Глава 6

В весьма потрепанных чувствах я сижу в машине чужеземца. Раскрасневшаяся, напуганная и сама не своя я поначалу не замечаю взгляда Владислава — несомненно злого взгляда. Вся в своих мыслях, вся дрожу не то от холода, не то от страха и произошедшего. Растираю руки, от ремня которые еще минуту освобождал Владислав. От ремня насильника. Не поворачивается язык назвать его иначе, не поворачивается.

А когда заметила взгляд этот самый, то было уже поздно — мужчина для себя все решил, а потому довольно резко произносит:

— Неповадно будет ходить с мужиками в безлюдных местах, — не удерживается от колкости он, подливая масла в огонь моих эмоций и взбудораженности.

Я судорожно вздыхаю от накалившейся обстановки.

— Спасибо, — дрожу и шепчу с искренней благодарностью, — я не думала, что так выйдет. Я не ожидала от него, он ведь так близок с моим отцом и работает на него…

— Коллегам без разбору можно себя отдавать? Платья короткие нацеплять? Белье сексуальное надевать? — тон чужака так и сочился подтаявшим льдом.

Я громко сглотнула и повернулась к Владиславу. А вот его глаза ничуть не оттаивали. Он без тени на улыбку разглядывал меня, сидящую в его дорогом автомобиле. Я понимала, что мои волосы выбились из пышной прически и теперь непослушным каскадом струились локонами по плечам, оголенной ключице, шее и груди, но даже руки от слабости и боли не поднимались убрать их.

— Мое белье вас не касается, — прерывисто произношу я, а затем вздрагиваю и затаиваю дыхание от неожиданности.

Рука Владислава метнулась столь быстро, что я упустила этот жест из виду. Он заблокировал двери на замок, а следом вернулся ко мне и поддел лямки — лямки моего платья и кружевного бюстгальтера. Они спадают вниз, чуть-чуть оголяя грудь. Цепкий орлиный взгляд чужака коснулся моих ресниц, взгляд этот словно гипнотизировал и заставлял меня не сопротивляться всем его наглым действиям. А еще дышать заставлял — очень и очень быстро, шумно и болезненно. Мне не страшно, после Максима мне не страшен Владислав. Но ото всего этого было не по себе.

— Смотри-ка, касается, — прошептал он, а следом его палец останавливается на уровне ложбинки груди. Я не могу отвести свои глаза от его ледяного и какого-то зловещего взгляда.

Что же ты делаешь, черт возьми?

У меня вырывается прерывистый вдох, когда Владислав опускает платье вниз. Он разглядывал мое кружевное белье и негодовал:

— И это ты надела на свидание с мальчуганом? Смотри какое возбуждающее белье. Разве не этим ты планировала этого сопляка соблазнять? Ни за что не поверю, что с таким бельем не идут трахаться.

Я раскрываю глаза и наваждение падает к чертям. Руки сами отталкивают не на шутку возбужденного мужчину, колени сжимаются от злости, а мои глаза метают молнии. Я увидела собственное отражение в зеркале и ужаснулась тому, кем я была рядом с этим чужеземцем, рядом с Владиславом.

— Немедленно отвезите меня домой! Остальное вас не касается! — выдыхаю я.

— И снова «вас»? — хрипло отшучивается мужчина, но видит мой настрой и отпускает. Возвращается и телом, и душой на водительское сидение, сжимает руки в кулаки, сжимает челюсти. На его скулах бегают желваки, но сидит. Смирно.

— Отвезите меня домой. Я больше не хочу вас видеть, со мной не нужно играться, ясно? Либо просто не трогайте меня, либо уезжайте обратно в столицу и там ищите развлечения на ночь!

— Девочка, ты многое себе позволяешь. Ты ведь совсем обо мне ничего не знаешь, — его взгляд метнулся к моей вздымающейся груди и бегающим зрачкам.

— Я благодарна вам за то, что вы спасли меня от этого урода. Спасибо, Влад, но сейчас я хочу домой… — не прошу. С дрожью в голове приказываю, я еще слишком напугана.

Взгляд Владислава приковывает меня к сидению. Его темные, словно ночь глаза обещают расплату за столь необоснованные слова, и я понимаю, что сказала лишнее. Короткая улыбка трогает губы Владислава, но затем он серьезно произносит:

— Раз ты еще не поняла, то я немного поведаю тебе о своей жизни, Нина. В столице таких уродов, как ты выразилась, пруд пруди. И один из них является моим партнером и другом по совместительству.

— Вы это говорите для того, чтобы я еще больше вас остерегалась? — сглатываю я ком, застрявший в горле после его признания.

— Так даже после случившегося у бармена шансов больше, чем у проклятого чужеземца? — его голос, кажется, звенит яростью.

— Я более не хочу об этом, — выдыхаю, пытаясь взять себя в руки, — как жаль, что наше знакомство затмилось донельзя странными эмоциями и желаниями.

Молчание изредка прерывалось приходящими сообщениями на телефон Владислава. Видимо, его кто-то сильно желал услышать. Он посмотрел на экран телефона и прежде, чем ответить, глубоко выдохнул. Его руки до сих пор были сжаты в кулаки, так, что костяшки пальцев побелели, но вскоре он поднес телефон к уху:

— Арбин, друг мой, ты не вовремя.

Выслушав собеседника, вскоре мужчина отключается и поворачивается ко мне:

— Это, кстати, был он.

Я отвожу взгляд и молчу, больше не желая произносить ни слова. Совсем… Пусть катится в свою столицу к своим весьма сомнительным товарищам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ты права: действительно жаль, что все сложилось так, а не иначе, — мрачно произносит мужчина, после чего резко выжимает сцепление, включает передачу и стартует.

Мы едем с такой скоростью, словно к утру нам уже нужно быть в столице. Мы едем настолько быстро, что я действительно подумала, что мы направляемся к выезду из города, но это было не более, чем мое разгулявшееся воображение.

Только последние слова чужака мне совсем не понравились. Не их смысл, а то, как он их произнес, но об этом я вспомню еще совсем, совсем нескоро…