Глава 18. Подозрительная

До дома Ксюши осталось ехать десять минут, а она все никак не унималась. Кирилл свернул в нужный поворот, но потом был вынужден ответить:

— Да чего тебе стыдно-то?

Она, наконец-то получив внимание к своей проблеме, прибавила громкости:

— Так а чего ж не стыдно-то? Семен Иванович такой: «Доброе утро, Ксюша!», а Мария Александровна вообще рот рукой зажала, как будто ей нечего сказать!

— Ей всегда есть что сказать.

Но Ксюша и не собиралась выслушивать его оправдания:

— Но хуже всех ваша Тамар Санна! Она улыбнулась так ехидно… Вот-вот, смотри как, — Ксюша изобразила отвратительную рожу, не имеющую ничего общего с приветливым лицом домработницы, а потом продолжила гневный монолог: — Вот именно так улыбнулась и говорит: «Завтракать будете?», ну, как бы с намеком!

— Уверен, она против тебя что-то замышляет. Тамар Санна еще ни разу так никому не хамила.

— Да-да, издевайся! — Ксюша обреченно махнула на него рукой. — Я же не о том! Я про то, что все так выглядело, вот они и наделали выводов.

Кирилл припарковал машину возле входа, но эту тему пропустить не мог. Оставалось только надеяться, что улыбался он не так ехидно, как Тамар Санна:

— Каких еще выводов?

— Сам будто не понимаешь! — Ксюша взглядом попыталась прибить его к месту, но ей это не удалось. — Что мы типа встречаемся! И не только встречаемся! Ладно, пойдем уже.

— Подожди, — он ухватил ее за руку, останавливая, и тут же отпустил. — Не только встречаемся — это как? Ты про секс или что похлеще?

И как бы он ни старался, совсем не улыбаться не получалось. Ксюша, конечно, восприняла его поведение, как насмешку:

— Все, Кир, хватит уже. Я только прошу тебя — ты поговори со своими, объясни, что все не так, как они придумали!

— Без проблем, — легко согласился он. — Так и объясню, что мы не только встречаемся…

К счастью, Ксюша не расслышала конца фразы:

— Моим-то мы легко все объясним! Да и братья понимают, что мне больше никакой парень не нужен, — она вздохнула.

— Совсем не нужен? — Кирилл закусил губу, потому что продолжать улыбаться было ну уж совсем ни к месту. — Никогда?

— Совсем и никогда. Ты же понимаешь? — ее кислый вид некстати напомнил о том, что ей совсем еще недавно нравился Вадим, еще пару дней назад она была окрылена надеждами, а теперь готовится снова перестраиваться на тусклую жизнь без цветов и романтики.

— Понимаю, — искренне ответил Кирилл, чтоб ее поддержать. — И даже помогу!

— Поможешь? — она не могла уловить, шутит он на этот раз или нет.

— Конечно. Если ты вдруг опять начнешь витать в облаках, то я тебе напомню, что парень тебе не нужен, что он обязательно разобьет тебе сердце. Оттащу тебя от края пропасти, как говорится.

— Очень будет кстати! — согласилась она. — Спасибо, Кир.

— Целуй, — он показал пальцем на щеку и наклонился к ней, чтобы поблагодарила, как следует, а не как собиралась. Она даже обняла его и звонко чмокнула, ничуть не стесняясь. Не видит, глупая, угрозы, а Кириллу только того и надо.

— О, молодняк приехал! — встретила их тетя Аня. — Давай, дочка, переодевайся и за стол, скоро уже будет готово. Кирилл, мой руки и тоже дуй к нам.

Удостоверившись, что Ксюша направилась в свою комнату, Кир тут же кинулся на кухню, чтобы подготовить почву. Минимум стрессов, максимум веселья — это Ксюше не помешает. Там, кроме хозяйки дома, его поджидали и игриво настроенные Ксюшины братья. Кирилл обратился сразу ко всем, но старался говорить тихо, постоянно оборачиваясь назад:

— Так, народ, очень прошу при Ксюше не говорить, что мы встречаемся. Вообще никаких там романтических романтик и прочей чуши.

Анна Ивановна резко развернулась к нему и нахмурилась:

— Как это — не встречаетесь, смазливая твоя рожа?! А что же вы тогда по ночам делаете? Я тебе щас так всыплю, если ты в игрушки намерился поиграть!

— Встречаемся, встречаемся! — Кирилл поднял руки вверх, но от полотенца все же увернулся. — Только Ксюша об этом пока не знает! Понятно?

Им, по всей видимости, ни черта понятно не было, потому что они только недоуменно переглядывались. Но хозяйка начала улыбаться, сообразив первой:

— Ксюша у нас умница, но в плане отношений — совсем наивная. Когда девчонки с мальчишками встречались, она дома сидела и к психотерапевту ходила. Так что делай, как надо. Но, — она злобно прищурилась и добавила в тон угрозы, — чтобы проблем не было, понял?

Антон в стороне заржал:

— Она тебе сейчас еще лекцию про предохранение прочитает!

— А что?! — возмутилась Анна Ивановна. — И прочитаю!

Кирилл этого уже вынести не мог. Чувство юмора — не та штука, которая спрашивает разрешения:

— Ага, давайте, прочитайте мне лекцию про предохранение, женщина, родившая восемь детей!

За что и получил половником прямо в лоб, а потом замер перед угрожающим указательным пальцем:

— В общем, ты меня понял. Дружите, любите, встречайтесь — дело молодое, но если вдруг…

— Не волнуйся, маманя, — вмешался Аркадий, — если вдруг, то на его тушку выстроится целая очередь!

Это рассмешило всех, кроме самого Кирилла. Этой ораве не приходило в голову, что с их Ксюшей отважился бы встречаться только бесстрашный ветеран войны или полностью отбитый на голову психопат? Ведь в отношениях ничего нельзя предсказать заранее, а такую девушку бросить будет рискованно для жизни. Но Кирилл, как настоящий отбитый на голову ветеран войны, решил, что дело того стоит.

В итоге, когда Ксюша присоединилась к утренней трапезе, за столом воцарилось единодушное ироничное молчание с перемигиваниями. Она отнесла это на свой счет и попыталась быстро описать в красках, как залезла в окно, чтобы только помириться, а потом Кир совершенно случайно пролил на нее чай. Из ответного смеха она сделала вывод, что ей не верят, поэтому обратилась к напарнику по несчастью:

— Ну же! Скажи им!

Кирилл изобразил самое серьезное из всех возможных лиц:

— Девица, — с ударением на первый слог, — вам сущую правду говорит. И мы не встречаемся. Вы все понимаете неправильно, нехорошие извращенцы. А сейчас мы поедем покупать ей блузку, потому что я порчу всю ее одежду. Но такое случается, когда люди дружбой занимаются.

Смех только усилился, теперь даже сравнительно серьезный Андрей улыбался и косился на сестру. А Кирилл продолжал адвокатскую речь:

— Она хотела уйти, но я не смог ее отпустить посреди ночи, сами понимаете. В общем, поэтому мы сегодня гулять пойдем! — он не вынес этой серьезной роли и сорвался, наклонившись вперед и затараторив: — А вы знаете, что она засыпает прямо посередине фразы? Вот не в первый раз замечаю… И хоть как ее потом жамкай — сопит себе!

— А, точно! — загоготал Аркадий. — Помните же: "Мам, пап, я хочу на день рождения бу…" — и все, аллес! Мы потом всей семьей придумывали, что она хотела сказать!

— А помните, — поддержал Александр, — когда они с Андреем договорились, что никогда больше спать не будут? Ксю такая: "Я не хочу спать! Я ни за что…" и завалилась на бок. Андрей ее пальцем тыкал, называл предателем их отряда, да где там! Он ее тыкает, ревет, а она похрапывает, как последний раз в жизни! И на следующий день то же самое!

Под всеобщим смехом Ксюша смущалась, но Кирилл решил, что и без того сделал все возможное для сохранения ее репутации, которую, как оказалась, та успела подмочить задолго до школьного возраста. А если родне хочется подшучивать, то их все равно никакие доводы разума не остановят. Немного сильнее девушку озадачила фраза мамани напоследок, обращенная к ним обоим:

— Если вдруг снова… что-то случайно прольется, то у меня одна просьба — звоните, предупреждайте. А в остальном — своя голова на плечах должна иметься. Поди не маленькие.

Кирилл только плечами пожал, радуясь, что ему фактически дали официальное добро на официальные отношения.

* * *

Ксюше было приятно провести с Киром день под предлогом возмещения безвременно погибшей блузки. Но он и из этого похода устроил сеанс психотерапии: предложил ей спрашивать у всех продавцов мужского пола о какой-то мелочи. Ксюша растерялась — она уже научилась общаться со всеми знакомыми, но совсем посторонние люди вызывали у нее прежний ужас. Хотя Кир был прав — это лучший способ, чтобы потренироваться. Даже взял ее за руку, чтобы она чувствовала себя увереннее.

В первом отделе она так и не смогла выдавить из себя ни слова, и Кир утащил ее от хлопающего глазами консультанта. В шумном коридоре взял за плечи и заглянул в глаза:

— Ничего страшного не случится, Ксю. Ты сама себя останавливаешь.

— Я знаю…

— Тогда пошли дальше! — Кир уверенно подхватил ее ладошку и переплел пальцы.

Ксюша была ему только благодарна за это — позориться с кем-то вместе совсем не так страшно, как одной. И в третьем отделе смогла полностью произнести фразу:

— А есть такое же, но с перламутровыми пуговицами?

— Вы про этот фотоаппарат? — не понял продавец, но Ксюша уже его не слушала. Она подставила Киру свободную руку для поздравительного хлопка, а потом еще пару раз подпрыгнула на месте от радости.

Через час она уже могла в кафе и пиццу сама заказать. Никто бы и не заподозрил, что с ней что-то не так, если бы наверняка об этом не знал. Да и вообще вставал под сомнение уже сам факт, что с ней что-то не так! От счастья она вошла в раж и теперь заговаривала чуть ли не с каждым встречным, вызывая недоуменные улыбки. Парни чаще всего ничего не отвечали, с подозрениям глядя сначала на нее, а потом на держащего ее за руку Кира. Наверное, считали сумасшедшей. Но на самом деле, она только-только выбиралась из своего сумасшествия — вот так все в мире относительно.

Ксюша согласилась, чтобы он заплатил за купленную блузку, этим принимая его извинения. Она надеялась только, что это не дает ему права проливать на нее все имеющиеся под рукой жидкости и в будущем. Кир предлагал купить еще что-нибудь, хотя бы примерить те короткие летние платья, но Ксюша отказалась — она и без того потратила кучу его времени. А парни, как известно, терпеть не могут магазины. И ведь повод, чтобы погулять еще, никак не придумывался. Кир опередил ее:

— Вон, смотри, какой стоит, — он указал на молодого мужчину возле входа. Тот бесконечно посматривал на телефон и демонстративно не обращал внимания на окружающих. — Прям самец!

— И что? — Ксюша оценила «самца» — и правда, весь из себя такой самовлюбленный мачо в до треска натянутой на мышцы футболке. Он мельком глянул на ноги проходящей мимо девушки и скривился. Такой и пошлет без зазрения совести. Замечательный экземпляр!

— Вот не сможешь с ним заговорить, спорим? И я тебя за руку теперь держать не буду.

— Ты без споров совсем никак не можешь? — но Ксюша уже анализировала задачу. Если она даже при этом типе не онемеет, когда не будет ощущать поддержки Кира, то потом сможет говорить с кем угодно. Это как экзамен. — Смогу! На что спорим?

— Проиграешь — танцуешь прямо тут ча-ча-ча. Три минуты, без музыки. Выиграешь — я угощаю ужином.

— Забили! — Ксюша не отрывала взгляда от жертвы.

Нехотя вытащила свою ладонь из теплой руки Кирилла и направилась к парню. Остановилась перед ним, мгновенно теряясь под брезгливым взглядом.

— М-м… — поначалу вышло уже почти забытое мычание, поэтому Ксюша запаниковала. — М-м-меня…

— Что тебе нужно?

У того на лице первое раздражение неожиданно сменилось внимательностью. Это Ксюшу приободрило:

— М-меня зовут Ксения.

— И?

— И все! — она облегченно улыбнулась. Миссия пройдена!

Но когда повернулась, чтобы уйти, тот шагнул к ней, останавливая:

— Подожди-ка. Ты ведь модель? Я где-то видел твою фотографию!

— Вы ошиблись, — Ксюша улыбнулась, но попыталась отстраниться.

— Да нет же! Точно помню! Подожди-ка, сейчас скажу, где именно… В журнале каком-то или каталоге? Да подожди ты!

«Самец», изучающий каталоги с женской одеждой, вызывал какое-то смутное беспокойство. Но ее уже перехватывал Кир, совсем не обращая внимания на обескураженного парня. Обнял, прижал к себе:

— Вот же, справилась! Придется тебя теперь ужином угощать! Сегодня?

У Ксюши от последней победы еще громко стучало сердце:

— Да, лузер, плати по долгам немедленно.

— Черт… А я так надеялся на ча-ча-ча! Куда пойдем?

Ксюша осмотрела свои джинсы и простую футболку и отказалась от мысли о дорогом ресторане. Если захочется, то она сможет и сама пригласить Кира в ресторан в любое время! Ведь друзья так и поступают. А сейчас можно посидеть в любом месте, где тихо и уютно.

Кир все же настоял на одном бокале вина, не желая слушать ее отказы.

— Я ведь тут, с тобой. Два глотка тебя не убьют. Просто попробуем, что из этого выйдет.

— Экспериментатор чертов, — буркнула Ксюша, но приняла его условия. — А сам?

— Сам я по два глотка не пью, — усмехнулся он, подзывая официанта. — И мне же надо будет твое пьяное тело домой еще доставить, а то маманя Аня мне молоточком темечко пробьет.

— Пробьет, — согласилась Ксюша.

* * *

Это была уже вторая подряд почти бессонная ночь, что начинало изматывать. Но Кирилл не мог перестать улыбаться в потолок. Отец сказал, что во вторник он должен сам презентовать новый макет, который придумал, но Вильдо и Лизавета от первого эскиза уже ничего родного не оставили. Очень неприятное мероприятие предстоит, но сейчас Кир улыбался. Вадиму нужно будет первым делом рассказать, как изменилась роль Ксюши — тогда тот, даже если затаил обиду, не станет ей мстить. Правда, стебаться будет до скончания веков над другом — и даже эта мысль не смогла убрать улыбку с лица Кирилла. Завтра ее в офис подкинет Андрей, но потом они без труда договорятся, кто станет ее новым извозчиком — осторожный Андрей до сих пор не доверял Кириллу, но уже понимал, что просто так его из жизни сестры не вычеркнет. Такое количество родственников просто ужасает! Кирилл продолжался улыбаться самому чудесному на свете потолку.

Алкоголь Ксюша пережила вполне себе нормально. Правда, слишком быстро повеселела и еще быстрее разомлела. Но это неудивительно с непривычки. А потом пересела к нему, нагло уместила голову на плечо и долго возмущалась, какой он придурок. Даже от такой незначительной дозы у нее немного заплетался язык.:

— Нет, ты просто объясни — зачем тогда рассказал остальным про Рому?

Кирилл молчал, понимая, что все его ответы прозвучат как оправдание.

— Я прощу! Вот честно-честно прощу! Даже злиться не буду! Я тебя вообще за все прощу, потому что ты с-с…

— Симпатичный? — предложил Кирилл, как ему казалось, самый подходящий вариант.

— Нет! — она тихо рассмеялась.

— Самый лучший друг? — пришлось предположить и худшее.

— Да. Но я не это имела в виду!

— Еще вина? — ему все больше и больше нравилось ее настроение. Даже дышать тяжело от сплошного блаженства.

— Да погоди ты! Я хотела сказать — сын шефа! Кто же будет ссориться с сыном шефа?

— Ясно, — он оценил ее шутку. — Что-то до сих пор тебя это не останавливало, а вот и зря. Я, между прочим, любимый папочкин сынуля, так что никогда не ссорься со мной.

Ксюша оторвала голову от его плеча, чтобы заглянуть в глаза и этим призвать к откровенности:

— Скажи уже наконец, почему ты так поступил?

Кириллу пришлось посмотреть на нее. Снова лохматая — это уже ни в какие ворота! Он спонтанно пригладил ей волосы, но ладонь оставил на затылке. Немного наклонился. Ксюша же продолжала требовать истины:

— Просто скажи — ведь была же какая-то причина? Или ты просто головой ударился? Так и это скажи — я пойму!

Он случайно споткнулся взглядом о ее губы, а там уже было не до анализа. Кир поцеловал с напором, потому что и без того ждал слишком долго. А если уж сорвался, то и срываться по полной программе. Она поддалась сразу, закрыла глаза. Не сопротивлялась ни губам, ни языку, ни руке, которая не дала бы ей возможности отстраниться. И даже сама подалась вперед, вцепившись пальцами в его плечи. Он от ее реакции вообще связь с реальностью потерял. Ему уже даже не надо было напирать — достаточно было дать ей волю. Разомлевшая и потерявшая контроль девочка как будто и подзабыла, что с друзьями так не целуются. Или она тоже потеряла связь с реальностью?

Ему бы опомниться, подумать о том, что еще слишком рано, но было не до того. Осознать это пришлось внезапно, когда Ксюша замерла и толкнула его в плечо. Красивая, как пламя, и снова — с лохматыми волосами, хоть на луну вой от отчаянья.

— Ты почему постоянно меня целуешь? — деловито поинтересовалась она, как будто именно это сейчас было самым важным.

— Не постоянно, — ответил, что первым пришло в голову.

— Кир, ты такой бабник! — заявила Ксюша, но весело, без обвинительной интонации.

— Это да, — ему захотелось снова заставить ее замолчать, но он сдержался. — С этим разобрались, но вот почему ты сама целуешь меня?

Она так удивилась, словно он обвинил ее в каком-то непотребстве:

— Я? — ее глаза забегали. — От неожиданности! И от вина! И… от неожиданности!

Кирилл рассмеялся, игнорируя свое напряжение. Это не слишком-то приятно, когда человек, который тебе так нужен, до последнего отрицает, что ты нужен ему. От неожиданности! Теперь главное не задумываться о том, как бы ее снова затащить в свою комнату и устроить там полнейшую неожиданность. А то кое-кто свихнется от недосыпа.

И все равно теперь он лежал и улыбался потолку. Если надо будет ходить с ней два года за ручку — он будет ходить. Лишь бы изредка она отдавалась таким порывам, после которых он и десять лет будет готов ходить с ней за ручку.

* * *

Вадим Александрович оставался той еще занозой в з… здании «Нефертити». И хоть он достиг с ее братьями какого-то соглашения, Ксюша не могла предположить, что творится в его голове. Еще сложнее было начать полностью воспринимать его иначе. Он по-прежнему оставался очень симпатичным парнем и лучшим начальником из всех, кого можно представить, но кем он был теперь для нее? Слово «бывший» никак не подходило для описания его малюсенькой роли в ее биографии.

Когда ее дверь приоткрылась, она сначала внутренне сжалась, но потом выдохнула с облегчением — это был Кир. Он заговорщически посмотрел назад, прикрыл за собой дверь, а потом совсем вольготно развалился на стуле.

— Как дела, рыбешка? Скучаешь?

— Не скучаю, шефский сынок! У меня, в отличие от некоторых, всегда работа есть.

— Тогда делись кофе! — он протянул руку к ее кружке, которую Ксюша только что поставила на стол, щедро отхлебнул. И только потом рассказал, зачем явился: — Про завтрашнюю презентацию знаешь? Отец настаивает, чтоб я в костюме был. Прикинь? Поехали сегодня мне костюм покупать?

Ксюша не могла смотреть на него без улыбки.

— Хочешь сказать, у тебя ни одного костюма не завалялось? — он уверенно мотнул головой. — Тогда конечно, поехали, а потом к нам на ужин.

Она внимательно осмотрела его сверху вниз, подумала и сделала вывод:

— Не представляю тебя в костюме. Никак не представляю… Это все равно что галстук на памятник нацепить — можно, но будет противоречить общей задумке.

— А я представляю? Ну ничего — рубашку выпустим, рукава закатаем… Отец просто не знает, что и в костюме можно выглядеть человеком, а не биороботом.

Ксюша смеялась, когда сюда же пожаловал и Вильдо, на этот раз радующий взгляд нарядом «предрассветное марево». Он вплыл, оповещая округу:

— Должны прислать образцы! Если принесут сюда, то немедленно тащи их ко мне, поняла?

— Да, конечно.

Кирилл встал и этим привлек к себе внимание дизайнера:

— О! — Вильдо сначала воскликнул удивленно, а потом повторил задумчиво: — О…

— Че? — вежливо, а не как обычно, переспросил Кир.

— Кирилл, что с тобой?

Парень недоуменно посмотрел на свой живот, ноги — все было на месте. Переспросил, но без особого любопытства:

— А что со мной?

— Ну-ка покрутись! — Вильдо сам подтолкнул его в бок, вынуждая сделать оборот. — Не могу понять, что изменилось в тебе. Какой-то другой…

Кир откинул пухлые пальцы от себя, закатил глаза к потолку и вздохнул:

— Ты — совершенно больной человек, знаешь?

Вильдо подскочил в гневном прыжке, а розовая ткань рассекла воздух изящной волной:

— Я гений, глупый мальчишка! — но вдруг снова утих, смягчая тон до елея. — Ты заходи ко мне — кисельком угощу… присмотрюсь получше.

Ксюша, наблюдающая за этой сценой, только умилялась. Перепады настроения для Вильдо были обычным делом, но если уж он кого-то не выносил — а Кир в этом списке стоял на первой строчке — то ни за что бы не предложил тому своего фирменного киселя. На самом деле в парне ничего не изменилось, насколько сама она могла судить. Наверное, в мозгу у Вильдо что-то в очередной раз переклинило. Кир же решил, что лучше включить привычную грубость и заработать себе иммунитет от дальнейших посягательств:

— Не зайду! Я на твои жуткие тряпки до конца недели насмотрелся!

Он, как всегда, попал в точку. Вильдо снова возроптал, сопровождая праведный гнев розовым вихрем:

— Жуткие?! Ах ты, паразит бездарный… Сидишь на шее у отца! За всю жизнь из полезного один макет…

Ксюша решительно вмешалась, чтобы отвлечь взбалмошного дизайнера:

— Не жуткие! Кир, ну разве ты не видишь? Это же… предрассветное марево? — она и сама не была уверена в точности определения.

Вильдо даже земли еще не достиг, как начал плавно поворачиваться к ней:

— Ты моя сладкая девчонка в страшной одежонке! Я называю это «йогуртовый завтрак», но ты почти угадала! Предрассветное марево чуть-чуть сильнее отдает серым. Приходи ко мне, киселем угощу, богиня моего вдохновения!

Кирилл обреченно схватился за голову, но, к счастью, от дальнейших комментариев воздержался. Поймавший музу дизайнер поспешил улететь в свое пристанище, чтобы успеть что-то сотворить под настроение.

Ксюша решила поддержать друга в период скорби и тоски, со смехом шагнула к нему и тронула за плечо:

— Давай я тебе объясню, как он мыслит?

— Не надо! — Кир округлил глаза в притворном страхе. — Если я когда-нибудь его пойму, то уже не смогу быть прежним!

Но зачем-то ухватил ее за талию и прижал к себе. Ксюша хоть и старалась не анализировать, что с ними пару раз уже происходили необъяснимые эксцессы, но и потворствовать им осознанно не хотела. Кир сбивал ее с толку своей легкостью, поэтому поддаваться порывам становилось все проще. Она уже приготовилась хоть что-нибудь возразить, но он просто обнял ее, плаксиво комментируя:

— Утешь меня, подруга! Этот тиран так меня гнобил!

— Вообще-то, тиран тут ты, — поправила Ксюша, но все же погладила по голове. — Отстань уже от Вильдо. Он гений.

— Ну вот, даже ты не на моей стороне! — он хныкал так усердно, что она не могла не смеяться.

— Вы бы хоть какой-то траурный период выждали, ей-богу! — Вадим хлопнул дверью.

Ксюша отскочила от Кира и уставилась на вошедшего. Не кабинет, а проходной двор! Она столько времени представляла их встречу по новым правилам, но совсем не собиралась быть застуканной в такой ситуации. Вадим же был, как всегда, полностью уравновешен:

— Там сотрудницы наши свихнутся от такой кардинальной смены сплетен. Пожалели бы их.

Кир только рукой махнул:

— Нет, не волнуйся! Я им уже с утра наплел, что вы никогда и не встречались!

— Как так? — Ксюша и Вадим сказали это хором, и оттого поежились. Вадим добавил: — Все видели, что мы приезжаем и уезжаем вместе, цветы видели…

— А я им сказал, что этим ты меня прикрывал! Я типа боялся, что отец не поймет, вот друга и попросил принять огонь на себя. А они сразу припомнили и пару эпизодов в тему…

Вадим усмехнулся, а до Ксюши что-то начало доходить:

— В смысле — прикрывал? Что именно он мог прикрывать? Чего отец мог не понять?

— Ничего. В общем, вы не встречались. Ксю, сегодня едем покупать мне костюм. Да, милая? — и сам же ответил на свой вопрос: — Да, милый!

Кир словно забавлялся ее полным недоумением. У Ксюши возникло стойкое ощущение, что она единственная, кто не понимает происходящего. Вадим это ощущение только подтвердил, обращаясь к Киру:

— Лиза мне за выходные все кишки прогрызла из-за тебя! Ты почему сразу-то не сказал? Все бы решили миром. Без багажников и самоубийств.

— О чем не сказал?! — но Ксюшин вопль остался незамеченным.

— Потому что я самый лучший на свете друг!

— Потому что ты самый большой на свете идиот?

И эти два закадычных приятеля так вместе и удалились. Ксюша хмурилась все сильнее и сильнее, даже виски усердно терла, но что-то никак не хотело встать на место. Или она просто сама не решалась свести воедино то, что почти отчетливо мельтешило на краю сознания? Надо идти к Вильдо — его киселек еще ни разу ей не навредил!

Но она не успела покинуть кабинет, как услышала звонок своего мобильного.

— Ксюш? Привет! Это Ира! Тут наши все хотят собраться на следующей неделе, давно не виделись же. И Ромка в город приехал в отпуск к родителям… Я тебя специально заранее предупреждаю, чтобы потом никаких обид не было. Ну, ты как?