110

— Ты же не задержишься здесь, — продолжает он. — Ты не в первый раз такую схему проворачиваешь. Знаешь, как выйти на волю, когда тебе надо. Значит, и меня вытащишь.

Охуевший. В край. Но по ходу есть у него все основания, чтобы охуевать. Если реально в курсе тех дел, которые Гусев проворачивал. Если не пиздит…

Нет. По нему видно, что не пиздит. Только проверить этого типа все равно не помешает.

— Еще обсудим это, — говорю.

— Тебе никто так работу не сделает.

Ну тут можно поспорить. Если бы я не торопился выйти, поскорее разделаться с Шенгелией, то дальше бы выжидал. А так — считай, готово все.

— Обсудим, — выдаю.

На том и расходимся.

Ахмедов пробивает этого типа на следующий день. Сбрасывает мне главную выжимку из материала.

Молотов. Так мужика зовут. Младше меня на два года, но за решеткой он уже провел на порядок больше.

Неудивительно, что с Гусевым так хорошо поладили. Даже статьи, по которым их за решетку упекли, чем-то схожи. Тоже экономическое мошенничество. Пожизненное не предусмотрено. Однако всегда есть детали, которые можно сильно по-разному обыграть. Сперва одну десятку отмотает, после вторую. И так хоть до конца дней накидывай.

Гусева подставил Шенгелия. Там ученик обошел учителя. При удачном стечении обстоятельств сразу его слил, чтобы занять выгодное место, раскрутиться и выйти на новый уровень. Короче, в струю попал.

История Молотова иначе сложилась.

Молодой, пробивной. Карьера у него резко в гору пошла. Закончил юридический и развернулся на полную. Умный, успешный. Дошел до того, что стал одним из партнеров самого Белоцерковского.

Известный олигарх. Под ним пиздец сколько ресурсов.

Забавно, что сейчас этот Белоцерковский тоже за решеткой. Хер знает, кто его прижал, но прессуют старикана жестко.

Только это недавно началось. А Молотова он дохуя давно слил. Еще когда при власти был.

Ну вот так бывает. На каждого крутого типа найдется кто-то еще круче. Одного ебучего Шенгелию ничто не берет.

Ничего. Решим.

— Что думаешь про него? — спрашиваю Рената.

— Адекватный, — говорит. — Правда грохнул какого-то типа в тюряге. Судя по официальным материалам — по беспределу. Но ты же сам в курсе, как это бывает. На отбитого отморозка, которым его выставляют, не тянет. Четкий он. Продуманный. Биографию его изучил. Если бы не та подстава, он бы даже Белоцерковского мог обойти. Пробивной. Вообще, таких не любят.

Верно. Зачем конкурентов плодить?

— Он на свободу хочет, — говорю. — Деньги его не интересуют.

— Денег у него хватает.

— Да ладно?

— Я не все активы пробил. Но кое-что вычислил. Он не лжет, когда говорит, что вместе с Гусевым плотно работал. Несколько счетов в разных банках. Крипта. Акции. Финансово обеспечен.

— Это он так из тюряги развернулся?

— Ну да.

— Чую, проблема есть?

— Не уверен, что мы сможем его вытащить. Не в ближайшее время так точно. Но я бы даже гарантии давать не стал.

— Белоцерковский под следствием. Вряд ли будет мешать. Он может про этого Молотова давно забыл.

— Не думаю, что забыл. И да, именно он мешать не станет. Но там и другие серьезные люди замешаны. Мутное дело. Потребуется время, чтобы разобраться, только я уже вижу, что многое не сходится.

— Значит, его не один Белоцерковский подставил?

— Нет, там целая схема. Надо разбирать.

Херня творится.

Мне надо, чтобы Молотов сделал ту работу, которую обещает выполнить. Это ускорит процесс. Похоронит Шенгелию.

Но сука, как ему отплатить?

— Слышал, ты с Молотом общаться начал, — заявляет мне один знакомый тип еще через пару дней. — Предупредить хочу. Ты бы держался от него подальше. Он такой… ну короче, не связывайся.

— Это ты к чему?

— Да так, — тянет. — Это не Гусь, понимаешь? Он ебанутый. Реально. Не знаешь, чего ждать. Вроде не убийца, но про его подвиги на другой зоне пиздец какие разговоры ходят.

— Ты сам забыл, за что сидишь? Охуеть. Еще предупреждать меня будешь. Про типа, который бумажками занимается. Мне что, предлагаешь его бояться? Или кто он там?

— Слушай, мое дело инфу дать. Сам решай, как дальше. Но ты разве не видишь? Даже охрана его сторониться. И теперь он один сидит. Опасаются. Как бы ничего не вышло.

— Хуйня.

— Это официально он одного типа порешил, а по факту его с той зоны не без причины сюда перевели. Голыми руками мочил. Там жесть какое месиво было. Никак управу найти не могли.

— Ты что мне заливаешь? Это на зоне никто его обломать не мог? Охрана его боялась?

Реально хуйню городит.

— Мое дело — предупредить, — бросает. — А ты в его глаза посмотри. Сразу понятно станет. Не верю, что он просто адвокат. Хер поймет. Может бывший мент. Или какой-то спецназовец. Потому его и не трогают. Может он им нужен для чего-то. Но с этим типом явно что-то не так.

Доля правды тут есть.

Молотова сторонятся.

Только он мне нужен.

— Значит, так, — говорю ему. — По срокам ничего обещать не могу. Да и вообще, непонятно, получится тебя вытащить отсюда или нет. Подстава серьезная. Не один человек замешан.

Молчит. Будто меня не слушает. В пустоту смотрит.

Может и правда ебанутый? Но похер уже. Я с кем угодно готов сделку заключить, чтобы Шенгелию загасить.

— Давай другую оплату обсудим, — продолжаю. — Вариант с выходом из тюрьмы оставляем. Все в разработке. Однако неизвестно как по итогу будет. Сейчас я или деньги могу предложить, или другие услуги. Решай. Давай договариваться. По любому ты ничего не теряешь.

Он переводит взгляд на меня.

— Свидание хочу, — говорит.

Не сразу догоняю.

Так просто?

— Бабу? — выдаю наконец.

— Ее хочу, — заявляет.

Достает телефон. Показывает фотку. Сначала думаю, это актриса какая-то или модель. Потом вижу, что там целая статья о предстоящей свадьбе.

Ну бля и замах у него.

Лучше бы актриса была. Или модель.

— Эту хочу, — жестко.

И дату мне называет.

День свадьбы из статьи.

— Будет, — говорю. — Привезут.

Выбора нет. Мне на волю надо. И скорее. А Шенгелия все тормозит. Мне к Лене надо.

Так что… будет ему баба. Любая. И раз эту выбрал, значит, доставим.