Глава 29
В себя я пришла от запаха вкусной крови прямо под носом. Впилась клыками, даже не открывая глаз. Вкус был так себе… Белое сухое, если сравнивать с винами. Женщина, лет сорока, может и старше, я не сильно в людях разбираюсь.
Странно, но я умудрилась не выпить ее полностью, правда, напрасно, потому что стоящий рядом Тавиф тут же свернул ей шею, отбросил в сторону и пнул мне красное сухое – мужчину примерно того же возраста. Этого человека, под насмешливым взглядом высшего, я выпила до дна. Все равно его бы иначе убили…
Нас притащили в подземелье некромантского замка. Кроме самого владельца, в тени скрывалось несколько его птенцов. Я насчитала пятерых, но, возможно, их было больше.
Забавно, что я валялась на полу, свободная. А вот вновь прекрасный Антерес сидел, прикованный за ошейник к стене длинной цепью. Наверное, по мнению Тавифа, меня не стоит воспринимать всерьез. Жалкое, юное, совершенно не опасное создание.
– Целую деревню сюда притащили? – поинтересовалась я, высасывая досуха очередной сосуд.
Странное неуютно-раздражающее чувство, похожее на совесть, очень мешало наслаждаться пищей, но тело быстро восстанавливалось, магия возвращалась, а люди… Люди легко затеряются в бесконечной череде выпитых мной за двести с лишним лет.
– Это вместо спасибо? – ухмыльнулся высший. Здесь, в своем замке, он чувствовал себя гораздо увереннее, спокойнее, надежнее. А зря, ведь Филса убил скелет, хранившийся именно в его шкафу. – Мелкая нахалка! Кто твой создатель? Я верну тебя ему, предварительно отшлепав розгами.
– Ой! – Испуганное выражение мне удалось без труда. Я действительно побаивалась Тавифа, потому что не понимала его целей. Зачем он притащил нас? Для чего приковал Антереса? Чего он вообще добивается? Мести за кражу птенца? Если да, то кому? Как с ним договариваться, не представляя, что ему нужно?!..
Страх и волнение не мешали мне изучать подземелье и обдумывать, как бы нам из него вырваться.
– Не надо меня шлепать!
Уф-ф! Так… Раз Тавиф в смерти моего создателя не замешан, значит, можно не городить огород, а выболтать часть правды? Оценить реакцию, чтобы можно было сделать хоть какие-то выводы.
– Я потерялась… и теперь ищу своего создателя. Вот он обещал мне помочь. – Преданно сверля взглядом некроманта, я махнула рукой на Антереса. – А сам заманил в замок к своему создателю. – Надеюсь, Тавиф не участвовал в охоте на моего друга, иначе вся сказочка накроется медным тазом. – Но у них там кто-то уже гостил, так что я решила зайти попозже, – пожав плечами, типа пошутила, чтобы не выходить из роли мелкой нахалки.
– Судя по потрепанному виду, ты все же напросились на угощение, – вроде бы поддержал мою шутку Тавиф, но потом без всякого предупреждения ударил меня по лицу так, что я отлетела к стенке, той самой, к которой крепилась цепь Антереса. – Не смей мне лгать, девчонка!
– Я правду говорю. – Жалобно хныкая, одновременно оценила, что крепеж надежный, а вот сама цепь более хлипкая, по сравнению с крепежом. И от нее фонит магией.
В отличие от Филса Тавиф был сторонником традиционных способов удерживания пленников. И как освободить Антереса, я пока не представляла. Голову-то ему не отвернешь! Да и ошейник наверняка тоже с сюрпризом.
– Лжешь, – спокойно, словно не он только что свернул мне скулу одним небрежным ударом, процедил Тавиф. – Не знаю, где ты таскалась двести лет, но раньше ты жила в Дридбёрнском лесу.
Я с искренним недоумением похлопала ресницами, обиженно выпятив при этом губы. Словно не понимая, о какой лжи идет речь. Адски бесит играть роль дурочки, но чем глупее тебя считают, тем безопаснее.
– Твоего создателя и всех его птенцов убили, я видел трупы. Ни за что не поверю, что ты заявилась к Филсу случайно, а не из-за того, что он заранее знал об убийстве.
– Уби-и-или? – тоненьким детским голоском протянула я и совершенно искренне разрыдалась, просто выпустив на волю старую боль.
Выходит, Филс все же был замешан, пусть и косвенно… И знания о том, как менять у предптенцов создателей, свалились на него не просто так. Наверняка это была плата за молчание…
– Заткнись! – рявкнул на меня Тавиф минуты через две. – Лицедейка из тебя никудышная. В твое горе разве что деревенский простачок поверит.
Я обиделась, потому что плакала всерьез, от души. И, размазывая слезы по лицу, со злостью рявкнула на высшего, не иначе как окончательно потеряв страх от новой свалившийся на меня информации:
– Ну и не верь! Плевать мне на тебя… Я даже не знаю, кто ты такой. И на Филса специально наговариваешь.
Да я сама поступала так же, стравливая двух высших! Почему бы высшим не проворачивать подобное?
Просто у меня что-то не сходилось. Тайна перехвата влияния на предптенцов была известна моему создателю, он записал ее в дневниках, которые остались в замке. Какая-то часть записей пострадала, сгорела или потерялась, но именно о предптенцах сохранилась. Значит, убийцы не могли ею расплачиваться.
Если бы им нужны были дневники моего создателя, они бы забрали их с собой. Это же логично! Или нет? Или правильнее хранить секреты мертвеца в его же заброшенном замке?
– Точно, специально, чтобы такой озлобленный наглый ребенок, как ты, пошел и попинал ногами его оторванную голову, – с презрением буркнул Тавиф.
В его взгляде все еще светилось подозрение, но, по-моему, он начинал мне верить. Что же такое соврать, чтобы он и Антереса отпустил?!
– Тогда для чего?.. – договорить я не успела, потому что некроманты дружненько рванули вверх по лестнице на всех вампирских скоростях, подземелье резко опустело, а огромная тяжелая дверь с грохотом захлопнулась.
Зато у меня в голове объявился Берт, поставивший меня в известность: «Мы начали вас спасать».
«А если я против?» – Мысленно изобразить суровый тон, когда тебя прямо распирает от нервного смеха, оказалось довольно трудно. Но, надеюсь, получилось. По крайней мере, я старалась. Не люблю, когда за меня принимают такие важные решения, тем более мои собственные птенцы.
«Поздно», – как всегда лаконично отреагировал Берт и пропал.
Зато один из камней в полу чуть-чуть приподнялся. Очевидно, тот, кто прятался в тайном лазе, оглядывался, убеждаясь, что, кроме нас, здесь никого нет. Затем камень сдвинулся в сторону, и в подземелье, подтянувшись на локтях, влез Рубен. Не глядя на меня, он подошел к Антересу, внимательно изучил ошейник, покрутил в руках цепь… На подвижном лице волчонка ярко светилась глубокая задумчивость.
– Да плевать уже, – решительно выпалила Рыжая, тоже втискиваясь к нам через лаз. – Давай, рви.
– Не могу, опасно. Она магическая, – огрызнулся Руби. – Надо решить…
– Некогда. Берт сказал пулей. – Оба оборотня словно не замечали меня и Антереса. Они видели лишь препятствие, которое следовало быстро устранить.
– Для него может быть опасно! – попытался вразумить девушку волчонок.
– А тут сидеть не опасно? – с ехидством поинтересовалась Рыжая.
– Лапонька, я восхищен твоей настойчивостью, но все же…
– Заткнись, – рявкнула оборотница, наконец-то заметив, что в подземелье есть еще кто-то. – Они тебя точно убьют…
– Но так меня убьет ошейник, – ласково, как ребенка, принялся убеждать девушку Антерес. Взгляд у него при этом тоже был ласковый и нежный. Интересно, я со стороны, разговаривая с Рубеном, так же умилительно-нелепо выгляжу?!
Оборотни, переглянувшись, смирились и уставились на меня. Жаль, повыделываться времени нет, и смысла тоже – не постороннего же спасаем, а своего, родного… Кстати, о родных:
– А такой, психованный немного золотоволосый красавец поблизости не крутится? – поинтересовалась я, одновременно пытаясь прощупать, как именно работают магические украшения на Антересе.
– Немного? – Желваки на скулах щенка перекатывались так красиво, что я замерла, как зачарованная.
А процедил-то как сексуально, с хрипотцой! И взглядом сверкнул испепеляюще, как обычно, когда придушить хочет, но помнит, что почему-то нельзя.
– Да это полный псих! Тебе до него… вечность.
– Так ты вроде как радоваться должен, – усмехнулась я, выжидающе смотря при этом на Рыжую, потому что от Рубена сейчас полезной информации не дождаться.
Правда, волчица, едва речь зашла о златовласом психе, напряглась, косясь на меня с подозрением. Причем в ее глазах отчетливо читалось, что насчет вечности она бы поспорила и, по ее мнению, я уже спятила.
– Только не говори… что это тот самый скелет… – со страхом и восхищением прошептала девушка. – И… ты его… того?.. А он теперь тут всех… того… У-у-у-у!
М-да, информативно. Но от Рыжей большего тоже пока не добиться. Она на несколько секунд замерла, глядя на меня как на опасного душевнобольного, сбежавшего из лечебницы. Зато оживился Рубен:
– То есть это ты где-то нашла психованного? Не удивлен… – Поджав губы, щенок окатил меня осуждающим недовольством. – Ведь просил же завязывать с пополнением клана. По-хорошему просил!
– Можно подумать, ты способен попросить меня по-плохому, – ухмыльнулась я и тут же ойкнула, неожиданно оказавшись прижатой спиной к стенке пещеры. Внезапно и быстро. Волчонок прижал мои руки своими и навис, хмуро изучая мое лицо, словно выискивая ответ на какой-то свой, очень важный вопрос.
– И? – Я с вызовом посмотрела на мальчишку, даже не пытаясь вырваться. Интересно же, что он задумал!
– Какого… ты… меня… отпустила?! – В голосе Рубена отчетливо звучала обида, именно поэтому я не стала посылать его без объяснений, пусть сейчас не время выяснять отношения.
– Чтобы ты выжил, если со мной что-то случится.
Емко, четко и, надеюсь, доступно.
– Ла-а-адно. – Недовольно ухмыльнувшись, Руби расцепил наши пальцы и отодвинулся. А я, улыбнувшись, окрыленная и воодушевленная, ринулась очередной раз спасать Антереса. У меня было такое чувство, что я могу свернуть горы, не то что разломать руками ошейник!
– Потоки идут от крепления. – Пока мы с волчонком развлекались, другая пара занималась делом. И Антерес, как более старший и опытный, уже разобрался, что именно надо делать. – Если пытаться порвать цепь – меня сразу начинает душить, но если попытаться отломать крепление…
Крепление уходило в стену. Сломать его, не потревожив при этом цепь, не смогли бы ни оборотни, ни вампиры. Зато его можно было расплавить! Только мне же магии понадобится… немерено!
– Слушай, тот, на всю голову, он же тоже огнем может? – немного опасливо уточнила Рыжая. Я кивнула. Древний, если он мой собрат или прапредок, должен быть стихийником, вот только магии в нем сейчас не больше, чем у меня. Столько лет провести в заточении, голодным!
Четыре чана с кровью – это только внешний лоск восстановить. А весь внутренний запас он наверняка на драку с Филсом истратил.
– Тогда давай, начинай, а я попытаюсь заманить сюда психа…
– Не надо. Фиола справится, – остановил Антерес Рыжую. Хотя я даже уже угукнула, просто мое «угу» совпало со словами мужчины. И только я решилась всех разубедить и отправить волчицу за помощью, как Рубен добил мою неуверенность:
– Конечно, справится. Зомби ведь спалила, а они сопротивлялись.
– Зомби были не железные, – буркнула я, но все же признала правоту Антереса. Лучше спастись от одного высшего, не влезая в долги к другому. Пока бывший скелет должен нам, но, едва он примет участие в спасательной операции, все может вывернуться так, словно это мы должны ему.
– Тогда мне может потребоваться подзарядиться. – Я с тоской посмотрела на свалку тел, а потом на волчонка. – И лучше это сделать до того, как я исчерпаюсь. Заранее.
– Кровососка, – пробубнил Руби, нежно обнимая меня за талию и притягивая к себе…
На всякий случай после мальчишки я выпила еще немного из запястья Рыжей. А потом принялась аккуратно плавить крепление, стараясь не задеть цепь и не спалиться самой.
Настырная волчица каждые полминуты лезла проверять, не стало ли железо достаточно мягким. После чего, сделав несколько оборотов, залечивала ожоги и снова, игнорируя недовольного Антереса, тянула руки к раскаленному креплению. Я планировала провернуть все не то чтобы медленно, но спокойно, экономя силы. Но после пятого раза не выдержала и шарахнула по железу чуть ли не всем магическим запасом. В итоге проверять, размягчилось крепление или нет, не понадобилось. Оно просто стекло по стене…
Оба оборотня, удовлетворенно хмыкнув, тут же нырнули в довольно узкий лаз, следом за ними – я, а последним – Антерес, умудрившийся еще и задвинуть на место камень.
Волки сразу сменили ипостась на звериную, я тоже обернулась мышью, а вот наш замыкающий не стал экспериментировать с магией в магическом украшении. И правильно.
Когда мы уже почти выбрались на свободу, цепь начала сама извиваться и пытаться затащить Антереса обратно. Летучую мышку, наверное, унесло бы сразу, а вот мужчину-вампира, отпоенного кровью хотя бы до стадии восстановления, в которого вцепились одновременно два оборотня и еще один вампир, сразу утянуть не получилось.
– Надо срочно сдирать ошейник. Тавиф обнаружил пропажу, – выпалила я очевидную истину. Вот только как этот ошейник сдирать? Расплавить? Снять кандалы с ноги или руки – не проблема, ломаем или отрубаем конечность. А с головой… то есть с шеей, такое не получится. Антерес не зомби, он такого не переживет, к сожалению. Но и возвращать его некромантам никто не собирался! Ни я, ни Рыжая…
– Вы чего не вылезаете? До рассвета еще далеко, – поинтересовался Берт, просунувшись в лаз. – Сейчас за нами начнется охота. Надо драпать отсюда, как зайцы.
– Мы не можем драпать. – Я сдвинулась так, чтобы птенцу была видна причина задержки. Извивающаяся цепь и сопротивляющийся из последних сил Антерес, уже сдавшийся и повернувшийся к проходу спиной.
– Снять, что ли, не можете? – Лаз был очень узкий, в нем с трудом могли разминуться двое. Поэтому Рыжая повисла на своем вампире спереди, удерживая его за плечи, а Руби и я – сзади. Берт, осторожно отодвинув меня в сторону, обхватил пальцами ошейник, ощупал его, а потом что-то щелкнуло, и ненавистная железяка разломалась пополам.