Глава 22

Маша – Марк, как ты мог! – я вдруг ни с того ни сего прозреваю. Бью кулаком по широченным, твёрдым плечам. – Ты понимаешь, что ты со мной сделал? – Сделал своей. – Ты меня трахнул! – от обиды голос дрогнул. – Нет, – качает головой, глядя на меня будто с вызовом. – Не трахал. А занимался с тобой любовью. Наклоняется и нежно, безумно нежно целует в кончик носа. Смотрит с обожанием, как на нечто совершенное. Любуется взахлёб, рассматривая моё лицо, влажные от слёз глаза, припухшие, чуть приоткрытые губы. – Я впервые занимался с кем-то любовью… Это чистая правда. Мое откровенное признание только тебе, Маш. Больше не могу сдерживаться, меня его слова, сказанные чистой, такой особенной интонацией, задевают за живое. Трогают. В самую душу просачиваются необыкновенным, каким-то волшебным теплом. Словно заставляют немедленно поверить и сдаться. Марк меня растрогал и покорил. Тем, что на протяжении долгого времени меня добивался. Упорно искал, весь город практически перевернул, рвал и метал словно одержимый. Всё ради меня! Он не сдался. Не забил. Не опустил руки, запросто найдя мне замену, а продолжал упорно добиваться своего. Неужели его откровенное признание – чистая правда? От этих мыслей внутри всё перевернулось и томительно сжалось. Если так любит и жить без меня не может, то почему собрался жениться? Сердце больно укололо, а глаза запекло сильней, когда в голове вспыхнул образ красавицы-невесты, стирая всякие светлые надежды. – Хватит Марк, я так устала, – рвано выдохнула. По вискам скатились мелкие бисеринки слёз, упав на белоснежную подушку, и Марк напрягся, увидев в них мою боль. Много боли. Целый океан. – Отвези меня, пожалуйста, домой. – Нет! Я хочу провести здесь с тобой несколько дней. А лучше – всю жизнь. Только ты, я и… – Хватит! – резко перебиваю. – Сколько можно меня мучить?! Для чего это всё? Только, ради того, чтобы в постель затащить? Поздравляю! Пломба сорвана, можешь валить! Гордись собой, хвастайся своим дружкам, или для чего тебе всё это было нужно? Для чего тебе понадобилась я? Ты поспорил на меня? Ну конечно, как банально! Почему я сразу не догадалась? Отвратительный подонок! – Маша, прекрати! Но я уже не могла остановиться, дубасила мерзавца кулаками, царапала ногтями, брыкалась и извивалась в неконтролируемой истерике, пока Марк меня не обездвижил, запястьями прижав к матрасу. – Чудовище, пусти! – задыхаясь. Бесполезно. Он как титановая гора. – Будешь ругаться, я буду тебя целовать, – угрожает с коварной усмешкой, глядя на мои губы, как сокол на дичь. Силы иссякли. Замираю, широко распахнутыми глазами, полными слёз, глядя ему в лицо. С мольбой в голосе едва шепчу: – Лучше просто убей… Убей, чтобы я больше не мучилась. – Проклятье, да я болен тобой! – психанул и нечаянно, переборщив, сдавил мои руки слишком сильно, я вскрикнула. Больно… В его глазах ярость и огонь. Разгромить сейчас способен целый мир! – Нужна… Ты. Только ты! Больше ни одна другая. Никто вообще. Хочу тебя, маленькая. Бомбит от тебя, как же бомбит, штырит, ломает! Не передать словами! Разве по мне не видно? Почему не веришь?! – Как у тебя всё просто, – слабо, почти одними губами, – ты женишься на Лиане – Сука! И он накрывает мои губы своими. Дико, яростно целуя. – Не люблю я её… Жениться обязан. Нет выбора. Но я обязательно что-нибудь придумаю. Прошу, Маш, верь мне. Просто верь! Будь со мной. Будь моей! Если я тебя ещё хоть раз, хоть на один день, вот так потеряю… Клянусь, я не переживу. Руку мою берёт, ладошкой на грудь опускает, глядя на меня не моргая, строго глаза в глаза. – Подохну без тебя, как же ты не понимаешь! Жизнью клянусь, ты всё для меня! ВСЁ! Руку мою с силой на своей груди сжимает, так, что ощущаю, как его дьявольское сердце практически ладонь мою таранит. Тук-тук-тук. Стучит… Бешено колотится, с каждой секундой всё быстрей и быстрей, ударяясь о мою ладонь. А я дышать забываю. Это всё как-то слишком. – Маш, все эти дни я был на грани и жизнь свою переосмыслил. Я осознал, насколько сильно ты мне важна. Время это показало. Я не мог ни черта делать! Не спал, не ел. По городу носился как демоном одержимый, с одной целью – хотя бы на секунду тебя увидеть и убедиться, что ты жива, что ты в порядке. Рывком дёрнул на себя, под мой тоненький “ох” жадно прижал к себе, ненасытно стиснув в объятиях. – Дай мне шанс! Я хочу доказать, чего я стою! Берет за подбородок, сжимая горячими пальцами. – Маш, я меняюсь. Меняюсь в лучшую сторону. И всё благодаря тебе… * * *Больше никаких слов. Только поцелуи. Бесконечно долгие, сладостные, жаркие… Марк целует меня всю, покрывая ласками каждый сантиметр моего тела. Позволяю себе упасть на подушки, закрыть глаза и раствориться в этой космической неге. Время теряет счёт, голова становится лёгкой и воздушной, когда сердце наполняется любовью. Все проблемы и разногласия бесследно забываются, когда Марк Абрамов начинает меня целовать. Боже, как хорошо… Почему с ним всегда вот так вот? Как на американских горках. Почему ненависть к нему – синоним любви? Отрывается, чтобы отдышаться, и я тоже. Карие глаза сейчас напитаны золотом. Радужка вся сияет от счастья и умиротворения – я еще никогда не видела Марка таким спокойным. – Хочу тебя. Набрасывается на шею, чуть цапнув зубами венку, меня всю-всю окатило жаром и ворохом мурашек, когда его огромная эрекция настойчиво воткнулась между моих ног, пачкая бёдра липкой, тягучей смазкой. – А ты? Хочешь полетать, маленькая? Как насчёт утреннего оргазма? Марк швыряет на пол одеяло, чтобы оно нам не мешало, уверенно расталкивает мои ноги, пристраиваясь между ними, и набрасывается на мою грудь, слегка укусив сосок. – Ох… Сладкая волна безумия едва не согнула меня пополам, заставляя жадно хапнуть воздух ртом и сжать челюсти. Абрамов хрипло дышал. Выматерился шёпотом, потянулся к тумбочке на которой лежали его штаны, из заднего кармана вытащил серебристый фольгированный пакетик. Перед глазами потемнело от волнения… Его член стал ещё твёрже и больше. Разбух от перевозбуждения, напоминая сейчас здоровенный, полыхающий факел. Представила, как он вонзается в меня, и низ живота болезненно запульсировал. На смену беззаботной сладости пришла паника и страх. – Марк, – перехватила его руку, сжимающую презерватив. – Подожди… – До сих пор плачешь? – нахмурился, заметив собирающуюся влагу в уголках глаз. – Не надо пока… Я… Там… – шумно выдыхаю. – Там болит немного… И мне нужно в душ. Честно сказать, я думала Марк разозлиться и опять начнёт требовать своё, наплевав на слово других, как это было раньше. Например, когда он потащил меня в красную комнату на вечеринке у Егора и почти взял силой, соблазнив и возбудив насильно. Однако я ошиблась. Марк действительно начал доказывать мне, что он меняется, что его слова – не пустышки, а слова настоящего мужчины. Без лишних вопросов, бросил презерватив обратно на тумбочку, подхватил меня на руки, встав с кровати. Охнув от неожиданности, едва успела обхватить крепкую шею руками, уткнувшись носом в ложбинку, глубоко вдохнуть. От него вкусно пахнет… Его личным запахом. Немного мужским шампунем и лосьоном после бритья. Терпким мускусом. Не могу им надышаться, это какой-то божественный коктейль. Но еще приятней обнимать Марка. Прижиматься к внушительному, очерченному твёрдыми мускулами телу, как к чему-то совершенному. До ванной комнаты не приходится далеко идти. Марк вносит меня в соседнюю дверь и усаживает на софу возле окна. – Спасибо, – неловко мямлю. Тут же прикрываю грудь и промежность руками, а потом срываю с вешалки полотенце, что висит рядом, набрасывая на себя. Мне сейчас так стыдно… И я до сих пор не могу поверить, что буквально всего несколько часов назад рассталась с девственностью. – Не надо меня смущаться, хорошо? – мягко предупреждает, включая воду в огромной джакузи, которая набирается почти до краёв всего за несколько минут. Я молча за ним наблюдаю, за каждым его действием. Абрамов не перестаёт удивлять. Сейчас он выглядит удивительно заботливым и спокойным. А он, кстати, ничуть не стесняется. Расхаживает передо мной с важным видом абсолютно голый, даже не думает прикрываться, в то время как я превращаюсь в переспелый помидор. Мои глаза бесстыже, неконтролируемо пялятся туда… На впечатляющее, королевское орудие, покачивающее между ног, с большой и твёрдой, розовой головкой. Интересно, какая у него длина? Сантиметров двадцать пять? По мне, так вообще все тридцать. Стоп! Чёрт, зачем я вообще об этом думаю! Я, всё-таки, приличная девушка! Но ведь он меня портит… и провоцирует на подобные мысли каждым своим действием. С голым торсом и без трусов – это вообще тяжёлая артиллерия. Марк самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела. Красивее даже любимых актеров и звёзд, мелькающих на обложках журналов. Он для меня единственная и неповторимая звезда… – Итак, – хрипло кашлянул. – Ванна для принцессы готова! Стараюсь не смотреть на его член, но он сильно меня провоцирует. Раскачивается и раскачивается прямо перед лицом, словно манит совершать безбожные грехи. Чертовски трудно бороться со своим бесстыжим любопытством. – Спасибо, – смотрю на него, он на меня, не двигаясь с места. Молчание… Жду, когда Марк уйдёт, а он не уходит. Я лишь сильнее прижимаю полотенце к груди, одновременно стискивая бёдра. – Убирай эту тряпку. С важным видом кивком указал на белый клочочек ткани – мою единственную защиту. – Мы будем принимать ванную вместе. – Но… Два широких шага, и я опять, с лёгкостью какой-то пушинки, оторвана от пола, заключена в плен сильных, увитых твёрдыми мускулами рук. – Переживаю за тебя, поэтому не оставлю одну. – Макушки касается лёгкий поцелуй. Все внутренности стягивает тугими канатами. Марк медленно вносит меня в ванную из мрамора, и погружается со мной под воду до уровня груди. Ванная не просто большая, а гигантская и выточенная из дорогого, натурального мрамора. Здесь можно плескаться впятером. Роскошь комнаты поражает своей красотой, но это ещё не самое шикарное – здесь, как и в спальне, панорамное окно на всю стену с видом на живописное озеро. – Джакузи? Я медлю с ответом, тогда он делает выбор за меня – нажимает на кнопку на панели и вода вокруг нас начинает бурлить мелкими пузырьками. Теперь мы лежим в джакузи, нежась в ароматной воде с добавлением аромамасел тропических фруктов, и любуемся непередаваемым видом. Становится бесподобно хорошо… Живот почти не болит, да и на душе сейчас легко и свободно, будто между нами не было никакой ссоры двадцать минут назад. Какое решение я приняла? Я не знаю… Но сердце отчаянно рвётся и просит верить ему. Довериться Марку. Дать последний шанс!