Глава 8 — Сплав и страсти

— Греби, Истома, — я оглядываюсь и сквозь холодные брызги, бьющие в лицо, смотрю, как бета наяривает веслом. — Мы почти оторвались!

Сам не забываю грести. Наша с Истомой байдарка возглавляет сплав. Я сижу у носа, впереди только прекрасный голубой простор. Вдали, посреди зеленого луга, течет, извиваясь и сверкая под солнцем, река Дубна.

Брюнетка с «двойкой» на щеке натужно сводит и разводит лопатки. Мокрый конский хвост из черных волос дрожит, словно яростная змея.

— Мы бы уже давно всех сделали, — бросает она. — Если бы ты не поддавался! А так мой женишок нас скоро настигнет!

Не Маска, ну вот совсем. Раскусили, как делать нечего. Но, вообще, бета несправедлива. Я на максимуме гребу, и как результат мы вырвались во главе стайки байдарок. Просто Истома видела, как я на равных дерусь с Борей Кайманом и Медузой, вот и сделала соответствующие выводы: «Поддается, сучонок». Не объяснить же ей, что ради гребли нет смысла погружаться в боевой транс. Я же выносливость тренирую, а не переход в режим машины для убийств.

Так что да, перевес невелик. В спину нам дышат Истислав с Дарико. Крепкая у них двойка оказалась. Байдарка летит по речному потоку словно торпеда. Далее Кира с Симоной, почти на равных с ними Алеся с Харламом Агаркиным.

Сильно отстают бывшие «змеи», но стараются изо всех сил, машут веслами, как заведенные. Иногда я орошаю ватагу магнетическими волнами, воодушевляю, но только тех, кто совсем отстает. Остальных не пичкаю психо-допингом. Пускай ищут мотивацию в своих мечтах и желаниях. Развитые внутренние резервы — основа сильной воли. Мы не в мясорубке войны. Это в окопах и на полях сражений никогда не лишне подбодрить солдат. Но на тренировках — нет, нельзя.

Как уже ясно, ребята усажены в байдарки с теми, с кем обычно мало общаются. Командная работа призвана сплотить наш коллектив школьников. Сам я не исключение. Тренер Лидия составила пары, ну и она же подобрала маршрут по подходящей реке с небольшими перекатами. На этом ее работа на сегодня и закончилась.

Наша с Истомой байдарка еще чуть-чуть выбивается вперед, и брюнетка, оглянувшись, кричит:

— Что, женишок, отстал?! Сейчас же убегу от тебя вместе с Сеней, — чувствую, как ее коготки щекочут мне спину. — И тебе останется только смотреть на его шикарную трапецию.

— Ах, вы сволочи! — раздается яростный крик. Шум весел усиливается. — Я вас прибью обоих! В Неявь отправлю!

Мда, мы либо сплотимся, либо поубиваем друг друга.

Истислав налегает на весло, Дарико поддерживает. И вскоре мы идем ноздря к ноздре. Истислав бешено зыркает на меня, а грузинка, почему-то негодующе, на Истому. С каждым ударом вёсел носы байдарок поднимаются и тотчас резко опускаются на воду.

— Огненный, я тебя в этой реке утоплю! — не успокаивается альфа.

— Лучше сам похлебай водички, — не остаюсь в долгу и ускоряюсь. Брызги пены летят назад, прямо в лицо Истиславу.

Широкий перекат прерывает нашу гонку. Перед ним мы причаливаем, чтобы поменяться местами. Более опытный гребец, или физически более сильный, должен сидеть у кормы. Распределение ролей на байдарке простое: тот, кто сидит на носу, должен всего лишь грести и задавать темп, а тому, кто сидит у кормы, придётся еще и управлять лодкой, а это самая трудоемкая и немного нервная работенка. Пока течение было гладкое, я дал Истоме поуправлять, теперь пора меняться.

Многие тоже решают смениться. Пригоняют байдарки, бросают их рядом.

— Славик! — Истома радостно бросается к кипящему жениху, повисает на его шее. — Долго ты что-то.

Истислав моментально оттекает, взгляд умасливается. Никаких больше ругательств и обвинений. Стальной парень лишь глупо улыбается и оглаживает девушку по спине. Женщины те еще манипуляторы. Метод хвоста и лапки. Хлопнул хвостом по носу, затем погладил лапкой.

Ого, на пересменку прибыли все гроновцы. Хе, последовали моему примеру. Значит, как зам атамана, чего-то стою. Неплохой рост, Префект-командующий. Я никого не обязывал, могли бы плыть дальше и оказаться впереди, обеспечив себе приличный отрыв. Приз победителю мы с Симоной сразу обозначили. Билет на фильм про какого-то Супербоярина в синих трусах поверх красного трико. Награда, конечно, так себе. Да, несерьезно и по-детски. Но они все и есть дети. Да я и сам частично ребенок. Нервная система хоть и усовершенствовалась и усилилась, но остается молодой, неискушенной. Поэтому меня возбуждают взгляды красивых девчонок, а внутреннее эго кайфует от побед над сверстниками. Всё это в новинку, в кайф. Всего этого я еще не пробовал в новой жизни.

— Дальше череда перекатов, — сообщаю я ватаге. — Это участки с усиленным течением и бурлением: отдалённо напоминают пороги, но безопасные. Для новичков в самый раз. Встряхнетесь, словите драйв и, заодно, подготовитесь к Лиге.

— Спасибо, Сеня, за отдых, — улыбается Симона. Лицо мокрое, усталое, но довольное. — Смена обстановки в самый раз. Особенно перед школой.

— Агась, — подхватывает Алеся. — Кругом природа, лесочки, березки… Красота! Чувствую прилив сил и свежий поток энергии, — она поднимает руки к румяным щекам, и синтетическая водонепроницаемая кофта обтягивает соблазнительную грудь. Все парни заглядываются, ну, разве что, кроме Истислава. Он всё еще с глупой улыбкой трется возле своей беты. — Сенечка, твоя идея крутая! Ты такой умница!

— Спасибо, конечно. Но для вас это прежде всего тренировка аэробной кондиции, — замечаю. — Вы — гроновцы, бегать марафоны вам непредпочтительно. Самое лучшее для выносливости — гребной тренажер, велотренажер, эллиптический тренажер и прочие технически простые тренажеры циклической направленности. Но тренажеров у нас мало, людей много. Гребной тренажер же запросто заменит байдарка с веслами.

— Круто-о-о! — Кира загорается. — Совместили полезное с релаксом.

— О, белочка-векшечка! — взвизгнула радостно Алеся. Миг — и барышня умчалась рассматривать рыжий комок шерсти в кустах.

— Не трогай руками только! Или доспех надень! — кричит ей вслед обстоятельная Симона. — От бешенства лечить тебя здесь некому.

— Мы бы глянули на бешеную Леську, — усмехается Истома, проведя рукой по бедру своего женишка. — Да, милый?

Тот вякает что-то неразборчивое, замасленный обнимашками своей невесты. А брюнетка мимолетными касаниями его заводит всё больше.

Хм, острые жабры болотопса вам, а не ламповую Лесю. Еще в моей ватаге не хватало оргий.

— Эй, вы двое, держите себя в руках, — строго бросает парочке Симона. — Вы на тренировке, а не на семейном отдыхе.

— Кстати, вы слышали последнюю новость? — спрашивает флангист Еремей, глянув в мобильник. — О новой ватаге в нашем округе?

— Да, только что прочитал, — вздыхает авангардник Семен. — Нам мздец, как ни печально. Первенство в Юго-Восточном сложно будет взять как никогда.

— Вы о чем? — заинтересовывается Кира. — С чего это нам мздец? С тремя Кметами-то?

— Сегодня в Юго-Восточный округ перевелась ватага «Вершины мудрости». «Волки» Амирана Беридзе теперь играют с нами на отборочных.

— Теперь мы в одной байдарке с «волками», — кивает Еремей. — Как бы не закусали.

— Что?!!! — истерично взвизгивает Дарико. — Этого не может быть!! Не может! До начала отборочных осталось меньше недели! Группы участников уже определены! «Вершина мудрости» в Западном округе! В Западном! Ты врешь!

Все замолкают и удивленно смотрят на грузинку.

— А я-то что? Я ничего, — теряется Еремей и протягивает мобильник. — Сама посмотри.

— Дарико, не стоит, — пытаюсь остановить грузинку, ведь сейчас ей сделается плохо.

Но она уже схватила телефон. Вглядывается в новостные строки, глаза округляются и, кажется, сейчас лопнут от шока. Грузинку начинает трясти, красивое лицо моментально бледнеет, словно выцвело на выглянувшем из-за туч солнце. Рука в бессилии опускается, телефон выскальзывает из ослабевших пальцев. Следом на землю падает и Дарико….

Одновременно три парня срываются к девушке. Агаркин и Еремей замирают в шаге и смотрят, как я подхватываю грузинку. Она впала в шок и дрожит, эта дрожь передается моим рукам.

— Привал, — коротко командую. — Где-то в кустах должны быть мешки с горелками, водой и припасами. Разведите костры, уже холодает, перекусите сухпайком. Симона, за главную.

Хотя последнее и так понятно. Блондинка же атаман, а я случайно обозначил себя главнее нее. Мол, делегирую крошке. Но да ладно, Симона не в обиде, она доверяет мне. Вот даже кивнула точеным подбородком, будто так и надо. Но нет, совсем не надо. Фалгор, ты штурмовик, зам атамана. Хотя бы формально соблюдай рамки своего статуса. На будущее, опять «ай-ай-ай, не Маска», Фалгор. Надо-надо ругать себя почаще, а то совсем распояшешься и вскоре будешь гулять по школьным коридорам в огненном облике Симаргла. На этом тебя и словят.

Отношу девушку за ряд сосен. Кладу Дарико на густой ковер из толстого слоя хвои под высокой елью. Вытянув шею, выглядываю, как там детвора. Под руководством Симоны остальные отыскивают припасы. Ватага достает из найденных мешков переносные газовые горелки, собирает хворост, разводит пару костров.

— Вот Сеня жук, — бурчит Истислав, вскрывая овощную консерву. — Всё подготовил. Запасливый, как хомяк.

— Ты даже похваливая Огненного, умудряешься ругать его, — замечает Истома, сверкнув улыбкой.

— А это для бодрости, — отвечает альфа. — Ему и так все у нас лижут пятки. Дождемся, что зазнается и нихрена делать не сможет.

В общем нормально: себя горелкой не подожгут, консервным ножом руку не отсобачат. Сейчас отдохнут за полчасика и поплывем дальше от заброски.

Заброска — стартовое место сплава, куда нас высадили фургоны моей СБ — в двух километрах отсюда. На случай, если придется останавливаться, дружинники устроили вдоль реки пять оборудованных мест для лагеря — покидали сумки с едой и прочими принадлежностями. Я не планировал остановки и отдых у костров, просто подстраховался. За день мы должны закончить сплав. Небольшой марш вёслами в пятнадцать километров. Препятствий на маршруе почти нет, от силы безопасные барашки-перекаты. Это не горные пороги.

Так что успеем вернуться. Выехали мы спозаранку, в шесть утра, и тоже сегодня в шесть, но уже вечера меня ждет встреча с возможной землячкой.

Форс-мажоры никто не отменял. Как, например, сейчас. Но их спокойно можно учесть в графике. Разве что, группа Воронов в аквалангах сейчас вылезет из воды. Тогда пришлось бы опоздать в «Горелесмаш». Ненадолго.

Дарико усаживается и обнимает себя за плечи, качаясь, как маятник. Я устраиваюсь рядом на горке хвои. Поглаживаю грузинку по спине. Магнетические волны расплескиваются вокруг и проникают глубоко в сознание девушки, успокаивая даже самые тяжелые мысли. Словно звуки бамбуковой флейты, моя сила помогает найти якорь и на время забыть о своих страхах. Она не в шоке, просто на взводе. Поэтому легкий релакс поможет. Слова не нужны. Слова сейчас лишние.

Вдруг девушка подается ко мне и опускает голову на мое плечо. Романтики здесь меньше кванта. Просто хочет быть ближе к источнику успокоения.

Губы Дарико легонько касаются моей шеи. Густые ресницы падают вниз, пряча взгляд. Кхм, ошибочка. Романтика всё же присутствует. Даже изрядно.

Поддавшись ее напористости, обнимаю грузинку за плечи. Не просто обнимаю, а максимально искренне, пытаясь помочь, наполнить ее разум бодростью и духом. Телесный контакт помогает размораживать людей, вылечивать от депрессии.

Сидя, будто под крылышком, Дарико прижимается ко мне левой грудью. Чувствую, как колотится ее сердце. Тук-тук-тук-тук… Биение успокаивается. Отстраняюсь, заглядывая девушке в глаза.

— Всё хорошо?

Она смущенно отводит лицо.

— Нет, всё хреново, Сеня. Очень хреново, — спокойно говорит она, прижавшись плотнее. — Амиран разозлился и подкупил распределителей отборочных этапов. Ну или нашел лазейку в правилах. Неважно даже что он сделал. Главное, теперь он с нами в одной группе. Понимаешь, что это значит?

— Понимаю. Мы одолеем «волков», — уверенно отвечаю. Ибо командир должен в первую очередь быть всегда уверен в своих солдатах. А их выучка и мастерство приложатся в процессе.

— Да, одолеем, — без сомнения подтверждает Дарико. — Ты точно одолеешь, — и резко замолкает. Странно: если она в этом уверена, то чего испугалась?

Грузинка разлепляет пухлые губы и тихо-тихо произносит:

— А потом Амиран убьет меня.

— Эм, не понял, — вскидываю брови. — Неужели он настолько сумасшедший? Ты его двоюродная сестра, пускай это для него мало что значит, но … убьет? Сознательно убьет? Не на импульсе? Пошлет людей за твоей головой? Ты уверена?

— Да, — просто пожимает она плечами. Ее внушенное магнетическими волнами спокойствие выглядит чужеродным для таких слов.

— Рассказывай, — говорю. — Всё рассказывай. Как ты сбежала из рода. Как пошла в простолюдинскую школу. Почему отказала Астерии.

Она кивает и послушно начинает:

— В средней школе мы с Амираном играли в одной ватаге. Еще маленькой меня туда отвел дядя Заур, глава рода Беридзе. Амиран уже был там атаманом, он ведь на два года меня старше и превосходный игрок в Грон, да еще гений живы. А я вскоре стала штурмовиком. Всё было, в общем-то, терпимо тогда. Часто Амиран издевался надо мной, часто бил, но, в целом, рамок не переходил. Всё оставалось за кулисами ото всех. Разве что, дядя Заур догадывался, уж слишком часто я «ломала кости на тренировках».

— Но ничего не предпринимал? — спрашиваю. — Даже ни разу не надрал уши своему сыну?

Она мотает головой.

— К женщинам в роде Беридзе уникальное отношение. Женщины там рабыни. Амиран же воспринял меня своей личной рабыней, он даже это заявлял на семейных сходках, и никто ему не воспротивился, — она задумывается, погрузившись в себя. — Потом Амиран закончил среднюю школу и поступил в лицей «Вершина мудрости». Я пока что училась в средней и играла в Грон в старой ватаге. Последний год в средней школе у нас вышел успешным. Мы смогли выиграть Лигу среди средних школ. Представляешь? — загораются ее глаза. — Меня показывали по телевизору, брали интервью. И это взбесило Амирана. При нем ватага не достигала подобных результатов, а без него в первый же год выстрелила. — ее взгляд гаснет. — Теперь у Амирана журналисты сначала интересовались про «талантливую сестренку», а потом уже про его собственные успехи. А такое он не прощает. Амиран не привык быть в тени. Поэтому он чуть не убил меня, — просто заканчивает Дарико. — Избил до смерти. Я уже была в коме, когда Целители откачали. После этого дядя вызвал нас обоих на разговор. Любимому сыну он не сделал ни упрека, а мне велел собирать вещи и указал на дверь. Вот так вот. Позже мне прислали номер банковского счета с небольшими деньгами. Я обрадовалась, думала, что со мной распрощались.

— Так и было, — размышляю я. — Но ты снова показала себя перспективным игроком на поле, и Амиран взъярился. Он боится, что бывшая игрушка превзойдет его. Чокнутая свинья.

— Я пыталась не высвечиваться, — вздыхает Дарико. — Отказала Царице поля и ее «Красному замку». Совсем без Грона я не могла, поэтому поступила в дешевый лицей с самой бездарной ватагой. «Желтые змеи» — само название мне показалось жалким и безвкусным. Идеальное вместилище для меня. Кто же знал, что там объявится симпатичный блондин, который поднимет «змеев» в небо.

Я встаю и отряхиваю хвою с мембранных штанов для сплава.

— Хватит сидеть. Мы больше не «змеи». Мы — «фениксы». Врагов мы сжигаем. Амиран сунулся к нам — значит, проиграет. Не смирится с этим — сам же и сдохнет. От огня наших крыльев, — я протягиваю руку, и руна в рукаве гидрокостюма вспыхивает ярким Рарогом. — Это я тебе обещаю.

Пламенный воробей раскрывает клюв, и маленький язычок огня выстреливает из него россыпью искр. Дарико во все глаза смотрит на «птичку», пока она не гаснет в собственном сиянии. Рука все еще протянута к девушке. Теперь пустая.

И Дарико крепко сжимает мои пальцы. Оперевшись на меня, она поднимается резво, как жеребенок.

— От огня наших крыльев, — повторяет она с улыбкой.