Глава 28

Мы все обратились в слух. И я, и Антерес… И даже скелет характерно наклонил голову чуть набок. В коридоре суетились, негромко переговаривались… а затем кто-то с довольным смешком постучал по двери в нашу комнату.

– Я чую тебя, мой мальчик, – обманчиво ласково промурлыкал Филс. – Даю тебе целую минуту, чтобы спрятаться.

Скучающий высший, само собой, не упустит возможности сыграть в кошки-мышки со своей потенциальной жертвой. Растерянно переглянувшись с Антересом, я покосилась на скелет и… решилась. Выбирать-то, по сути, не из чего!

Осиновые колья были наисвежайшие, как и чеснок. Кто-то регулярно обновлял здесь и кровь в чанах, и колышки, чтобы они не превратились в труху, и головки чеснока старательно развешивал. Оборотень? Человек? Или вампир, готовый пострадать ради мести?

Я быстро орудовала лапками, попискивая от боли, но стараясь ради спасения. Даже крохи магии в себе нашла, чтобы немного усилиться. Правда, все колья вытащить не успела, расчистила лишь верхнюю часть скелета.

Когда в комнату крадущейся походкой хищника вошел Филс и с ухмылкой пнул лежащего на полу Антереса, я шмыгнула за чан с кровью, мечтая стать маленькой-маленькой мышкой. Совсем маленькой, а не размером с чан, как сейчас!..

Наверное, я недооценила собственный магический запас, или поиски скрытых резервов помогли, потому что мне удалось уменьшиться и притаиться. Нельзя позволить Филсу схватить нас двоих…

«Я у замка, – раздался у меня в голове голос Берта. – Мелкий со мной».

Мелкий – это, наверное, Дориш. И мне было бы спокойнее, если бы он был дома, под охраной леших.

«Рыжая зверюга тоже тут, – продолжил отчитываться Берт. – Нападать?»

«Нет!» – мысленно рявкнула я, пытаясь абстрагироваться и не вздрагивать от каждого удара сапога или кулака Филса. И не задумываться, что бьет высший не по какому-то чужому, неизвестному мне вампиру, а по Антересу. А два его птенца стоят в дверях и смотрят, ухмыляясь, довольные. Возможно, радуются лишь тому, что жертва их создателя – не они, только мне все равно. Адски злят их усмехающиеся рожи, и собственная слабость, и безнаказанность Филса, и… Была бы внутри меня сейчас магия – самовоспламенилась бы, наверное, от гнева!

И вдруг один из птенцов, кинув взгляд на скелет, заметил нехватку осиновых и чесночных украшений. Охнув, парень замахал рукой, привлекая внимание создателя, и… тут же упал на пол, вместе со своим собратом.

Колья, оставшиеся внутри скелета, вылетели из него, как пчелы из улья… Видела я один раз подобное и перепугалась, хотя уже была вампиром. А сейчас струсили птенцы Филса, потому что в них полетел не пчелиный, а осиновый рой. Правда, скелет после этого обмяк и, постукивая костями, стек на пол, но зато в комнате мы снова остались втроем.

Филс тоже предпочел выскочить и с грохотом захлопнуть дверь. Уверена, сейчас он ищет, чем бы ее забаррикадировать.

Если бы у черепушки древнего были глаза, можно было бы сказать, что напоследок, перед тем как один высший выбежал, а второй потерял сознание, они обменялись полными ненависти взглядами.

Вылетев из-за чана, я принялась порхать над Антересом. Несколько кольев упали на него, так что я, шипя от боли, раскидала их в стороны, не меняя ни облика, ни размера. Не уверена, что мне хватит сил на новые обороты, так что лучше побуду мышкой, удобнее прятаться.

– Детка, я был немного занят… и не очень понял, что произошло. Кроме того, что на меня с неба посыпалась осина.

Я кивнула в сторону валяющегося на полу скелета. Кстати, раз Антерес оклемался, можно посмотреть, что там с древним. Только страшно. Причем не ясно, чего я боюсь больше – того, что высший все еще жив и кинется на меня, или того, что он умер… потому что я уже успела оценить выгоду от такого союзника. Даже если мы объединимся временно и только из-за общего врага.

Понять, мертв скелет или жив, было сложно. Он лежал без движения, и его пустые глазницы смотрели в потолок.

– Странно, почему он не выкинул этот трюк раньше? Зрителей дожидался? – поинтересовался подползший поближе Антерес.

Любопытство придало ему немного сил, он даже сумел присесть. Но, судя по его виду и по моим внутренним ощущениям, если мы в ближайшие минут пять… десять… ладно, максимум час не поедим, то спятим. Лично я – точно.

Лапками я показала, что успела освободить половину скелета, так что тому пришлось напрягаться в два раза меньше. Правда, у меня все конечности были распухшие и в волдырях, даже основа крыльев.

Но на теле Антереса сейчас тоже очень четко видно, где именно лежали осиновые колья, несмотря на то что мужчина словно попал под копыта взбесившегося табуна.

Избитый после потери крови вампир всегда выглядит немного пугающе. Сломанные кости, порванная кожа, мышцы, сухожилия…

От идеального красавца остались только волосы, да и те растрепаны, слиплись от пота и испачкались. Один глаз опух, губы разбиты, зубы выбиты… Видно, что Филс сильно обиделся за попытку побега.

– Ничего, восстановлюсь, – успокоил меня Антерес, правильно оценив мой испуганный взгляд. – Перед тем как меня сюда притащили, я выглядел не лучше. Но меня напоили нормальной кровью, после того как я трижды вывернулся наизнанку той, что стоит в чанах.

Тут скелет зашевелился, и я пулей отлетела к тем самым чанам, забившись между ними и опасливо поглядывая на древнего. Жаль, Антерес не мог составить мне компанию. Зато он пытался вести себя привычно: шутить и сохранять достоинство, несмотря ни на что.

– Не рекомендовал бы, в этом трактире отвратно кормят.

Но скелет, проигнорировав совет, чуть ли не окунулся в чан, к счастью, не в тот, за которым пряталась я. Правда, через минуту прятаться мне надоело, потому что ничего ужасного не происходило. Древний пил… Не знаю как, но пил! Пил кровь с чесноком, только главное не в приправе, а в действие.

Сначала мне казалось, что скелет просто лежит, опустив голову в чан, но потом я заметила, что отравленная жидкость как будто испаряется!

Я сама неоднократно восстанавливалась и видела, как восстанавливаются другие, только не из такого плачевного состояния. Вампир, от которого остались одни косточки, в ста процентах из ста безумен и подлежит уничтожению. Возможно, у высших это не совсем так, вернее, они уже давно спятили, так что усиления помешательства никто не заметит.

На третьем чане со скелетом начали происходить ожидаемые изменения. Появились внутренние органы, мышцы… Естественно, древний был красив. Ослепительно красив! Золотые кудри; глаза, блестящие, как драгоценные агаты; ярко-алые пухлые губы, белоснежная тонкая кожа…

– За тысячи лет у меня выработался иммунитет почти к любому дерьму, – недовольно пробасил этот прекрасный принц и громко срыгнул, как будто и правда находился в придорожном трактире.

Я пыталась осмыслить увиденное, а Антерес – справиться со скрутившим его смехом… Силы на веселье где-то нашел. Поразительно!.. Мне вот совсем не смешно, но уже и не страшно.

Подумаешь, бывший скелет, ничуть не напрягаясь, поднял четвертый чан и опрокинул его в себя, как пьянчуга вино из кувшина. Замашки у моего собрата или предка явно не аристократические, но это же не повод нервничать?

Снова смачно рыгнув и вытерев лицо рукой, бывший скелет с ноги распахнул дверь и вышел в коридор. Судя по последующим выкрикам и грохоту – отправился разминаться после многолетнего отдыха.

– Надо же! Мы для проверки силы духа сюда заглядывали, так он даже головой не крутил. – С удивлением проводив древнего взглядом, Антерес с тоской посмотрел на опустевшие чаны. – А вот кровью в таких объемах здесь не угощали. Жаль, что я пока ко всякой дряни не привык. Вот красное вино с нотками крепкого кофе и пряных специй, разбавленное кровью пышной возбужденной красотки… М-м-м!

Я с опасением пригляделась к мечтательно зажмурившемуся мужчине, очень надеясь, что он просто вспоминает, а не бредит от голода. Конечно, если поспешить с восстановлением, то разум успеет починиться. Только потом станет работать по схеме «где тонко, там и рвется», к сожалению. Склеенные тарелки всегда вновь раскалываются по старой трещине.

Вылетев из комнаты, я огляделась. Два птенца Филса уже не смогут никому помешать, без голов вампиры окончательно умирают, в отличие от зомби. Самому Филсу тоже не до нас, он отчаянно сопротивляется, уже почти проигрывая битву. А вот нападающий на него бывший скелет просто развлекается, с наслаждением вымещая обиду за годы издевательств.

Высшие… не могут просто убить и расслабиться. Обязательно надо поиграть напоследок, повеселиться, развлечься. Вековая скука отбивает всякую осторожность и чувство самосохранения.

Погордившись собственным умом и рассудительностью, я вернулась, подхватила Антереса за плечи и потащила волоком по коридору до первой ловушки, попискивая от натуги.

Дальше я совершенно не представляла, что делать, разве что сесть и заплакать. Но этим заняться всегда успею…

Покружив вокруг окошка, я попыталась открыть его лапками. Не получилось. Запас сил у меня не бесконечен. Даже если подпитываться злостью, страхом и адреналином, все равно когда-нибудь исчерпаюсь полностью.

Разозлившись, дернула на себя решетку, надеясь, что оконное стекло потом смогу разбить, хотя бы подручными средствами. И не сразу поняла, что произошло. Просто мир вокруг уменьшился, а в прутья я вцеплялась уже пальцами рук, а не лап. Да гори все ярким пламенем! Теперь и магия со мной попрощалась, выкинув из второго облика!

Тут сзади раздалось насмешливое хмыканье. Я резко развернулась, чуть не упав на пол, и встретилась с уверенным взглядом некроманта. Хорошо, что продолжала держаться руками за решетку – это меня спасло от позора.

Ухмылка на лице Тавифа не предвещала ничего хорошего, как и деревянный нож, приставленный к телу моего собрата по клану.

Быстро метнуться и выбить оружие из рук высшего я бы не смогла даже в лучшей форме. Да и положение у Антереса очень невыгодное: он сидел на полу, прижатый спиной к ногам стоящего за ним некроманта. Конечно, Тавифу пришлось немного наклониться, чтобы направить нож четко в сердце, но как раз поэтому вместо спасения друга с большей вероятностью я спровоцирую его смерть.

Зато высший оттащил Антереса подальше от ловушки. Наверняка изучил все опасные места этого замка за столько лет знакомства с его владельцем. И возможно, даже знает, где потайной ход или как тут можно прогуляться, не боясь, что тебя проткнут, поджарят или расчленят.

Всем своим видом Тавиф демонстрировал циничное безразличие к судьбе Филса, но все же краем глаза следил за битвой, вернее за забавляющимся со своей мышкой древним. Уверена, в плен этот пьянчуга попал именно из-за привычки развлекаться, вместо того чтобы убивать сразу, решая проблемы кардинально. Я могу понять злость создателя на своего птенца и хоть как-то оправдать самого Филса, издевающегося над Антересом. Но вот это непонятное мне садистское веселье очень попахивало безумием психопата. Сваливать отсюда надо как можно скорее, даже если психопат вроде как мой дальний родственник…

– Кто ты, я не знаю, но прибью тебя просто за компанию, вместе с ним, – якобы спокойно предупредил меня Тавиф.

Нет, в том, что некромант легко убьет и меня, и Антереса, я даже не сомневалась. К тому же мы оба абсолютно обессилены и не способны сопротивляться. А вот в спокойствие Тавифа я не верила. Он весь был как тонкая леска одной из ловушек в замке, напряжен до вибрирующего магического звона. Даже полностью обезмагиченная, я все равно его слышала. Высший был готов сбежать в любой миг, едва спасенный мною псих закончит играть с Филсом и отправится на поиски новых жертв.

Внезапно Тавиф прислушался, причем не к внешним звукам, а к голосам внутри. Интересно, его птенцы нашли Берта? Или Берт нашел его птенцов… Или еще что-то пошло не совсем так, как хотелось бы. Но зато нам с Антересом повезло!

Некромант на вампирской скорости провернул все то, что у меня уже не получалось: подбежал к окну, вырвал из стены решетку, выбил стекло… и мышкой рванул куда-то вниз и влево, за деревья.

«Вас уже можно спасать?» – раздался у меня в голове голос второго из птенцов.

«Сами справимся», – самоуверенно заявила я. Но и правда, чем мне тут Берт сможет помочь? Оценит дурной пример спятившего родственника? Ничему хорошему этот пьянчуга моих птенцов научить не сможет… Поэтому нам всем надо убираться отсюда как можно скорее и временно отсидеться в замке, предварительно позаботившись о еде.

Пыхтя от усилий, словно жалкий человечишка, кем, в принципе, сейчас и была, я дотащила до окна Антереса. Не то чтобы он был в восторге от моего плана, но ни времени, ни сил на придумывание чего-то менее рискового и болезненного не оставалось.

С трудом совместными усилиями мы сначала свесились с окна третьего этажа, а потом рухнули вниз, прямо в кусты. Я лишь успела попросить Каина посыпать нас пыльцой удачи.

Боль, хруст, противное ощущение, когда сломанные кости протыкают внутренности. Вставать страшно, потому что череп наверняка всмятку…

– Тащите их к нам, быстро! – Голос Тавифа я слышала уже в полузабытьи. – Филс уже мертв, сваливаем… Сваливаем!..