Глава 4

Найти скрытый в скале проход оказалось делом не из легких и даже весьма энергозатратным.

Тролль сбрасывал поисковые заклинания. Шквал не упускал возможности злобно шутить. А я села в позу лотоса и погрузилась в медитацию.

Чем больше я погружалась в себя, тем быстрее окружающая действительность переставала существовать.

Звуки природы стирались довольно быстро: пение птиц, дуновение ветра, шум воды… топот когтистых лап виверны – все затихало.

Я даже перестала слышать голос своего питомца, чему безмерно радовалась.

Сконцентрировалась лишь на одном – мелодии.

Музыка лилась из-под водопада, что срывался с самой вершины одной из скал. Я постаралась рассмотреть то, что ускользало от меня, когда я не находилась в состоянии покоя.

Внутренним зрением я пробила водяной поток. За ним, как оказалось, находился обыкновенный рычаг. Работает он или нет, это мне предстояло только еще узнать. И если в состояние медитации я погружалась быстро, то вот выходить из нее приходилось, наоборот, довольно продолжительное время.

– Капуша, – раздалось саркастическое приветствие Шквала.

– Кто бы говорил! Я знаю, где проход.

– Да неужели? Ты научилась видеть своей внутренней энергией? А запас магический, надеюсь, не весь израсходовала?

– Удивляешь, у меня же есть накопитель, и я всегда его ношу с собой. Так что смерть от магического истощения мне не грозит.

Когда я рассекла воздухом целый мощный поток, то в первую очередь пропустила тролля и только затем прошла сама, отменяя свою магию.

Водопад ударил о камни с двойной силой, а я наблюдала за тем, как маленькое лесное существо повисло на рычаге в жалких попытках его прожать.

Я не стала дожидаться успешности этого процесса и помогла, навалившись всем весом.

Скала громыхнула, и на наши головы посыпались тяжелые камни. Тролль шустро сообразил, что, если ничего не предпринимать, так недалеко и до обвала. Он кинул на нас магический купол, и мы прошли внутрь.

И тут я поняла, что звучание музыки усиливается. И чем скорее я найду главного исполнителя, тем быстрее пойму, как мне помочь своему любимому.

***

Я шла впереди. Лесной тролль семенил позади, перебирая своими маленькими ножками.

– Я бы вернулся в Академию, – подливал масла в огонь мой питомец. – Немедленно.

– Тебе не черепахой нужно было родиться, а цыпленком, – я застегнула ремни на своей сумке, чтобы эта трусливая морда не портила мой настрой.

Я и так еле шла. И только лишь желание спасти Клейка заставляло меня посмотреть опасностям в лицо. В данном случае имя этих опасностей я знала – Обелисса.

– Много ты понимаешь, – буркнул недовольно Шквал и затих.

– Интересно, а женщин она тоже умеет в камни превращать?

– Кто же ее знает, – проговорил питомец,  а я решила проверить и развернулась к троллю:

– Шквал, спроси у него, а? Если из меня сделают статую, вряд ли нам кто-то уже поможет.

Черепаха заурчала и запыхтела, издавая со дна сумки гортанные звуки.

Тролль живо откликнулся, и в ответ громыхнуло нечто среднее между тем, если наступить коту на хвост, и тем, когда в подворотне встречаешь маньяка.

Жуткие звуки, одним словом. Не для слабонервных. А еще я пожалела, что из своего мира не прихватила беруши. Как бы они сейчас мне пригодились, а так приходилось стоять, терпеть и мучиться.

Когда эти двое вдоволь наговорились, я узнала, что все мои мучения были напрасны, так как никто и никогда не видел женщину рядом с Обелиссой. Поэтому, как действовала ее сила, тоже нужно было узнавать опытным путем.

От этих размышлений меня отвлек громкий звук все той же мелодии, я готова была поклясться, что эти звуки издавала до боли знакомая блок-флейта недоэльфа.

И как только я об этом подумала, откуда-то из-за угла выскочил иллюзорный бык.

– Нет! Не может быть.

Бежать пришлось очень быстро.

И так как возвращаться без любимого в стены Академии я не собиралась, то мне пришлось быка перепрыгивать, удерживая в одной руке маленького, но вполне тяжелого тролля, а в другой – сумку с питомцем, чтобы он не вывалился из сумки.

– Когда же это безобразие закончится? – взмолилась я, приземляясь на ноги.

– Ну… – откликнулся Шквал, но договорить я ему не дала.

– Молчи, это был риторический вопрос.

Быстро перемещаясь по лабиринтам подземной пещеры, я испытала стойкое чувство дежавю, потому что именно через подобное испытание я попала на воздушный факультет.

Но на то, чтобы миловаться с быком, времени совершенно не было. Я бы даже сказала, оно шло на счет, поэтому… Я остановилась и, запустив воздушные потоки, создала своего дублера. Дублер был полной моей копией, и когда я вдохнула в него немного своих жизненных сил, он повернул в другую сторону, отводя от нас беду.

– Я убью этого недоэльфа голыми рука!

– А ты кровожадная, – ехидно отметил Шквал.

– Пусть так, но что-то бороться с его дурацкими иллюзиями, затрачивать приличное количество своего магического резерва мне надоело.

Немного петляя, мы наконец-то добрались до того места, где было просторно и хорошо дышалось. Но счастье длилось недолго, потому что на самом верху болталась клетка, в которой сидел недоэльф.

– Фортэс, – крикнула я в попытках обратить его внимание на себя.

Но эльф не реагировал, а наоборот – продолжал виртуозно создавать новых иллюзоров, которые все как один устремлялись к проходу, что вел на свободу.

– Не ори, ты не видишь, он тебя не слышит?! – пробурчал сдавленно Шквал.

– С чего ты это взял?

– Обелисса не только превращает мужчин в камни, но делает из них прислужников с подавленной волей.

И горестно, и смешно. И все потому, что в душе все ликовало – этот выскочка и самовлюбленный нарцисс получил по заслугам. А с другой стороны, лишняя пара рук или хотя бы лишняя блок-флейта не помешали были в борьбе с этой самой Обелиссой.

***

Она появилась из-под самой земли. Вся в черном. Ее голова была покрыта черной вуалью. Ни блеск ее дорогой ткани, ни сияние белой кожи не могли изменить ощущения, что эта женщина сама беда во плоти.

Такая не могла нести радость и счастье.

– Оу, сама, собственной персоной, – тихо проговорил Шквал, не вылезая из сумки. – Иди и победи ее.

Мне захотелось рассмеяться от подобного наглого предложения моего питомца, а заодно лишить его пропитания на месяц. Не умрет, наверное, но каков наглец!

Маленький тролль тоже не отличился особым мужеством. Спрятался за мои ноги и лишь изредка поругивал Обелиссу, выкрикивая страшные проклятия на своем языке.

– Зачем ты явилась сюда, дева? – как-то особо пафосно произнесла эта магисса.

– Я пришла забрать своих людей.

– Кого же это? – ухмыльнулась Обелисса. – Не моего ли менестреля ты решила забрать?

– Не только его, – я кивнула и посмотрела прямым взглядом на своего врага. – Но и мужчину, которого ты погрузила в каменное забвение.

– Ты пришла за Клейком? За вором, который проник в мои владения и попытался выкрасть Пламенное сердце гор?

Я не очень понимала, о чем она говорила, потому что совершенно была не в курсе ни о каком Пламенном сердце.

– Ох, ректор, наверное, из ума выжил, раз решился на подобное, – проговорил Шквал.

А тролль так и вовсе разошелся не на шутку.

– Я ничего не знаю о Пламенном сердце. Мне нужны только люди.

– Ты говоришь правду, дева. Но им это не поможет, они покусились на самое большое богатство и понесут за это заслуженное наказание. Тебя я, так уж и быть, пощажу.

Милосердие Обелиссы не знало границ. На это я только лишь посмеялась мысленно. Но я не уйду отсюда без Клейка и Фортэса, а поэтому я скинула сумку с плеча.

На это Шквал выругался, потому что ушиб свой хвост – приземление было совсем не мягким.

– Ты решила вступить со мной в бой, глупая человечка? – Обелисса развязала шнуровку своей накидки, затем сняла ее со своих плеч и отбросила в сторону. – Ну что же, это будет забавным. Ты подумала о своей участи? Тебя запечатать в камне рядом с вором или же предпочитаешь стать моей новой зверушкой, слушая музыку менестреля?

Ни того, ни другого я себе не могла позволить. И, конечно, я вообще сомневалась, что могу одолеть Обелиссу. Все-таки ей было несколько веков, а мне… ну, в общем, наши силы явно были неравны.

Повернулась к троллю:

– Как только начнется бой, хватай мою сумку и беги со всех ног наружу. Если я не вернусь…

Ох, я даже не хотела представлять, что вот так окончу свои дни. Молодой да еще в магическом мире.

– Ты вернешься, – ворвался с поддержкой в мои мысли Шквал. – У тебя просто нет другого варианта, Лидэрия. Ты должна их спасти, а потом не тяните с деканом, поженитесь, уж будьте так любезны.

– Много ты понимаешь, – обиделась я на Шквала.

Во-первых, никто меня замуж не звал, хотя мы были с Клейком обручены, как выяснилось; во-вторых, Обелисса не собиралась никого миловать, и поэтому я даже не знала, выживу ли…

– Ну хватит этой пустой болтовни! – возмутилась магисса, и откуда-то сверху в камни ударила молния.

Ну что же, вероятно, Обелисса, как и я, повелевала стихией. Оставалось лишь узнать, как магисса умудрилась погрузить Фортэса в беспамятство, а Клейка превратить в камень.

Я решила не торопиться и посмотреть на все способности Обелиссы.

Женщина наслаждалась тем, что я, как уж на сковородке, подпрыгиваю и ворочаюсь, лишь бы меня не задело одной их тех молний, что она с таким наслаждением запускала в меня.

Я же лавировала между выжженными участками, в которые только что била молния.

***

Боевым магом мне никогда не стать, я пришла к такому выводу сразу после того, как отразила уже пятнадцатую атаку Обелиссы.

– Хватит бегать! – закричала магисса и в полную мощь ударила по мне своей стихией.

Две молнии ударили одновременно, и если разряда одной я успела избежать, то от другой увернуться не удалось.

Стихия, словно острым лезвием, прошла по моим волосам, собранным в хвост.  Заколка разломилась на несколько частей, но это было не самым страшным. Из непоправимого – пострадали только мои волосы, их просто отрезало. Неровные края каштановых прядей коснулись шеи и мочек ушей.

От надвигающейся беды мурашки побежали по моей коже от шеи к пояснице.

– Зачем ты делаешь это? Неужели находиться вдали от людей настолько хорошо? – я решила вывести ее на разговор.

– Не стоит, я знаю все твои мысли, и разжалобить меня не получится. Я привыкла к одиночеству, хранитель Пламенного сердца навсегда отрекается от мирского. У меня все хорошо.

– Да, именно поэтому ты хочешь меня убить, простенькую адептку с весьма небольшим магическим потенциалом.

Когда я заговорила про адептку, мне показалось, что недоэльф как-то встрепенулся в своем заточении. И я оказалась права, блок-флейта моментально заиграла, и предо мной вновь появился бык, но только у этого иллюзора не было агрессивного настроя, потому что это был тот самый бык, которого мне удалось усмирить на испытании.

Активизировав воздушные потоки, я перелетела Обелиссу и оседлала иллюзора, созданного Фортэсом.

– Спасибо, – салютовала я старосте, а затем решила немного пробудить в нем заблокированные воспоминания: – Фортэс, может, сходим на свидание?

И парень сразу как-то ошалел от того, что я предложила. Потому что в привычном нашем общении никогда и ничего подобного я бы раньше не предложила.

Клетка слетела с крючка, а металлические прутья раскрошились.

Недоэльф приобрел сразу более живой цвет лица, а в глазах появилась ясность.

– Лидэ, не боишься, что я стребую с тебя целое свидание?! – усмехнулся староста и встал в боевую стойку. – Она околдовала декана Дейтерро, не стоит ее недооценивать, потому что Обелисса обладает…

Недолго я радовалась спасению Фортэса, потому что в руках магиссы появился горящий камень, отблески которого ударили по недоэльфу, превращая его в прекрасную статую.

– Да что с тобой! – закричала я. – Зачем ты их мучаешь?

– Потому что мужчины этого мира лживые существа.

– Тебе надо к психологу. Знаю я одну такую, могу организовать ваш психологический сеанс, вам явно есть что обсудить вдвоем.

Но, видимо, Обелисса не только осерчала на всех особей мужского пола, но и отстала, потому что она странно среагировала на мое предложение о посещении психолога.

– Дрянная девчонка! Да что ты знаешь о том, каково это – сидеть в каменных стенах в одиночестве просто потому, что возлюбленный оказался предателем?

Все понятно, неразделенная любовь сделала из приличной женщины чудовище.

Я дотронулась рукой до своего кристалла-накопителя. Проверив, насколько полон мой магический резерв, стукнула обувью по массивным бокам быка и пошла на таран Обелиссы, закручивая вокруг себя два вихря.

Пламенное сердце горы разгорелось с удвоенной силой, и сейчас в мою сторону устремился даже не огонь, а самая настоящая лава.

В момент нашего столкновения я воспользовалась истинной привязанностью и позаимствовала воспоминания своего любимого. Те самые, что отравляли ему жизнь с того момента, как Клейк не мог самостоятельно ходить.

Я увидела бой, в котором любимый стоял не на жизнь, а на смерть, он готов был тогда умереть!

Иллюзор принял весь удар на себя, я же в самый последний момент создала воздушную сферу. Мне удалось подлететь к Обелиссе и вырвать из ее рук Пламенное сердце.

– Нет! – прокричала магисса.

Как работало сердце горы, я не знала, но моя интуиция подсказывала, что я могу обратиться к нему и попросить…

Для начала я решила помиловать недоэльфа. Жалко бедолагу, то менестрель, то каменная статуя. Пламя лизнуло руки, не обжигая, словно одобрило мои намерения.

Фортэс снова стал прежним.

– Воздушная ловушка, – крикнула я старосте, чтобы он не медлил и заточил Обелиссу.

Наша магия не причинит ей вреда, но о дальнейшей судьбе магиссы пусть позаботится ректор. Он заварил эту кашу, вот пусть и разбирается.

Я вылетела из пещеры, скрытой под водопадом. И сразу направилась к Клейку. Мысленно обратившись к Пламенную сердцу горы, я показала, какой Клейк отличный маг и что в его помыслах не было ничего дурного, а еще я призналась в своих чувствах.

Скала содрогнулась три раза, а Пламенное сердце горы больше не горело, оно сменило свой цвет с огненного на иссиня-черный. Каменная фигура Клейка засияла, по нему пошли глубокие трещины, а когда каменная крошка осыпалась у ног декана, он сделал свой первый вздох после магического плена.

– Лидэ, что ты здесь делаешь?

– Клейк, – бросилась я навстречу декану, совершенно позабыв о том, что нам нельзя показывать свои чувства.

Но бежать к нему мне не пришлось, потому что мой возлюбленный смог идти сам.

Я остановилась и с жадностью следила за тем, как Клейк направлялся ко мне, раскинув в стороны руки, приглашая в свои объятия.

– Смотри, сейчас рыдать начнет, – раздался голос Шквала откуда-то из-за кустов.

Но мне даже не захотелось его душить, потому что я была настолько счастлива сейчас, что такой настрой сложно чем-то было испортить.

Клей меня наконец-то обнял. И я поняла, как сильно я скучала по нему. Вот такому высокому, широкоплечему. Я так давно хотела увидеть его лицо. Мой возлюбленный меня прижал к своей мощной груди, а затем его губы накрыли мои.

Этот поцелуй был гораздо лучше предыдущего. Более страстный и проникновенный. Мое сердце ликовало, а душа пела. Мы вместе, а о большем я и не прошу.

Мы потеряли счет времени.

Я даже не заметила, как на поверхность уже давно выбрался Фортэс. Он охранял магическую ловушку, в которой что-то злобное выкрикивала Обелисса, но староста очень постарался ничем нам не помешать и накинул заодно на магиссу полог тишины.

– Ты пришла за мной? – тихо проговорил чуть хриплым голосом Клейк. – Не испугалась?

– Не испугалась, – подтвердила я и затем уже сама впилась поцелуем в его слегка запыленные и пересохшие губы.