Глава 20

Девочки уже не чаяли меня увидеть живой, поэтому вчера я наслушалась много всего о себе любимой. Несмотря на то, что с Римой и Геттой я не особо ладила, их беспокойство было где-то даже приятно.

Вот только о моей находке я им ничего не сказала. Нет, девушки они сами по себе не плохие, но они будущие целители. Не то чтобы я их в чем-то подозревала, но… Но ведь Лиса пропала, когда была с ними. Да, конечно, это паранойя, но мне не хотелось им говорить, а шестому чувству я привыкла доверять.

А еще меня очень заботило, что такого нашел рен Зеер, что пришлось собирать своих и отсылать меня. Хотя насчет этого у меня были самые недобрые предчувствия.

Лису кто-то выбросил в карьере полуживую. И вряд ли она дотянула бы до утра, ведь сейчас хоть и не мороз, но по ночам уже довольно прохладно, это не говоря о том, что на ней живого места не было. Из того, что я смогла рассмотреть.

А теперь внимание — вопрос: кого еще выкинули вот так же в тот карьер?

Девушки у них пропадают, значит? Если они все, как Лиса, пропадали в городе, то территорию Академии, а тем более карьер, могли и не обыскать. А ведь тут ничего не закрывается — ходи, где хочешь, носи, что хочешь. Особенно ночью. Да и с другой стороны могли подойти — забора-то нет, а дома там очень далеко — никто ничего не увидит.

— Сколько трупов вы еще нашли? — спросила я рена Зеера, когда меня на следующее утро вызвали для очередного допроса. Опять я без завтрака осталась, да.

В кабинете, помимо меня и Алека, присутствовал, конечно же, Марч и еще почему-то декан факультета артефакторов магистр Гош. Его я сегодня видела впервые, не считая представления в первый учебный день. Но тогда я на него не смотрела, только отметали лысину на всю голову, да и все.

— С чего вы?.. — сделал стойку, а по другому не скажешь, безопасник.

— Два и два сложить не сложно, — отмахнулась я. — А карьер — это слишком удобное место, чтобы прятать в нем тела, возникни такая необходимость. Когда рен Зеер вчера решил меня спровадить поскорее, я поняла, что находка может быть не самой приятной. Что может быть менее приятным, чем труп не первой свежести?

— Вы слишком спокойны и логичны, рассуждая о подобных вещах, — усмехнулся магистр Гош.

— Мою соседку и, надеюсь, подругу, похитили неизвестные в центре города, а потом я ее по чистой случайности нашла на дне карьера на территории Академии. Мне кажется, все это не располагает к юмору.

— Кстати о случайности…

— Магистр Гош, если бы я была в этом хоть как-то замешана, я бы просто прошла мимо, а еще лучше не пошла к общежитию через карьер. Точнее я бы, как все первокурсницы, после ужина пошла в свою комнату. Меня бы никто ни в чем не заподозрил, а тело Лисы и остальных еще очень долго не нашли.

— Вы правы, — кивнул тот. — И все же, как вы там оказались.

— Я шла из библиотеки. Рен Зеер может подтвердить, что я там была почти до закрытия. Когда он ушел, я собрала книги, положила на кафедру библиотекарю и…

— Вы ему их не в руки отдали?

— Нет, он был где-то в подсобке и не выходил.

— Вы его слышали?

— Нет, — я задумалась. — Нет, не слышала.

— Я тоже не слышал, — кинула Алек, — но при моем появлении он ушел именно в том направлении.

— Ладно, что было дальше?

— Дальше? Я пошла в общежитие, но не по короткой дороге. Мне хотелось прогуляться, погода пока позволяет.

— Вы всегда гуляете по темноте?

— А что, есть какая-то опасность? — хмыкнула я.

— Вас в прошлый раз чуть мутант не съел, — ехидно отозвался рен Зеер. — Если бы я не оказался рядом…

— В темноте — мутанты, днем в центре города — похитители. Тут не угадаешь, — не менее ехидно ответила я. — Вы мне предлагаете вообще из общаги не выходить, а на занятия являться мелкими перебежками?

— В городе до сих пор всех мутировавших во время прорыва животных не выловили. И кто вам сказал, что они не могут прийти сюда? — нахмурился Алек. — Меня ваше несерьезное отношение к этому просто поражает!

— Давайте вернемся к теме встречи, — покачал головой Марч, видя, что я собираюсь ответить Зееру что-то не менее едкое. — Так вот, вы шли по границе карьера и услышали крик.

— Тихий крик. Она же была далеко внизу.

— Думаете, она слышала, как вы идете?

— Нет, вряд ли, — нахмурилась я.

— А не могло быть так, что вас позвал кто-то другой?

— Из карьера? Из карьера не видно дорогу наверху, и меня невозможно было бы рассмотреть за кустарником. А звук явно был снизу, вы же слышали.

— Слышали, да… Просто когда я вытащил Лису, она была без сознания. И было непохоже, что она его потеряла только что, — откликнулся Зеер.

— Вы поэтому меня подозреваете? Но вы же то же самое слышали.

— Никто никого ни в чем не подозревает. Просто интересно, что вы по этому поводу думаете?

— После того, как я услышала крики, я начала кричать и звать в ответ, — припомнила я. — И мне начали отвечать.

— Уверены?

— Да. Но Лиса могла быть и в полубредовом состоянии, а потом уже отключилась полностью. Мы же никакого осмысленного диалога не вели.

— Но вы уверены, что это была Лиса и никого другого там не было? — уточнил Марч.

— Я не могу быть в этом уверена, но можете быть уверены вы.

— Что вы имеете в виду?

— А вы чьи-то следы нашли? Ведь от последнего ответа до того, как рен Зеер нашел Лису, вряд ли прошло больше десяти минут. Значит этот кто-то должен был успеть удрать. Вы нашли его следы? Нет ведь.

— Это можно было сделать с помощью магии.

— Тут я вам не помощник, — я покачала головой, — но следы магии тоже, вероятно, должны были сохраниться.

— Если магию инициировали в карьере, а не в другом месте и туда просто спроецировали.

— Ничего не поняла, — честно ответила я.

Хотя нет, примерно поняла, конечно, но как это связано со следами и что из этого реально можно выжать — непонятно. Может, и правда никаких следов бы не осталось, а может, кто-то просто не хочет ничего делать или не знает, как. Или не хочет говорить, смотрит на реакцию?

— Я могу навестить Лису в лазарете? — спросила я, пока все остальные задумчиво пялились на меня, как на диковинную зверушку.

— Можете, но под моим надзором, — ответил Зеер. — И я надеюсь, что детали ночного происшествия…

— Я никому не говорила и не собираюсь.

— Почему это? — спросил Марч. — Молодые девушки довольно болтливы.

— Мне надо было рассказать об этом своим соседкам-целительницам? — усмехнулась я. — Возможно тогда к этому времени о происшествии уже знала бы вся Академия. Возможно… А может и нет.

О тайне следствия скромно умолчим — понятия не имею, есть ли она здесь.

— К тому же есть вероятность, что Лису попробуют добить до того, как она все расскажет. А я ей не враг.

— Она еще не очнулась и нет гарантии, что очнется, — ответил Марч.

— Давайте исходить из того, что в карьере она была в сознании — это самое просто объяснение. Кому бы понадобилось меня дурить, я ведь могла там вообще не появиться? Так что если она была тогда в сознании, она, по идее, должна очнуться.

— У нее серьезная травма головы, начался отек. Целители делают все, что могут.

— А они точно делают? — На этот мой вопрос мужчины переглянулись.

— Вы очень недоверчиво к ним относитесь. Уже второй раз об этом говорите, — нахмурился Марч. — Вы что-то знаете? Если так, то должны сказать.

— Я ничего не знаю, — покачала головой я. — Просто мне казалось, что при желании такие травмы не так уж сложно вылечить. Если действительно лечить.

Хотя мои представления, почерпнутые из фэнтезийных книг и моего собственного пребывания в лечебнице, могут быть и не верны. Может, по мановению волшебной палочки тут и не излечивают. Я не врач, конечно, и не целитель, но по моему мнению вчера Лиса вовсе не выглядела так, будто вот-вот умрет. Да, плохо, но не смертельно.

— Когда вы хотите посетить Лису?

— После занятий. У меня их сегодня четыре. Просто чтобы не вызывать подозрения, если уж вы хотите сохранить это в тайне.

— Хорошо, встретимся тогда у лекарни, — кивнул Зеер. — Вы знаете, где она находится?

— Да, видела на схеме, но сама лично еще не была. Думаю, не потеряюсь.

— Главное, не найдите себе еще неприятности по дороге, — хмыкнул тот.

— Уж постараюсь.

— Все, ренна Синель, — Марч решил прервать нашу пикировку, — вы можете идти, а то опоздаете на занятие. Еще раз вас прошу: никому ни слова.

— Конечно, — я встала и поклонилась. — Рены.

Мне и правда нужно было спешить. До начала занятий с магистром Кань оставалось пять минут, а она очень не любит, когда опаздывают. К тому же это привлечет к моей скромной персоне ненужное внимание.

С трудом отделавшись от Хины и Эси с Теной после занятий, а они меня зазывали в город, я направилась в сторону лекарни. Сказала, кстати, что на тренировке, а последним занятием у нас была именно она, я подвернула ногу и хочу ее показать целителю. Девочки захотели меня проводить, но я тоже отговорилась, что ничего страшного нет, а им время терять не стоит, нужно же до ужина вернуться.

Так что мы в итоге разошлись, а я спокойно потопала через лес к целителям. Их корпус располагался обособленно от остальных зданий, но недалеко от полигона, где обычно тренировались боевики. Одних побили, другие полечили — все при деле. Удобненько, в общем.

— А вы не торопились, — встретил меня недалеко от входа в лекарню, рен Зеер.

— Надо было от девочек отделаться.

— Да, с вашими аристократками из группы вы за свою.

— Это плохо?

— Это странно.

— И что же странного в том, что я поддерживаю хорошие отношения с одногруппниками?

— Не с одногруппниками, а с аристократами, при этом вы поддерживаете не просто хорошие отношения, а равные.

— Они вроде бы не против, — пожала плечами я. — Так куда нам?

— Прошу за мной, — Алек повернулся и зашагал к низенькой одноэтажной пристройке к учебному корпусу.

Но не лекарня привлекла мое внимание, а здание, стоящее за ней. Оно напоминало чем-то древний христианский храм, века десятого примерно. То, что это строение как-то связано с религией — не подлежало сомнению, тем более что везде были барельефы с символом Ельбы — зверюга, с разинутой пастью. У целителей она, обычно, была вышита зеленым цветом, а у служителей Культа красная. Это я уже почерпнула из книг, когда изучала местных божеств.

— У вас такой вид, будто вы храм Ельбы видите впервые в жизни, — хмыкнул Алек, про существование которого я успела забыть.

— Да нет, — медленно перевела на него взгляд, — просто здесь, в лесу, он смотрится несколько…

— Нелепо?

— Гротескно, я хотела сказать, — хотя будем честны, слово “нелепо” подходило больше.

— Поклонники Культа должны где-то молиться. Так почему бы не рядом с лекарней и учебным корпусом целителей.

— Ага, все рядом, наглядно, опять же, — хмыкнула я. — Ради интереса, а где на территории Академии храмы Грона и Ании?

— Храм Грона находится около полигона, — немного помедлив, ответил мужчина. — Пришли.

Так ничего и не сказав про храм Ании, Алек толкнул дверь, и мы оказались в небольшом тамбуре, из которо вело всего три двери.

— Мальчики направо, девочки налево, а прямо приемная дежурного целителя, — пояснил Зеер и открыл ту дверь, которая вела в женскую палату.

И она мало чем отличалась от той, в которой я очнулась в этом мире. Она также была одна на всех, только немного меньше, и угла для сафиев не было, так что все пространство занимали кровати. И не сказать, чтобы они пустовали.

— А что это тут за паломничество? Не знала, что в Академии столько народу болеет.

— Вчера у боевиков-второкурсников были бои на арене. А поскольку они еще ничего не умеют, но очень хотят, то травм полно, — пожал плечами мужчина.

— А вам сюда, кстати, можно? — спросила я, когда мы вошли, а девочки заметались, пытаясь натянуть на себя одеяла, кто был не очень одет.

— Я магистр, так что можно.

— Понятно, постараюсь сюда не попадать, — буркнула себе под нос я, но он услышал и усмехнулся.

С другого конца помещения к нам направилась довольно молодая целительница.

— Алек, рада, что смог заглянуть, — улыбнулась она и подставила щеку для поцелуя. И он ее поцеловал, пусть и вполне целомудренно, но сразу стало понятно, что между ними что-то было.

И мне это не понравилось, вот резануло неприятно по нервам. А если учесть мои недавние чувства, которые как неожиданно нахлынули и так же неожиданно утихли, то я даже не удивилась поднявшей голову ревности.

— Мали, знакомься, моя ученица — Ната Синель, соседка нашей пострадавшей. Это она ее нашла.

— Ната, значит, — женщина оценивающе на меня посмотрела.

— А это Мали Марч, сестра известного тебе Рути Марча и старшая целительница по совместительству.

Вот значит как. Мои подозрения, что между ними что-то было от этой информации только окрепли. Впрочем, они вели себя как те, у кого было общее прошлое, но кто сейчас просто друзья. Это читалось в их языке тел.

— Очень приятно, — я вежливо кивнула.

— Мали, как она?

— Отек немного спал, думаю, скоро очнется. Надеюсь, до конца моего дежурства.

— По сравнению с тем, что было сегодня утром — разительные изменения.

— Алек, ночью ее лечила не я, — лучезарно улыбнулась женщина.

А ведь ее слова можно понять двояко. То ли она просто хвастается, что хороший целитель, то ли намекает на то, что Лису ночью хотели залечить насмерть. А учитывая вот эту приклеенную улыбку голливудской звезды и абсолютно серьезные глаза, скорее второе.

— Ната хотела бы увидеть свою подругу, если ты не возражаешь?

— Конечно, прошу, — женщина провела нас в самый дальний конец зала, где в одиночестве лежала бледная до синевы Лиса. — Ты можешь посидеть с ней, если хочешь.

— Хочу, спасибо, — я присела на свободную койку рядом.

— Алек, можно тебя на пару слов? — спросила Мали и, не дожидаясь положительного ответа, подхватила мужчину под локоток и вывела из зала.

Мне было, конечно, любопытно, о чем они хотят поговорить, но я понимала, что при мне они точно секретничать не будут. Кто я, чтобы мне что-то рассказывать?

Кроме того, пришлось немного придавить каблуком то неприятное чувство, ворочавшееся в груди от мысли, что Алек и эта женщина останутся наедине. Несмотря на то, что я как-то больно неожиданно воспылала к нему непонятной симпатией, Зеер не давал повода думать, что он ко мне как-то по-особенному относится.

Я некоторое время сидела и разглядывала, казалось, мирно спящую Лису. Ну как, спящую? Голова обмотана тугими бинтами, синяки вокруг глаз, так называемые “глаза енота”, говорящие о переломе основания черепа. Вчера, конечно, темно было, но я этого не видела.

Что еще? Многочисленные ушибы, синяк на подбородке, содранная кожа на лбу и щеке, рассечена бровь, в вырезе рубашки видны следы побоев на теле. Хотя не факт, конечно, что побоев. Точно такие же травмы можно получить, например, упав с лестницы.

Может, ее скинули на дно карьера? Может быть, конечно, со стороны Академии там довольно крутой спуск. Правда, я не видела места, где это произошло, поломанного кустарника, например. Но ведь я и не искала…

Осмотреть бы Лису, тогда можно с уверенностью сказать, побои это или результаты падения. Но кто ж мне даст-то? И еще такой момент: мне упорно кажется, что вчера травм было меньше. Может, конечно, я не все разглядела в темноте, может, они не успели проявиться, но…

Ну не избили же ее в лекарне, в конце концов?!

Нет, это бред! У меня, конечно, неизвестная степень паранойи, но здесь ее не били. Возможно, плохо или неправильно лечили, но не били. Тут полно свидетелей, если что, а боевики вряд ли будут защищать в этом вопросе служителей Культа.

Интересно, что же все-таки случилось с Лисой? Где она была больше суток? Не на дне карьера же, тогда бы она точно умерла. А значит ее скинули незадолго до моего прихода. Но, что интересно, выбрали для этого не глухую ночь, скажем, часа два или три, когда праздношатающихся студентов точно не встретишь, а поздний вечер, когда вполне можно быть замеченным. Неувязочка-с…

Да и зачем похищать девушку в центре города, а потом скидывать здесь? Ну хорошо, про скидывать — место просто удобное. Но похищать? Похищают несколько магичек в год, уверена, что всех или почти всех из них вчера нашли на дне карьера. А ведь если бы Лису не умыкнули прямо с прогулки, все можно было бы списать на несчастный случай. Шла-шла, упала в карьер — разбилась насмерть.

Ну хорошо, что мы имеем? Некто похитил Лису, никого при этом не опасаясь. Где-то ее держал более суток. Что с ней делали — неизвестно. Точнее известно целителям, но мне вряд ли скажут, придется ждать, когда она очнется и расспрашивать ее саму. Потом от нее попытались избавиться. Ее определенно хотели убить.

Но тогда почему не убили сразу, не выбросили уже мертвое тело? Почему не дождались глухой ночи? Это ведь риск, нести еще живую девушку через территорию Академии вечером. Очень-очень немаленький риск!

Какой вывод можно из этого сделать? Да просто нести ее было недалеко и преступники неопытные. Но опять же не сходится. Зачем тогда похищать в городе? Если это те же, кто до этого похищал девушек, а по всему выходит, что это они и есть, то они более чем опытные и им на протяжении нескольких лет удавалось не оставлять следов.

Может, сакральный смысл в том, что она должна умереть сама? Может, дело именно в этом месте? Жертвоприношение какое-нибудь? Не знаю, не знаю, сомнительно как-то. Тогда почему ее похитили в городе и почему вообще ее? Это связано в тем мелким мошенником или нет? Может, это было не мошенничество, а какая-то проверка, крючок, чтобы завлечь жертву?

Слишком много вариантов ответов на все эти вопросы. Но самый главный из них: а оно мне точно надо, во всем этом разбираться? Я ведь уже достаточно сильно раскрылась, потеряла осторожность. Примут еще за шпионку и закроют в местах отдаленных, а степень отдаленности будет определяться лишь местными традициями, которых я не знаю.

Но с другой стороны, это и меня касается. Если кто-то похищает девушек, то и я могу стать целью. А уж поскольку я хоть и невольно, но поломала им планы, я вполне могу стать следующей их жертвой. Ну или просто обратить на себя внимание в том или ином виде, что тоже плохо. Мало ли что у них на уме?

В общем, лезть особенно не буду, но постараюсь разузнать, что возможно. Конечно, поговорю с Лисой потом, если она вообще придет в себя.

— Ната? — я и не заметила, как вернулся Алек уже без своей Мали. — Вы хотите остаться? Мне уже пора идти.

— Нет, лучше потом зайду, — покачала головой я, поднимаясь с кушетки. — Смысла нет тут просто так сидеть. Если она и придет в себя, то явно не прямо сейчас.

— Вы правы. Но вы сможете зайти завтра.

— Обязательно так и сделаю. Кстати, сколько еще хранить секрет о том, что ее нашли? А то глупо как-то выглядит, учитывая то, что ее вовсе не прячут от других студентов.

— Целители уже начали болтать, так что смысла нет больше скрывать. Но вот об обстоятельствах…

— Естественно буду молчать, — перебила я. За кого он меня вообще принимает? Потом решила поинтересоваться ненавязчиво так: — Кстати, вы что-то узнали о ее состоянии?

— Сильные ушибы и переломы, полученные, вероятно, в результате падения в карьер. О большем, увы, я вам сказать не могу.

Значит все же падение. Сама или столкнули? Да нет, явно столкнули к другим жертвам.

С Зеером мы разошлись почти сразу же, как вышли из лекарни. Он пошел на полигон, а я в оставшийся час до ужина решила посидеть в библиотеке. Пока не пойму, что происходит, больше по ночам ходить не буду, так что после еды сразу в общагу — уроки учить.