Глава 71. Новая жизнь

Глава 71. Новая жизнь

— Я отдал вашему кучеру приказ возвращаться на главную дорогу, — поставил в известность гвардеец. — Мы будем сопровождать вашу карету до самого дворца.

Он начал закрывать дверцу, но Полина не дала — подставила ногу. Она понимала, что тут не принято обсуждать приказы Его Величества. Она понимала, что за неисполнение тут можно лишиться головы. Но сердце отчаянно сжималось при мысли подвести так безоговорочно доверившуюся Лайби.

— Господин гвардеец, мы не можем пока сменить маршрут. Мы доставляем роженицу к повитухе. Роды вот-вот начнутся, — кивнула Поля на притаившуюся в углу Лайби.

— Никто не настаивает, чтобы она оставалась в этой карете, — без единой эмоции на лице произнёс гвардеец. — Она может пересесть во вторую. Прикажите слугам доставить её туда, куда считаете нужным.

Нет, Полина не могла перепоручить Лайби никому. Та смотрела на неё с такой надеждой. Поля успокаивающе погладила её руку, а гвардейцу ответила с такой же строгостью, серьёзностью и суровостью, с какой разговаривал он с ней.

— А если роды начнутся в дороге? Среди моих слуг нет никого, кто был бы обучен оказывать помощь в подобной ситуации.

— Хотите сказать, вы обучены? — гвардеец смерил уничижительным взглядом.

Полина видела, что он начинает выходить из себя, но сдаваться она не собиралась. Поля отвечает за жизнь Лайби и её дитя. Больше некому.

— Да, — не поколебавшись, ответила Полина. — Я обучена.

— У меня. Приказ. Короля, — отчеканил гвардеец.

Бесчувственный чурбан! Он, что, не видит, как Лайби вцепилась в Полину. Как дрожит от страха.

— Не будете ли так любезны, пояснить, что именно приказал вам Его Величество? — прожгла его взглядом Полина. — Я сомневаюсь, что король хоть словом обмолвился о том, что ради выполнения его приказа, вы должны будете бросить без помощи бедную роженицу — оставить на произвол судьбы её и её будущего ребёнка. Разве честь и долг офицера не велит вам поступать с точностью до наоборот?! Разве не задача доблестной гвардии защищать вернопоподанных короля?! Разве не долг настоящего мужчины оберегать и защищать матерей и детей?! Я соглашусь оставить Лайби только в том случае, если кто-то из ваших гвардейцев поедет с ней, поклявшись принять роды, если они случатся в пути. Может, это сделаете вы?! — с вызовом добавила она.

Лайби тихо застонала. Сначала сдавлено, но не в силах сдержаться сорвалась на пронзительный крик.

— Дыши, милая, — потёрла ей поясницу Полина. — Дыши.

— Сто пятнадцать, — отчиталась Глори, ответственно выполнявшая доверенное ей задание, несмотря ни на что. — На пять короче, чем в прошлый раз.

Её зелёные глазищи-блюдца укоризненно уставились на гвардейца.

Тот поёжился, будто лично виноват в том, что промежутки между схватками сократились на пять секунд. Поля почувствовала, что достучалась до этого чурбана своей пламенной речью.

— Нужно гнать карету, — бросила она ему. — Мы ещё можем успеть. Велите одному из ваших подчинённых галопом скакать в деревню. Пусть предупредит повитуху, чтобы готовилась к нашему прибытию.

Дверца кареты захлопнулась, а уже через пару секунд Полина услышала, как гвардеец раздаёт приказы. Карета тронулась и понеслась. Это были, наверно, самые тяжёлые и тревожные минуты в жизни Полины. Лайби становилось всё тяжелее и тяжелее. Она стонала и отчаянно молилась. Потом кляла всё и вся, а потом горячо уверяла, что это произойдёт уже вот-вот. Что они не успеют… Но они успели. Успели! До деревни оставалось всего-то около четверть часа хода. Их встречали селяне, махали руками, указывали путь к дому повитухи. Спасибо гвардейцу, ускакавшему вперёд — предупредил.

В доме Афросии было тепло, сухо и чисто. Конечно, не родильная палата современного медцентра, но всё необходимое имелось. Как же у Полины отлегло от сердца, когда она передала Лайби в опытные руки. Ну, как передала? Лайби клещом вцепилась в неё, молча моля не оставлять. Между ними будто установилось какое-то родство. В критические моменты люди быстро привязываются друг к другу.

Никто из гвардейцев входить к повитухе в дом не решился — они все дежурили снаружи. Полина была уверена, никто и дальше не решится сунуться. До самого победного конца. А раз так — она остаётся.

Поля вытирала со лба Лайби пот и держала за руку, успокаивала тихими ласковыми словами. Благо, всё остальное было кому делать. Повитуха и её помощница оказались опытными и держали процесс под контролем. Прошло несколько десятков мучительных минут, прежде чем комнату сотряс самый лучший звук в мире — крик новорожденного.

С той минуты Полина не видела больше ничего кроме этого чудесного сморщенного личика. Помощница повитухи быстро осмотрела младенца и, не найдя причин для беспокойства, аккуратно спеленала.

Она протянула свёрток матери со словами:

— Девочка.

У Лайби текли по щекам слёзы. У Полины, оказывается, тоже. Лайби, совсем ещё слабая после перенесённого испытания, доверчиво протянула свою кроху Полине. Она с трепетом приняла малышку — тёплый живой комочек, и её затопила нежность. Она смотрела на это чудо и не могла насмотреться. Она бы делала это вечно, но кроха вдруг шевельнулась и сморщила носик. Сейчас заплачет? Полина инстинктивно прижала её к себе. Сердце остановилось. Мир куда-то уплыл — перестал существовать. В груди невыносимо щемило. Какое это счастье держать младенца на руках. Самое большое счастье…

— Госпожа, вы были так добры ко мне, — благодарно прошептала Лайби. — Так великодушны. Я всю оставшуюся жизнь буду благословлять богов, что подарили счастье встретиться с вами.

Лайби не знала, но этот день и для Полины стал одним из самых счастливых. Сейчас Поля даже забыла о том, что под домом дежурят гвардейцы, которые собираются доставить во дворец. Что король редко приглашает к себе для милых бесед. Что её наверняка ждут очередные неприятности. Может, Рональд узнал, что Полина прибегала к запретной магии? Но… когда держишь на руках новорождённую жизнь, всё остальное перестаёт иметь значение. Полина ещё раз вдохнула нежный младенческий аромат и аккуратно передала малышку маме.

В соседней комнате дожидался новостей дед Лайби. Полина знала, что седой добряк сильно волнуется за внучку, и подумала, что нужно поскорее успокоить его хорошими новостями. Однако когда вышла за дверь первой к ней подскочила Глори. Полина просила её дожидаться в карете. Не хотела, чтобы девочка лишний раз тревожилась. Рано ей ещё. Но, видно, Глори тоже успела пропитаться ответственностью за Лайби и не усидела в карете.

— Всё хорошо, мой славный стойкий Одуванчик, — привычным жестом обняла Поля малышку и чмокнула в макушку. — У Лайби родилась здоровая девочка.

Дед, услышавший новости, счастливо улыбнулся в усы.