Глава 18

Нет, ну это просто издевательство! Кто устраивает деловые встречи в злачных районах? И где это клиент? Я стояла на темной улице, где работали далеко не все фонари. Вокруг ни души. Страх липкой скользкой змеей сковывал по рукам и ногам. Это шутка такая? Да меня здесь в один миг прибьют, и никто даже не заметит. Может, сбежать, пока не поздно? А потом Киму вставить за такие дела. Он, вообще, знает, куда меня отправил?

Я уже собиралась позвонить напарнику и высказать все, что о нем думаю, как из-за поворота вырулила полицейская машина. Слава богу. Теперь хоть не так страшно. Зря я так подумала.

Автомобиль остановился около меня, а дальше все происходило в замедленном действии. Я словно со стороны наблюдала, как передняя пассажирская дверь отворилась, и оттуда вышел грузный мужчина с кустистыми бровями. Это все, что мне запомнилось в его внешности. Не успела я подумать, что понадобилось стражам правопорядка, как мне заломили руки за спину, вырвав телефон и сковав их наручниками, и запихнули в полицейскую машину на заднее сидение.

– Вот и попалась, бабочка! – донесся до подсознания мужской грубый голос. А я так растерялась от происходящего, что потеряла дар речи, как и способность к рациональному мышлению.

Лишь спустя несколько минут начала осознавать, что произошло. Меня приняли за проститутку? Но это же ошибка! О чем я тут же поспешила сказать, но полицейские только рассмеялись и сказали, что у них такие ошибки каждый день в отделение поступают.

– Но это правда! Вы хоть знаете, кто мой отец?! – в сердцах выкрикнула, чувствуя, как наступает паника.

– Уверен, что, как минимум, президент, – заржал тот, кто запихивал меня в машину. – Сиди и не рыпайся. Документов у тебя с собой нет, так что до выяснения обстоятельств в камере посидишь.

– У меня права в машине! – схватилась за спасительную ниточку, но и тут меня ждала неудача.

– Ага, а у меня миллион долларов в бардачке, – отозвался второй полицейский, и они с напарником снова загоготали.

Я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, призывая себя к спокойствию. У них на меня все равно ничего нет. А как только все выяснится, меня отпустят. Все будет хорошо. Долго меня все равно здесь не продержат. Разговаривать и что-то доказывать больше не пыталась, понимала, что это бесполезно, но и духом не падала. В конце концов, ну посижу в отделении какое-то время. Тоже опыт. Адреналин, как никак. Давно меня так не трясло от ужаса.

По приезду в отделение меня впихнули в пустую камеру. Спасибо хоть на этом. Соседство с местными бомжами и ночными бабочками вряд ли мне пришлось бы по вкусу. Я бессильно опустилась на лавку и с обреченным стоном зарылась пальцами в волосы. Думай, Мира, думай, как теперь выбираться. Эти ребята явно что-то задумали. Даже не дали позвонить. Обвинили меня в проституции, а на все протесты только ржали, как кони. Ну, ничего. Мне бы только выйти отсюда, а потом я им устрою сладкую жизнь. Расскажу все папе, у которого много важных знакомых, и этих двоих в два счета отсюда выставят.

Только я себя успокоила, как передо мной выросла фигура полицейского. Того, который с бровями. В очередной раз все внимание сконцентрировалось на них и на телефоне, который мужчина прижимал к уху.

– Да, здесь она. Пока смирная, – недобро улыбаясь, бросил он в трубку, а я напряглась, пятой точкой чувствуя приближение реальных проблем. – Ага, разбежался. Ты бы ее взгляд видел. Как у бешеной тигрицы. Вот приедешь и сам ее накачаешь. Мы свою часть выполнили, а ты дальше сам разбирайся с ней…

Он все говорил и говорил, но дальше я уже не слушала. Что это значит? Что со мной делать собираются? Это уже совсем плохо. И что теперь делать? Как выкручиваться? Отпускать меня явно не собираются. В мозгу крутились настолько жуткие мысли, что внутри все заледенело от ужаса. Что я могу противопоставить мужчинам? Тем более нескольким. С одним еще, может быть, справилась, но с двумя и больше…

– Скоро за тобой приедут, красавица. Недолго тебе скучать осталось, – вырвал из ступора голос полицейского.

– Кто приедет?! Кто?! – схватилась за решетку и дернула ее, будто могла ее сломать. Сердце зашлось в диком ритме, так и норовило выскочить из груди. Еще и камера эта. Ненавижу замкнутое пространство.

Мой надзиратель только гадко улыбнулся и поспешил удалиться, насвистывая веселый мотив себе под нос.

– Эй! Отпустите меня, немедленно! Я вас посажу всех, уроды! Немедленно выпустите меня! – закричала что есть мочи, ударяя ногами по чертовой решетке. Нет, это невозможно. Не могло это случиться со мной. Не могло и все.

Вот теперь мне стало реально страшно. Сколько подобных историй я уже слышала, но даже мысли не допускала, что такое может произойти со мной. Неизвестность давила с такой силой, что стало трудно дышать. Страшно, как же страшно. И ведь нет ни одного шанса на спасение. Выбраться никак не получится…

***

Руслан не находил себе места. Они с Кимом сейчас должны ехать за Мирой, а в итоге пришлось ехать и вызволять близнецов, которые угодили в отделение за пьяную драку. По-хорошему, оставить бы их там для профилактики и пусть выкручиваются, как хотят. Но звонок матери, которая умоляла его помочь сводным братьям, вынудил пойти у нее на поводу. Орлеанский каждый раз велся на жалобный дрожащий голос этой женщины. Не мог ей отказать, зная, что отчим потом на ней отыграется за неповиновение приемного сына, а она, как всегда, молча это проглотит, изображая покорную невинность. Руслан понимал, что мать сама виновата, но не хотел быть причастным даже косвенно к ее унижению.

– Ей точно там ничего не сделают? – спросил Орлеанский Кима, когда они подъехали к отделению полиции, где задержали близнецов.

– Я же сказал, что нет. Подумаешь, посидит немного в обезьяннике. Ничего с ней не случится. И да, я сказал, чтобы ее не пугали, – обреченно протянул напарник Миры.

– Ладно, я постараюсь побыстрее, – бросил Руслан и вышел из машины, переживая за жену, которой придется какое-то время посидеть в неволе.

А Ким, не теряя времени, проследил за тем, как муж подруги скрылся в здании полиции и набрал номер знакомого, который помог ему в розыгрыше Миры. Хоть Руслан и запретил ему это делать, не смог удержаться, зная, что напарница крепкий орешек и простым ограничением свободы ту не напугать. Если уж разыгрывать, то по полной программе. Тем более он до сих пор злился за утайку ценной информации, а потому не испытывал угрызений совести. Знал, что получит сначала, но потом подруга его простит. Так же как и он ее. Да и Мира сама бы его разыграла, если бы такой случай представился.

Руслан вышел спустя полчаса, раздавая подзатыльники двум близнецам. Те явно огрызались, но было видно, что Орлеанского побаивались.

– Подумаешь, погуляли немного! Имеем право, между прочим! – бурчали они недовольно, усаживаясь на заднее сидение.

– Тогда сами и отвечайте за свои гулянки! Может, мне вас обратно сдать? Или отцу вашему позвонить и рассказать, как вы тут экзамены сдаете?

– А что сразу отцу? – запереживали парни, нервно переглядываясь.

– Да потому что я вам в няньки не нанимался. Еще одна выходка, и я вас вытаскивать не буду. И даже мать вас не спасет. Достали! – выругался Руслан и завел машину. – Сейчас поедете с нами. И попробуйте только что-нибудь выкинуть. Ясно?!

– Да ясно-ясно, – сникли близнецы и затихли.

Орлеанский гнал так быстро, как мог. Уже сто раз пожалел. Стоило ему представить жену испуганной и беззащитной, сидящей за решеткой, как внутри все наизнанку выворачивало. Но в тоже время Руслан не мог так просто спустить ее поступок. Мира должна понимать, что нельзя так шутить над людьми. Лишь это немного успокаивало разыгравшуюся совесть. Ким же наоборот, сидел и улыбался во все тридцать два зуба, явно наслаждаясь сделанной пакостью.

Припарковавшись возле отделения полиции, где держали Мирославу, Орлеанский пулей вылетел из машины и понесся к входу в здание. Хотел как можно быстрее забрать жену и постараться сделать так, чтобы она не сильно обиделась. Опасения, что она может и не простить, выжигали изнутри. Может, не стоило оно того? Ведь Мира только начала оттаивать. Нет, она не сдавалась, но Руслан отчетливо видел в ее глазах, что она почти готова. Нужно было только подтолкнуть ее, встряхнуть, чтобы, наконец, поняла – не убежит уже от него. Вся принадлежит лишь ему, только никак признать это не хочет.

– Не торопись, Ромео, – нагнал его Ким. – Хочу увидеть ее лицо, когда она поймет, кто ее провел.

– Я бы на твоем месте не радовался, – скептически заметил Руслан.

– Ой, ну пообижается она немного, обматерит, ничего страшного. Зато потом вместе посмеемся. Мы с Миркой из другого теста. Поверь, для нее все пройдет легче, чем для кого-то другого, потому что это наша работа. Наша жизнь, – поучительным тоном заявил Ким.

– Ну-ну, удачи тебе, напарник. И мне тоже не помешает, – усмехнулся Руслан и открыл дверь.

Мира сидела на лавке, закрыв лицо руками. Как только услышала шаги, вздрогнула и подняла глаза, а увидев, кто за ней пришел, замерла с открытым ртом и широко распахнутыми глазами.

– Привет, подружка! Ну, как ты тут, скучаешь? – насмешливо протянул Ким, а в глазах его напарницы зажглось понимание.

Руслан внимательно следил за сменой эмоций на лице жены. Как она медленно осознает, что это все был розыгрыш, что сейчас ее выпустят на свободу, а сам перестал дышать, ожидая ее реакции. Зная взрывной характер Миры, он бы ничему не удивился.

Она еще с минуту прожигала взглядом Орлеанского и своего напарника, а затем захохотала. От ее смеха с нотками подступающей истерики стало не по себе. Руслан опасливо покосился на Кима, но тот мотнул головой, как бы говоря, что все в порядке.

– Откройте дверь, – бросил Руслан полицейскому.

– А может, пусть успокоится сначала? – засомневался тот.

– Откройте дверь, – угрожающе протянул Орлеанский.

К тому времени, как ее освободили, Мира уже отсмеялась. Она вышла из камеры с гордо поднятой головой. Смерила Руслана уничтожающим взглядом прищуренных глаз и бросила:

– В расчете. Уел, – развернулась к напарнику, который расплылся в довольной улыбке, и достаточно долго прожигала его немигающим взглядом. Ким заметно напрягся и даже открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел. Получил кулаком в глаз от разгневанной подруги.

– Предатель, – коротко бросила Мира, поглаживая костяшки пальцев, и повернулась к полицейскому, не обращая внимания на шипение Кима, который морщился от боли, потирая ушибленное место. – Где мои вещи?

Мужчина молча протянул ей сумку. Мира буквально вырвала ее и решительным шагом направилась к выходу.

– Мира, подожди, – дернулся за ней Руслан, но замер на месте, когда она повернулась к нему и окатила ледяным взглядом. Он даже не думал, что она может смотреть так. Будто душу изнутри вымораживает, сковывает толстым слоем льда. – Давай я хотя бы провожу тебя до машины. Сейчас поздно, это опасно…

Мира на это только усмехнулась и, ничего не ответив, вновь направилась к выходу. Оставить ее одну в такой момент Руслан не мог, поэтому молча пошел за ней. Отделение полиции находилось недалеко от того места, где должна была стоять машина жены. Орлеанский помахал Киму рукой, прощаясь, а тот улыбнулся в ответ и кивнул, одобряя его намерения.

Руслан шел за супругой на расстоянии, понимая, что сейчас не лучшее время для разговора. Решил дать ей время остыть и переварить все произошедшее. Ее поведение было ожидаемо, но отдавалось неприятным тянущим ощущением под ложечкой. Розыгрыш, конечно, удался, но никакого удовлетворения от мести Орлеанский не чувствовал. Даже в какой-то степени жалел о содеянном, но сделанного не вернешь. Они оба заигрались и потеряли контроль над ситуацией. А как все исправить, никто не знал. Если продолжать в том же духе, то жертв не избежать. Поймет ли это Мира? Ответа на этот вопрос у Руслана не было.

Он хотел поговорить с женой, выяснить, наконец, отношения, прийти совместно к какому-то решению, но сомневался в том, что она пойдет ему навстречу. Но попробовать-то стоит. Однозначно, чувства у нее есть. Орлеанский видел это в ее глазах, да и в поступках тоже. Не стала бы Мира так рьяно отталкивать его, если бы не боялась эмоций. В любом случае, сдаваться Руслан не собирался. Он добьется своего, во что бы то ни стало. И для начала вернет, наконец, деньги тестю. Плевать, одобрит он их брак с Мирой или нет. Руслан сможет доказать, что достоин своей жены, способен сам осуществить свою мечту и обеспечить дочери Андрея Михайловича ту жизнь, которую она заслуживает. И сделает это завтра. Сразу после работы отправится в гости к тестю и озвучит свои намерения.

Мира за все время пути так и не повернулась. Как только дошла до машины, села за руль и резко сорвалась с места. Руслан проводил взглядом удаляющийся автомобиль и пошел обратно, надеясь, что близнецы не успели в очередной раз что-нибудь натворить. Общаться с ними или с кем бы то ни было желания не было. Хотелось просто вернуться домой и растянуться на кровати.

Прошедшая неделя показалась Руслану особенно тяжелой. Приходилось вырываться на встречи с Екатериной, чтобы приставленная к ней охрана передавала их родителям нужные сведения. Постоянные звонки отчима выводили Орлеанского из себя. Он уже готов был послать его ко всем чертям, но навязанная невеста уговорила повременить с этим. Она хотела сбежать со своим женихом и сейчас они усиленно готовились к тому, чтобы навсегда уехать из страны. Руслану ничего не нужно было делать, только строить из себя заинтересованного мужчину, а затем помочь влюбленным официально зарегистрировать брак в России и сделать это до того, как им помешают, а после обрадовать отчима новостью о сбежавшей невесте. Такой вариант Орлеанского полностью устраивал.

Когда он вернулся к своей машине, близнецы сидели внутри и выглядели слишком уж довольными. Кима поблизости не наблюдалось. Руслан сел за руль и впился пристальным взглядом в сводных братьев.

– От чего такие веселые? – не удержался он от вопроса. Эти их предвкушающие улыбки на лицах не предвещали ничего хорошего.

– А это твоя жена была? Красивая, – мечтательно закатив глаза, выпалил Марк, за что тут же схватил подзатыльник. – Эй! Чего дерешься? Совсем оборзел, шпала?!

– Даже не вздумай! Увижу кого-то из вас рядом с ней, уши оторву, поняли? – рявкнул Руслан. Зря он этих оболтусов с собой взял. Теперь еще следить за ними, чтобы гадости какой не сделали. – Сейчас вас отвезу в гостиницу и чтобы были тише воды и ниже травы, усекли?

– Да, – насупились близнецы.

– Вот и славно, – бросил Орлеанский.

***

Когда я приехала домой, все еще находилась в состоянии шока. Поверить не могла, что Ким так поступил. За моей спиной сговорился с Русланом и так жестоко разыграл. Почему-то я была уверена, что по большей части идея принадлежала именно ему. В целом, надо сказать, что розыгрыш получился отменный. Я реально повелась и испугалась, а для этого нужно постараться. Злости на Руслана не было. Он имел полное право отомстить, что и сделал. И может быть, я бы даже посмеялась вместе с ним над всей этой ситуацией, но предательство Кима выбило из колеи. Мы же напарники. Должны доверять друг другу и всегда держаться вместе, а теперь, о каком доверии может идти речь?

Я бессильно упала на кровать в комнате, даже не включив свет. Так обидно мне было лишь раз в жизни – когда Алекс уехал в Америку и даже не подумал обо мне. Наверное, сейчас ситуация отчасти повторилась. Только в этот раз предал хороший друг. Я догадывалась, почему он на это пошел, но ведь Ким мог подойти и поговорить. Все выяснить. У меня были весомые причины, чтобы не рассказывать о своем замужестве.

Всхлипнув, уткнулась лицом в подушку и затряслась в тихих рыданиях. Забыла, как больно, когда близкие люди бьют в спину. И как теперь мне ходить на работу? Как смотреть в глаза Киму? Наверное, пора уже прекращать жить детскими шалостями. Пора взрослеть и думать о более серьезных вещах. Завтра же пойду к генеральному и соглашусь на повышение. В конце концов, мне не всегда будет двадцать пять. Да и сегодня я прочувствовала на своей шкуре, что ощущали люди, которых я разыгрывала. Честно сказать, приятного мало. Лучше уж займусь делами в офисе. Потому как лично участвовать во всем этом уже не хочется. Надо отдать Руслану должное, он все-таки заставил меня повзрослеть и по-другому взглянуть на многие вещи.

Стоило подумать о нем, как послышался щелчок дверного замка. А уже через минуту муж зашел в комнату и остановился в дверном проеме.

– Мир…

– Не сейчас, я не готова, – тихо обронила, стараясь скрыть дрожь в голосе. Не хотела, чтобы Рус понял, в каком состоянии я нахожусь.

– Ну, прости меня, – выпалил он и подошел к кровати. Матрас прогнулся под его весом, а я вся напряглась и зажмурилась от его близости. – Мы оба заигрались. Так больше не может продолжаться.

– Так разведись со мной, и все закончится, – тяжело выдохнула, а у самой сердце разрывалось от мысли, что в этот раз он послушается.

– Почему ты не хочешь хотя бы попробовать? Я же вижу, что нравлюсь тебе…

– Рус, я прошу тебя, давай не сейчас.

– Хорошо. Хорошо, Мир, сегодня я тебя оставлю. Ты подумай. Я готов идти на компромиссы. Мы можем все обсудить. Но отказаться от тебя я не могу. Так же как и отпустить. Ты моя жена и ей останешься. Можешь брыкаться, выпендриваться, но в итоге все равно поймешь, что уже давно моя, – уверенно отчеканил Орлеанский и нежно коснулся губами виска, выворачивая душу наизнанку своими действиями и словами. И я обязательно подумаю обо всем. Только завтра, когда хоть немного приду в себя. – И знай, что я всегда готов тебя выслушать. В любое время. Все можно решить, – еще один мимолетный поцелуй, и Рус оставил меня одну, дрожащую от нахлынувших чувств, которые контролировать становилось все сложнее.

Не успела я выдохнуть, как запиликал телефон. Алекс все никак не успокоится. Неужели игнор с моей стороны ни о чем не говорит? Пора уже поставить во всем этом окончательную точку.

– Да, – ответила обреченно.

– Котенок, сколько можно меня мучить? Давай встретимся.

– Давай. Завтра в восемь. Адрес сообщением скину, – сухо бросила, но Алекс только обрадовался моему согласию. Глупый, я согласилась только для того, чтобы окончательно лишить его надежд.

Попрощавшись с ним, выключила телефон, переоделась в пижаму и легла спать.

***

– Ну! Доставай! – выпалил Марк, как только они с братом оказались в номере.

Пока близнецы сидели в машине Руслана, успели прошерстить бардачок и нашли там один интересный договор. Учитывая, что отец в последнее время был сыновьями недоволен, они решили, что стоит его задобрить и рассказать о том, что успели узнать.

– Давай сначала еще раз прочитаем, а потом уже бате позвоним. Он же дотошный, начнет вопросы задавать, – доставая сложенный пополам договор из внутреннего кармана куртки, предложил Антон.

Марк посчитал идею брата гениальной, поэтому расположился рядом с ним на диване и сосредоточенно вчитывался в текст.

– Да это золотая жила! Ты прикинь, как батя будет счастлив? – воодушевленно воскликнул Марк, дочитав договор до конца. – А если батя счастлив…

– То и мы в шоколаде! – закончил за него Антон, доставая телефон из кармана и набирая отца. – И шпалу прижучим, а то совсем страх потерял.

– Точняк, братиш! Сейчас мы его уделаем по полной, – стукнулись кулаками близнецы. – Давай, звони!

– Что еще у вас случилось? – заворчал в трубку Артур сонным голосом.

– Пап, а у нас для тебя сюрприз, – самодовольно протянул Антон. – Мы тут на шпа…на Руслана компроматик откопали.

– Ну? – уже более заинтересовано бросил мужчина.

– Короче, он тут сделку заключил с отцом своей жены. Тот ему отстегнул шестьсот штук, чтобы Рус с его дочей не разводился. Кстати, я бы с ней и так разводиться не стал. Красивая, слов нет. Я бы ей…

– А сейчас давай без комментариев и по делу. Прочитай мне весь договор дословно.