачительный.
– Ты меня недооцениваешь. Не люблю повторять за кем-то, да и совсем неинтересно быть предсказуемым. Конечно, если ты не хочешь, заставлять не буду. Лично я дико голоден, – блеснув жадным взглядом, муж выделил последние два слова, давая понять, что вкладывает в них более глубокий смысл.
Каждая клеточка тела наполнилась жаром. Дыхание сбилось. Реакция на провокацию Руслана мне совсем не понравилась. Слишком остро стала ощущать тягу к нему, и это пугало. Пугало так, что хотелось убежать от мужа как можно дальше. Я привыкла к своему образу жизни, меня все устраивало, а теперь мой мирок, что выстраивался столько лет, рушился, как карточный домик от легкого дуновения ветерка.
Я села за стол и опустила глаза. Не могла смотреть на Орлеанского. Боялась, что он все поймет. Раскусит меня и решит, что победил. Но это не так. Мы еще поборемся. Руслан усмехнулся и принялся раскладывать пасту по тарелкам. Я внимательно наблюдала за ним, следила, чтобы в еду ничего не подсыпал.
– Я даю тебе свое слово, что в еде ничего нет, – твердо заявил муж, усевшись напротив меня. – У меня есть более интересные методы воздействия на тебя.
– Это какие же?
– Увидишь, всему свое время, – загадочно улыбнулся Руслан и добавил. – Приятного аппетита.
Ужин прошел в тишине. Не знаю, о чем думал муж, а я судорожно просчитывала варианты его мести. Пыталась предугадать, что меня ждет, но на ум ничего не приходило. Ясно было одно – месть будет, и мало мне не покажется, судя по хитрой ухмылочке Орлеанского.
Он открыто рассматривал меня. Буквально пожирал потемневшими от желания глазами, заставляя вспыхивать словно спичку. Теперь я могла с уверенностью сказать, что знаю значение фразы «ласкать взглядом». Чувствовала, как кожа горит в тех местах, где останавливается жаркий взгляд супруга. От смятения даже вкуса еды не чувствовала. А как только доела, скомкано поблагодарила за вкусный ужин и сбежала в свою комнату, закрыв дверь на замок. Да, струсила. А признав это, разозлилась на саму себя за проявленную слабость.
Бессильно упав на кровать, зажмурилась и сделала несколько глубоких вдохов. Весь мой идеальный план сорвался, и теперь я не знала, как себя вести и какой путь выбрать. Еще и Руслан… От одной мысли, что умудрилась влюбиться в него, становилось жутко. Я все еще помнила ту боль, которую когда-то испытала. Предательство любимого человека способно надолго выбить из привычной жизни, окрасить окружающий мир в черно-белые краски, сделать его безликим и пустым, а твое существование бесполезным, бесцельным. Хотела ли я прочувствовать это снова? Нет, нет и еще раз нет. Не будет этого.
Решив, что буду бороться до последнего, переоделась в пижаму и легла спать. Утро вечера мудренее. А Орлеанский рано или поздно оставит меня в покое.
Уже со следующего утра началось веселье. Сначала Руслан поменял мой стакан с утренним молочным коктейлем на стакан с ненавистной пинаколадой, пока я собиралась на работу. Я в ответ пробралась в ванную, когда он был в душе, открыв замок ложкой, и стянула все полотенца, заменив их на несколько комплектов нижнего белья, связанных между собой, после чего убежала на работу, ехидно хихикая.
«Очень смешно, мартышка. Тебе хоть полегчало?» – пришло через какое-то время сообщение от мужа. А когда от меня не последовало ответа, телефон завибрировал снова. – «Удачного дня. Кино вечером?»
«Даже не мечтай, жучара. Я все еще жду развод» – быстро напечатала ответ и отправила, даже не заметив, как глупо улыбаюсь. Лишь посмотрев в зеркало заднего вида, поняла, что выгляжу, как влюблено-окрыленная дурочка.
«Понял, просто ужин и романтическая комедия на домашнем кинотеатре. Пицца или суши?»
«Свидетельство о расторжении брака» – никак не хотела сдаваться, но улыбалась уже так широко, что скулы болели.
«Значит, суши»
«Я не приду»
«Врешь. Ты не сможешь устоять перед своим любимым «Унадзю», я точно знаю. До вечера, мартышка. Сильно не шали»
«Не умею» – коротко ответила и бросила телефон на заднее сидение.
Что я творю? Зачем заигрываю с ним и позволяю подбираться к себе все ближе и ближе? Ответов на эти вопросы не было. Точнее, я не хотела признавать их. А еще в тайне молилась, чтобы месть Руслана была поистине жуткой. Хотелось хоть в чем-то обвинить его, сделать виноватым и окончательно оттолкнуть от себя…или наоборот, себя от него.
Я совсем запуталась. А самое ужасное, мне даже не с кем поделиться своими переживаниями. Карина опять затянет песню, что пора сдаваться и не выпендриваться, с папой на такие темы я никогда не стану разговаривать, с мамой тем более… А я не хочу сдаваться. Не хочу и все!
В тот вечер я домой не пришла. Осталась у Карины, которой впервые в жизни не стала ничего рассказывать. Просидела у нее до часу ночи, игнорируя звонки и сообщения мужа. Когда зашла в квартиру, он уже спал. Внутри кольнуло чувство вины, когда в мусорке на кухне обнаружились заказанные суши, но я решила, что так даже лучше. Чем быстрее Руслан поймет, что нам не по пути, тем лучше.
После того вечера наши отношения никак не изменились. Мы продолжали разыгрывать друг друга, Руслан не прекращал попыток меня соблазнить, а на все мои выходки реагировал снисходительной улыбкой, чем раздражал еще больше. В одну из ночей я подошла к нему спящему, откинула одеяло и, стараясь не закапать слюной его идеальный торс с завлекательными кубиками пресса, вылила ему на боксеры зеленку. Орлеанский мне ничего не сказал, даже не показал, что разозлился, просто добавил изумрудное зелье мне в шампунь, а ночью на всю громкость врубил запись японской порнографии. Боже, какие же они писклявые! В ответ я записала все это безобразие на диктофон и, стянув из коридора плеер мужа, с которым он отправлялся на пробежку каждое утро, стерла оттуда все песни, кроме одной и загрузила туда злосчастную запись, после чего вернула позаимствованную вещь на место.
Вся эта неделя стала моим личным кошмаром. Чередой невезения. Казалось, что на меня обрушились все кары небесные. Ким гонял меня по встречам с клиентами. Еще никогда в жизни я не занималась исключительно разъездной работой. И на каждой такой встрече со мной случались неприятности. То кто-то прольет кофе мне на блузку, то одна из жен клиента решила, что я его любовница и, закатив истерику, чуть не вцепилась мне в волосы, а на последней встрече с футбольным тренером детской команды меня несколько раз сбили с ног мелкие хулиганы. Причем я уверена, что делали они это специально. Даже зарычала от злости, когда очередной негодяй сделал вид, что не успел затормозить.
– Райский, твою мать! Что за игры у вас сегодня?! – рявкнул на парнишку Сергей, помогая мне подняться. – Простите, не знаю, что на них нашло сегодня. Не ушиблись?
– Нет, но…
– Эти дети иногда сводят меня с ума. Вечно ударит им в голову что-то и не остановишь. Простите, еще раз. Я компенсирую все неудобства. Вы не будете против премии?
– Не откажусь, – не стала выпендриваться, решив, что хорошая премия вполне может скрасить неприятные впечатления.
– Тогда мир? – виновато произнес клиент и протянул мне руку.
– Любой каприз за ваши деньги, – усмехнулась и вложила свою ладонь в его. – Варианты розыгрышей мы пришлем вам на электронную почту. Как только утвердите один из них, мы подготовим презентацию и, если вас все устроит, то приступим завершающему этапу, – с улыбкой отчиталась, еле подавляя желание намылить кое-кому шею. Во время последнего падения отбила себе попу, и теперь она ноет. По-любому синяк останется.
– Мирослава, с вами безумно приятно работать.
– Взаимно, Сергей. Что ж, уже поздно. Я, пожалуй, пойду.
– Спасибо, что уделили мне время. И простите еще раз моих оболтусов. Обещаю, сегодняшняя тренировка станет для них самым страшным наказанием, – улыбнулся светловолосый крупный мужчина с добрыми глазами.
– Только не переусердствуйте. До свидания.
– До свидания.
До машины практически бежала. Больше никаких сделок с Кимом. Сбросил на меня всю работу, а сам непонятно чем занимается. Вот как только увижу, все ему выскажу.
Только я обрадовалась, что сумасшедший день закончился, как напарник объявился сам. Звонок от него разозлил. Точно решил меня добить.
– Привет, красотка, как дела? – замурлыкал бархатистый голос Кима на том конце.
– Ким, это уже переходит все границы, я…
– Малыш, ну, пожалуйста, последний раз. И обещаю, больше тебя не побеспокою.
– Ким…
– Мирусь, а я тебе говорил, что безумно тебя люблю?
– Ты…
– Да, знаю, хитрый лис, которого ты тоже очень любишь и обязательно выручишь, так же как и он тебя, правда? – уверенно закончил за меня фразу Ким, заставляя улыбаться. Не могу ему отказать.
– Хорошо, – обреченно выдохнула.
– Спасибо, крошка. Адрес скину сообщением, – довольно бросил Ким и отключился.