Глава 28

Элис.

Приход Эрнесто имеет для меня сугубо деловое значение. Его же намерение иное. Владелец клуба усаживается на стул. Значит, беседа растянется надолго.

— Сеньорита, вы можете идти, — отпускаю пациентку и присаживаюсь на кушетку.

— Как Серхио? — осведомляется мексиканец. Мимо него ничего не проходит. Пако уже доложил о потасовке.

— Теперь в порядке, — вздыхаю и перехожу к сути. — Эрнесто, я хочу покинуть город. Сам понимаешь, что без документов я даже в автобус не сяду.

 — Тебе нужен паспорт, — качает головой Мендоса. Конечно, такая просьба его удивляет.

— Паспорт и немного денег. На первое время. Я достаточно послужила тебе. Больше оговоренного срока. Теперь отпусти меня.

— Элис, я бы рад. Но обещание, которое я дал, касается не только тебя.

— Тогда нужны два паспорта. Отпусти Мардж тоже.

Мендоса смотрит в упор на меня. Я не отвожу глаз. Смотрю также настойчиво.

***

Жизнь в новых условиях меня не устраивала. Вынужденное «заточение» приводило в бешенство. В первый же месяц я пыталась два раза сбежать из клуба. Отсутствие паспорта меня не смущало. Главное было выбраться из Детройта. Но всё закончились неудачно.

Задача оказалась непосильной. У Мендоса повсюду имелись глаза и уши. Первый раз Пако обнаружил меня в районе вокзала. Второй раз я не ушла дальше мексиканского квартала. С тех пор верный пёс Эрнесто следил за мной круглосуточно. Попросить об одолжении прямо — единственная надежда на свободу. Пока мексиканец соображал, я вспомнила нашу первую встречу.

Он появился в клубе не сразу. Два месяца я видела только работников притона. В одну из ночей Пако привёл Эрнесто ко мне. Тот еле стоял на ногах и рукой зажимал живот.

Кто и где нанёс ему ножевое ранение, меня не интересовало. Я просто старалась помочь, не причиняя лишней боли.

 — Осторожней чикита! Что там у босса? — Пако суетился один за троих, когда я взяла в руки инструменты.

— Шрам останется. Разумеется. Остальное не смертельно. Только надо немного потерпеть. Не шевелитесь. Если вы ещё раз дёрнитесь всё, что внутри выпадет наружу.

Эрнесто тогда чуть не стошнило. Он не видел глубины и ширины зияющей раны. Но поверил мне на слово.

— Тогда коли обезболивающее и действуй, — он сделал жест Пако. Тот ушёл за ширму, а босс задал несколько вопросов. — Говорят, ты из Нью-Йорка?

— Да.

— В заведении не упоминай своего имени. Кстати, я не знаю твою фамилию.

— Янг.

Эрнесто непроизвольно дёрнул рукой. Моё имя его чем-то смутило. Он не говорил больше. Рассматривал меня, пока мог. Мендоса терпел небольшое хирургическое вмешательство. Когда я завязала последний узел, прозвучала странная просьба: Эрнесто попросил показать в зеркало шов. А затем провалился в сон. Он провёл в этой каморке неделю, пока я лечила его. И ещё одну исправно приходил на процедуры. С тех пор он стал со мной общаться. Мексиканец оказался благодарным. Он запомнил добро и пообещал отплатить мне той же монетой. Время пришло.

***

— Хорошо, — соглашается Эрнесто. — Только есть два условия, Элис. Первое: ты уедешь в Монтеррей. Знаю, что сейчас появится множество вопросов. Перетерпи и не спрашивай почему именно в Мексику. Три-четыре месяца поживёшь там. А дальше полная свобода.

— Одно помещение сменится другим, а суть останется прежней. Какое второе условие?

— Поужинай со мной.

Мендоса не обращает внимание на сарказм. Он принимается за старое. Проявляет интерес. Просит об одолжении.

— Завтра? — уточняю.

— Нет, Элис. Сейчас.

— Уже ночь, Эрнесто. Рестораны закрыты.

— Стол накрыт в моём кабинете. Так что, прошу, — он встаёт со стула, галантно подаёт руку. — Нам не нужны сторонние наблюдатели. Ты сможешь свободно говорить, не озираясь по сторонам.  Я расскажу о Монтеррее.

А в целом предложение не плохое. Давно хочется узнать, какое обещание до сих выполняет Мендоса.

В огромном кабинете действительно накрыт стол. Открыто шампанское, горит приглушённый свет. Приятные ароматы вызывают аппетит. Я охотно принимаюсь за первое блюдо.

— В Мексике у меня плантации, — поражает вступлением Эрнесто. — Не думай о печальном, Элис. Я ценитель качественного кофе. На нескольких десятках гектар растут кофейные деревья. Дом находится в живописной горной местности. Идеальный вариант для тихого проживания. Тебя встретит Тина. Моя невестка. Она приветливая и общительная. Настоящая сеньора. Вы поладите. Я уверен.

— Это широкий жест с твоей стороны. Но почему? Не лучше отпустить меня сразу? — заплываю издалека.

— Обещание, данное другу и красивой женщине. Perla (Жемчужина), — отвечает и произносит комплимент Эрнесто.

Я немного теряюсь от его откровенности. Мендоса давно не скрывает своих чувств. Ему нужна взаимность, а я не представляю себя в роли его женщины. Поэтому он только друг.

— И кто твой таинственный друг? О чём он просил?

— Давай поступим, как в детской игре, — предлагает мексиканец.  — Часть истории знаешь ты. Часть, я. Попробуем вместе нарисовать картину.

Я настораживаюсь. Неужели лёд тронулся?

— Что привело тебя к Хайдам? — шокирует Эрнесто вопросом. Я полагала, что ему не знакома звёздная семья. Думала, что от Пако он знает обо мне и Мардж.

— Ты в курсе дел Хайдов? — комок подступает к горлу. — И слышал, что я лечила Бэна? — Мендоса кивает. Но откуда он знает? Льюис на досуге поведал? — Ты знал о покушении? Расскажи, что связывает тебя с их семьёй?

— Начинаешь рисовать главные детали, Элис. Я не всегда был наркодельцом и в определённый момент отказался от этого бремени. Да. Я давно не в этом деле. Несколько лет назад мне предложили вложиться в легальный бизнес и профсоюзы. Различные фонды, а также в мощный концерн. Свели с нужными людьми и политиками. Одним из них был Бэн Хайд. Мы заключили негласную сделку. Я должен был внести долю в дело. Вырученные средства от последней партии кокаина. Мексиканский наркотраффик. Слышала о таком?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я содрогаюсь и понимаю, куда он клонит. Лёгкий озноб проходит по спине.

— Ты знал… — язык не поворачивается озвучить имя отца. О, Боже! Во что же я втянута? — Знал моего папу?

— Амиго. Перевоз партии накрывался. Кто-то сдал федералам время поставки. Вложения в фонды требовали огромных сумм, а Хайды не могли допустить потерю инвестиций. Реджина и Карло стояли за профсоюзами. Они в свою очередь снабжали финансовые фонды. И были должны тому, кто стоял выше них. Его имени я не знаю, но контролировал сделки именно он.

«Высший круг Козаностра. Санни верно сказал. Тот, кто всегда остаётся в тени. Главный мозг. И если это не Бэн, то кто?».

— Когда у меня возникла проблема, на помощь пришёл Бэн и…

 — Мардж? — подсказываю Эрнесто и понимаю, как мог отец стать продажным федералом. Значит, Отрешённый не лгал. Он копал под отца и скорее всего являлся тайным агентом.

— У Дэвида имелись свои слабости. Мардж, одна из них. Твой отец был замечательным человеком. Просто так сложилась жизнь.

— Он помог тебе ради денег? Нет. Ради Мардж. Что он сделал, Эрнесто? — пусть расскажет правду, которую боится озвучить подруга. Я готова услышать её.

— Дэвид сказал агентам, что поставка переносится. Он сделал это по моей просьбе. Товар пересёк границу на несколько дней раньше. Выгоду получили все.

— Только папа погиб. А меня преследовали и отправили в изгнание.

— Не совсем, Элис. — отвергает факт Эрнесто. — Вспомни свою часть истории.

Шарады Эрнесто вызывают смех. Его намёки бьют больнее камня. Отрешённый искал какой-то фрагмент. И, что получается?

Мозг лихорадочно дорисовывает картину. Что-то отражено на снимках из семейного альбома. Фото видела только я. Отец обожал головоломки, как и Эрнесто. Мардж их свела. Папа помог мафиози и его убрали. После Отрешённый понял, что Дэвид скрыл важную улику. На Бэна покушались из-за наркотрафика. Мардж специально привезла его ко мне. Я здесь, потому что должна уцелеть. Должна найти улику. А чёртова улика нужна им всем!