Глава 10. Золотой феникс в объятиях демона. (ч.1)

- Мм… - тихо промычала Синьхуа и открыла глаза. Едва вернувшимся в сознание взглядом небесная увидела, что лежит в кровати господина в его покоях. Тело было тяжелым, руки слабыми. Похоже, она провалилась в глубокий сон, где снова ощущала вязкую и густую энергию, наполняющую ее тело, восстанавливающую и дарящую удовольствие…

- Как ты себя чувствуешь? – Синьхуа повернула голову в сторону голоса - господин в свободной позе сидел рядом на постели у её изголовья. Он был в домашних одеждах, как в первый день их знакомства, рука небрежно держала за уголок бамбуковую книгу.

- Господин… простите, я сплю в вашей постели, это непростительно… - юная Ван с трудом села. На ней было только джунъи. Она ощутила знакомый легкий холод, который ощущала во время потери сил. Похоже, полёт над горами вымотал её и она потеряла сознание, а господин снова исцелял её…

Синьхуа покраснела, но уверенно развернулась спиной к господину, чтобы встать. Внезапно перед глазами всё поплыло, и она упала, но ее голову и спину подхватила сильная горячая рука. Над лицом небесной склонилось лицо господина. Пара черных и зеленых глаз встретились.

- Ты так необычно реагируешь на нашу магию…, - его улыбка казалось уже жила внутри неё.

- Твоему телу сейчас нужна пища, Сяоцао, - добавил владыка серьёзнее.

Он притянул небесную к себе, беря на руки. Затем сел позади ее спины так, что правая его нога опустилась рядом, прилегая к ее ноге, а левая осталась согнута в колене. Таким образом Синьхуа сидела к господину спиной в легком полуобороте между его ног, оперевшись о его согнутую ногу, как о спинку стула.

Кровь прильнула к лицу феникса до самых ушей, к горлу подступил ком. Они сидели явно не в приличной позе! Жар тела господина согревал, обволакивая и сковывая приятной негой, озноб тут же прошел, но охватила дрожь. Синьхуа ощутила как приятно сжимает низ живота.

- Ты слишком слаба. Позволь господину покормить тебя, дитя, - Сильная рука обхватила шею небесной, поворачивая лицом к себе. В этот же момент прямо перед кроватью появился столик с ароматной едой. Аппетитный запах блюд мгновенно свел спазмом желудок небесной. Господин взял ложку и зачерпнул супа. Вторая рука приподняла женский подбородок, придерживая голову с затылка. Синьхуа послушно приоткрыла рот и проглотила попавшую в него питательную жидкость.

Синьхуа завороженно смотрела на прекрасного демона. На его красивый профиль, когда он слегка наклонялся к столику, потом снова в его черные глаза.

- Послушная девочка, - господин улыбнулся такой нежной улыбкой, что сердце в груди юной Ван пропустило удар. Его сильные горячие руки, полностью поддерживающее сейчас ее бессильное тело, заботливые и горячие объятия. Хотелось, чтобы он держал её так вечность, нежно кормил супом… Быть вдвоем здесь, вот так, сидеть на этой постели... Синьхуа осознала такое сильное желание впервые в своей жизни.

- Владыка… Господин, мне очень стыдно, что тебе приходится так возиться со мной… - пробормотала Синьхуа. Когда она была маленькой, учитель и Лю Гуанмин ухаживали за ней, помогая выпить лекарство или съесть еду в моменты болезни и слабости. Но она никогда не ощущала то, что чувствовала сейчас рядом с господином. Она никогда не ощущала ничего подобного к Гуанмину…

Синьхуа содрогнулась при мысли, что Гуанмин может ее коснуться так, как это сейчас делал её господин. Владыка заметил тревогу на лице небесной и погладил пальцами ее подбородок:

- Клан Ван…- демон зачерпнул суп, снова вкладывая аккуратно еду в рот девушки, - это же клан златокрылых фениксов?

Синьхуа торопливо глотнула:

- Да, - небесная удивилась, ведь она думала, что древний демон страдает забывчивостью и даже не запомнил как её зовут, дав странное прозвище Сяоцао. Оказывается, это было не так.

Господин взял палочки и поднес ко рту небесной кусочек горячего и ароматного мяса. Синьхуа попыталась немного пошевелиться, отказываясь взять его в рот, но почувствовала как рука чуть сдавила ее шею, а пальцы сжали подбородок сильнее, надавив на него и заставляя открыть рот.

- Девочка моя, господин хочет посмотреть твою низшую форму, - демон отложил палочки и промокнул губы и пунцовое лицо Синьхуа шелковой салфеткой. Небесная поспешно дожевала еду. К ней стали возвращаться силы. Феникс заёрзала сильнее в крепких демонических объятиях.

То, что он просил было непозволительно. Бессмертные принимали низшую форму лишь в крайних случаях, например при сильном ранении. Увидеть низшую форму бессмертного могли родные или лекари. Показать низшую форму чужому человеку без веской причины было постыдно. Но даже это было не все в случае несчастной госпожи Ван!

- Господин! Зачем вы это просите, вы же и так знаете, из какого я клана… - Синьхуа пыталась встать, но господин снова заблокировал полностью ее голову рукой, а второй сжал бедра, прижимая к себе.

- Нет ничего постыдного показать своему господину свою истинную форму, Сяоцао. – велел властно демон, - нужно ли мне вернуть тебя в ранг отношений раба и владыки, чтобы ты усвоила урок?

Внезапно владыка легко подхватил девушку и положил на постель, зажав руки небесной крест на крест над головой.

- Показывай.

- Мудрейший, я не могу этого сделать, - Синьхуа задрожала и на последнем слове отвернула лицо в сторону.

- Почему?

- Я… я не умею по желанию принимать свою истинную форму! - выпалила Ван и зажмурилась от стыда. Принимать истинную низшую форму умеют маленькие бессмертные с рождения. Владыка прекрасно знал, что его гостья из клана небесных фениксов, видя всю её суть с первого мгновения встречи. Но произошедшее событие в горах Куньлунь, заставляло интересоваться подробнее.

- Я никогда по своей воле не могла принять истинную форму. Вспомните, господин, даже тогда, в лесу, когда вы спасли меня…

Владыка отпустил руки бессмертной. Синьхуа должна была обрадоваться этому, но почему-то, потеряв с ним тактильную связь, она ощутила себя одиноко.

- Тебе трудно будет выжить, маленький феникс.

Верно, она не приняла истинную форму после смерти, а он упустил это из виду. В ночь их встречи в его руке болталось мертвое женское тело.

- Что ж, Сяоцао, Мы можем освободить твою истинную форму.

Ладонь владыки легла в область груди небесной, туда, где находился один из даньтяней бессмертного и, воздействуя на который можно освободить насильно его истинную форму. Синьхуа схватила руку господина.

- Господин, пожалуйста! - взмолилась небесная.

- Лежи тихо, Цао-эр.

Горячая ладонь демона выпустила энергию синего цвета, вторгаясь во все энергетические центры феникса и молниеносно растеклась по телу юной бессмертной. Она выгнулась дугой вверх и вспышкой света трансформировалась в небольшого феникса, которого господин тут же подхватил на руки. Синьхуа дрожала, она чувствовала, что уменьшилась раз в сто, став не больше собственной головы.

Владыка осторожно переместил феникса на одну ладонь, и поднес поближе к лицу, чтобы рассмотреть внимательнее. Птичка с перьями молочно-золотого цвета, спрятала головку под дрожащими крыльями. Пёрышки спускались вниз, двумя золотистыми веерами закрывая феникса и частично его руку. Но красивая и изящная птичка была маловата для пятнадцати тысяч лет. И, нет, он не ошибся и ничего не перепутал, это действительно был небесный Золотой Феникс.

- Не бойся, птичка, - господин осторожно подул на перышки золотого феникса. Тот вздрогнул и, присобрал крыло, показав маленькую головку с золотым хохолком и маленьким клювом. В этот момент владыка понял, почему Синьхуа не хотела принимать истинную форму.

На темечке, чуть выше клюва птицы распустился маленький цветок, точно такой же, как когда-то давший тело духу последнего Золотого феникса. Это был отпечаток ее физического тела, который так отражался в истинной форме. Цветок был не просто милым украшением, это была позорная метка, не позволяющая расти совершенствованию наследницы клана Ван. От него нельзя было избавиться – это часть истинной формы ее физического тела, благодаря которому она могла жить.

Всё это владыка знал с самого начала. Необычное существо принадлежащее двум мирам сразу, но рожденное необычным образом. И всё же, была еще одна проблема, которую не мог заметить никто, кроме владыки. Было нарушение в её теле, вызванное погрешностью самого растения, давшего жизнь птице 15 тысяч лет назад…

Владыка немного нахмурился, бросая взгляд на лежащую рядом бамбуковую книгу, потом снова перевел взгляд на феникса. Нежная хрупкая птичка дрожала в его руках. Он улыбнулся.