27 глава

Пролежав до рассвета без сна, вспоминая случившееся с дрожью во всём теле, я никак не могла принять тот факт, что чуть не убила человека, не важно, что когда-то он был моим мужем.

Интересно, как с этим живут те, которые намеренно, смотря в глаза своей жертве, лишают жизни? Как они потом спят? Как строят свою дальнейшую жизнь?

Да, я его ранила, и от этого факта становилось легче, но если бы… Тогда я была бы убийцей. Меня могли бы даже посадить в тюрьму! И чем больше думала, тем дальше и страшнее становились мысли.

В конце концов, зажав голову руками, призвав все силы, я постаралась прогнать всё плохое.

– Малыш… Как нам без папы плохо. Мы даже не знаем, что с ним.

Несколько раз погладила живот рукой, повернулась на бок и, посмотрев в рассветное небо, загадала лишь одно, самое заветное желание – хоть бы Серёжа скорее вернулся, живой, здоровый, мой.

– Маш, подруга, ты как?

Голос Катюхи вырвал из короткого сна. К удивлению, я поняла, что мне абсолютно ничего не снилось, голова была ясной, а я отдохнувшей. Приподнявшись немного на больничной койке, махнула подруге, та подошла ко мне и села с краю.

– Привет.

– Привет. Звонила тебе всё утро, но ты не отвечала. Тогда поехала к тебе, квартира закрыта, и тишина.

Подруга явно была на взводе и начала быстро тараторить, схватив меня за руку и крепко сжав.

– Вот прямо чувствовала, что-то не так… Минут пять в дверь колотила, пока сердобольная соседка не вышла и не сказала, что ты вечером уехала. Неее, я сначала обрадовалась, вдруг… А потом поняла, что ты бы мне сразу позвонила… Ох, ты бы меня видела! Чуть не обкакалась от страха!

– Кать…

– Подожди… Я ещё не всё! Хорошо ума хватило, набрала Медведя. Он мне всё и рассказал. Чёрт! Почему его выпустили, а не пристрелили сразу? Вот была бы я вчера, не задумываясь, всадила бы нож в самое его гнилое сердце и ещё несколько раз провернула, чтобы наверняка!

– Катюх! Хорош! Успокойся!

– Да не могу я! Меня ужас, как колотит!

Подруга внимательно посмотрела на меня и провела пальчиками по моей щеке, где уже вовсю расцвел большой синяк.

– Подонок! Бить беременную женщину!

Хоть Катя и говорила правильные вещи, и я видела, как она искренне за меня переживает, становилось легче. Сейчас она была мне нужна.

– Это единственное, что он мне сделал.

Катя просидела со мной до приезда Медведя. Мы успели с ней всё обговорить и даже поплакать.

– А вот и я.

– Привет ещё раз.

Махнула ему подруга, а я искренне улыбнулась

– Привет, Валера.

– Ты как? Отдохнула?

Медведь подошёл к нам и сел рядом на стул. Я уже была одета, и мы его ждали.

– Да, нормально… Ох…

– Что такое?

Валера сделал такое испуганное лицо и подался ко мне вперёд, что мне стало смешно.

– Ничего, большой мишка. Один маленький мальчик решил сильно меня пнуть.

– Фух… Маша! Я ещё от вчерашнего не отошёл!

Мы с Катей звонко рассмеялись, а Медведь, хмыкнув, встал и подал моё пальто.

– Поехали с нами в деревню на пару дней?

Предложение было, конечно, заманчивое, но я хотела остаться дома, надеть футболку Серёжи и ждать любимого в его доме.

– Нет, спасибо. Я домой.

– Уверена? Может не надо пока быть одной? Ну, мало ли…

– Она не одна. Я побуду с Машей столько, сколько надо.

Катя утвердительно кивнула, и Медведь махнул рукой, мол, как хотите.

Зайдя в нашу квартиру, я тут же схватила телефон, в надежде, что кто-то звонил, и, может есть какая-то информация, но кроме звонков от Кати и одного от родителей, не было ничего.

Я каждый день ждала, просыпаясь с мыслью, что, может быть, сегодня тот день, когда хоть что-то узнаю о моем Великане. И каждый день ничего не приносил.

– Ну, всё, я поехал. Звони, если что.

– Спасибо, ты тоже. Пока, Валер.

Медведь молча кивнул и вышел за дверь. Я же решила, что присутствие Кати не обязательно, но, видимо, сейчас в ней, как никогда, проявилось острое чувство опеки.

– Маш, мне плевать, хочешь ты или нет, но сегодня я остаюсь у тебя. Что приготовим на ужин?

– А как же твой?

– Он в курсе и сказал, чтобы сколько надо, столько у тебя и оставалась.

В конце концов, я сдалась. Приняв душ и переодевшись в так мною любимую футболку Сережи, мы удобно расположились на кухне.

– Ты как? Пришла в себя?

Катя налила нам чай, пока в сковороде готовилось что-то вкусное.

– Даже не знаю… Такое сейчас чувство, что это всё происходило не со мной. Я до сих пор не могу поверить, что смогла его ударить ножом. Я ведь… Он…

– А у тебя был выбор? Думаю, если бы даже ты убила его, всем стало бы только лучше. И не смотри так! Я знаю, о чём ты думаешь! Это была самозащита! С тобой было бы всё хорошо.

– Пускай будет так.

Я тяжело вздохнула и посмотрела на календарь. Скоро будет полгода, как Серёжи со мной нет. Почти пять месяцев неизвестности о нём. Я тяжело вздохнула.

– Ну, ты чего?

– Катюх, я безумно по нему скучаю… Этого не передать.

Катя даже не стала спрашивать, о ком я, только кивнула, встала и, разложив ужин по тарелкам, поставила на стол.

– Понимаю и вижу. Держись, зайчик, мы рядом. Он вернётся, все в это верят. Ему есть ради кого жить и к кому он, хоть босиком, но придёт. А тебе сейчас надо себя беречь и хорошо кушать. Налетай.

Да, умеет подруга поддержать! Я и так это знала, верила, но больше всего чувствовала, поэтому ждала, не думая о плохом.

Время близилось к вечеру, мы удобно расположились в гостиной на большом диване, изредка просматривая какой-то сериал, но большую часть времени просто болтали. Вернее, болтала Катюха, а я с улыбкой её слушала.

Звонил Медведь, чтобы ещё раз убедиться, что со мной всё в порядке, и я под присмотром. Ольга даже собиралась приехать, еле её отговорила, пообещав, что и дальше буду хорошо следить за своим состоянием, и, если что, сразу ей позвоню. Про Олега даже спрашивать не хотелось, я и так знала, что теперь меня обязательно несколько раз вызовут, как потерпевшую.

– А завтра выходной, и мы с тобой… Кого это принесло?

В дверь позвонили, и я вся напряглась. Катя с вопросом посмотрела на меня. Неужели опять? Я схватила руку Кати, в испуге смотря ей в глаза.

– Я не знаю… Кать, свои не должны.

– Ладно, разберёмся.

Катюха пожала мою руку, взяла на всякий случай телефон и подошла к двери. Я вышла за ней следом. Ну, не могла её одну оставить. Посмотрев в глазок, она пожала плечами и, повернувшись ко мне, удивлённо сказала.

– Там какая-то женщина, нашего возраста… с ребёнком.

Снова раздался звонок в дверь. Я также ничего не понимала, но любопытство взяло верх.

– Открой, Кать.

– Уверена?

– Да.

Катюха открыла дверь наполовину, не решаясь открывать полностью, и со сталью в голосе спросила.

– Чего Вы хотите?

– Здравствуйте, мне нужна Мария Скорц… Маша.

– Зачем она Вам?

– Простите, а Вы кто?

– Я её подруга.

Я подошла к Кате и шире открыла дверь. Перед нами стояла красивая девушка, на вид ей, действительно, было столько же, сколько и нам с Катей.

– Я вас слушаю.

Она держала за руку хорошо одетого малыша, который ерзал и норовил вырвать руку.

– Здравствуй, Маша. Меня зовут Яна, а его Алёша.

Я кивнула и улыбнулась мальчику, который шагнул к нам, но Яна отдернула его к себе.

– Это я писала тебе полгода назад. А он – сын Олега.

– Аааа… Теперь немного ясно. И зачем ты пришла?

Я положила руку Кате на талию и слегка сжала, в надежде, что она немного умерит свой горячий пыл. Яна же даже не обратила на неё внимания, продолжая смотреть на меня, оценивая и, в конце концов, кивнула на мой живот. Я по инерции прикрыла его рукой.

– От Олега?

– Она совсем? – не выдержала Катя. – Так, дамочка, нам и тогда хватило вашего яда. Уходи.

– Нет. Этот ребёнок не от него. Чего ты хочешь?

– Поговорить. Впустишь? Мы ненадолго.

Я кивнула и отошла в сторону, Катя же закатила глаза, показывая всем своим видом, как она недовольна моим решением. Яна с мальчиком зашли, и она стала его раздевать, аккуратно складывая вещи на небольшой пуф. Когда она тоже разделась, я позвала их на кухню.

– Чай?

– Да, спасибо. Лёша, пожалуйста, веди себя хорошо.

– Давай я, садись.

Сказала подруга и занялась чаем, а я села напротив, рассматривая маленького сына Олега. Лёша улыбался мне и протягивал руку. Не скажу, чтобы он был копией Олега, но сходство определенно было.

– Он долго не усидит, поэтому я сразу начну. Маша, хочу тебя предупредить. Олег совсем слетел с катушек, он только и говорит, как хочет тебе за всё отомстить, не стесняясь в выборе методов. Я его совсем не узнаю. Он стал другим. Более злым, маниакальным что ли.

– Спасибо, но уже поздно.

Катя поставила чашки, достала печенье и протянула одно мальчику. Тот с удовольствием взял и стал грызть, Яна кивнула в знак благодарности.

– В смысле?

– Ты не знаешь?

– Нет, он вчера уехал, ничего не сказав, не попрощался.

На лице Яны появилось удивление и непонимание.

– Он арестован.

– Давай я расскажу. Хватит с тебя снова переживать весь вчерашний ужас.

Катя во всех красках, но сдерживая маты при ребёнке, рассказала гостье о Скворцове, периодически прося меня подтвердить. Оказывается, что когда рассказываешь сам, то, как будто, заново всё переживаешь. Но когда говорила Катя, я словно слушала чью-то чужую историю.

– Боже, значит, он всё-таки решился… Он точно сошёл с ума…

– Да, он был невменяем, когда выпил бутылку коньяка.

– Маша, прости меня…

Яна протянула руку и дотронулась до моей в примирительном жесте. Я не стала убирать свою, видя по её глазам, что она говорит искренне.

– Как ты узнала, где живёт Маша?! И почему пришла? Ясно, что предупредить, но почему?

Яна убрала руку, погладила сына по голове и начала рассказывать, причём с самого начала.

– Я пришла в компанию три с половиной года назад, работала мелким сотрудником… Не важно. Олег мне сразу понравился. Когда узнала, что он женат, было уже поздно. Влюбилась по самые уши, бегала за ним, как собачонка… Он не сразу обратил на меня внимание… Но потом мы стали близки. Я позволяла ему делать со мной всё, что он только хотел. Где-то терпела, а где-то даже нравилось.

Я понимала, о чём она говорит, и лишь кивнула. Катя же переводила взгляд с неё на меня, абсолютно ничего не понимая.

– Когда я забеременела, то ждала, что он уйдёт от тебя. Но Олег объяснил, что пока не собирается этого делать, и если я по-прежнему хочу, чтобы он был со мной, то должна молчать о нас. Я согласилась. Родился Лёша. Олег был очень рад ему, я видела, как искренне его любит.

Яна снова погладила сына, а тот взял ещё одну печеньку и стал дальше хрумкать.

– Олег рассказал мне про вашу семейную жизнь и бесплодные попытки завести ребёнка, обвиняя в этом тебя, Маш. Но теперь я вижу, что у тебя с этим всё нормально.

– Да, видимо нам не суждено было иметь детей, и слава Богу.

– Да, наверное, так лучше всем. Алёша рос и с каждым разом, когда Олег уходил от нас к тебе, мне становилось всё тяжелее. Я сходила с ума, думая, что он может в один прекрасный день к нам больше не прийти. И однажды не выдержала, и написала тебе. Это был крик моей души.

Теперь я протянула свою руку и сжала её. Сейчас я ей была благодарна, что она это сделала.

– Ты правильно поступила. Если бы не ты, то я бы так и страдала рядом с Олегом, думая, что люблю его. Но это было не так. Я встретила своего любимого мужчину и теперь счастлива.

– Я очень рада за тебя, но ты всё равно прости меня за те плохие сообщения.

Я кивнула и улыбнулась. Яна же продолжила.

– Когда ты подала на развод, я была безумно счастлива, пока Олег не выместил на мне всю свою злость и не открыл все карты. Тогда мне в первый раз стало страшно. Он не контролировал себя, несколько раз срывался на сына. Мы терпели, пока его не закрыли. А когда он вышел из СИЗО и приехал к нам, я его совсем не узнала. Это был один сплошной сгусток злобы.

Яна замолчала, а потом приподнялась немного и, подняв свитер, показала свои ребра. Половина её тела была в сплошных синяках. Я закрыла рот рукой, чтобы сдержать крик ужаса.

– Какой кошмар. Яна, почему ты молчала?

– Я не могла по-другому. Он пригрозил мне, что заберёт сына, если кому-то расскажу про него.

– Вот же мудень… Ой, прости, малыш.

Катя уже по-другому смотрела на Яну, а у меня на глаза наворачивались слезы. Яна оказалась такой же жертвой Скворцова, как и я.

– Маша, я должна была ещё вчера тебя предупредить. Как же жалею, что не сделала этого. Я боюсь его и только сегодня решилась. А твой адрес он записал на листке и оставил у меня, так я и узнала, где ты живёшь.

– Что ты теперь будешь делать?

– Пока я в декрете, поэтому поеду к родителям. Я и так собиралась это сделать. Вещи наши в машине лежат, я хотела сбежать. А теперь могу спокойно ехать и, надеюсь, что смогу его забыть.

– Спасибо, что пришла и попыталась предупредить, а потом всё рассказала.

Яна встала и повела сына одеваться.

– Мы поедем, у нас впереди ещё два часа дороги. Спасибо за чай. А где твой мужчина?

Я не ожидала этого вопроса и растерялась. Но за меня ответила Катя.

– Он сейчас работает в другой стране, скоро должен приехать.

– Это хорошо. Желаю вам счастья.

– Спасибо большое, и я тебе. Всё наладится. Вот увидишь.

Мы попрощались с Яной и вернулись в гостиную, несколько минут мы просто молчали, обдумывая всё, что сейчас услышали.

– Да уж, а сначала я хотела ей патлы вырвать.

Я рассмеялась и толкнула подругу в плечо.

– Маликова, ты как всегда в своём репертуаре!