Глава 44

Коул Эрскен

Погодка в Кон-Джерси отличная. Солнечная, ветреная, с запахом океана, смешанным с выхлопами. Понятно, почему старая карга могла укрыться здесь, если это вообще так. Это город-хамелеон. Блестит для богатых. Я снял номер в отеле на вершине одного из небоскрёбов — не для роскоши, а для обзора. Панорамные окна, как на ладони, показывают половину района, где, по данным Астры, копошится культ.

Время охоты наконец-то настало.

Достаю коммуникатор. Набираю код. Связь устанавливается после третьего гудка.

— Привет, злодейка. Как жизнь? — Мой голос звучит непринуждённо, почти дружелюбно.

На том конце — секундная пауза, затем узнаваемый, бархатный с подхихикиванием голос:

— Ох, это ты, что ли, нужный человек, которому Нортан поручил разобраться во всём? Ну ладненько.

Слышно, как она затягивается чем-то дымным. Сигарой, скорее всего.

— Записывай адрес, встретимся лично. Только со мной будет парочка зверяток.

Я усмехаюсь про себя, глядя на город за стеклом. Знала бы она, что эти «зверятки» уже давно докладывают о каждом её шаге. Что она, сама того не ведая, часть моей работы. Одна из самых… приятных для наблюдения, я бы сказал. Как красивая, опасная бабочка в банке.

— Конфетка, ты не поняла, — перебиваю я её, и в моём тоне появляется лёгкая, но недвусмысленная сталь. — Ты в это дело не суёшь свой любопытный носик. Ты даёшь мне информацию, которой обладаешь. И забываешь об этом как об очередном пустяке. Наслаждайся жизнью и не лезь в дерьмо, которое тебе вовсе не к лицу. Жду СМС с информацией. Чао.

Она начинает что-то возмущённо бубнить, но я отключаюсь. Указание Нортана было чётким: не ввязывать Астру. Моя задача — оградить её, даже от неё самой.

Через пять минут, ровно как я и предполагал, приходит сообщение. Координаты. Имя. Линда Грейс. Вероятно, одна из адептов. Клуб «Сиреневый Туман». Чёрт. Жаль, что это женщина. Я женщин, как правило, не люблю пытать. Это… не эстетично. Не так интересно. Разумеется, за исключением женщин из семейства Рейнхарт. Для них я сделаю исключение с огромным удовольствием.

Но для этой Линды… думаю, найду более изящные методы воздействия. Сначала нужно подтвердить информацию.

«Сиреневый Туман» встречает меня томными джазовыми переливами саксофона и приглушённым светом. Слишком рано для настоящей ночной жизни, поэтому за столиками — лишь парочки да одинокие фигуры, ждущие, когда начнётся настоящее веселье.

И мне пиздец как везёт.

Потому что за барной стойкой, медленно потягивая какую-то розовую бурду через трубочку, сидит она. Слегка полноватая шатенка лет тридцати. Стёганая куртка, простые джинсы. Уж больно похожа на фото из сообщения Астры. Да, это она и есть — Линда.

Слава всем тёмным и светлым богам, я не обделён физическим магнетизмом. Это не хвастовство — это факт, который я давно принял и научился использовать как инструмент. Я — безупречный красавец в тёмном костюме, с лицом, от которого у многих сносит крышу. И эта заурядная особа будет ссаться от счастья, когда я только с ней заговорю.

Подсаживаюсь на соседний барный стул. Она чувствует движение, оборачивается. Сначала взгляд скользит без интереса. Потом задерживается. Глаза округляются. В них вспыхивает удивление, затем лёгкий испуг — потом, бинго, предсказуемый блеск внезапного интереса. Ну ещё бы. Вряд ли с ней каждый день знакомятся боги во плоти — причём боги, явно с более высокой социальной ступени.

— Привет, одна тут? — Мой голос звучит низко, с лёгкой, необязательной улыбкой.

Она замирает, потом быстро кивает, слишком быстро.

— Да… да, одна.

— Коктейль хочешь, красавица? — Продолжаю напор, ловя взгляд бармена. — Что пьёшь?

— Я… Лонг-Айленд, если можно, — бормочет она, и щёки её розовеют.

— Два Лонг-Айленда, — киваю бармену. — И счёт ко мне.

Начинается самая скучная часть — непринуждённая, пустая беседа. Я мастер такого. Лёгкие вопросы о городе, о музыке, дежурные комплименты, которые звучат искренне, потому что я вкладываю в них ровно столько, сколько нужно. Она тает на глазах. Её защитный барьер рушится быстрее, чем я ожидал. Одиночество, заурядность, жажда внимания — всё это написано на её лице крупными буквами. Идеальная мишень для вербовки в ебаную секту.

Через час и три коктейля — не мои, я пью воду с лимоном — она уже смеётся моим шуткам и смотрит на меня, как на рождественское чудо.

Время поджимает. Перехожу к делу.

— Слушай, тут такая духота и шумно, — говорю я, слегка наклоняясь к ней, чтобы она почувствовала запах моего дорогого парфюма. — Может, к тебе поедем? Тихо, спокойно… продолжим в более уютной обстановке?

Она не просто соглашается. Она быстро соглашается. Почти захлёбываясь от восторга. Ну и дура, конечно. Но мне это только на руку. Мне нужно попасть в её логово, в её цифровое пространство. Найти следы.

Мы выходим. Её магокар — невзрачный, бюджетный. Я предлагаю свой. Она, разумеется, соглашается.

И вот тут начинается самое мерзкое. Она пытается наброситься на меня прямо в салоне. Её липкие, сладкие от коктейля губы тянутся к моей шее, руки лезут расстёгивать рубашку. Я едва сдерживаю рвотный позыв. Мне неприятны прикосновения этой шмары. Вообще, мне физически неприятны прикосновения почти всех. Единственное исключение — моя принцесса. Всем остальным повезло, что я просто терплю их близость, когда того требует дело.

Тактично, но твёрдо отстраняю её, делая вид, что сосредоточен на управлении.

— Погоди, милая, успеем. Всё в своё время.

Она обиженно плюхается на сиденье, но ненадолго. Возбуждение и алкоголь делают своё дело.

Её дом — обычная квартира в невыразительной многоэтажке. Нищета, прикрытая дешёвыми безделушками и кричащими обоями. Ничего примечательного. Ни намёка на фанатизм или связь с Джорджиной.

Как только дверь закрывается, она снова лезет целоваться. Господи, дай мне сил.

— Эй, эй, полегче, — говорю я, слегка обнимая её за талию, чтобы удержать на месте, и в этот момент моя вторая рука, быстрая и точная, достаёт из внутреннего кармана пиджака небольшую шприц-ручку. Не наркотики. Не какое-то запрещённое дерьмо. Обычное, сильное, быстродействующее снотворное, которое используют в дорогих клиниках. Ничего криминального.

Она даже не успевает понять. Лёгкий укол в шею, прикрытый якобы страстным прикосновением. Её глаза становятся стеклянными, тело обмякает у меня на руках.

— Ой, кажется, перебрала, красотка, — шепчу я, аккуратно укладывая её на диван. — Поспи. Утро вечера мудренее.

Она уже не слышит. Глубокий, ровный сон. На утро проснётся с жутким похмельем и смутными воспоминаниями о встрече с красавчиком, который, увы, был вынужден уйти по срочному делу.

А у меня есть час, максимум два.

Обыскиваю квартиру. Тщательно, методично. Книги, дешёвые романы, косметика, счета за коммуналку, пачка сигарет. Ни намёка. Ни единой странной записи, символа, фотографии.

Зато её телефон, валявшийся на столе, даже не заблокирован. Пароля нет. Ну, Джорджина, ну и последователи же у тебя. Такие же тупые, как и ты сама, что ли?

Листаю переписки. Подружки, сплетни о работе, жалобы на начальника. Скучно. Потом нахожу чат с «Тони». И вот здесь прогресс.

Тони явно более фанатичен. Его сообщения полны намёков на «очищение», «новый порядок». И он прямо жалуется на «Мать». На её высокомерие, на её требования, на то, что она держит себя королевой, даже в бегах: «Но она права, — пишет он тут же. — Только она видит истину. Мы должны терпеть ради великой цели».

Бинго.

А ещё у них есть групповой чат — «Сад Гефсиманский». Поэтично, блять. В нём около сотни участников. И они обсуждают не садоводство. Политика. Новости о «падении светлых устоев», о «засилье скверны», о «полукровках, оскверняющих чистую кровь». Это же джек-пот. Буквально.

Быстро, через защищённый канал, перебрасываю себе весь список контактов, историю чата — всё. Рассылаю своим людям в Кон-Джерси и Вельдисе: найти, взять на карандаш, установить слежку. Не трогать пока. Пусть думают, что они в безопасности.

Но самое главное — где же Джорджина? Ни в одном сообщении нет адреса, намёка на место. Тони пишет: «Мать сменила пристанище. Скоро назначит новую аудиенцию. Ждём сигнала».

Значит, она перемещается. Не сидит на одном месте. Умная тварь. Использует этих идиотов как щит, как источник ресурсов и информации, но сама держится на расстоянии.

Я смотрю на спящую Линду. Никакой пользы от неё больше. Разве что… Если «Мать» назначит новую «аудиенцию», Линда, как верная овца, вероятно, получит приглашение.

Оставляю на её телефоне почти невидимый трекер и программу-шпион, которая будет пересылать мне все новые сообщения. Аккуратно кладу телефон на место.

Потом ещё раз окидываю взглядом эту убогую квартирку. Ничего. Она — нижнее звено. Пешка.

Но пешки иногда ведут к ферзю.

Я поправляю пиджак, незаметно выхожу из квартиры и растворяюсь в ночном городе.

Джорджина где-то здесь. Она чувствует себя в безопасности среди этих фанатиков-неудачников. Но её безопасность — иллюзия. Потому что я внутри её системы. Я уже читаю её переписки. И теперь мне нужно лишь дождаться, когда королева в изгнании высунет голову из своей норы.

А когда высунет… о, тогда начнётся самое интересное. И на этот раз я не стану церемониться с методами, даже если она женщина. Особенно потому, что она женщина, сломавшая мою принцессу.