Глава 12 — Красная Царица

Никита спешно удаляется, как трусливый ушастопас.

Киваю Симоне, и атаман, толкнув дверь на золоченых петлях, входит первой. Следую за блондинкой, как подобает ее заму. То есть, не высвечиваюсь.

Только я подзабыл, что щеголяю в бордовой двойке. Так что взгляды Астерии и Кристины прикипают сразу ко мне. Ротики обеих девушек удивленно распахиваются. Ну я что? Небрежным движением касаюсь лацкана пиджака, будто поправляя его. Наши оппонентки молчат, будто забыв где находятся. Туше, дамы и господа.

Царица поля восседает во главе массивного дубового стола. Сама княжна производит впечатление не меньшей монументальности, чем толстая столешница под ее сложенными руками. Сквозь белую футболку в одних местах выпучиваются мощные плечевые мышцы и бицепсы, в других — пышные груди. По-моему, Астерия еще больше подкачалась. Если бы не эпический бюст, длинные волосы и утонченное девичье лицо, спутал бы ее с Митей. Неслабые Кристина и Симона выглядят на фоне красноволосой княжны худенькими комариками.

Что примечательно — на лице Астерии нет ни вызова, ни выражения превосходства. Только какая-то тягота. Странно. Ведь мы теперь под ее каблуком, впору этим кичиться. Похоже, княгини Бесоновы наконец занялись воспитанием строптивой дочки.

Кристина сидит перед столом Астерии, рядом пустуют еще два стула. Княжна указывает на них, и на вытянутой руке играют толстые удавы мускул. Такими руками легко переломать хребтину ягненку.

— Добрый день, товарищи. — Да, она, правда, так нас назвала. — Присаживайтесь.

Пока располагаемся, Кристина не упускает случая подколоть:

— Что, Арс, пока шел вдоль поля, столкнулся с Ричардом? Костюм не в его, случайно, крови?

Астерия хмурится, но ничего не произносит.

— Его Высочество мне не попадался, — улыбаюсь. — На поле его тоже не видел. Видимо, у принца сегодня отгул?

— Итак, — игнорирует мой полунамек-вопрос Астерия. — «Витязи» теперь акцептуют заявки на ваше финансирование. Учсовет дал мне распоряжение следить за соответствием дисциплины вашего клуба стандартам «Замка». — Вот уже Ее Величество и пальцы гнет. — Но я считаю, что пока мне нет смысла вмешиваться в ваши дела. — О как запела. Интересная перекалибровка. — По крайней мере, до тех пор, пока вы побеждаете ватаги своего округа. Дружеский матч с «ястребами» показал, что вы вполне компетентны, Симона Юрьевна, как атаман.

Мы с блондинкой быстро переглядываемся. Похвала от Астерии? Вечером ждать нашествие марсиан?

— Спасибо, Астерия Артемовна, — роняет покрасневшая Симона. — Лестный отзыв от столь титулованной особы — большая честь для простолюдинки.

— Перестаньте. В Гроне нет титулов, — отмахивается Астерия и впервые смотрит прямо мне в глаза. — Это не щедрость. Это ультиматум. Как только вы потерпите хоть одно поражение, я лично возьмусь за вас. Это вам ясно, Арсений Всеволодович?

Нет, это всё та же Астерия. Командирский гонор из княжны по-прежнему прет, но в урезанной форме. Хотя о вежливости ей явно кто-то напомнил — мы вдруг стали снова на «вы».

Я лениво вожу рукой в воздухе.

— До зимы нам играть по два-три матча в неделю. Мы в любом случае проиграем раз-другой. Как и вы, к слову, Астерия Артемовна. Это раз. В наш округ перешла ватага «Вершины мудрости». Это топовые игроки, и таким проиграть незазорно даже вам. Это два. Наша стратегия на отборочных вовсе не построена на сплошных победах. Это глупость, мы только перегорим. Для нас главное — набрать максимальные очки. Это три. Астерия Артемовна, вывод: ваше требование нежизнеспособно.

Глаза Астерии стекленеют. Я уже жду, что она сейчас взорвется криком или даже Якой. Но Кристина обреченно качает головой и подрывается к своему атаману. Спортсменка что-то тихо шепчет княжне на ухо. Симона не слышит, но я улавливаю:

— Астра, ты просила дернуть тебя, когда начнешь перебарщивать. Вот и дергаю.

Царица поля дергается вместе с креслом назад и, сжав правый кулак до треска в суставах, вздыхает:

— И-извиняюсь, я переборщила, Арсений Всеволодович. Один-два проигрыша допустимы, вы правы. — Слова даются ей с трудом, но она их выговаривает, что уже достойно хлопка по плечу. — Будем считать, что у вас получится не уронить честь «Замка».

— Главное, чтобы и сам «Замок» больше не ронял свою честь, — усмехаюсь.

— Мои игроки больше не выступят против вас, — склоняет голову Астерия. — Обещаю. Более того, наши аналитики через меня будут предоставлять вашему тренеру сводки по другим ватагам и лучшим стратегиям игры.

— Вау, — выдыхает Симона и тут же смущается. — Ой, простите.

На блондинку никто не обратил внимания.

— Через вас? — цепляюсь я за слова. — То есть, вы лично будете посещать «Гром просвещения»?

— Буду, — всё так же серьезно говорит Астерия. — Где-то раз в две недели.

Мм, ее мне только не хватало. Ладно, полезет куда не просят — запрем в раздевалке. Мужской.

— Также до меня донесли новость, — вдруг произносит Астерия. — Княжна Волконская договорилась о покупке спортпитания для «фениксов» через фонды учсовета. Считаю это не допустимым. Все расходы по Грону должны идти через один фонд — моего клуба. Так эффективнее управление денежными потоками. К тому же исключается дублирование функций у нашего, и без того очень занятого, учсовета. Дайте свое согласие на исправление ситуации.

Блондинка уже не вмешивается, полностью передав роль переговорщика мне. Осторожно спрашиваю:

— Правильно понимаю: вы не против самих расходов, дело только в источнике?

— Верно, — соглашается Астерия. — Всё управление должно быть в одних руках.

Ну то, что она за диктатуру, и так понятно. Впрочем, дело даже не в ее загребущих мускулистых ручках. Просто княжну Анфису обижать не хочется. Она ведь так старается мне помочь. Да и вообще: мое ли это дело?

— Спасибо за доверие, но даже вникать в подобные вопросы — не мой уровень. Уверен, вы договоритесь с учсоветом и сообща построите движение денег максимально эффективно.

Астерия поджимает губы.

— Кхм, отстраняетесь? Ну ладно, — она явно расстроилась. Что меня немного даже порадовало.

Я молча улыбаюсь. Сами разбирайтесь в своих подковерных интригах. Очень не хочется иметь хоть какое-то дело с этой красноволосой княжной. Но еще больше не тянет погружаться в тенета учсовета «Красного замка» — заводить лояльных людей, лоббировать изменение распоряжения. Если Астерия начнет задаваться — просто пошлем подальше. Проживем и без дополнительного финансирования какое-то время.

Тишина затягивается.

— Думаю, нам пора, — и, не дожидаясь, встаю. — Ждем от вас график траншей…ну и вас в гости, Астерия Артемовна тоже ждем. Вместе со сводками по ватагам нашего округа.

— Я буду, — кивает она. — Перед первой вашей игрой занесу.

Симона тоже поднимается. У самой двери напоследок бросаю задумчивый взгляд на Астерию. Девушка смотрит в ответ, приоткрыв красивый алый рот.

Правда ли ты взялась за ум? Или затаилась, как кобра под камнем? Посмотрим.

***

Наткнувшись на взгляд Беркутова, Астерия замирает. Мелкая дрожь насквозь пробирает ее неуязвимое тело. И к этим тонким, режущим, как бритва, ощущениям примешивается очень слышно, ароматом сигарного дыма, воспоминание об опасных огненных руках, и о командирском голосе, доносящемся до самых дальних трибун, и о глазах, горящих яростно, и о оскаленных идеальных ровных зубах…

На Астерию обращены холодные глаза янтарного цвета. Сжатые бледные губы, едва заметно выпирающие скулы, раздражённый взгляд без капли страха. Осанка Беркутова прямая. Он держит голову высоко и смотрит на Царицу поля сверху-вниз.

Львиные глаза на милом лице юноши такие… страшные? Опасные?

Со стуком захлопнувшейся двери наваждение спадает. Беркутов ушел. Эта мысль падает камнем на дно черепной коробки.

— Астра, с чего вдруг такая щедрость? — вдруг говорит Кристина. — Наших аналитиков предложила, да еще сама ездить собираешься в «Гром».

— А что, какие-то проблемы, Крис? — хмуро спрашивает Астерия своего зама.

— Честно скажу: мне это не нравится, — заявляет девушка. — Ты распыляешься, и зачем? Опять хочешь столкнуть кого-то из наших с «фениксами» Арса? После прошлого твоего хода наша репутация рухнула в разы. Медуза так вообще подумывает уйти из ватаги.

Она прикусывает язык, но Астерия уже обратила внимание на слова. Но не злится.

— Вот оно как, значит, — задумчиво протягивает Царица поля.

— А ты думаешь, почему ее сегодня нет? — решает не скрывать Кристина.

Астерия фыркает. Ее пухлые губы растягиваются в улыбке, она откровенно смеется. Какие нежные, оказывается, у нее подчиненные. С утра к ней пристал Ричард. Брат просил, чтобы Астерия использовала возникший рычаг финансирования и устроила «дружеский» матч между «витязями» и «фениксами». Она отказала. Больше позориться Астерия не собиралась. Тогда принц разозлился и сказал, что плюет на ее тренировки. Теперь вот Медуза нюни распустила, даром что голем.

— Ну и пусть катится, — достав из стола резинку, Астерия выделяет крупную прядь волос и делает высокий конский хвост. Больше не перед кем щеголять красной гривой. — Она всего лишь авангардник.

— Лучший авангардник, — вставляет Кристина.

— Верно, — не спорит княжна. — Но это я сделала ее лучшей. Девочка месила говяжьи туши в морозильнике под моим присмотром. Она плакала, норовила убежать, а я ее силой держала и толкала к мясу, подвешенному на крючьях. И теперь, да, Медуза — лучший авангардник. Но только благодаря мне. Если уйдет из ватаги, то она станет просто каменным столбом. Ее право. С Ричардом то же самое.

— Твой брат тоже хочет уйти?

— Кто его знает. Он помешался на мести из-за глупой девчонки. Конечно, я виновата в этом, подогревала его злость. Ярость — хорошее топливо для тренировок. Но Рич не умеет ждать. Хочет всё прямо здесь и сейчас. Думаю, он совершит глупость. — А ведь действительно совершит. Мм, надо сказать мамам, пока не поздно.

Крис мешкает, но все же рискует спросить:

— А как насчет тебя самой? Ты раньше прямо хотела размазать Арса. Что изменилось?

Астерия перекидывает ногу на ногу и резко замирает — в попе сильно закололо, ой-ой. Досиделась, блин. Надо было подушку помягче под ягодицы подложить. Ой-ой-ой…А с утра казалось, что наконец залечилось. Но последствия наказания Аяно так просто не проходят.

Своей самой дисциплинированной жене Перун достал из Нижних миров ветки щебеньицы. Только строгой Аяно князь доверил такую силу. Не могучей Кали, не проницательной Алле, не даже главенствующей Софии. Потустороннее растение глушит регенерацию демоников. Ростки очень редки и от того бесценны, это настоящий артефакт, что, впрочем, не помешало княгине Бесоновой использовать его в воспитательных целях для своих чад. Как говорится, самое лучшее — детям. Из щебеньицы Аяно заготовила длинные ровные розги. Хранились они в супертолостом сейфе под десятком шифровальных замков. Редко к ним тянулась тонкая рука японки, но, когда это происходило, криками наказуемого наполнялся весь дом. И вот опять, совсем недавно, японка сдула пыль с розг. Несколько дней Астерии приходилось спать на животе. А все прочие домочадцы ходили на цыпочках, чисто на всякий случай.

Аяно была бы не Аяно, если бы дело ограничилось лишь порками. Астерию мариновали неделю. Каждый день душещипательное общение, чаепитие по всем строгим правилам японского этикета, обсуждение цитат Конфуция.

— «Если ты ненавидишь — значит тебя победили», — зачитала Аяно по памяти на одной из таких посиделок. Обе девушки сидели на полу на коленях наряженные в красочные юкато, напротив на низком столике дымились кружки с ароматным чаем. — Ты ненавидишь, Астра?

— Беркутова? — фыркнула Астерия, подергав воротник непривычного кимоно. — С чего бы? Много ему чести. Кто он и кто я?

— А кто он? — спокойно сказала Аяно. — Человек, о котором ты постоянно думаешь?

Астерия вспыхнула:

— Была достойная причина. Раньше мне казалось, что он может опозорить «Красный замок».

— Раньше — может быть, — допустила Аяно, подняв уголки точеных губ в полунамеке на улыбку. Сама японка в это ни капли не верила. — Но причина устарела. Беркутов показал, что умеет играть в Грон. Почему же ты все еще о нем думаешь?

Астерия тихо пробормотала:

— Я просто хочу победить его. Только и всего.

— Зачем?

Ох, что же за неудобные вопросы!

— Мне он показался достойным соперником, мама, — дернула подбородком Астерия. — Поэтому и хочу победить.

— Ну допустим, назовем это чувство «победить», — согласилась Аяно. — Не ты первая используешь термины войны для выражения своих далеко невоинственных чувств. Лишь бы тебе было комфортно, дитя. Итак, как же ты намереваешься победить Беркутова? Просто избить на поле и пронести мяч в его ворота? Тебе хватит такой малости?

— Не знаю, — нерешительно брякнула Астерия, затеребив широкий пояс-оби с вышитыми бабочками. Она засомневалась, хоть раньше именно в этом ключе и думала. Других противников она просто макала носом в землю, и Астре хватало. Но что, если в случае с Беркутовым ей нужна более полномасштабная победа? Сестра Лиза ходит с ним едва ли не под ручку, помогает ему советами, оберегает от мамы Софии. С каждым днем Беркутов всё больше и больше зависим от Лизы. Вскоре она ему кислород запросто перекроет. Не это ли настоящая победа?

И будто услышав ее мысли, Аяно сказала:

— Астра, дочка, послушай мудрую маму. Если хочешь победить, по-настоящему победить, мужчину, то стань чем-то большим для него, без чего он не сможет жить.

Бинго!

Слова японки подтвердили мысли княжны! Теперь она знает свой Путь победы! И он лежит через учсовет лицея!

В своем кабинете Астра порывисто встает из-за стола. Ох, попу жжет! Гребаные демонские розги! Нет сил больше сидеть!

Крис удивленно смотрит на княжну:

— Атаман?

— Что изменилось, спрашиваешь? — Астерия не выдерживает и всё же потирает сквозь шорты крепкие как орех ягодицы. — Ничего. Мы просто поможем лицейским товарищам по Грону. Они показали себя достойно на игре с «ястребами», а, значит, и нам воротить нос не стоит.

Кристина пожимает плечами, не сильно ей веря. Астерия не обращает внимания на зама. Мысли атамана витают вокруг Беркутова и табуна его девок, в том числе Волоконской и Лизы. Да, сестра теперь близка к Арсению. Но реальных рычагов давления на Беркутова у нее нет. Чувства эфемерны и мимолетны, важны только реальные и предметные сферы. А вот Астерия теперь контролирует финансирование «фениксов». Дальше — больше. Сводки аналитиков, спортпитание, а там уже сам Арсений не сможет обходиться без княжны. Его «фениксы» станут анклавом «витязей». А что с этого ватаге "Красного замка"? Даже если в Лиге каким-то чудом победит Арсений, это также будет победа и Астерии. Засчитаем за умный риск-менеджмент. Разложим яйца по двум корзинам.

Ох, мамочки. Опять попа горит. Бегом в душ! Может, под струей полегчает.

Княжна, как пантера, срывается в коридор. Крис удивленно смотрит ей вслед:

— Атаман, всё хорошо?! Атаман?!

***

Нам с Симоной в коридоре встречается Анфиса. Прекрасная княжна слегка запыхается, высокая грудь под красным форменным пиджачком чуть дрожит, словно волны в легкий шторм.

— Сеня, ты уже пришел? Сеня! — не обращая внимания на блондинку, Анфиса приближается ко мне очень близко. Шлейф ее духов обволакивает и дурманит. — Уже был у Астерии?

— Да, — киваю. — Она нанесла свой удар. Теперь финансирование нашего клуба зависит от Царицы поля.

Княжна мигом огорчается:

— Знаю, — на ее глаза наворачиваются слезы. — Астра дискредитировала старого председателя учсовета. Выложила видео, где он гуляет по...нехорошим местам с нехорошими женщинами. Точнее, я думаю, что это Астра подстроила. В общем, его отстранили. А новый председатель пляшет под дудку Астерии. Вот он и издал директиву по децентрализации финансирования клубов "Грома просвящения". Теперь она распоряжается всеми вашими финансами, кроме разве что спортпитания — оно еще идет через мой фонд. Прости, Сеня, проморгала.

Симона удивленно хлопает глазками. Прекрасно ее понимаю. Княжна извиняется перед вассалом. Не каждый день такое увидишь.

— Мое Сиятельство, — нежно говорю Анфисе. — Не стоит переживать. У вас есть дела поважнее, чем какой-то филиальный клуб. Главное — не позвольте Астерии стать еще и Царицей лицея. Этого "Красный замок" не переживет.

Анфиса кивает, смаргивая слезы.

— Этого не будет, пока я зам по воспитательной работе. Обещаю, Сеня.

— Тогда я спокоен, — улыбаюсь. — за свой лицей и за свой клуб.