Глава 23

Маша Время бежит, а мы просто лежим… И пусть весь мир подождёт, но нам хорошо вместе. И пусть он плохой парень, с кучей недостатков, но мне хорошо с ним, как не было ни с кем и никогда. Но сейчас я начинаю потихоньку менять своё мнение. Потому что Марк меняется. Это ощущается уже прямо сейчас! Он нежно поглаживает моё тело в воде, иногда целует плечики или шею. Я каждый раз вздрагиваю, как от удара током, от его даже самого малейшего касания, и таю словно сахар в кипятке. А Марк сидит в центре ванной, широко раскинув ноги, занимая доминирующую позицию. Его агрегат по-прежнему стоит как штык и упирается мне в попку. Меня это больше не смущает, кажется я начинаю привыкать к естественным процессам. Меня мучают приятные покалывания и вибрации в нижней части живота, когда я натыкаюсь на его эрекцию… Во рту пересыхает. Пульс бьётся как у спортсмена, пробежавшего марафон. Соски наливаются тяжестью и томно пульсируют… Ладонь Марка ложится на мой затылок, блаженно его разминает. Я закатываю глаза и шумно выдыхаю. Острый вопрос, который волнует меня давно, сам слетает с языка. – Тебе нравится Лиана? Отвечает мгновенно. – Нет. Даже смотреть на неё в лом. Все мои мысли забиты только одной девушкой – тобой. Мне кажется, словам Марка можно действительно верить. Заставляю себя погрузиться в тот самый вечер, вечер помолвки, вспоминаю, что Марк реально не смотрел на Лиану, смотрел только на меня. Будоражащая вспышка пронеслась по венам, разлившись жаром восторга и надежды по всем, даже самым крошечным, клеточкам тела. Я безумно сильно обрадовалась своим выводам и фактам. Марк вдруг поднимается на ноги, поднимая меня вслед за собой, берёт мои руки и ставит ладонями на край бортика, заставляя немного прогнутся в пояснице, эротично оттопырив попку. – Не поскользнись, держись крепко. Что происходит? Что он задумал? В руках Марка появляется душ, он включает напор и направляет струю на меня. Прямо на мои ягодицы… Смущение одолевает меня в сто раз сильней! Ведь Марку сейчас открывается интереснейший вид на меня сзади. Всё это происходит со мной впервые… Я крепче держусь за бортик – тёплая струя воды несильно бьёт по ягодицам. Где-то там, на одной из ягодиц, на правой, остался след от шлепка, кожу немного засаднило. – Расслабься, – руки Абрамова касаются моих бёдер, заставляя вздрогнуть от весьма тёплого прикосновения. Теперь я понимаю окончательно, что происходит – Марк моет меня. Заботливо за мной ухаживает, выдавливая ароматный гель для душа на губку, продолжая удивлять своей внезапной нежностью и заботой. – Бля, у тебя такая сочная попочка! – приговаривает полушёпотом, поглаживая меня по бедру и ягодицам. Властно сжимает, впившись пальцами. – В ней я тоже скоро окажусь и стану её законным владельцем. Шлёп! – Ой! Ни с того, ни с чего звучит смачный, звонкий шлепок – Абрамов легонько бьёт меня по заднице, хрипло усмехаясь. Я дёргаюсь, едва устояв на ногах, когда слышу шокирующую новость. Его. Вся. Каждый миллиметр моего тела теперь его. Но как мне выдержать его аппетит, главное, королевский размер? Я ведь не думала, что он такой великан ниже пояса! Вот, оказывается, откуда появилось прозвище «Король универа». О мой бог… – Ножки шире раздвинь, маленькая. Надо хорошенько тебя там помыть. Комната быстро наполняется паром и жаром. Жжение между бёдер после первого в жизни секса постепенно сходит на нет. Я привыкаю к спокойной и расслабляющей атмосфере, потому что ласки Марка меня успокаивают, награждая волнами все новой и новой сладостной дрожи. С ума сойти как приятно Марк старательно гладит меня по ногам, намыливает кожу ароматной пеной с запахом шоколада. Тревоги куда-то уходят, растворяются в прошлом. Его голос насыщается хрипом, а дыхание, что щекочет моё ушко, становится частым и тяжёлым. Рука Абрамова уверенно скользит ниже и ныряет между моих ног. Я дёргаюсь, собираюсь сжать бёдра, как вдруг… Марк притягивает меня за затылок к себе и горячо целует взасос. * * *Марк опять целует меня в шею… Припадает губами к затылку, а меня резко встряхивает от потока приятного тепла, разливающегося от головы до самых щиколоток. Его рука касается моих припухших складочек, он заботливо меня там поглаживает и льёт воду на область промежности. – Мммм… Выгибаюсь. Вдруг чувствую сладкий прострел – Марк задел кончиком ногтя чувствительный женский комочек. – Что, нравится? В ответ я протяжно застонала. Сжал сильно и настойчиво. Потер между пальцами. Дёрнулась! Это была конвульсия… Такая сладкая и приятная, мне хочется ещё! – Блять… Машка! Ну какая же ты, блять, идеальная! – страстно рычит Абрамов, вдруг резко толкает меня попкой на топорщащийся член. Опять стоит как мощная свая из камня и властно требует своё! Он возбудился рекордно быстро, или вообще не брал тайм-аут, даже на минуту. Сам же сказал у него на меня хронический стояк. Марк хитрит. Не убирает руку, а продолжает поглаживать и ласкать мои складочки под видом того, что он меня там якобы моет. – Продолжать? – ехидно интересуется. Голые и влажные тела жмутся друг к другу. Воздух трещит от электрических импульсов похоти и желания – становится слишком душно. Вместо ответа выдавливаю из себя тихий стон, не узнавая собственный голос. – Охуеть… Как сдержаться и не трахнуть тебя снова?! – проворные пальцы работают всё быстрей и быстрей, ускоряясь. Сознание накрывает неземным дурманом, я сейчас улечу… – Ты меня провоцируешь, Миронова. Ты что творишь?! Ты же сама мне подмахиваешь! Он рычит сквозь стиснутые зубы, кружит вокруг дырочки, яро себя сдерживая, чтобы не вогнать пальцы глубоко внутрь. Я провоцирую? Это он настоял на том, чтобы принять душ вместе. Его пальцы уверенно давят и раздразнивают чувствительную зону лепестков, стремительно покрывающихся смазкой. Жмут на горошинку, пощипывают её, растирая что-то вязкое и прохладное по всей промежности. Я слышу шумный выдох над моим ухом, голова совсем пьянеет… Я превращаюсь в вязкий мармелад. – Ты стала очень мокрой! – приятно удивляется. – Хочешь меня? Ягодицы сжимаются, низ живота превращается в канаты, который стягивается крепким узлом. Там внизу что-то нарастает с каждым новым нажимом. Всё больше и больше. Ярче и ярче! Как будто живот сейчас лопнет. Я вся лопну, как новогодняя хлопушка! Стону. Умираю в агонии дрожи. Заливаюсь краской стыда, не в силах справиться с появившимся из ниоткуда вожделением, начинаю сама двигать бёдрами, смелее насаживаясь на умелые пальцы горячего дьявола. Хочу, чтобы он дал мне это… безумие! И не успеваю об этом подумать – меня накрывает… Уносит убийственной волной, наполняет каждую клеточку тела острейшими искрами и крутит в воронке дикого удовольствия. Ноги подгибаются. Жадно хватаю ртом воздух, совершая глубокие и частые выдохи под дерзкие маты Марка. – Кончай, малышка, кончай хорошенько! – в бешеном темпе работает рукой. – Ты принадлежишь мне! Моя киска сладостно сжимается и сокращается, отправляя меня в космос, а дрожь по телу лупит похлеще кнута. Через несколько секунд жаркой истерики вспышки оргазма слабеют. Я чувствую себя такой пьяной, словно выпила три рюмки водки. – Ты раньше никогда не кончала? Со мной первый раз? Не могу ответить на этот вопрос, мои щёки моментально загораются. Мы вдвоём пытаемся перевести дух, пальцы Марка до сих нежно кружат по половым губкам, продлевая последние минуты удовольствия. – Это было охренеть как красиво! – Нет! Так, как с тобой – никогда! Всё, что было до тебя – это ничто… Почти падаю без капли сил, как вдруг в левое бедро бьёт резкая и острая струя. Нет, не от душа, Марк выключил душ. Пьяненькая, я опускаю голову ниже и вижу, как Марк кончает мне на бедро. Его большой и толстый член с ярко-красной головкой, сокращаясь, выплёскивает на меня белую жидкость. Её очень много, она вязкая и тягучая, стекает по бедру, словно сахарный сироп… Пока я шокировано наблюдаю за зрелищем, понимая, что он сейчас кончил просто от моих слов. * * *Прижавшись спиной к стене, пытаясь отдышаться, я наблюдаю за тем, как Марк тщательно ополаскивает свой член, смывая с него остатки спермы. Сумасшедшее зрелище. У меня опять начинает покалывать и пульсировать между складок, когда я вижу, как он берёт в руку мощный орган и усердно натирает его пеной – водит вверх и вниз рукой по разбухшему стволу с сеткой вен, что оплетают его, как украшение. Затем он подтягивает меня ближе к себе и тоже смывает с меня остатки его спермы, властно поглаживая моё бедро сильной ладонью. У меня пересыхает во рту, когда я смотрю на мускулистое тело Абрамова. Он – ходячая мечта. Марк выключает воду, хватает с вешалки полотенце, набрасывает его на меня сверху. Подхватывает под попку и выносит из ванной, шагая к двери. Ставит голыми пятками на пол, обтирает влагу с тела, затем вручает халат. Пока я кутаюсь в халат, а он набрасывает на свои аппетитные бёдра полотенце, пряча своего гиганта, уже почти полностью обмякшего, под махровой тканью. Мы оба знаем, что это ненадолго… Пройдет пять минут, он вновь бросится в бой. – Ты как? – внезапно притягивает к себе и, не давая ответить на вопрос, запечатывает губы поцелуем. Марк Абрамов глубоко, томительно и до дрожи меня целует, нежно проникая в мой рот языком, и двигается старательно, мокро, осторожно. Напоследок прижимает меня к себе, крепко обвивая руками, сжимая в медвежьих тисках чуть не до хруста, потом, отстранившись, молча смотрит в моё лицо и любуется им. А его выразительные глаза полны блеска и счастья. Их не узнать! Его не узнать… – Пьяненькая, – улыбается, поглаживая пальцем подбородок, – я тебя вымотал. Пошли в кровать? Дергаюсь. Неужели снова? – Спать… Будем просто спать до обеда, а потом можем посмотреть кино, прогуляться, поужинать на террасе, всё, что захочешь. Любой каприз – говори! Кажется, я не могу сдержать улыбку. Мне кажется, весь мир сейчас лежит у моих ног. Я счастлива… Впервые по-настоящему. Сильно. Счастлива. Мы возвращаемся в комнату, оказываемся возле большой, двуспальной кровати, застеленной дорогим постельным бельём. Свежим и чистым. Осматриваюсь, в комнате царит идеальный порядок, а на прикроватном столике стоит большая вазочка с фруктами, только что приготовленный кофе и горячие сэндвичи с хрустящей корочкой. Обалденный запах только что приготовленного американо наполняет всю комнату, отчего у меня непроизвольно выделяется слюна. Догадываюсь, Марк дал распоряжение слугам, они и привели спальню в порядок, ещё и подали завтрак. – Марк… – сглатываю, – спасибо! Он садится на стул, хватая меня за запястье, тянет на себя, усаживая к себе на колени. А дальше… Марк на полном серьёзе принимается кормить меня из рук. Подносит к губам сэндвич с золотой корочкой и заставляет укусить, сам завороженно наблюдает за тем как я ем и облизывает свои губы. – Вау. Как горячо ты вбираешь в свой рот сэндвич. Заводит… Боже. Между долек ягодиц выросла внушительная твёрдость. Я поёрзала по ней попкой случайно, отчего Марк зашипел, расставив ноги шире. – Не делай так, иначе нападу, – хрипло, понизив голос. – Как нападёшь? – Повалю на кровать и порву на тебе твой халатик. Хочешь проверить? – Уфф, – дыхание перехватило. – Молчание – знак согласия. Я обязательно устрою тебе марафон траха, Маша! Позже, когда твоя писечка полностью восстановится. Резко хватает за скулы, приближая лицо катастрофически близко к губам. – А пока я буду брать тебя нежно. Потрахивать аккуратно, не спеша, растягивая под свой размер. Растрахаю твою дырочку осторожно, немного растяну, подготовлю для настоящего секса. – Настоящего?! – всхлипываю в панике. – Конечно! Всё, что было до этого… Ну это такое, Машуль, забавы детские, на полшишечки, – усмехается, а в насыщенно карей радужке черти пляшут. Шумно втягиваю носом воздух, моё сердце пропускает удар. Марк не может сдержаться и опять меня целует. – Вкусно пахнешь… Мой ты наркотик, а я наркоман. Завтрак подходит к концу. Марк подхватывает меня на руки, опускает на кровать, пристроившись сзади. Стискивает в объятиях, и мы улетаем в крепкий сон. Просыпаюсь я ближе к вечеру, точнее ближе к закату. Растерянно озираюсь по сторонам, потому что не могу сориентироваться какой сегодня день и время суток – вот это мы задали жару! Бросаю руку рядом с собой на постель – там пусто. Внезапная вспышка тревоги охватывает тело и сознание, Марка нет! Вскакиваю на ноги, ищу его глазами – в ни души и тишина. Как вдруг… взглядом натыкаюсь на ослепительное вечернее платье, длиной в пол, полностью усыпанное драгоценными камешками, что аккуратно висит на вешалке на ручке шкафа, возле двери, чуть не теряю сознание! А рядом, на столике, лежит записка… Лечу к ней, окрылённая необузданной эйфорией, читаю тайное любовное послание, а по щекам неконтролируемо бегут дорожки слёз. Счастья… “Проснулась, спящая красавица? Хочу видеть тебя в этом платье! Жду внизу, на террасе. Главное условие – ты без трусиков и лифчика”.