ГЛАВА 37. ИНИР

Я никогда не думал, что способен на любовь.

В детстве я был одинок также, как и остальные дети в приюте. Мы были предоставлены сами себе, но плохо с нами не обращались. Кормили чем было, умывали, давали крышу над головой и теплые одеяла в плохую погоду. Я часто убегал в порт, заворожено наблюдая, как корабли уходят из гавани к дальним берегам.

Я ждал, когда придет корабль за мной. Что родители вернутся, заберут меня, и мы отправимся покорять моря.

Я замечал за собой странности. Дети жаловались, что моя кожа холодная и не любили, когда я с ними говорил — изо рта шел холодный воздух. Воспитательницы даже вызывали лекаря, но тот развел руками. Меня кормили теплым супом, но не помогало. Сам я не чувствовал боли, я думал, что взрослые лишь преувеличивают.

Пока одной ночью, сбежав посмотреть на звездное небо, не заморозил лужи за собой. А потом берег у порта, заглядевшись на разгрузку торговых шлюпок.

Ко мне подошел мужчина и спросил имя. Я назвал и сразу убежал.

Потом он вернулся за мной.

Я был окрылен — он назвал меня особенным. Сказал, что у меня будет новый дом, где я буду счастлив. А потом — что я Избранный с утерянной магической силой холода…

Я вообразил себя героем.

Из книг, что нам порой читали. Сам я читать не умел и до сих пор с трудом справляюсь.

Если бы я знал, куда этот мужчина заведет меня…

Тот не дал бы себя увести.

Но я был юн, наивен и желающий обрести семью. Я обрел её в первые минуты. Милые женщины встретили меня с объятиями, дети окружили любопытством, но…

После нескольких простых проверок, что я считал забавой, все изменилось.

Главный Архимаг спросил, готов ли я стать великим, чтобы возродить их магию. Конечно, я согласился.

Меня окружили заботой, теплом и Башня стала мне домом. Я готов был отдавать этим людям столько же, сколько они мне давали.

Но они требовали слишком многого…

Меня заперли в темнице, запретили со мной общаться и отделили от всех остальных. Никто не был со мной добр, лишь архимаг повторял — так надо. Это ради твоего блага.

Ты скажешь нам спасибо.

Эти слова словно вживили мне в кожу вместе со всей дрянью, которой меня пичкали. Годы мучений… Мои волосы росли и седели день ото дня, пока вся голова не стала белой, как снег. Я не мог сбежать, не знал как, ждал, когда же придет «роковой день». Думал, что это я виноват, что я слаб, что подвожу свою новую семью…

Потом это чувство сменилось ненавистью.

Чаша терпения переполнилась, когда они решили испытать меня на бессмертие — проткнуть ножами с каждой стороны и ждать исцеления.

Тогда я должен был умереть.

Я просил их, умолял, но они были глухи.

Магия защитила меня, но убила всех — это была цена за явление Избранного.

Никто мне спасибо не сказал, как и я им.

Остался один на один со своим кошмаром — Башней, заваленной трупами и миром, который был ко мне не готов.

Я не должен был вообще появляться на свет. Всем было бы лучше. Несчастные люди, погибшие от моей магии лишь потому, что я не могу ею управлять. Я способен лишь разрушать, портить и никто не собирался спасать меня. Герцоги Роуз прогнали меня, а потом я узнал о Киране…

О том, что он может убить меня, если потеряет самое важное для себя.

Это решение, понял я. И я сыграю роль злодея, как полагается.

Но… мои планы пошли крахом, когда я похитил Фрэнсис Роуз.

Я легко могу вспомнить её милый саркастичный тон, надутые губы и мягкую улыбку. Я испугался её сразу — как только понял, что она не такая, как я представлял. Будь она капризной принцессой, было бы легче совершить то, что я задумал. Я не корил себя — это была бы цена за то, что мир бы стал свободен.

Но когда я узнал её поближе, то понял, что пропал.

Мне хотелось изучать её, слушать. Открыться ей.

Она первая, кому я сам назвал свое имя, данное мне при рождении.

Она сказала, что любит меня.

Я был уверен, что никогда не любил. И так и не смог ей признаться… За это ненавидел себя сильнее всего. Дни утекали сквозь пальцы — вдруг она думает, что я забыл про нее, что не любил?

Я обязан её найти, но как? Я перерыл библиотеку, но она бесполезна.

Мердрад обещал помогать, но присылал лишь письма о том, что никто не приходил к нему с удивительной истории пребывания в чужом теле. Он отправил лучших книгочеев изучить тайно этот вопрос. Но ничего полезно не узнал.

И его эта свадьба…

Мне плевать на мальчишку, но хотя бы он счастлив. Я не собирался даже мельком прийти на торжество — видеть «не свою» Фрэн невозможно.

Хорошо, что она не знает о том, что я делал с её телом… Если тогда меня не остановили, я бы дошел до конца. Никогда прежде не испытывающий плотских чувств я был сражен, как это затуманивает разум.

Любовь сильнее магии — и все же её недостаточно, чтобы отыскать Фрэн.

Не опускать руки, твердил я себе. Я обещал. Уже предал однажды, не поверив в её чувства — теперь я не имею права подвести её.

Я завернул за угол. Я не просто прогуливался по городу, давно исследовал в поисках, но не нашел ничего.

На краю Солнечного холма стоял приют. Знакомое место, где я провел свою юность. Теперь он изменился. Это не хилый домик, укрытый деревьями, это приличное здание в несколько этажей и красной крышей. Оттуда доносились детские крики и пахло луковым супом.

Я опустил голову перед тем, как постучать. Это мой последний визит — вечером я сажусь на корабль и отправляюсь на Восточные земли.

Я найду её, даже если придется перевернуть весь мир.