Глава 16

Антон

Неделя пролетела просто в бешеном темпе. На днях был слет по вопросам общака. Пришлось уехать из города. Собрание глав синдикатов и смотрителей происходило на тщательно охраняемой территории. Каждый раз место менялось, слишком велика была вероятность диверсии.

В этот раз это была загородная вилла, скрытая от чужих глаз. Принадлежащая одному мафиози. Редко, когда в одном и том же месте собирается сразу столько криминальных авторитетов. От нашего города присутствовали мы с Волковым. Для меня поездка оказалась удачной. На собрании обсуждались, как обычно, текущие вопросы. Дележ территорий и прочая хрень. Но я договорился об удачном вложении с нефтяным магнатом, по совместительству криминалом, который держит под контролем небольшой северный городок. В прошлом мы с ним пересекались в одном деле, найти общий язык не составило труда.

Домой попал лишь спустя пять дней. Чертовски хотелось спать, напряженный день и бессонная ночь давали о себе знать. Вспомнил, что так и не позвонил вчера Надежде. Но тут со мной связался Владимир, и я поехал в штаб. В прошлый раз ему удалось найти людей, живущих на той свалке. Один из них признался, что видел, как вывозили людей. И сейчас я горел желанием поговорить с этим человеком.

Хотя, то отребье, что я увидел, язык не поворачивался назвать человеком. Это было непонятного пола существо, источающее просто-таки сногсшибательный аромат. Его привели ко мне в кабинет, который теперь придется проветривать год, блядь, не меньше! Но я ничем не выдал, что меня это волнует.

— Расскажи все, что знаешь.

— Особо нечего, — по сиплому голосу, я понял, что это все же мужчина, — в ночь приехала фура и погрузила людей.

— Ты видел, как их привозили до этого? — перебил я его.

— Нет, и из наших тоже никто не видел. Короче, погрузили это стадо в кузов и уехали.

— Сколько было людей?

Мужчина почесал затылок и ответил.

— Хрен его знает, я не считал. Около семидесяти, наверное. Много детей, некоторых несли на руках, видать совсем ослабли, бедолаги.

Твою ж мать! Та коробка вмещает в себя максимум пятьдесят человек, значит, они были там словно в консервной банке. Дети… каким чудом удалось спрятаться Матвею, не знал никто. Мальчик до сих пор не говорил. Врачи списали это на последствия шока, уверяя, что со временем речь к ребенку вернется. Так что никаких сведений от него получить не удалось.

— Что еще ты видел?

Мужик замялся, будто вспоминая. Затем вздернул подбородок и произнес.

— Машина была. Дорогая, — посмотрел на меня многозначительно, — приезжала после того, как людей увезли. Короче, я свои права знаю, гоните мне бабки, и я скажу вам номера тачки.

Черт, мне стоило усилий не засмеяться. А бомж-то не так уж и прост. Закурил сигарету и расслабленно откинулся в кресле. Свое удивление я выказал, лишь слегка приподняв бровь.

— Если хочешь отсюда уйти на своих двоих, у тебя есть две минуты продиктовать мне номер.

Бомж судорожно сглотнул и посмотрел на моих парней, стоящих по обе стороны от него. Впечатляет. Особенно, когда руки этих амбалов недвусмысленно лежат на кобуре с пушкой.

Спустя пять минут я приказал отпустить мужчину, дав указания снабдить его наличностью за информацию. Вызвал Владимира. Тот зашел в двери буквально сразу же. Скривился от стоящего в кабинете аромата.

— Вот номера, — встал я с кресла и передал ему бумагу, — пробей по нашим каналам, кому принадлежит тачка.

— Понял, — ответил помощник, — а ты куда, Антон?

— В Чистилище. Нужно просмотреть кое-какие бумаги, потом домой. Черт, я не спал больше суток. Завтра к утру не ждите.

***

В клубе я пробыл дольше, чем планировал. Взглянул на часы, почти полночь. Собравшись, я вышел из кабинета и направился на стоянку.

Ехал по трассе, направляясь домой. И лишь сейчас, спустя неделю, я позволил мыслям о Надежде завладеть моим сознанием. Целиком и полностью. Нет, я и не забывал о ней. Но лишь сейчас до меня дошло, что поступил, как последний ублюдок. Я был уверен, что девочка ждала меня. Хотя бы звонка. Я видел это по ее глазам, когда уходил.

Сиюминутный порыв, и я резко выкручиваю руль, поворачивая обратно в сторону города. Направляясь в свою квартиру. Ту самую, в которой сейчас находится Надежда. Во всяком случае, должна. Мне до безумия хотелось увидеть ее. Прикоснуться. Прижать к себе и не отпускать. Черт, эта самая невинная часть моих желаний. Но я до одури хотел услышать ее запах, увидеть тот блеск в глазах, который с такой легкостью разгорался, когда она злилась или испытывала другие яркие эмоции.

Я уже знал, что не отпущу ее. Эта малышка… Рядом с ней я будто оживал. Она пробуждала во мне чувства, которых раньше ни к кому не испытывал. И мне, черт возьми, это нравится! Умом понимал, что ей не место рядом со мной. Что моя жизнь слишком опасная и втягивать ее во все это дерьмо не следует. Да, я эгоистичный подонок, но Надежда будет моей. Она уже ею стала. Ее тело уже давно принадлежит мне. Оно сдалось еще там, на подземной стоянке. Стоило лишь вспомнить о том, какая она отзывчивая, как в штанах сразу же стало тесно.

Схватил с панели сигареты и подкурил. Она нужна мне. Вся. Без остатка. Я на самом деле хотел проникнуть к ней в душу, даже если она будет отчаянно сопротивляться. А она будет, несомненно, будет. Улыбнулся от этой мысли. Моя девочка. Она сама не знает, насколько она сильная. Такая упорная и в то же время такая уязвимая. Такая разная.

Подъехал к дому и, припарковавшись, поднялся на лифте. Ключи были с собой, так что звонить не стал. Я не был уверен, дома ли она, или, может, уже спит.

Зашел в квартиру, и в нос сразу ударил аромат еды. Пахло чем-то вкусным. Слышал на кухне движение, видимо, Надежда не спала, что-то готовила. Начал разуваться, когда она появилась в коридоре. Поднял голову, да так и застыл, смотря на нее. Она была одета в просторную майку, доходящую до бедра и открывающую ее стройные ноги. Излишне долго задержался на них взглядом, а воображение тут же подкинуло соблазнительную картину. На лице ни грамма косметики, такая свежая и… домашняя.

Спустя несколько минут Надя скрылась на кухне. Проводил ее взглядом, возбуждаясь от этого вида. Черт, я даже не успел зайти, а уже хочу ее. Вдобавок мозг подкинул воспоминания о нашей последней встрече. Отлично, мать вашу!

Прошел следом за ней на кухню и встал в дверях, облокотившись плечом о косяк. Надежда не обращала на меня внимания и занималась чем-то у плиты. Я тоже молчал и просто смотрел на нее, впитывая ее образ. Девочка стала накладывать себе еду в тарелку, и я отметил, что руки ее слегка подрагивают, выдавая ее с головой. Мне стало весело. Рядом с ней это стало слишком частым чувством.

— Как обустроилась, Надежда? — решил все же прервать это молчание.

Она вскинула голову и смерила меня раздраженным взглядом. Глаза блеснули, и Надя ответила, так и источая ехидство.

— Прекрасно, Антон Владиславович! Просто замечательно, — отвернулась от меня и бросила как бы невзначай, — кстати, спасибо за квартиру. Вы так щедры.

А я в данный момент совершенно точно понял, как мне не хватало в эти дни ее дерзости и этого неприкрытого огня в глазах. Такая забавная.

Прошел к раковине, где она стояла. Намеренно коснулся ее бедром, и она вздрогнула. Закусила губу, но не отодвинулась. Я же открыл кран и стал молча мыть руки. Все это время Надя стояла рядом, передвигая на столешнице какие-то склянки. Когда с мытьем было покончено, я подошел к столу. Паста и курица. Пахнет аппетитно.

— Ужином угостишь?

Надежда фыркнула, схватила свою тарелку и направилась в зал. На ходу бросила.

— Угощайся.

Улыбнулся сам себе и стал накладывать еду. Пошел следом за ней. Надежда сидела на диване с тарелкой в руках, подогнув под себя ноги. С трудом отвел взгляд от этой картины и сел по другую сторону от нее. Надя уткнулась в телевизор, казалось, на самом деле была увлечена происходящим на экране.

Я попробовал первую ложку. Черт, а девчонка умеет готовить. Я даже не мог вспомнить, когда последний раз ел простую, домашнюю еду.

— Любишь готовить? — посмотрел на нее, но девочка никак не среагировала. Я взял еще один кусок. На самом деле было вкусно.

— Неплохо, — решил похвалить ее, но в ответ на это Надежда лишь передернула плечом и сделала звук телевизора еще громче.

Меня такая реакция стала искренне веселить. Я понимал, что неправ, стоило хотя бы позвонить ей за эти дни. Но черт, я ничего не мог с собой поделать. Просто молча ел и смотрел на нее, получая от этого настоящее удовольствие. В этой майке она казалась такой хрупкой, сидела с неестественно выпрямленной спиной и смотрела на экран, продолжая уничтожать свой ужин.

Я отставил тарелку на стол и произнес, стараясь перешуметь грёбаный телевизор.

— Посмотри на меня, девочка.

После моих слов она как-то странно замерла на мгновение. А потом, не поворачиваясь, вытянула руку в мою сторону и показала средний палец. Вот же маленькая сучка!

Стиснул челюсть от подступающей злости, и произнес предупреждающим тоном.

— Советую так больше не делать, — смотрю на экран. Блядь, что за бред она смотрит! — Убавь звук.

Надя лишь демонстративно фыркнула. Отставила тарелку, потянувшись к журнальному столику. От этого движения майка задралась, и мне открылся вид на ее нижнее белье, небольшие кружевные шортики, которые лишь подчеркивали фигуру. Черт! Прикрыл на мгновение глаза и тут услышал ее голос.

— Мне звук не мешает, — посмотрел на нее, а она вытянула свою ножку и указала голой стопой на пульт, который до этого положила на стол.

А я думал лишь о том, что хочу схватить ее за эту ногу и прижаться губами к гладкой коже. Резко встал с дивана, отгоняя ненужные мысли и, схватив пульт, вырубил телевизор вообще. Взял рядом стоящий стул и сел напротив Надежды. Она смотрела куда угодно, только не на меня.

— Надя, — позвал ее, и она медленно повернула голову в мою сторону. Я смотрел ей в глаза, в которых был отлично виден протест, и произнес тихим голосом.

— Я был занят, маленькая.

На мгновение в ее взгляде промелькнуло что-то, что я не успел прочесть, но она тут же накинула на себя скучающий вид.

— Я не спрашивала. Мне это не интересно.

Продолжал пристально смотреть на нее, отмечая, что она начинает слегка дрожать, хотя и старается это скрыть.

— Хочу, чтобы ты знала. Я был занят. Такое случается часто, девочка, и я хочу, чтобы ты привыкла к этому, — продолжал удерживать ее взгляд, — Больше к этой теме возвращаться не будем.

Она молча отвернулась, вздернув подбородок, а я встал со стула и направился к бару, в котором, я знал, стоит выпивка. Налил себе виски на дно бокала и, повернувшись к девушке лицом, облокотился о барную стойку. Она продолжала упорно молчать, и я решил перевести тему.

— Как прошла твоя неделя, Надя?

На ее лице было такое растерянное выражение, что мне даже стало ее, в какой-то степени, жаль. Но она как-то резко встряхнулась и произнесла елейным голосом, надевая на себя снова свою любимую маску.

— Девочка вообще не хочет ни к чему возвращаться, чтоб ты знал, — смерила меня убийственным взглядом, — хм… отлично прошла неделя. Столько всего было… интересного.

На этом моменте она звонко рассмеялась, а во мне от этого смеха закралось противное чувство. Смотрел на нее, и было бешеное желание вытрясти из нее, что же такого «интересного» могло произойти за эту неделю. Но я понимал, что сейчас не время. Правды я не услышу. Приподнял бровь в показном удивлении.

— Мы и не будем возвращаться, Надя, — помолчал, ожидая ее реакции. Она вскинула на меня слегка удивленные глаза, а я даже не пытался скрыть своего жаркого взгляда от нее, — мы будем продолжать, девочка.

Надя заметно вздрогнула после этих слов, но затем резко вскочила с дивана и буквально прошипела.

— Можешь продолжать сам с собой. Удачи! — схватила тарелку и направилась к кухне.

В принципе, этого я и ждал. Знал, что она снова отгородится от меня. Но я был готов снести этот грёбаный барьер между нами. Залпом допил виски и поставил бокал. Направился следом за ней на кухню.

Надежда стояла возле окна и курила. Подошел к ней и оперся одной рукой на стену рядом с ее головой.

— Ты долго собираешься бегать от меня? Давай поговорим спокойно.

Она выпустила дым в сторону и стрельнула в меня злым взглядом.

— А я не хочу с тобой разговаривать. Неужели непонятно? — недовольно закатила глаза, — твои разговоры мне надоели. Только и слышу: Надя, бла, бла, бла… Я хочу, Я знаю… Я, Я, Я!

Сделал шаг назад и отошел к столешнице. Достал из кармана сигареты и закурил.

— Ну так расскажи мне, чего хочешь ты, девочка, — произнес спокойным тоном.

Надя сжала руки в кулаки и зло ответила.

— Хватит называть меня девочкой! Или тебя это заводит, Антон?

Я пристально посмотрел на нее сквозь дым.

— Ты и есть маленькая девочка, если собираешься закатывать мне сейчас истерику.

Надя забралась на подоконник, футболка задралась, открывая ноги. Против воли задержался на них взглядом и, когда поднял глаза к ее лицу, она смотрела на меня, демонстративно изогнув бровь.

— Смотрю, тебе нравятся маленькие девочки, — ухмыльнулась, — никаких истерик, Антон. Максимум, что я закачу, так это глаза.

И следом осуществила это действие. Меня это стало порядком раздражать.

— Нет, Надя. Просто одной маленькой девочке не мешало бы укоротить язык. Я это уже говорил, — затушил сигарету и подошел к ней, встав напротив, — тебе что, извинения нужны? Так их не будет. Я был занят. Этого достаточно.

Я видел, как ее дыхание стало прерывистым. Она нервно облизала губы. Но продолжила все тем же дерзким тоном.

— Я почти уверена, что тебе понравится неукороченная версия моего языка, — от этих слов хотелось ее встряхнуть, но я сдержался, — и чем же был занят Его Величество?

— Работал. Еще вопросы?

Надя скрестила руки на груди и поерзала на подоконнике. Майка задралась еще выше, и я резко протянул руку и одернул ее на бедра. Дьявол, все мои мысли сейчас были об одном.

— Конкретнее, где ты был? — спросила она уже более спокойно. Затушила окурок и отклонилась назад на стекло, смотря на меня из-под опущенных ресниц.

— Конкретнее — был в командировке. Довольна?

Она как-то загадочно улыбнулась, прикусила на мгновение губу, а я едва не дернулся от этого жеста в ее сторону.

— Хм… Скорее, я не удовлетворена, — сказала и нагло уставилась в глаза.

Малышка решила поиграть. Черта с два я ей дам это сделать. Навис над ней и уперся руками по обе стороны от нее. Нагнулся еще ближе и вдохнул аромат ее волос, прикрыв глаза. Спустя мгновение прошептал ей на ушко.

— В прошлый раз, когда я уходил, ты была до неприличия довольной.

Не сдержался и прикусил мочку уха, затем провел языком по месту укуса. Ощущая, как девочка дрожит все сильнее. Сделал глубокий вдох и отошел на шаг назад. Надя сидела, прикрыв глаза. Но распахнула их тут же, как только я отдалился. В ее взгляде присутствовала дымка желания, но она взяла себя в руки, села прямо и зло проговорила.

— Конечно, довольна. Тем, что ты, наконец-то, свалил и оставил меня в покое, — сказав это, Надя отвернулась в сторону, поджав губы.

Взял ее за подбородок и заставил смотреть на меня. Попыталась вырваться, но я держал крепко.

— Когда ты так искусно врешь, смотри мне в глаза. Поняла меня?

Надя резко дернула подбородком еще раз, зло сверкнула глазами и буквально прошипела.

— Или что? Что ты мне сделаешь?

— Иначе сам заставлю, Надежда, — медленно провел пальцем по дрожащей нижней губе и добавил чуть тише, — а тебе это не понравится, девочка.

В следующий момент я почувствовал, как она прихватила зубами кожу на пальце. Не больно, но ощутимо. С весельем приподнял бровь и убрал руку.

— В следующий раз откушу вообще! — звенящим от эмоций голосом проговорила, затем добавила более тихо, — не трогай меня, Антон. Просто, не прикасайся ко мне.

Снова опустила глаза, и я не видел, какие чувства в данный момент она испытывает. Я аккуратно взял ее лицо в ладони и поцеловал в губы. Нежно, едва касаясь. Она не отвечала, не шевелилась и, казалось, даже не дышала. Я прошептал ей прямо в губы.

— Повтори это, маленькая.

Я видел, как на ее глаза навернулись слезы. Надя уперлась руками мне в грудь и постаралась оттолкнуть от себя. Я же продолжал стоять на месте, лишь слегка отодвинулся назад.

— Что ты от меня хочешь? Скажи мне, что??? Хочешь закончить начатое неделю назад? — она говорила это тихо, но надрывным голосом, — так вперёд. Давай! Лучше пережить десять минут твоего пыхтения. Только потом исчезни из моей жизни.

Последнее предложение она произнесла, отчеканивая каждое слово. И тут мне снесло планку. Весь мой контроль полетел к чертям собачим! Схватил ее за плечи. Жестко. Грубо. Намеренно причиняя боль.

— Ты хочешь знать, что я хочу? — встряхнул ее, слегка ослабевая захват на плечах, — тебя, Надя!

Я жадно накинулся на ее рот, сминая его властным поцелуем. Он не имел ничего общего с нежностью, которая была буквально минуту назад. Девочка стала вырываться, почувствовал кровь на губах, понял, что на этот раз она по-настоящему укусила меня. Но это лишь разозлило меня еще сильнее. Руки опустились на талию, в этот момент Надя перестала вырываться и стала уже сама страстно отвечать на поцелуй. Запустила руки мне в волосы, потянув на себя. Я услышал собственное рычание, сейчас мы были словно двое дикарей. Блядь!

Резко оторвался от нее и сделал шаг назад, тяжело дыша. Я не смотрел на нее, знал, что просто не выдержу. Опустил голову и тихо проговорил.

— Иди спать, Надежда.

— Только после того, как ты исчезнешь отсюда, — был мне дерзкий ответ.

Блядь, сколько же в ней сил, чтобы спорить? Стиснул челюсть и поднял на нее взгляд.

— Я останусь здесь. И точка. Лягу в зале, — сказав это, я направился именно туда.

Вслед мне раздался почти истеричный крик.

— Значит, уеду я, Антон.

Я прошел в зал и лег на диван. Прикрыл рукой глаза в попытке успокоиться. Как, как ей, б*ть, удается доводить меня до точки кипения?!

Внезапно я прислушался к звукам из соседней комнаты. Встал и направился туда.

Эта идиотка не шутила. Уже успела одеться и металась по комнате, закидывая вещи в сумку. Облокотился о косяк двери, сложив руки у груди.

— Помочь?

Надя не ответила, продолжая собирать вещи. Молча наблюдал за ней, чувствуя, что опять начинаю закипать. Куда она, блядь, собралась на ночь глядя?!

Нервно закрыв замок, закинула сумку на плечо и направилась в сторону двери. Перегородил ей дорогу. Надя прищурила глаза и зло произнесла.

— Дай пройти. Меня ждет такси.

Я еле сдерживался, но все же произнес спокойным голосом.

— Ты в своем уме? Куда ты собралась?

Демонстративно потрогал ее лоб, и она дернулась в сторону.

— От тебя подальше!

Снова попыталась пройти мимо меня, но я не дал. Выхватил сумку и откинул ее в сторону. Секунда, и я схватил девушку на руки и прижал к стене, заставив обхватить себя ногами. Надя стала вырываться, но я надежно зафиксировал ее и стал целовать в шею. Хотел просто остановить, но стоило коснуться ее кожи, как во мне что-то переклинило. Я двинул бедрами, показывая ей степень своего желания, целовал ее кожу рваными поцелуями, судорожно вдыхая ее аромат, который застилал мне глаза. Почувствовал, что девушка перестала сопротивляться и замерла. Оторвался от шеи и набросился на ее губы. Надя схватилась за мои плечи, услышал ее то ли стон, то ли всхлип. С моих губ сорвалось тихое рычание, и я снова переключился на ее шею. Уткнулся во впадинку у плеча и хрипло произнес.

— Что же ты делаешь со мной, маленькая?

Она не ответила, лишь сильнее сжала свои ладони и стала ерзать прямо на моей эрекции. Моя рука опустилась к ней на грудь, сжал сквозь ткань, захватив пальцами сосок. Девушка все больше дрожала. Выгнула спину, откинув голову назад.

Одной рукой перехватил ее поудобнее, вторую спустил с груди, пробираясь через резинку штанов ей в трусики. Дьявол, она была такая влажная и такая горячая… Я боялся, что кончу уже только от одного этого прикосновения. Провел большим пальцем по клитору и, не мешкая, ввел в нее сразу два пальца, продолжая большим делать круговые движения.

Надя громко стонала, прикрыв глаза. И каждый ее стон проникал в мою кровь, разогревая похлеще любого алкоголя. Свободной рукой разорвал эту чертову майку у нее на груди, опустил голову и обхватил губами сосок. Стал играть с ним, язык полностью повторял движение пальцев внутри нее. Прихватил его зубами и надавил на клитор, не прекращая двигать пальцами. Чувствовал, что она на грани. Поднял голову и произнес еле сдерживаемым от эмоций голосом, не вынимая из нее своей руки.

— Тебе же нравится это, Надя? — она не отвечала, продолжая тихо постанывать, — нравится эта животная страсть, да, девочка?

Резко вытащил из нее руку, и она всхлипнула. Я стал срывать с нее эти гребаные штаны, посмотрел в ее, подернутые дымкой глаза.

— Вижу, что нравится.

Снова прижался к ее шее, провел языком по бьющейся жилке и через секунду зубы сжались на нежной коже, причиняя боль, оставляя след. Я почувствовал, как она еще больше завелась. Схватила меня за волосы и потянула на себя. Малышке нравится боль? Но я не успел сформулировать эту мысль, сейчас я не мог соображать здраво. В мгновение избавился от своих брюк и тут же вошел в нее до упора. Держа за талию и насаживая на себя еще глубже. Че-е-е-ерт!!!

Наши стоны раздались в унисон. Чувствовал, как сокращается ее плоть вокруг меня в мгновенном оргазме, и мне пришлось остановиться, чтобы все не было кончено прямо сейчас. Надя дрожала в моих руках, и я, сделав пару коротких вдохов, стал двигаться в ней. Яростно. Жестко. Входя всем основанием в нее до упора, меняя угол наклона, от чего все воспринималось еще ярче. Она стала двигаться, и я увеличил скорость толчков. Еще немного и меня накроет… Надя царапала мою грудь сквозь рубашку, я ускорил темп, слыша как сквозь вату наши стоны… Последний толчок, и мир взорвался, сосредоточившись в этой девочке. Я словно со стороны ощущал, как она тоже дрожит….

Прижался к ней лбом, тяжело дыша. Почувствовал робкое прикосновение к волосам. Такого мощного оргазма у меня еще не было никогда, и мне требовалось время, чтобы принять это. С ней все по-новому.

— Наверное, такси нужно отменить…

Услышал ее тихий дрожащий голос. И я не сдержался. Откинул голову назад и засмеялся. Громко. В голос. Продолжал все так же удерживать ее на руках, затем, посмотрел на нее с улыбкой.

— Наверное, нужно, Надя.

Осторожно вышел из нее и поцеловал в губы.

Взял ее поудобнее и понес на постель. Аккуратно положил, словно драгоценность. А она и была ею. Моя драгоценная девочка… Отошел от кровати и услышал ее тихое.

— Ты не останешься?

Я смотрел на нее, взглядом показывая все те эмоции, что переполняли меня. Стал избавляться от одежды и произнес.

— Останусь, малышка.

Лег рядом с ней, обнял и прижал к себе как можно крепче. Черт, не так я представлял наш первый раз. Стоянка не в счет. Вспомнив тот эпизод, я улыбнулся. Надя приподнялась, облокотившись на локоть.

— Что смешного?

Я демонстративно нахмурился и ответил.

— Я убедил тебя остаться?

Она засмеялась. Искренне и прекрасно.

— Еще как, Франц, — положила голову мне на грудь и тихо прошептала. Так, что мне пришлось напрячь слух, — умеешь ты убеждать.

Я почувствовал, как на губах появляется глупая улыбка. Поцеловал Надю в висок.

— Давай спать, маленькая.