52

Три месяца спустя…

«Выходи - подъезжаю» - высвечивается на моем телефоне.

Я вдыхаю аромат бледно-розовых роз и опускаю крышку ноутбука. Бросаю взгляд в зеркальце – и самую малость обновляю помаду на губах. Конечно, на встречах с Авдеевым она долго не держится, но хотя бы выйду к нему красивой. К тому же, она с увлажняющим эффектом, а сегодня неимоверно жарко – не помешает.

- Я ухожу! – кричу девчонкам, выйдя в коридор.

В ответ тишина. Ну, наверное, уже разошлись давно. Это я тут за всех отдуваюсь. Мария Семеновна еще час назад отпросилась – убежала на сальсу. Кажется, она нашла себе отдушину. А может, дело не столько в танцах, сколько в партнере.

Я его видела – солидный такой, с внушительной бородой. Едва он там появился, за него буквально начался бой. Но после того, как Мария Семеновна походила на скалолазание, йогу и бокс, какие у других могли быть шансы против нее?

Правильно, никаких. Очень скоро это поняли все претендентки. А бородач изначально ее выделил среди всех. Думаю, оригинальный костюм фиолетового павлина сыграл не последнюю роль - там такие милые забавные перышки, в танце, наверное, приятно щекочут.

- До свидания! – прощаюсь с охранником на выходе.

- Берегите себя! – напутствует строго он.

Я бросаю на него удивленный взгляд – это он впервые провожает меня на выходные с такой тревогой. Но на всякий случай успокаиваю его:

- Я вас не подведу!

- Уж постарайтесь, Софья Витальевна. А то, если с вами что случится, Вадим Дмитриевич сильно расстроится. Да и много, кто, если честно. Я вот тоже.

Ой, как приятно! С виду суровый, а на самом деле оказывается такой чуткий, добрый и искренний.

- В понедельник вернусь как ни в чем ни бывало! – бодро обещаю ему.

- Хотелось бы, - он вздыхает, как будто не особенно в это веря. – Все же мы все привыкли к стабильности. А новый человек на вашем месте пока обучится… Это ж могут и проблемы с зарплатой возникнуть. Так что вы крепче держитесь!

- Ага, - немного растерянно соглашаюсь я.

И на всякий случай внимательней смотрю себе под ноги – может, плитка где на полу отвалилась? Не даром же он так волнуется!

Да нет, на первый взгляд все нормально. Но я все равно осторожничаю. Пока не слышу знакомый насмешливый голос:

- А я-то думал, ты по мне успела соскучиться!

Улыбнувшись, я поднимаю голову, и…

И вот тогда-то и понимаю причину тревоги охранника и его предостережения, потому что вижу Максима… на байке.

Первым делом меня затапливает восторг. Черный байк лоснится под ним, как ночной дикий зверь. Фары хищно подмигивают, завлекая: «Ну что ты стоишь, давай уже к нам!».

Хозяин байка выглядит еще лучше.

Черные джинсы идеально сидят на бедрах, подчеркивая сильные ноги. А еще на нем черная обтягивающая футболка с непонятным рисунком и распахнутая куртка со множеством металлических заклепок. Впечатляет – это мало сказать. Довершает картину тяжелый шлем в руке и слегка растрепанные ветром волосы.

Конечно, я уже видела его на байке. И не единожды. Но скажем так, я еще первый раз забыть не могу, а он наносит повторный удар!

Поймав мой взгляд, Максим ухмыляется и дерзко поправляет челку.

И это тот самый мужчина, который привык к идеально выглаженным рубашкам, дорогим костюмам и обуви?

Глядя на него, в это сложно поверить.

- Все еще не пойму, - заметив, что я так и стою на месте, подначивает он. – Соскучилась или нет?

- Тогда дам подсказку, - улыбаюсь я.

И иду к нему. Да, не очень уверенно. Да, маленькими шажками. Но я, может, любуюсь им и потому опасаюсь споткнуться!

А еще я боюсь.

Стыдно признаться, но помимо восторга я чувствую страх.

А боюсь я, так как мы договаривались, что сегодня он за мной заедет и мы поедем развеемся. Ему очень хотелось показать мне какое-то интересное место. Не все же нам в стенах сидеть! Хоть мы и там чудесно проводим с ним время. И откровенно говоря, сидим не так часто. Но выбираться в мир тоже нужно.

Но байк…

На байке?..

Я на нем никогда не каталась. И еще, это совсем другая степень доверия.

- Авдеев, - начинаю осторожно я, останавливаясь возле него и разглядывая байк с еще большим восхищением и тревогой. – Помнишь, ты говорил, что моя машина компактная и очень красивая?

Он ухмыляется и чуть склоняет голову, давая понять, что отлично помнит.

- А еще ты хвалил, что я прекрасно вожу. И говорил, что тебе очень нравится ездить рядом со мной. Помнишь?

Улыбка становится шире, в глазах мелькают озорные огоньки, но он терпеливо ждет продолжения.

- Так вот… - воодушевляюсь я и принимаюсь перечислять другие преимущества, если мы с ним договоримся: - Ты только представь! Ты сидишь, отдыхаешь, наслаждаешься жизнью! Тебе вообще ничего делать не нужно! Все сделаю я – и вести буду, и развлекать тебя разговорами. А еще я включу тебе в машине климат-контроль – и ты сможешь наконец в июле снять куртку!

И вроде бы убедительно говорю, и такие чудесные бонусы ему предлагаю! А он берет и смеется!

- Кстати, - не сдаюсь я, - это же такая экономия на бензине получится! И на дизеле! Ты же коммерческий директор, ты же разбираешься в цифрах!

- Именно потому, что я разбираюсь в цифрах, я знаю, что эти расходы легко переживу. Но ты можешь считать, что я неимоверно щедрый и мне для тебя ничего не жалко!

Прикусив от волнения губу, я снова смотрю на байк. Под лучами солнца он блестит еще ярче, будто специально хочет мне понравиться, пытается убедить, что ничего страшного не случится и он вполне надежный парень. Но так просто верить мужчинам? Это уж прямо непростительно в моем возрасте.

- Софья, - голос Максима заставляет меня снова взглянуть на него. – Софья, скажи, что мне показалось. Ты, покорительница лошадей, и вдруг… страх? Не его ли я сейчас вижу?

- Тоже мне покорительница, - вяло отбиваюсь я и поправляю волосы, которые уже вовсю треплет теплый вечерний ветер. – То, что лошадь ни разу не сбросила меня, объясняется не моим талантом наездника. Просто перед тем, как на нее залезть, я ее всегда хорошенько кормлю. Ей потом даже лень шевелиться!

- Хм… А я думаю: что это Яров вдруг начал подозревать, будто кто-то случайно обрюхатил его любимую кобылу? А это оказывается ты с угощением постаралась!

- Серьезно?! – напрягаюсь я. – Но он сам виноват: это он меня научил, что лошадь любит еду и ласку, еду и ласку! А эта лошадь уж очень сильно их любит! Теперь-то я понимаю… наверное, потому, что он ее держал на диете?

Максим смеется.

- Несмотря на последствия, твоя тактика отлично работает. И я к ней тоже прибегнул. – Он ласково похлопывает по своему байку. – Этого коня я накормил до отвала. Он даже вздрогнуть не посмеет. Так что не бойся, садись.

И протягивает мне руку.

Поворачивает ее ладонью вверх – вот я, держись…

Я нервно сглатываю.

Медлю.

В этот момент ветер снова теребит мои волосы, норовя уложить их в причудливую прическу. Я машинально поворачиваю голову, поправляя их, и мой взгляд цепляется за окна офиса.

Улыбаюсь - а у нас, оказывается, много зрителей! У двери вздыхает охранник. В окнах, прижавшись к стеклу лбами, застыли девчонки, которые никуда не ушли. Мне даже мерещится тень моего руководства в его кабинете.

Оборачиваюсь к Максиму, едва наши взгляды встречаются, улыбка сползает. У меня даже дыхание перехватывает – его глаза… в них столько всего…

Ворох бабочек в моем животе завороженно шевелит золотистыми крыльями, мечтая взлететь и подталкивая меня к тому же. Ну же, попробуй… ты просто попробуй, каково это – позволить себе летать, если хочется… Главное – не бояться упасть…

- Пойдем, Софья, - с мягкой, теплой улыбкой уговаривает Максим. – Хочу, чтобы ты увидела меня с другой стороны.

«Не пойдем, а летим» - ворчу про себя.

А вслух:

- Да я вроде бы уже все хорошо рассмотрела…

Я нервничаю. Боюсь не меньше, чем минуту назад. И в то же время – я ужасно хочу преодолеть этот страх.

Хочу с ним полетать.

- Доверься мне, - тихо просит Максим.

Я резко выдыхаю.

И делаю к нему шаг.

Еще один.

И еще.

В конце концов, до этого все наши «полеты» удачно заканчивались. Когда мне казалось, что от его нежности я растворюсь в небесах, он всегда меня возвращал.

Решившись, кладу свою ладонь в его руку, позволяя ему помочь мне взобраться на это рычащее чудо.

Поймав его взгляд, вдруг смущаюсь. Почему-то кажется, что он прочитал мои мысли. И вот уже поздно для смущения, поздно, а все равно мои щеки теплеют, и я пытаюсь спрятать эти эмоции.

- Теперь понятно, почему утром ты так настаивал, чтобы я надела эти штаны, - бормочу я. – Не мог сказать прямо? Я бы хоть морально подготовилась!

- Если бы я сказал сразу, ты бы до вечера сошла с ума от волнения. Про твою печень и зубы я уже говорил – ты в курсе, что я их очень ценю. Так вот, добавлю про мозг. Ты нужна мне в здравом уме.

- Не уверена, что останусь в нем до конца поездки, - вздыхаю я, устраиваясь поудобней.

- Я в тебя верю.

Вроде бы шутит, но от его слов так светло и уютно, что я почти расслабляюсь.

Кстати, пока я ворчала, Максим не только надел на меня шлем, но и облачил в какую-то куртку. Симпатичную - спору нет, но… куртку?!

- Авдеев, ты что, скупил по скидке осеннюю коллекцию? Может, там и градусник Цельсия продавали? Или хотя бы календарик?

Он усмехается.

Но четко застегивает на мне молнию.

- Она с перфорацией. Жарко не будет. Но от ветра и камней защитит.

- Камней?!

Он оставляет на моих губах легкий поцелуй и, улыбнувшись, закрывает мой шлем. Пользуется тем, что я растаяла, и нагло проводит мне инструктаж:

- А теперь самое простое: держись за меня крепче. Мы проверяли. У тебя это отлично получается.

И здесь он пользуется моей радостью, что это я и правда умею, и очень стараюсь продемонстрировать. Поэтому, стоит мне его обхватить, как байк с рыком трогается с места.

Зуб даю (хоть Авдеев их и ценит безмерно и вряд ли позволил бы мне такую небывалую расточительность), что в эту минуту охранник крестит мне спину.

А шеф, возможно, лишается еще одного сервиза.