Глава 59. Кормилица

Её первый день в особняке Ричардов был потрачен на то, чтобы сохранять спокойствие перед лицом бурных подводных течений. На следующий день погода выдалась исключительно хорошей. Рано утром Лиана и Беатрис отправились собирать сведения о Синклере. Поскольку Люси не знала прошлого дома Ричардов, она не смогла бы помочь, даже если бы пошла с ними. Поэтому она осталась с Изабель, занимаясь устройством их нового жилища.

Солнечный свет проникал сквозь цветные стёкла, наполняя комнату сиянием. Люси сидела у двери за вышиванием и, улыбнувшись, сказала:

— В столице прекрасная погода. Всё время солнце, и под его лучами так уютно.

Изабель ничего не ответила.

Когда леди Маргарет была ещё жива, Изабель сидела у неё на коленях, наблюдая, как Синклер упражняется с мечом, а лепестки камелий медленно падали на землю. Эта сцена была поистине прекрасна. Теперь всё осталось по-прежнему, но людей не вернуть. Маргарет давно умерла, и Изабель не знала, жив ли Синклер или погиб.

Изабель заправила выбившуюся прядь волос за ухо и продолжила читать книгу, которую держала в руках. Однако в этот момент в комнату вбежала Беатрис и зашептала:

— Госпожа, плохие новости. Лиана повздорила с людьми из главного дома.

— Как такое могло случиться? — Изабель нахмурилась. — Лиана вспыльчива и нетерпелива, это всем известно. Но как могли возникнуть разногласия в первый же день?

Люси отложила вышивание и посмотрела на Беатрис.

Беатрис помедлила, нерешительно взглянула на Изабель и с трудом произнесла:

— Когда мы с Лианой вернулись в особняк, мы увидели, как наказывали одну из служанок. Сначала мы не придали этому значения, но потом Лиана мельком увидела её лицо… Это была ваша кормилица.

— Кормилица? — удивлённо спросила Изабель.

Кормилицу Синклера и Изабель леди Маргарет привезла с собой из своего родного дома, когда выходила замуж. После смерти Маргарет в доме Ричардов говорили, что кормилица хотела уйти на покой, потому что её госпожи больше нет в живых. С тех пор о ней ничего не было слышно. В прошлой жизни Изабель тоже никогда больше ее не видела. Как же вышло, что Беатрис теперь говорит, что она всё ещё здесь?

Люси, будущая сообразительной, по разговору догадалась о важности кормилицы.

— Почему Лиана подняла шум с этими людьми? Может быть, над кормилицей издевались? — сказала она.

Беатрис встретила острый взгляд Изабель и продолжила с трудом:

— Кормилица… она слепа. Когда мы с Лианой увидели её, она выносила ночные горшки. Люди из главного дома сказали, что она облила ночным содержимым новую одежду, которую госпожа готовила для встречи с какой-то знатной дамой. Поэтому в наказание они заставили нянюшку Чжоу съесть содержимое горшка.

Глаза Изабель сузились, и от её тела начала исходить едва ощутимая, но леденящая ярость. Даже Люси, которая ни разу не встречалась с нянюшкой Чжоу, не могла не прикрыть рот в ужасе и с негодованием выпалить:

— Такие издевательства — это уже слишком!

Изабель нахмурилась, её глаза пылали чистым гневом. Ах, как величественна Сильвия!