46

Его вопросы обжигают. Кровь ударяет в лицо, заставляя меня вспыхнуть до корней волос. Возмущение переполняет, выбивая шок.

— Ты что, — выдаю нервно. — Ты не мог другого места найти?

— А в чем проблема? — кривится как будто с недоумением.

— Такую грязь развести, — выпаливаю. — Прямо тут. Все это… да это же просто какое-то непотребство.

— Грязь? — оскаливается. — Да с хера ли грязь? Нормальный процесс. Хуже, если у мужика член не стоит. Вот тогда реально хуево. А так — вполне здоровая реакция на красивую женщину рядом.

Даже сложно сказать, что поражает сильнее. Его подавляющая невозмутимость. Или то, как он спокойно продолжает делать то, за чем я его случайно застала. Без капли смущения.

Мой взгляд невольно соскальзывает туда, где движется его рука. Ладонь крепко обхватывает жилистый ствол.

Вскидываюсь. Туда смотреть не хочу. Просто глаза реагируют на интенсивные движения, которые Тагиров не прекращает ни на миг.

Поднимая взгляд — наталкиваюсь на хищную ухмылку.

Он явно не считает, что переходит все грани приличия. Ну точно как животное. Есть желание — надо удовлетворить. Рефлексы у Тагирова звериные. Меня бесит один его вид. Циничный. Самодовольный. Наглый. То, как он тут свободно раскинулся. Занимается… всеми этими гадостями. Еще и говорит со мной точно намеренно провоцирует.

— А другого места нельзя было найти? — не выдерживаю.

Никакого ответа.

Возможно, от его молчания меня еще сильнее начинает нести.

— Ты же понимал, что я выйду из ванной, — говорю, повышая голос. — Неужели нельзя было подождать? В душе бы это сделал. Здесь кстати, есть вторая ванная комната. Номер огромный. Можно уединиться где угодно. Но не так же.

Взмахиваю рукой.

Тагиров лишь ухмыляется шире.

— Да как можно, — морщусь, не в силах подобрать слова для выражениях всех тех эмоций, которые охватывают меня. — Мерзость.

— Давай, еще повозмущайся, — заявляет Тагиров. — Меня заводит это твое стрекотание. Похуй, о чем ты. Яйца каменеют, когда ты с такими чувствами заряжаешь. Хоть что. Расходишься вся. Раскраснелась прямо.

Теперь слова забиваются в горле. Судорожно глотаю воздух, ощущая себя рыбой, которую прибоем вышвырнуло на берег.

После его отвратительного признания о том, как именно мои фразы на него влияют, даже говорить не хочется. Ступор накатывает.

— Ты просто, — запинаюсь. — Урод. Больной ублюдок. Ты… ты уже совсем. Прикройся!

Выкрикиваю, потому что нервы не выдерживают.

— Убери эту гадость.

— Нормальный у меня член, — произносит Тагиров. — Большой. Крепкий. И для тебя стояк в момент есть.

Что?..

Да мне…

— Зря ты не ценишь, Леночка. По ходу еще до конца не поняла, насколько сильно тебе со мной повезло.

Повезло. Ну да. Так повезло, что плакать хочется. И в горле забивается ком. А потом Тагиров странно двигает рукой. Резко. И я автоматически перемещаю взгляд ниже.

Напрасно это делаю. Но поздно.

Вижу, как из его возбужденной плоти вылетают мутные брызги. Кажется, заляпывают все вокруг.

Но Тагиров остается невозмутим. Небрежным жестом вытирает руку о простыню, которую отбрасывает в сторону.

— Фу, какой ужас, — бормочу сдавленно.

Отшатываюсь назад. Отворачиваюсь.

Но картина так и стоит перед глазами.

— Ладно, хватит шипеть, — заявляет Тагиров, поднимаясь с кровати. — Ты лучше собирайся.

— Куда? — со злостью и непониманием смотрю на него.

— Жрать пойдем, — бросает он. — Потом в казино. Приехать в Монако и не побывать в Монте-Карло? Нет, так не пойдет.

— Я чувствую себя не очень хорошо, — выдавливаю с трудом. — Останусь в номере.

Как же я надеюсь, что он сейчас просто оденется и уйдет.

— Нет, — твердо говорит Тагиров.

— Почему? Я лучше…

Он шагает ко мне, похоже, совершенно не стесняясь своей наготы. А я лишь вжимаюсь в стену.

— Я уже сказал, что тебе будет лучше, — хрипло произносит Тагиров, подаваясь ближе ко мне, практически прислоняясь вплотную.

— Я не хочу есть, — нервно отвечаю. — Не хочу никуда идти. Не пойду.

— Да? — приподнимает бровь. — Ну тогда останемся в номере. Найду, чем тебя занять. Идей у меня дохуя.

— Не трогай меня! — выпаливаю, потому что кажется, он уже тянет ко мне свои руки. — Не этими руками.

— Охренеть, — хмыкает. — А то, что я тебя членом трогал? Кончил в тебя?

Каждая новая реплика отдается внутри болезненной вибрацией.

— Ты завязывай это, Лена, — мрачно произносит Тагиров. — Сейчас я пойду в душ. Освежусь. А когда выйду, ты должна быть полностью готова к выходу. Теперь ты моя невеста. Поэтому в номере не останешься. У нас совместный выход. Как положено.

Буквально припечатывает.

Потрясенно хлопаю глазами.

Он молчит.

— Невеста, — вырывается у меня вместе с нервным смешком. — Это что вообще значит?

— То и значит, — выдает он ровно. — Порядки у нас такие. Не знала? Если мужчина взял девушку. Вот так — обесчестил. Как ты утверждаешь.

Разводит руками.

— Он должен жениться, — говорит.

— Нет, нет, — отрицательно качаю головой. — Не надо.

— А как ты думала будет? — спрашивает он, и к сожалению, в его глазах нет ни тени насмешки. — После того, что было между нами ночью, у меня есть только один путь. Взять тебя в жены.

— Нет, — голос срывается. — Не хочу.

— Поздно, — заключает Тагиров. — Раньше нужно было думать. Когда всякие коктейли пила. Теперь — без вариантов.

— Ничего я не пила! — вскрикиваю в отчаянии. — Мне тот дурацкий коктейль насильно залили.

— Ну вот, тем более. Видишь, как все идет? За тобой глаз да глаз надо. Нельзя оставлять без присмотра. Ничего. Теперь можешь быть спокойна. Мою невесту ни одна сволочь не рискнет тронуть.